Глава 11

Нэш слонялся по замку, как неприкаянный. Если бы он был оборотнем-волком, то наверняка уже завыл на луну, которая висела в небе медной тарелкой с красной искоркой. День прошел в хлопотах: Генриетта заставила Иргу перемерить половину кладовой, то и дело спрашивая мнение Нэша. А он улыбался и подтрунивал над Иргой, которая в любой одежде выглядела мило — даже когда Генри напялила на нее пушистую белую шапку, огромную, как сугроб. Нэш, поморщившись, потер грудь. Дерек бы сказал: "у тебя на душе кошки скребут". Боль на самом деле была почти физической, ноющей и противной, как от глубоких царапин.

Сколько раз он уже проклял себя за идею найти бастарда короля! Пусть бы Дерек отвез Лилейну дракону и умерил свои нездоровые амбиции.

Но тогда бы он не встретил Иргу — полукровку лесного народа, к которой его тянет точно как обычного кота.

Не выдержав, Нэш подошел к винтовой лестнице, пронзающей башню. Опершись на перила, посмотрел вверх. Он только взглянет на нее разочек. Убедится, что она спит. Может, поправит одеяло. Нэш усмехнулся, поднимаясь по ступеням, и едва не споткнулся о полосатого кота. Прислушавшись, он пошел быстрее и, пролетев последний виток, остановился. Черный кот усердно царапал дверь Ирги, пытаясь поддеть ее когтями. Обернувшись, он совсем по-человечески застонал, и Нэш почувствовал, как поднимаются волосы на затылке. Что-то было не так.

Нэш толкнул дверь и бросился к кровати.

***

Лилейна прихорашивалась перед зеркалом. Воздушный пеньюар она положила в сундук с вещами сама — знала, что пригодится. Тонкая ткань не скрывала женственных изгибов, спадая полупрозрачной дымкой лишь до колен — неслыханная дерзость. Открыв флакон духов, Лилейна прошлась пальцем за ушами, в ложбинке между грудей. Тряхнула головой и взбила волосы. Комната Дерека этажом ниже. Если он не каменный — не устоит. Лилейна покусала губы, глядя на свое отражение, пытаясь отыскать уверенность, которой не было — хоть ты плачь. Она видела, что красива, но с серебряного лорда станется прогнать ее прочь как дворовую девку. Лилейна глянула на Нэнси, что спала на кушетке в углу. Насколько была бы проще ее жизнь, если бы она уродилась обычной девушкой: выполняла бы приказы, спала, с кем вздумается, и даже имена своим детям просила придумать госпожу. Лилейна передернула плечиками, то ли от холода, то ли от отвращения. Стянув с вешалки белый халат, подбитый горностаем, накинула его на плечи, взяла туфли на высоком каблуке. Ходить в них было пыткой, но пусть Дерек увидит разницу между статной принцессой и мелкой рыжей замарашкой.

Лилейна приоткрыла дверь, просочилась в щель мимо спящего на тюфяках Сэма. Вот он бы точно не устоял. Лилейна усмехнулась, наконец, почувствовал себя увереннее, и босиком покралась по коридору, прижимая туфли к груди.

Она едва успела обуться у лестницы, как мимо нее, едва не сбив с ног, с грохотом пронесся котолак. Рыжие короткие волосы Ирги взметнулись перед глазами Лилейны.

— Что случилось? — воскликнула принцесса.

— Она умирает!

— О нет, — ошарашенно прошептала она. — Помогите! — крик Лилейны отразился эхом, повторяясь под самой крышей башни, а она побежала за Нэшем, придерживая подол халата, подбитого мехом.

— Дыши, дыши же, — бормотал Нэш. Он положил Иргу прямо на ступени крыльца, придерживая голову. Похлопал по щекам.

— Она симулянтка! — выпалила Лилейна. — Она специально что-то сделала, чтобы остаться в замке.

Она присела рядом, потрясла Иргу за плечо, оттянула веко.

— Дай я! — она попыталась сдвинуть Нэша, но тот оттолкнул ее, и Лилейна, не удержавшись на высоких каблуках, упала.

— Слышишь, ты, полукотик! — в дверях возник взъерошенный Сэм. — Не смей прикасаться к принцессе!

— Слышишь, ты, полудурок! — рявкнул Нэш. — Отвали!

Сэм сгреб Нэша за шкирку, и тот едва успел переложить Иргу на колени Лилейне. Нэш сбил Сэма с крыльца, и они вместе повалились в пыль, покатились по двору, сцепившись, как два кота.

— Что, опять? — страдальчески спросил Дерек, появляясь на пороге. Прищурившись, посмотрел на дерущихся мужчин и зевнул.

— Милорд, — позвала его Лилейна. — Что-то не так с Иргой.

Дерек повернулся, быстро присел рядом с ними, погладил холодную щеку Ирги, положил руку ей на грудь. Нахмурившись, дернул за ворот простой белой сорочки, так что мелкие пуговки брызнули в стороны, прижал ладонь к голой коже.

— Сердце бьется, — сказал он, — хоть и слабо. Ее будто отравили. Лишили сил.

На крыльцо метнулась тень, и Дерек вздрогнул от неожиданности. Черный кот утробно взвыл, прикусил сорочку на плече Ирги, потянул изо всех сил, скользя когтями по камням.

Дерек, нахмурившись, посмотрел на кота, потом глянул ввысь, в усыпанное звездами ночное небо, куда уходила башня.

— Вот я идиот, — пробормотал он. Подняв Иргу на руки, он снес ее по ступеням за котом, что бежал впереди и, подвывая, бил себя по бокам обрубком хвоста. — Лесные считали, что их силы идут от земли, — пояснил Дерек, неотрывно глядя на Иргу. Черный кот улегся рядом с ней, положил голову на раскрытую ладонь. — А я поселил ее на самый верх башни.

— Это все старые сказки, что читала твоя мать, — выдавил Нэш, голову которого Сэм зажал локтем, и укусил того за бок. Тот взвыл, выпустил котолака.

— Так нечестно! — крикнул Сэм.

— А мы не на турнире, — ответил Нэш, вытирая кровь с губ.

— Прекратите! — приказал Дерек. — Кажется, она приходит в себя.

Ирга с шумом втянула воздух, открыв глаза, прижала руку ко лбу.

— Милорд? — прошептала она. — Что случилось?

— Похоже, тебе придется переселиться в другую комнату, Ирга.

Лилейна с облегчением выдохнула, спрятала лицо в ладони.

— А вы тут как оказались? — спросил Дерек, скользнув взглядом по голым ногам Лилейны.

— Услышала шум, — ответила она, возвращая самообладание. Полы халата распахнулись, и Лилейна покрутила пальчиком тонкую бретельку пеньюара.

— Ради Великой матери, идите в замок, Лилейна, — взмолился Дерек. — Мне даже смотреть на вас холодно.

Фыркнув, принцесса развернулась, взметнув подолом так, что меховая оторочка мазнула Дерека по лицу, и ушла, а лорд, усмехнувшись, помог Ирге встать.

— Что-то мне нехорошо, — пробормотала она. — И прошлым утром тоже…

— Знаешь, что, давай-ка я отведу тебя в одно место, где тебе наверняка станет лучше, — Он приобнял ее за плечи, повел по двору. — Нэш! Принеси побольше одеял в старую часовню. А ты…

— Сэм, — угрюмо представился капитан, под глазом которого расцветал шикарный бланш, а в усах, топорщившихся смятой щеткой, запекалась кровь.

— Следи за принцессой. Кажется, именно это тебе приказал король? Почему она бегает по замку полуголая?

Сэм кивнул и пошел вслед за Лилейной.

***

Часовня, которая ютилась в крохотном саду, была единственной деревянной постройкой, увиденной Иргой в горах.

— Она не сгорела, — сказал Дерек, будто подслушав ее мысли. — Люди увидели в этом знак. Посчитали, что дракон — проклятье лесного народа. Ты знала, что в войне люди использовали огонь? Сжигали целые леса.

— Что со мной происходит? — спросила Ирга.

— Дикие считали, что у них связь с природой, с землей. Похоже, тебе нельзя слишком сильно от нее отрываться. Прости, Ирга. Поселив тебя в башню, я чуть тебя не убил.

— Вы ведь не знали, — задумчиво ответила она.

— Я был ребенком, когда война закончилась, и, если и видел лесных, то не помню об этом. Но в нашей библиотеке есть книги о диком народе. Мама покупала их для Нэша.

Открытый проход в часовню оплетал плющ с плотными глянцевыми листьями, Ирга отодвинула свисающую ветвь и вошла внутрь.

Статуя матери, высеченная из дерева, освещенная лунным светом, проникающим в отверстие в потолке, протягивала ей чашу, улыбаясь, в темной воде отражались звезды. Ирга села на одинокую скамью.

— Она не такая, как наша мать, — заметил Дерек. Он сел рядом, растер плечи Ирги, но та, кажется, не чувствовала холода. — Семь великих родов людей из-за Бушующего моря произошли от капитанов семи кораблей. Они приплыли на континент в поисках новой родины и основали великое королевство. Но не забыли богиню, которая помогала им в пути и вела к земле. Они сняли первые изображения матери со шпилей своих кораблей. Великая богиня, которая держит оружие в обеих руках, готовая как защитить своих детей, так и бросить их в бой. Что могла противопоставить ей женщина с чашей? Наверное, мать лесного народа тоже любила своих детей, но по-другому. Наша мать требовательна и строга, но и дети ее достигают многого. А лесным людям не приходилось выслуживать любовь богини. Она любила их просто так.

— И какая любовь правильная? — спросила Ирга.

— Та, что победила, — ответил Дерек. — Может, война из-за того и началась. Словно два ребенка выясняли, кого мама любит сильнее.

Ирга вздохнула, и Дерек взял ее руку в свои ладони.

— Твоя мать была из лесного народа, — сказал он, перебирая ее пальцы. — Теперь я в этом не сомневаюсь. Скорее всего, король взял ее силой, когда пыл боя еще не угас. Но она сохранила тебя, выносила. Она любила тебя, Ирга, как Мать лесного народа любила своих детей. Безусловно.

— Я принес одеяла, — Нэш, пригнув голову, вошел в часовню и замер, увидев Дерека и Иргу, сидящих совсем близко друг к другу.

— Давай их сюда, — махнул рукой Дерек.

Следом в часовню протиснулась Генриетта.

— Ирга! Девочка моя! — воскликнула она, набрасывая на нее тулуп. — Ты что, босая? Милорд, вы очумели?

— Я ни при чем, — ответил Дерек, вставая и пятясь к проходу. — Это все Нэш. Позаботьтесь о ней. А завтра — выезжаем.

— Как завтра? У меня ничего не готово! — возмутилась Генри.

— Если мы хотим довезти обеих невест, лучше поторопиться, — бросил лорд, выходя из часовни.

Генриетта присела у очага в стене, разворошила отсыревшие бревна и сунула туда охапку щепок. Густой белый дым нехотя потянулся вверх.

— Это ведь ты меня вынес из комнаты? — спросила Ирга, когда Нэш сел рядом, укутав ей ноги одеялом.

— Чего ты так решила? — буркнул он.

Ирга вздохнула и положила голову ему на плечо. Полено зашипело, но огонь никак не хотел разгораться, медленно обугливая лучины.

— Дерек очень красивый, — прошептала Ирга. — Богатый. Умный. Столько всего знает.

— Угу, просто мечта. И он гораздо лучше дракона — вот что важно, — промычал Нэш, уткнувшись носом в ее макушку. — Ты так приятно пахнешь, Ирга.

— Я не хочу его любви, — прошептала она и, найдя ладонь Нэша, сжала ее. — И его самого не хочу.

— Если ты сбежишь, Дерек может пойти на принцип, — сказал Нэш. — Ты пожертвуешь кузнецом? В принципе, он ведь тебе даже не отец…

Ирга замотала головой, отпустила его руку, выпрямилась, но Нэш обнял ее и снова привлек к себе. Огонь наконец разгорелся, осветив скудное убранство часовни, и Генриетта встала, с хрустом разогнув колени.

— Я, пожалуй, пойду, — сказала она, упорно не глядя в их сторону. — Мне еще столько всего надо сделать. Дерек придумал — выезжаем завтра. Почему не через час? Почему не сию минуту?

Ворча, она вышла из часовни, а Нэш расстелил одеяла возле очага.

— Ложись, поспи, — сказал он.

— А ты?

Нэш отвел глаза.

— Мы ведь уже спали с тобой однажды, — Ирга делано улыбнулась, чувствуя, как сердце выпрыгивает из груди.

— Не думаю, что стоит повторять, — Нэш сел в дальний угол, поджав колени к груди, и только глаза его мерцали, отражая свет огня.

Вода в чаше статуи вдруг подернулась рябью, как будто мать вздохнула.

Устроившись на одеялах, Ирга долго смотрела на тихий огонь, не выдержав, повернулась к Нэшу.

— Может, расскажешь, какой следующий пункт по превращению меня в желанную женщину? — предложила она. — Первый — не хмуриться и выглядеть приветливой — я более-менее освоила. По крайней мере, Дерек от меня не шарахается.

— Взгляд, — подумав, ответил Нэш. — Почаще смотри на лорда, а когда он заметит, отворачивайся, но не сразу.

— Просто таращиться на него? — удивилась Ирга, подкладывая ладонь под голову.

— Нет, — Нэш запустил пальцы в волосы. — Ты должна смотреть на него так, будто хочешь его.

— Хочу?

— Заняться с ним любовью, — пояснил Нэш.

Ирга покраснела.

— Я никогда не… Как мне на него смотреть, если я даже не знаю, как это? И вообще, папа говорил, что это только мужчинам надо.

— Твой приемный отец ведь был бобылем? — уточнил Нэш. — Возможно, именно по этой причине. Физическая любовь — это очень приятно и нравится женщинам, если им попадется хоть сколько внимательный мужчина.

— Мой папа — очень внимательный! — вспыхнула Ирга.

— Давай уточним, — усмехнулся Нэш. — Мы сейчас спорим о том, хороший ли любовник кузнец?

Ирга нахмурилась, помолчала.

— Я все равно не понимаю, как я должна смотреть на Дерека.

— Ладно, давай проще, — согласился Нэш. — Целоваться ведь тебе понравилось?

Ирга кивнула.

— Вот, смотри на Дерека так, будто хочешь его поцеловать. Пусть думает, что у тебя есть к нему чувства. Попробуй посмотреть так на меня.

Он поднялся, подошел к Ирге и присел рядом с ней. Желтые глаза, полыхающие теплым огнем, хищные ноздри. За мягкими губами — острые клыки. Ирга протянула руку, погладила пальцами колючую щетину. Губы ее слегка приоткрылись.

— У тебя отлично получается, — пробормотал Нэш и вскочил. — Отдыхай теперь. Завтра сложный день.

Он стремительно вышел из часовни, а Ирга, почувствовав странное разочарование, отвернулась к огню и закрыла глаза.

Нэш метался по саду, не находя себе места. Замок чернел безжизненной громадиной, сливаясь с очертаниями гор. Красная звезда переместилась точно в центр луны — как зрачок в круглом кошачьем глазу.

Выдохнув, он вошел в часовню и так и застыл у порога. Ирга спала у очага, а рядом с ней, подпирая ее пушистыми боками, лежали кошки. Нэш невольно улыбнулся, глядя, как деловито раскладывает своих котят в ногах Ирги рыжая кошка-мать. Он расстелил последнее одеяло рядом, и черный кот, которого он побеспокоил, зашипел на него. Нэш зашипел в ответ, обнажив клыки, и, улегшись, уснул.