Глава 12

Выехали они только после обеда, когда солнце покатилось к горным вершинам, белеющим вдали. Обоз медленно полз по дороге, усыпанной красными листьями и зажатой в тиски серых утесов, с которых мелкие деревца свешивали кривые голые ветки. Королевская стража разделилась на две части: четыре всадника, во главе с капитаном, ехали перед принцессой, остальные держались позади кареты Ирги, в которую ее усадила Генриетта. Сделанная из темного дерева, карета блестела свежим лаком, а на дверях раскинул крылья серебряный орел. Воины Дерека ехали группами, рассредоточившись по дороге, то и дело хмуро поглядывая вверх, на нависающие уступы скал.

Рыжий мул с соломенной, будто выгоревшей на солнце гривой переставлял крепкие ноги по опавшей листве, а на нем покачивалась Генриетта, которая бормотала себе под нос ругательства, переживая о том, что она наверняка что-нибудь забыла.

— Не нервничай так, Генри, — не выдержал Нэш, — а то еще начнешь усы на себе рвать, как принцессин капитан.

Генри окатила его хмурым взглядом, направила мула ближе к вороному коню, на котором ехал Нэш.

— Отвлеки меня от нервных дум светской беседой, — скорее приказала, чем попросила она. — Что происходит между тобой и Иргой?

Нэш непринужденно пожал плечами.

— Что может происходить между мной и невестой Дерека, вернее, одной из его невест? Ровным счетом ничего. Я слежу за ней по его приказу.

— И пытаешься сделать так, чтобы она из невесты стала его женой, — дополнила Генри.

— Видишь, ты сама все знаешь, так зачем спрашиваешь?

— Я раньше никогда не видела, чтобы ты так заботливо относился к девушке.

Она пытливо посмотрела на него, но Нэш лишь улыбнулся, глядя на дорогу, красным ковром стелющуюся под копыта коня.

— Приказ лорда. Ну и, может, мой внутренний котик, как выражается Дерек, реагирует на то, что она полукровка диких, я не знаю. Она милая, Генри. Но ты ведь знаешь, я — кот, который гуляет сам по себе.

Генри вздохнула, поерзала в седле, и мул повернул голову, недовольно дернул длинными рыжими ушами.

— Не думаю, что твоя затея — влюбить в нее Дерека, чтобы он в итоге на ней женился — выгорит.

— Это почему же? Считаешь, в Иргу нельзя влюбиться?

— Можно, конечно. Но одно дело любовь, а совсем другое — брак. Я три раза была замужем, — ответила Генри. — Первый раз, потому что залетела. Молодые были, горячие…

— Ты и сейчас горячая штучка, Генри, — усмехнулся Нэш. Женщина шутливо его толкнула в плечо, и он возмутился: — Поосторожней, ты меня чуть из седла не выбила!

— Не думаю, что я его любила, страсть была, это да, — продолжила Генриетта. — Потом муж отправился на войну с лесными, да так и не вернулся. Сказали — погиб на Костяной пустоши.

— Там многие погибли.

— Зато вернулся его дядька. Он был ранен и так и не оправился до конца. Его полюбил мой сын. Ходил за ним всюду как хвостик, тот его учил рыбачить, пользоваться инструментами, всяким мужским делам. Ну и как-то так сложилось, что он остался у нас. Мне его было жалко. Он иногда замирал и глядел в одну точку, а лицо делалось такое страшное… Иногда кричал по ночам. Мы с ним всего лет пять прожили. Успели второго сына сделать.

— А третий муж? Хоть его ты любила?

Генри пожала плечами.

— Да как-то сошлись, не слишком сильно раздражали друг друга, все ж вдвоем проще.

— Зачем вообще женились?

— Его родители забили кабана, — пояснила Генри, — мясо на свадьбу было, чего ж не жениться.

Нэш прикрыл глаза ладонью.

— Это самая романтичная причина, которую я когда-либо слышал, — простонал он.

— Любовь — не такая простая штука, которую можно вызвать миленьким личиком да нежным взглядом. Из чего она возникает, из какой искры разгорается… Но знаешь что? — склонилась она к нему, так что и мул накренился, судорожно перебирая копытами.

— М? — Нэш непроизвольно улыбнулся, заметив Иргу, которая высунулась из окна кареты и с восторгом смотрела вокруг.

— Ты, котик мой, искришь как еловая ветка.

— Это мое обычное состояние, — отмахнулся он. — Ты же знаешь, я просто огонь.

— Ну-ну, — покивала Генри. — Как бы не вышло пожара. Лорд — не такой как ты. Он женится на той невесте, которая будет выгодней. Думаю, он любил Марайю, но ведь не сделал ей предложение.

— И что ты предлагаешь?

— Я предлагаю тебе хватать Иргу и бежать с ней туда, где вас никто не найдет, — прошептала Генри.

— Ирга на это не пойдет, — ответил Нэш. — Дерек сказал, что убьет ее приемного отца, если она сбежит.

— Может, и не убьет, — засомневалась Генриетта.

— Дерек не выносит, если его приказы не выполняются. К тому же, — Нэш хищно улыбнулся, — разве тебе не хочется взглянуть на дракона, который сжег дорогих нам людей?

Генри внимательно посмотрела на Нэша и уже хотела что-то сказать, но он прижал пятками смоляные бока коня и поскакал вперед.

Когда дорога вывела обоз на широкую округлую площадку, окаймленную каменной грядой и темной бахромой елок, Дерек объявил привал. Генри уверенно распоряжалась воинами, которые, похоже, не смели ее ослушаться, и на старом кострище вскоре заплясало пламя. Две румяные служанки раздавали мужчинам вяленое мясо и хлеб, в котелке забулькал ароматный травяной чай.

— Почему мы остановились, милорд? — спросила Лилейна. — Мы могли бы еще ехать и ехать.

— Вы куда-то спешите? — усмехнулся Дерек. — Это не просто отдых. Здесь заканчиваются мои земли, а вон там, — он кивнул в сторону дороги, сменившей красный цвет листьев на червонное золото, — начинаются земли горных кланов.

— Не знала, что среди горцев есть лорды, — удивилась Лилейна.

— Фактически это земли короны, — пояснил Дерек. — Однако горцы с этим не согласны.

— Разве вы не должны были навести порядок в горах? — спросила принцесса.

— Смотря что вы понимаете под порядком. Мы наладили с горными кланами торговлю, и вооруженные стычки происходят все реже. Но если вы, как и ваш венценосный отец, считаете порядком полное истребление в чем-то несогласных народов, тогда да, работы у меня непочатый край, — он слегка поклонился и пошел прочь, оставив Лилейну одну.

Нэнси разложила походный стульчик для принцессы на лужайке, но Лилейна пошла вдоль обоза, рассматривая попутчиков. Бородатые воины серебряного лорда выглядели грязными и потертыми, несмотря на то, что только сегодня выехали из замка. Королевская стража поменяла золотые шлемы на меховые шапки и тоже будто вылиняла.

— Вам что-нибудь нужно, принцесса? — спросил Сэм.

Лилейна вздохнула, осмотрелась по сторонам.

— А где здесь отхожее место? — недовольно спросила она. — Я так понимаю, везде? Что ты ухмыляешься, считал меня нимфой без земных потребностей?

— Напротив, земные потребности очень вам к лицу.

Принцесса иронично изогнула золотистую бровь.

— Я имел в виду не эти потребности, а другие…

Она махнула рукой, обрывая его на полуслове, и удалилась в сторону елок. Пробираясь между колючих веток, Лилейна успела проклясть и короля, и дракона, и несколько раз — Дерека. Найдя наконец укромное место, которое не просматривалось с поляны, она подняла юбки вверх и присела. Когда, выдохнув от облегчения, Лилейна выпрямилась и расправила платье, она встретилась взглядом со смуглым мужчиной на сером, в цвет гор, коне, выехавшем из расщелины. Он медленно осмотрел ее с ног до головы, насмешливая улыбка тронула уголки тонких губ. Он повернулся в седле, и Лилейна невольно оценила и хищный горбоносый профиль, и разворот плеч, укрытых меховым плащом — снежно-белым, с овальными серебряными пятнами. Мужчина гортанно выкрикнул что-то, и за спиной его грянул дружный хохот.

‍​

Спохватившись, Лилейна бросилась назад, к обозу. Обернулась — из расщелины выезжала целая вереница всадников: все как один темноволосые, на серых приземистых лошадях, аккуратно переставляющих сухощавые ноги.

— Там горцы! — выкрикнула она, выбегая на стоянку. — Горцы!

К ее удивлению, воины Дерека лишь отставили в стороны миски и подтянулись ближе к своему лорду. А Дерек доел кусок хлеба, запил чаем и лишь потом встал, стряхнул крошки с колен.

Горцы подъехали к костру, спешились. Один, на вид совсем мальчишка, отвел коней к зеленой прогалине между деревьями. Лилейна быстро насчитала восемь человек, выдохнула, потом невольно подумала, сколько еще в скалах может прятаться смуглых воинов, вооруженных луками, и придвинулась ближе к Сэму. Королевские стражники закрыли ее плечами с нашитыми золотом «А».

— Приветствую тебя, Мансур, сын Имрана, — сказал Дерек, и Лилейна скривилась — дикий мужик в меховом плаще должен был поздороваться первым.

— Пусть прольется на тебя благословение матери, Дерек, сын Джонатана, — ответил тот, и Лилейна невольно закатила глаза — он еще и использовал форму приветствия лесного народа. — Ты вступил на мои земли.

— Я пришел с миром. Преломи со мной хлеб.

Дерек приглашающе махнул рукой, и Мансур опустился на поваленное бревно у костра с королевским достоинством. Он взял из рук Дерека краюху, откусил, и все будто выдохнули. Серебряные воины так и вовсе вернулись к своим тарелкам, потеряв интерес к разговору. Однако лошади в обозе вдруг заволновались, заржали, седой конь Дерека взвился на дыбы.

— Ты решил завести себе котенка? — усмехнулся Дерек, когда заметил снежного барса, которого вел, привязанного ошейником к длинному металлическому шесту, еще один горец.

— Решил взять с тебя пример, — улыбнувшись, ответил Мансур. — Но твой кот служит тебе верно, а вот от своего я вряд ли добьюсь послушания. Мой брат поймал его недавно. Барс совсем молод, но уже с характером. Жаль, придется пустить его на мех.

Белый хищный кот сузил яркие голубые глаза, зашипел, забил толстым пушистым хвостом. Горец привязал конец цепи, прикрепленной к шесту, к дереву, отошел к остальным.

— Куда держишь путь? — спросил Мансур.

— Мне надо пройти горный кряж, — неопределенно ответил Дерек, — а через месяц вернуться обратно.

— Тебе нужны сопровождающие?

— Нет, со мной Нэш, — Дерек обернулся и заметил котолака рядом с Генри, та как раз подкладывала ему на тарелку кусок мяса. Пошарив взглядом по головам, Дерек нахмурился, но вскоре увидел и рыжую макушку Ирги.

— Я привез шерсть и ковры, взглянешь?

— На обратном пути — буду счастлив.

— Королевская карета? — заметил Мансур.

— Я сопровождаю принцессу.

‌Лилейна, почувствовав на себе жгучие взгляды горцев, надменно кивнула. Не хватало еще делать реверансы перед дикарями.

— Я легко могу представить ее сидящей… — Мансур выдержал долгую паузу, за которую Лилейна успела его возненавидеть, — на троне, — закончил он, насмешливо рассматривая принцессу.

— Король обещал ее мне, — сказал Дерек.

— Что ж, ты будешь хорошим королем, — одобрил Мансур. Он глянул в сторону, и вдруг его глаза расширились, он поднялся с бревна, протянул руку… Лилейна проследила за направлением и ахнула. Рыжая девка гладила барса, который повалился на спину, подставив ей белоснежное, как горные вершины брюхо. Ирга погружала пальцы в густой мех, почесывала хищника, словно обычного котенка.

— Отдай мне ее, — выпалил Мансур.

— Она моя невеста, — ответил Дерек, тоже поднявшись с бревна.

— Я думал, ты только что сказал, твоя невеста — она, — Мансур невежливо ткнул пальцем в сторону Лилейны, но взгляд его все так же был прикован к Ирге, которая тихо рассмеялась, когда барс обхватил толстыми лапами ее руку — мягко, без когтей — и притянул к себе. Горец вдруг произнес несколько слов на певучем языке, который Лилейна никогда не слышала раньше.

— Она не знает языка лесных, — сказал Дерек. — Полукровка.

— Что ты хочешь за нее? — Мансур вцепился взглядом в серебряного лорда.

— Она не овца и не ковер, — нахмурился Дерек. Почувствовав перемену настроения беседы, к костру подтянулись воины. Нэш первым вырос за плечом лорда.

— Так пусть сама решает, — согласился Мансур. — Спросим ее.

— Нет, — жестко ответил Дерек. — Ее судьба уже решена. Прости, Мансур, сын Имрана.

Мансур со свистом втянул воздух сквозь сжатые зубы. Он стремительно отошел от костра к Ирге, остановился, глядя, как она, сидя на коленях, играет с барсом. Тот прихватил зубами ее запястье, но тут же отпустил, лизнул розовым шершавым языком. Ирга шутливо потрепала его за ухо, глянула на горца, застывшего перед ней. А тот вдруг опустился на колено, так что белый плащ расстелился по желтым листьям, склонил голову. Один за другим воины горного клана быстро подошли к Ирге, преклонили колени рядом со своим вождем, а потом так же стремительно вскочили на коней, которых подвел младший, и исчезли.

Только топот копыт завис на площадке, окруженной серыми скалами.

— Это очень скверно, — выдавил сквозь зубы Дерек. — Собираемся. Живо!

***

Они остановились только у входа в ущелье — две отвесные скалы, готовые сомкнуться, прихлопнув путников, влажно блестели на срезе, будто покрытые испариной, густой зеленый мох взбирался по трещинам узкими лентами.

— Ущелье Девы, — сказал Нэш, задержав коня у кареты.

— Почему это? — буркнула Генриетта, выглядывая в окно. Она устроилась в карете с Иргой, обрадовав не только ее, но и мула.

— Ну, тут узко и влажно, — хмыкнул Нэш.

— И туда-сюда уже прошла толпа народу, — возразила Генри. — Какая ж это дева?

— Пожалуйся Дереку, он любит выдумывать новые названия, — посоветовал Нэш. Он подошел к самому входу в ущелье, прикрыв глаза, втянул воздух. Ноздри его затрепетали. — Там есть люди, — тихо сказал он лорду, который подъехал к нему на Седом. — Не много.

— Они бы не успели устроить большую засаду, — кивнул тот. — Будем прорываться.

— Уверен?

— Нас тридцать человек, — сказал лорд. — Подождем, когда здесь соберутся все горные кланы, решившие отбить полукровку лесных?

— Зачем она им сдалась? — спросил Нэш, невольно обернувшись на карету.

— Горцы не участвовали в войне. Но они жили в мире с лесными и разделяли их религию. Они ведут род от людей, которые были тут еще до прибытия семи кораблей. А лесные считали, что произошли, ни много ни мало, от самой Великой Матери. Похоже, в Ирге видят наследницу диких. Раз уж она единственная.

— Так может Ирга куда выгоднее невеста, чем золотая рыбка? — встряла Генри, которая вдруг оказалась за спинами мужчин. — Королева лесного народа, — с пафосом произнесла она.

— Повелительница Костяной пустоши и всея пепелищ, — поддакнул Дерек. — Все, не задерживаемся. Генри, бери Иргу и идите к Лилейне. Остальных женщин отправьте в вашу карету. Надеть кольчуги и шлемы! — гаркнул он, обернувшись к воинам. — Приготовить щиты! Луки на изготовку! Прорываемся быстро!

Ирга засунула руку в карман юбки и, нащупав рукоятку ножа, крепко ее обхватила. Пока воины спешно седлали лошадей после переговоров с горцами, она взяла из обоза нож, чтобы освободить барса. Толстая жесткая кожа никак не поддавалась, и, если бы шкура кота не была такой плотной, она наверняка бы его поранила, пока пилила ошейник. Барс не хотел уходить, шел за ней следом, прикусывал юбку, будто недоумевая, отчего она больше не хочет с ним играть. Ей пришлось его прогнать, когда Дерек потянулся за луком.

Ирга погладила резьбу на рукоятке. На сиденье напротив пренебрежительно отвернулась и едва заметно сморщила нос принцесса. Лилейна заплела волосы в простую косу, как раньше носила Ирга, перекинула ее через плечо. В королевской карете все было оббито красным бархатом, и, сев в нее, Ирга почувствовала себя так, словно уже оказалась в чреве дракона.

Она осторожно потрогала лезвие ножа подушечкой пальца. Капитан принцессы едет впереди, вместе с двумя стражниками, остальные королевские воины — позади. Можно отомстить Лилейне, подкоротив ее волосы прямо сейчас. Ирга покосилась на Генриетту, сидящую рядом, и заметила каплю пота, ползущую по ее виску. Тревога вдруг поднялась волной, сдавила горло так, что стало трудно дышать. Ирга слышала цокот копыт по камням, скрип колес, тихо звякало оружие. В окошках, полуприкрытых алыми шторами, проплывали черные скалы ущелья, то отдаляясь, то едва не царапая бока кареты. В маленьком окне впереди виднелась шея кучера, русые волосы подстрижены ровно, как под линейку. Еще бы, ведь на эту шею смотрит принцесса, когда ей вздумается отдать приказ.

Раздался едва слышный свист, и из шеи кучера вдруг вырос окровавленный наконечник стрелы.

Ирга зажала себе рот рукой, но тишина ущелья уже взорвалась криками.

Свист стрел, звон мечей, ржание лошадей и людские стоны — все слилось в оглушительную какофонию звуков. Удар по крыше — и сбоку безжизненными плетями свесились руки. На очередном камне карета подскочила — и тело горца съехало вниз, шмякнулось о камни, хрустнуло, попав под колесо. Карета замедлила ход, остановилась, а потом кто-то столкнул кучера, занял его место. Ирга увидела в маленькое окошко крепкое плечо, потом взъерошенные черные волосы. Свист — и она не сдержалась, вскрикнула, будто воочию увидев стрелу, вырастающую из шеи Нэша. Наконечник со стуком вошел в дерево кареты, и Ирга сорвалась с места, толкнула дверку.

— Ты куда? Сядь сейчас же! — заорала принцесса, схватила ее за рукав. Ирга не глядя отмахнулась от нее, вырвалась и, выскочив из кареты, запрыгнула на козлы рядом с Нэшем. Она сорвала круглый щит с его спины, подняла над головой. Стрела тут же впилась в него, и рука Ирги дернулась от удара, щит гулко стукнул Нэша по макушке.

Гортанный приказ прозвучал откуда-то из скал, лучник слетел с уступа, перевернувшись в воздухе, тряпичной куклой шмякнулся о землю. В спине его торчала стрела с белым опереньем.

— Как удачно, что ты пришла! — одобрил Нэш, сгребая ее за талию и придвигая к себе ближе. — Мансур только что пригрозил, что убьет любого, кто срежет хоть один рыжий волосок с твоей головы.

— Надо натравить его на Лилейну, — буркнула Ирга.

Нэш рассмеялся, запрокинув голову, и стегнул поводьями спины лошадей.

Они мчались по ущелью, гремя колесами. Впереди, на черном коне, скакал Дерек, он то нырял под уступы, то закладывал такой вираж, что казалось, лоснящийся вороной бок Седого заденет скалу. Усатый капитан обзавелся длинным свежим шрамом через все лицо. Он все оборачивался и выкрикивал «держать строй», но Ирга видела лишь одного королевского стражника рядом с каретой. Он прикрывался щитом, ощерившимся стрелами, словно еж.

Часть воинов Дерека укрылась в повозке с припасами. Спрятавшись под щитами, они осыпали стрелами скалы, а тяжеловозы, укрытые кольчужными попонами от головы до хвоста, тянули повозку, не замечая стрел, вонзающихся у самых копыт.

Нэш вытащил нож из-за голенища и метнул его в мужчину, который быстро, как ящерица, спускался по почти отвесной скале. Нож вошел точно под лопатку, Ирга закрыла глаза, но услышала влажный удар, когда тело упало на камни.

В отдалении будто прогремел гром, Ирга подняла глаза к чистому небу, голубой полоской вьющемуся над узким ущельем — странно.

Нэш стегнул коней еще быстрее, спрятав нож, второй рукой крепко обнял Иргу, чтобы не вылетела на камни на поворотах.

— Они устроили обвал! — крикнул он, подвинувшись, сунул ей в руки поводья. — Сейчас будет рукопашная. Не останавливайся, гони!

Он подобрался, как кот перед прыжком. Из-за очередного поворота, где ущелье расширялось, на них вылетели всадники Мансура. Серые кони, укрытые вязью кольчуги, взбили копытами пыль. Гортанный клич горцев отразился от стен ущелья, оглушая. Нэш спрыгнул с козел, выбил одного из горцев из седла. Карета вильнула, грохнулась о скалу, кони заржали, переминаясь на месте.

Глаза Ирги заслезились от пыли. Сморгнув, она увидела Дерека, меч которого сверкал холодной сталью — здесь не было места серебру. Нэш пробился к лорду на серой лошади, стал за его спиной, прикрывая.

— Гони! — выкрикнул он, посмотрев на Иргу. Желтые глаза его гневно сверкнули.

Опомнившись, она стегнула коней. Карета скрежетнула золотым вензелем о камни, поехала, набирая ход. Горец запрыгнул на одного из коней упряжки, белозубо оскалился, обернувшись на Иргу, и тут же слетел, захлебываясь кровью от удара капитана. Тот поскакал впереди, и Ирга поехала следом, борясь с желанием обернуться. Они успели проскочить под градом сыплющихся камней, переехали насыпь. Ирга посмотрела вверх — валун качался, остановившись на выступе, а потом, накренившись, рухнул вниз позади кареты.

Кони вынесли их на серую пыльную дорогу, свернули в тень деревьев. Ирга выронила поводья, раскрыла ладони, покрытые кровавыми полосами от вожжей. Устало привалившись к карете, она вытерла лоб, лишь размазав пот и кровь по лицу.

Дверка распахнулась, и на дорогу спрыгнула Лилейна. Обойдя карету, она взобралась к Ирге и, без лишних слов, влепила ей пощечину.

Зашипев, как кошка, Ирга схватила Лилейну за косу, во второй руке сверкнуло лезвие. Сэм мгновенно оказался рядом, выкрутил ей руку так, что Ирга вскрикнула от боли и выронила нож ему в ладонь, но он сам вдруг отлетел в сторону.

— Я тебе говорил — не трогай ее, — прорычал Нэш, лохматый и взвинченный после сражения. Он так стремительно уложил капитана, что Ирга даже не успела заметить его движений. Придавив коленом спину Сэма, Нэш подвел его руку, сжимающую нож, к лицу, прижал лезвие к щеке. Он соскреб пышный ус, стряхнул волосы, прилипшие к ножу.

— Нэш! — выкрикнул Дерек, выезжая из ущелья. — Уймись! Нам горцы в спину дышат, а ты решил побрить капитана?

— Если тронешь ее еще раз, я тебе руку сломаю! — рыкнул Нэш.

Сэм вскочил и вдруг отшатнулся, лицо его исказилось от страха.

— Кот, — просипел он, указав пальцем в Нэша. Тот вежливо поклонился.

— Нэш! — повторил Дерек. — Что с тобой? — вопрос прозвучал неожиданно тихо. — Что с твоим лицом?

Нэш прикоснулся кончиками пальцев к носу, губам.

— Я очень красивый? — предположил он.

— На миг мне показалось, что ты оборачиваешься, — с облегчением рассмеялся Дерек. Подъехав к нему, спешился, хлопнул по плечу. — Померещилось.

— Не померещилось! — крикнул Сэм. — У него переносица раздалась и вздернулась губа…

— Тебя сейчас тоже не узнать, — заметил лорд и сказал Нэшу. — Я ведь так и знал, что дело в усах!

— Велите наказать Иргу! — встряла Лилейна. — Она ударила меня! — Повернувшись боком, продемонстрировала синяк на подбородке. — Она угрожала мне ножом!

— И что теперь, казнить ее? — спросил Дерек.

— Выпороть!

— Это наказание не подходит особам королевской крови, — ответил лорд.

— Да какая в бездну королевская кровь! Посмотрите на нее!

— Значит, и дракону она не подойдет?

Лилейна покраснела от злости, и Ирга неожиданно для себя показала ей язык.

— Я тебя уничтожу, — прошипела ей принцесса.

— Возможно, она спасла вам жизнь, — заметил Дерек. — Вторая карета так и осталась в ущелье.

— Там ведь женщины! — Генри вывалилась из кареты, схватившись рукой за поясницу, выпрямилась.

— А еще горцы, — ответил лорд. — Нам чудом удалось протащить повозку через обвал. Карета шире.

— Я схожу, — предложил Нэш. — Скорее всего, Мансур сейчас бросился за подкреплением.

— Вот именно, — согласился Дерек. — Нам нельзя терять время.

— Нельзя их там оставлять! — воскликнула Ирга. — Давай я пойду с тобой, Нэш. Меня они не тронут.

— Еще как тронут, — возразил лорд. — По-видимому, Мансур хочет жениться на тебе и претендовать на земли диких.

— Я догоню вас, — сказал Нэш, идя к ущелью. Несколько воинов неуверенно потянулись за ним следом.

— Нет! Это приказ! — рявкнул Дерек. — Ты — проводник. Вот и веди нас.

Нэш повернулся, и его лицо будто пошло рябью, а потом из ущелья донесся плач, и все выдохнули — на дорогу выбрались три девушки. Одна, с подвернутой ногой, шла посередине, опираясь на плечи подруг.

— Нэнси, слава богине! — обрадовалась Лилейна.

— Все по местам! Надо убраться отсюда как можно скорее! — скомандовал лорд. — Держим темп!

Девушкам помогли взобраться в повозку, Ирга, запрыгнув, села с ними рядом.

— Я не поеду с этой королевской выдрой, — заявила она.

— Я бы тебе и не позволила, — процедила Лилейна и, сев в карету, хлопнула дверкой. На козлы взобрался Сэм. Он ощупал неровно обритую губу, и, скрежетнув зубами, стегнул коней.

— Почему ты не угомонишь усатого? — поинтересовался Нэш, догнав Дерека.

— Теперь он усат лишь наполовину. Он защищал Лилейну, — пожал плечами лорд. — У Ирги был нож. Кстати, отбери его.

— Пусть останется у нее, — возразил Нэш. — Мало ли…

— Что происходит? — не выдержал Дерек. — Ты и раньше не был образцовым слугой, но никогда не перечил мне так явно. Ты хотя бы знал тех девок?

— А ты не знал? Две работают на тебя всю жизнь, а Нэнси — служанка Лилейны.

— Ах да, розовые ушки, — вздохнул лорд. — Куда мы сейчас? — он посмотрел на дорогу, которая раздваивалась впереди. Левая шла в горы, которые заслонили собой полнеба, правая сворачивала в чахлую березовую рощу.

— Повернем на перешеек.

— Через земли лорда Говарда? Терпеть его не могу.

— Так быстрее. Мансура он точно не пропустит. Мы выгадаем пару дней, не меньше.

Дерек кивнул.

— Скажи, ты не чувствуешь ничего странного? — спросил он. — На миг мне показалось, что ты и вправду оборачиваешься.

— Нет, — ответил Нэш. — Ничего такого.