Глава 22

Место для стоянки Нэш выбирал придирчиво: скалы защищали от стылого ветра, пронзающего холодом, в березовой роще журчал родник с чистой водой, а долина, усыпанная валунами, хорошо просматривалась в обе стороны. Вскоре под небом, на котором уже рассыпались звезды, загорелись костры, и аромат похлебки поплыл над лагерем.

— Мяу-мяу-мяу, — сказал Нэш, протягивая Генри пустую миску. — Давай сразу побольше, пахнет так, что я язык готов проглотить.

Генриетта плюхнула ему два черпака. Помешав содержимое котелка, выцепила ребрышко с ломтем мяса, добавила в миску.

— И что ты собираешься делать? — спросила она.

— Съем до последней капельки, — объявил он.

— С Иргой, а не с супом!

— С Иргой… — Нэш многозначительно улыбнулся, быстро глянув в сторону костра, у которого сидела девушка, зрачки его расширились.

— Да я про долгосрочные цели, болван! — рассердилась Генри, стукнув его по плечу черпаком. — Как ты думаешь ее спасти?

— Проще всего — устроить побег. Но оставлять ее одну я не хочу, и другой возможности подобраться к дракону у меня не будет. Я поклялся на могиле приемной матери, что отомщу за ее смерть!

— Я убегу с Иргой, — кивнула Генри. — А ты потом нас найдешь. Вот только у меня серьезные опасения насчет того, согласится ли она. Даже интересно посмотреть на ее приемного папашу. Она так искренне его любит! Сегодня весь день рассказывала, какие классные заклепки он когда-то поставил на ее куртку.

— Я больше опасаюсь волколака, — ответил Нэш.

— Может, он от нас отвязался, — предположила Генриетта не слишком уверенно. — Ты чувствуешь его запах?

— Нет, — покачал головой Нэш, — псиной не воняет. Но сердце у меня не на месте. Знаешь, какое-то дурное предчувствие.

— Мы идем к драконьей горе, — пожала плечами Генри, но невольно огляделась по сторонам. — Никто и не обещал увеселительной прогулки.

Нэш кивнул, зачерпывая суп ложкой.

Сэм подошел к ним, протянул Генриетте миску, и она щедро налила суп до краев.

— Слушай, капитан, — вскинул голову Нэш, оторвавшись от похлебки. — Есть у меня одно предположение… Оно невероятное по своей глупости, но я просто обязан его озвучить. Может, ты считаешь, что твои усы нравятся женщинам?

— Если тебе нужен будет совет касательно женщин, — Сэм снисходительно потрепал его по плечу, — обращайся.

— Что? — Нэш едва не поперхнулся похлебкой. — Да я сам тебя чему хочешь научу!

— И научи, — согласился капитан. — Покажи тот прием, которым ты меня уложил в замке Дерека.

— Ладно, — кивнул Нэш.

— Давай с утра, — Сэм благодарно улыбнулся Генриетте и ушел к одному из костров, аккуратно держа полную миску.

— Это что сейчас было? — Нэш проводил капитана взглядом.

— Хватит к нему цепляться, — осадила его Генри. — Он сегодня и дров нарубил, и палатки помогал ставить, и платок мой похвалил, — она, чуть покраснев, заправила за ухо темный завиток, выбившийся из-под цветастой ткани.

— Вот я и говорю — странный он сегодня, — задумчиво протянул Нэш. — Я его целый день пытаюсь из себя вывести, и так, и эдак… По усам его как только ни прошелся. А он смеется и сияет, как пятак. Бесит!

— Если он так тебя бесит, то отчего ты согласился потренироваться с ним?

— Он хороший воин, — пожал он плечами, доедая суп. — Глядишь, и вправду научусь чему новому.

Вернувшись к костру, Нэш растянулся прямо на осенних листьях и положил голову Ирге на колени.

— А знаешь, что еще любят мужчины? — пробормотал он, обнимая ее ноги. — Ласковые прикосновения.

— Нэш, ты опять за свое? — возмутилась Ирга.

— Я не про Дерека, — возмущенно встрепенулся он, посмотрев на нее. — Это я так намекаю, чтобы ты меня погладила.

Улыбнувшись, Ирга запустила пальцы в темную шевелюру, и Нэш блаженно закрыл глаза.

— Всегда мечтала завести кота, — призналась она. — Не думала, что мое желание сбудется вот так.

Дрова в пламени тихо потрескивали, из палаток доносились голоса воинов, которые спорили о том, кто первый заступает на караул, сзади хрустнули ветки под чьими-то шагами, и Ирга, обернувшись, увидела Дерека. Он прижал палец к губам, озадаченно прислушиваясь, и она вдруг тоже уловила какой-то странный звук. Тихое вибрирующее урчание, мерное и успокаивающее… Ирга повернулась к Нэшу.

— Ты мурлыкаешь! — воскликнула она.

Нэш распахнул глаза и урчание тут же прекратилось. Дерек уселся напротив, недовольно посмотрел на них.

— Может, ты сядешь? — предложил лорд.

— Мне очень удобно, — возразил Нэш, еще крепче обняв ноги Ирги. — И моему внутреннему котику тоже. Ты ведь сам жаждешь его пробудить. Вот, рядом с Иргой он просыпается.

— Никогда раньше не слышал, чтобы ты мурлыкал, — озадаченно пробормотал Дерек. — Но все это, — он взмахнул рукой, показывая на них, — мне не нравится. Нэш, убери лапы от моей невесты! И мне будет спокойнее, если ты, Ирга, станешь спать в моей палатке. В ту ночь, что ты провела со мной, — Дерек сделал многозначительную паузу, посмотрев на Нэша, — я выспался, как младенец. Похоже, действие твоей природной магии.

— Милорд, — ровно произнесла Ирга. — Воспоминания о вчерашнем вечере у меня слегка путаются, но я точно помню, что вы нагнули меня над столом, задрали юбки и собирались прилюдно изнасиловать. Не так ли?

Дерек поднял сухую веточку с земли, сломал пополам.

— Я надеялся, что так далеко не зайдет, — сказал он.

— А теперь вы хотите, чтобы я охраняла ваш сон?

— Все верно поняла, — кивнул он. — Обещаю, что не трону тебя. Если только сама не захочешь… Иди в палатку.

— Нет, — сказала Ирга.

Дерек прищурил глаза, внимательно глядя на нее.

— Я лорд, и могу тебя наказать за неподчинение приказам.

— А я — дочь короля, и не обязана подчиняться вам, — возразила Ирга. — Да, я бастард, так и вы тоже. Я требую уважительного к себе отношения!

Щеки ее порозовели, и пальцы задрожали от волнения, но смотрела она твердо. Дерек слегка усмехнулся и бросил сломанную веточку в огонь.

— А если вас мучают кошмары, — продолжила Ирга, — то так вам и надо! Если к ним еще и угрызения совести добавятся, будет совсем хорошо.

— Ладно, я понял твою мысль, — улыбнулся Дерек. — Я прошу прощения. Вчера я действительно вел себя непозволительно.

— И не только вчера, — буркнула Ирга.

— Зато у тебя проявились способности, — заметил лорд. — Даже я в них поверил, когда ты вырастила лужок на полу корчмы. Как ты это сделала?

— Я не могу точно объяснить, — задумалась Ирга, машинально погладив Нэша, что не укрылось от лорда, и он слегка нахмурился. — Я увидела жизнь и позвала ее, чтобы она проявилась. Слегка подтолкнула.

— А сейчас ты можешь это сделать? — пытливо спросил лорд. — Можешь помочь Нэшу обернуться? Подтолкнуть его?

Нэш приоткрыл один глаз, сверкнувший желтым, посмотрел на Дерека.

— Знаешь, в книгах, что я нашел в монастыре… В том самом, да-да, только не перебивай меня снова… Была интересная запись. У крупных перевертышей, вроде медведей, первое обращение происходило позже, чем у, допустим, котолаков. Обычно после полового созревания. И толчком становился акт физической любви.

— Нэш, — Дерек вздохнул. — Я скорее поверю в то, что Генриетта девственница, чем ты.

— Я подумал, может, мне надо сделать это с кем-то особенным, — улыбнулся Нэш, и Ирга отдернула руку с его волос. — Это шутка! — воскликнул он, повернув голову к девушке. Он поймал ее руку, поцеловал в ладонь.

— Погоди, — пробормотала Ирга, — я что-то чувствую.

— Внутреннего котика? — спросил Дерек. — Хватай его и тащи за хвост!

— Нет. Что-то приближается. Что-то живое, — она облизала губы, посмотрела Дереку в глаза. — Опасное!

Нэш быстро вскочил на ноги, принюхался, волосы на его голове встали дыбом.

— Волки! — крикнул он. Повернулся на месте, ткнул пальцем в сторону равнины с рассыпанными по ней камнями. — Там! Целая стая!

— Воины! Луки на изготовку! — Дерек напряженно всмотрелся в непроглядно темную даль.

— Их очень много! — всхлипнула Ирга, поднимаясь. Пальцы ее задрожали. — Очень! Как будто целая волна.

— Это животные, они боятся огня, — сказал Дерек. — Факелы!

Лошади заржали, волнуясь, огни запылали по всему лагерю. Воины передавали факелы друг другу, становясь в круг, обнажая мечи, на которых заблестели отблески пламени. Хриплый смех волколака донесся со скал, подхваченный эхом.

Лилейна выбежала из палатки, кинулась к огню.

— Сэм! Это снова он! Волколак!

Капитан задвинул ее за спину, поближе к Ирге, перекинул меч в левую руку, поморщившись от боли в раненом плече.

— Лучники! Огонь! — крикнул Дерек, указав направление мечом.

Стрелы, подожженные факелами, взмыли в небо и упали на долину огненным дождем, осветив ее на мгновение.

— Великая матерь, — прошептала Генриетта. Сотни серых спин неслись по долине, перепрыгивая валуны, мелькали горящие глаза, оскаленные пасти. Смех волколака, хриплый, как кашель, снова раздался сверху со скал. — Нам не спастись, — обреченно добавила она.

— Дерек! — Нэш схватил лорда за рукав. — Неподалеку есть пещеры!

— По коням! — опомнился тот. — Скорее! — повернулся к Нэшу. — Веди! Сэм!..

Капитан уже подсаживал принцессу в седло, и Дерек одобрительно кивнул.

Кони метались и вставали на дыбы, от факелов занялся королевский шатер, и густой белый дым потянулся в ночное небо. Рыжий мул Генриетты издал протяжный резкий вопль, от которого Ирга едва не оглохла.

Дерек подсадил ее на Седого, сам сев позади, и она невольно вспомнила, как ее везли во дворец. Ирга истерически всхлипнула. Какой же она тогда была дурой: мечтала о новой жизни, думала о замужестве с серебряным лордом…

— Все будет хорошо, — сказал Дерек ей на ухо, и его слова показались издевательством.

Конь сорвался с места, так что комья сырой земли полетели из-под копыт, помчался вперед, вмиг догнав вороного, на котором скакал Нэш. Котолак то и дело оборачивался, проверяя, не отстали ли они. Глаза его вспыхивали, как две маленькие луны, уши плотно прижались к голове.

Дорога скатилась с холма и вновь поднялась к горам. Деревья с ветвями, голыми, как обглоданные кости, мелькали на обочине. Сзади донесся чей-то крик, потом короткий хриплый лай, напоминающий приказ. Вой на сотни волчьих глоток понесся к желтому глазу луны, под которым кровавой слезой повисла красная звезда.

— Они идут за нами, — прошептала Ирга, вцепившись в руки Дерека, чтобы не вылететь из седла. Она слышала дыхание коня, мощный стук копыт, сердце лорда билось ей в лопатку, а ее собственное колотилось где-то в горле.

— Знаю, — ответил Дерек.

Нэш снова обернулся, глаза его сверкнули.

— Уже близко! — выкрикнул он. — Скорей!

Он на полном ходу влетел в скалу, и Ирга охнула, лишь потом заметив чернеющий провал, куда лорд направил и Седого. В пещере Нэш снял ее с коня, на короткий миг прижав к себе, подтолкнул вглубь, но она проскользнула у него под рукой и подбежала ко входу, едва не попав под копыта серого жеребца, который нес Лилейну и капитана.

Кони мчались по холму вверх, и всадникам не нужно было их понукать, потому что следом шла волчья волна, и становилось ясно, что от нее не уйти. Воины, добравшиеся до пещеры, спешивались, снимали луки. Стрелы летели в стаю, безошибочно находя цель, но в серой лавине не появлялось ни намека на брешь.

Рыжий мул с Генриеттой в седле бил все рекорды скорости, но Ирга до крови впилась зубами в ладонь — волки догоняли. Серая тень взметнулась вверх, мул вильнул, уходя в сторону. Женщина накренилась в седле, едва не свалившись.

Ирга вскрикнула, упала на колени, опершись руками на землю. Внезапный порыв ветра хлестнул невидимой плетью, срывая последние листья с деревьев. Волки, то ли напуганные, то ли просто сбитые с толку, снизили темп, а потом и вовсе остановились, давая людям необходимое время.

— Скорее! — крикнул Дерек, поторапливая последних воинов, спешащих в пещеру. Повернувшись к Нэшу, спросил: — Тут есть проход? Уводи невест.

Он схватил Иргу за плечо, подняв с колен, но она дернулась, вырываясь. Кони влетали в пещеру один за одним, люди прижимались к стенам, чтобы не попасть под копыта. Ржание и крики дробились эхом, отражаясь от каменных сводов. Ирга снова опустилась на колени, прижимая руки к земле.

— Давай же, — прошептала она, глядя, как нескладный мул взбирается по холму, выбиваясь из сил. Волки, опомнившись, снова пошли следом. Не так быстро, но все так же неотвратимо.

— Что ты делаешь? — Дерек опустился рядом с ней. — Надо уходить!

Заметив росток, пробивающийся между ладоней Ирги, лорд умолк.

Черный стебель потянулся вверх, изгибаясь, размножился черенками, растопырил ветки, усаженные короткими и пока еще мягкими шипами.

Нэш подбежал к Ирге, но Дерек остановил его, вытянув руку.

Терновник рос все быстрее, густея, закручивая колючие ветки, оплетая вход в пещеру. Тонкий стебель покрылся корой, огрубел. Взмыленный, загнанный мул вбежал через узкий проход, оцарапав о ветки бок, на котором и так виднелись свежие раны. Копыта его едва не разъехались на камнях, но Генриетта натянула поводья, и мул остановился, дыша хрипло, как умирающий старик.

Ветви терновника сомкнулись, закрывая вход, скручиваясь так густо, что вскоре и лунный свет не пробивался через колючую стену.

Волчий визг раздался совсем рядом, и Ирга отпрянула, едва не опрокинувшись на спину. Воины вышли вперед, выставили мечи. Учащенное дыхание, отрывистое рявканье, клацанье зубов — волки были там, руку протяни. Один снова взвизгнул, попытавшись пробраться через терновник.

Нэш взял ее за руку, помогая подняться.

— Ты молодец, — сказал он.

Его черные волосы прилипли ко лбу, глаза сверкнули, отразив свет факелов, которые зажгли воины серебряного лорда. Все взгляды были прикованы к Ирге — восхищенные, настороженные, испуганные, благодарные. Девушка слегка покачнулась, и Нэш подхватил ее.

— Вперед! — скомандовал он, ведя ее по каменному гроту. — Отсюда есть выход.

Люди облегченно выдохнули, потянулись следом, ведя коней в поводу. Лилейна, опомнившись, посмотрела по сторонам.

— А где Нэнси? — воскликнула она. — Моя служанка! Вы не видели ее?

— Боюсь, мы многих не досчитались, — помрачнел Дерек, пряча меч в ножны. — Сэм, — он одобрительно похлопал капитана по спине, — надеюсь, когда-нибудь ты будешь служить мне так же верно, как Альфину.

Капитан неопределенно пожал плечами, подставляя локоть всхлипывающей Лилейне.

Генриетта слезла с мула, благодарно погладив его по влажной рыжей шее, остановилась перед узким черным проходом, ответвляющимся от каменного зала, в котором собрались люди, и недовольно буркнула:

— Если раньше было ущелье девы, то это тогда что? — она недовольно принюхалась и поморщилась. — Еще и воняет…

Нэш обнял ее за плечи и чмокнул в щеку.

— Мне бы тебя недоставало, — признался он.

— Давай, веди, — буркнула Генри. — Первой я в эту клоаку не полезу.

***

Сбившись в кучу перед входом в пещеру, волки тыкались в колючие ветки, досадливо отскакивали. Будто почуяв приказ, стая расступилась, и по образовавшемуся коридору прошел волколак. Он был вдвое крупнее самого большого волка, рыжая шерсть на морде слиплась от крови. Приблизившись к стене из терновника, он оглядел ее, а потом стал обращаться. Хрустнули кости, вывихнулись суставы, челюсть втянулась, но длинные загнутые клыки все так же выступали за губу. Один из волков принюхался, глухо зарычал, и волколак, резко повернувшись, схватил его за загривок и швырнул в колючий куст. Волк завизжал как щенок, скатился вниз, а ветки упруго расправились, сплетаясь еще туже. Волколак задумчиво отломил кусок веточки, и на ее месте тут же вытянулся новый отросток, густо покрытый шипами.

Волколак отшвырнул ветку в сторону, посмотрел на оцарапанную ладонь и медленно слизнул с нее выступившую кровь.

Короткий рык — и волки расступились, потрусили в стороны, разбегаясь. Лагерь на другом холме пылал, зарево пожара бросало отблески на лицо человека, в котором проступало куда больше звериного, чем людского. Он ссутулился, так что длинные руки коснулись земли, когти впились в дерн, истоптанный ногами людей, лошадиными копытами и лапами волков, и вскоре матерый хищник побежал вдоль горы, догоняя ускользнувшую добычу.

***

Ирга проснулась от ветра, ласково погладившего ее по щеке. Они шли через темные лабиринты, стараясь не думать о горе, нависшей над головами, пока не достигли зала, в котором потолок походил на кружево, а одно из ответвлений пещеры обрывалось, открывая вид на море, подступившее вплотную к скалам.

Поднявшись осторожно, чтобы не разбудить других людей, спящих вповалку прямо на камнях, Ирга прокралась к тому самому выходу, откуда доносилось мерное дыхание волн и соленый воздух, и остановилась у края. В чистом небе висело солнце — раскаленный добела шар, от лучей которого волны блестели так ярко, что глаза заслезились. Чайки стремительно взрезали воздух, то и дело ныряя за рыбешкой. Берег изгибался, и Ирга наклонилась вперед, чтобы рассмотреть реку, мутные воды которой впадали в море чуть правее.

Тяжелая рука легла ей на спину, Ирга дернулась от неожиданного прикосновения, и Сэм, сгребая девушку за шиворот, оттянул ее от обрыва.

— Осторожно, — буркнул он, отпуская ее.

Ирга приложила руку к груди, унимая заколотившееся сердце, укоризненно посмотрела на капитана.

— Я не хотел напугать тебя, — сказал он, садясь и свешивая ноги с обрыва. Море хлестало волнами скалы, но брызги не долетали до них, лишь только едва уловимый вкус соли оставался на губах.

Помешкав, Ирга села рядом.

— Хотя раньше тебе стоило меня бояться, — невесело усмехнулся Сэм, ущипнув отросший ус.

— Почему? — спросила Ирга.

Сэм не ответил, глядя на сверкающие под солнцем волны, и Ирга уже решила, что капитан так и будет молчать, когда он вдруг сказал:

— Я уже видел однажды то, что ты вчера сделала.

— Ты про терновник? — встрепенулась Ирга.

— Я воевал с лесными, — Сэм повернулся, внимательно рассматривая ее лицо, будто видя впервые. — Похоже, я знаю, кем была твоя мать.

— Ты видел ее? Как? Когда? — Ирга вцепилась в его рукав, несмело улыбнулась.

— Когда она умирала, — ответил Сэм, и улыбка растаяла на ее губах. — По крайней мере, я так думал, — пожал он плечами, нахмурив брови. — Я был очень молод, когда война началась. Нам сказали, что лесной народ обманом забрал себе все милости богини. Они не пахали землю, не строили городов, но при этом Великая мать их любила и осыпала дарами. Их дети никогда не болели, а женщины были так прекрасны, что мужчины лесного народа даже не смотрели на сторону. Ты единственная полукровка, которую я встречал.

— Расскажи про мою мать, — попросила Ирга.

— Это был последний бой, в храме лесного народа. Мы побеждали, это уже стало очевидным. У лесных оставалась лишь горстка воинов, да несколько котолаков. И жрица.

— Думаешь, это была моя мама? — с сомнением произнесла Ирга.

— Она вырастила стену колючек, — ответил Сэм, закатав рукав. — Видишь шрам? — он провел пальцем по белой отметине. — Шип прошел насквозь. Я думал, так и помру, распятый на кусте терновника, как глупая пичужка.

— А жрица? Что стало с ней?

— Король надругался над ней там же, в храме, — сказал Сэм, глядя прямо перед собой. — Я думал, она умерла.

Ирга сжала кулаки так, что ногти впились в ладони, и почувствовала, как теплые руки легли ей на плечи, потянули назад.

— Не сиди на краю, а то мне за тебя страшно, — пожурил ее Нэш, привлекая к себе. Он сел, опершись о камни, устроил Иргу в своих объятиях. — А ты, капитан, расскажи что-нибудь более полезное. Как она колдовала?

— Давно это было, — нахмурился Сэм, пристально глядя на них. — Но я помню, что жрица делала точно как ты — касалась ладонями земли. Она призывала богиню, и ее волосы, иссиня-черные, развевались вокруг головы, хотя никакого ветра не было.

— Расскажи еще, как она выглядела? — попросила Ирга. — Какой была?

— Зеленые глаза, золотая кожа, маленькая и хрупкая, как ребенок, — ответил он. — Но сила у нее была неимоверная. К нашему счастью, она только защищалась. Жрица Великой матери, лесная королева, не могла убивать. Это против ее природы. Но ты-то полукровка, — многозначительно заметил он. — И твой родной отец убил столько народа, что вместо воды в реке текла кровь.

Губы Нэша легонько прошлись по ее виску, он обнял ее крепче, и Сэм поднялся на ноги, посмотрел на них сверху вниз.

— Тебе не надо бояться меня, Ирга, — сказал он. — Я воевал против лесных, но твою жизнь буду защищать. Потому что от нее сейчас зависит и жизнь принцессы. Но я прослежу, чтобы тебя доставили к дракону. Если ты сумеешь овладеть магией твоей матери и использовать ее против чудовища — хорошо. Я помогу тебе, и мой меч будет рядом с тобой. Но если ты, — он говорил Ирге, но взгляд его упал на Нэша, — думаешь сбежать — и не надейся.

Он вернулся в пещеру, а Ирга поежилась от ветра, и губы Нэша снова коснулись ее виска.

— Я устрою твой побег, — прошептал Нэш. — Пусть себе усатый угрожает, я смогу провести его. Он не знает дикий лес так, как я.

— Нет, — ответила Ирга, разворачиваясь к нему и обвивая руками шею. — Ты обещал другое…

Он поцеловал ее, прикусив нижнюю губу, усадил сверху.

— Помоги мне понять, кто я, — пробормотала она в перерывах между поцелуями.

В пещере проснулись люди, послышался чей-то кашель, шаги, лязг металла. Наклонившись в сторону, Нэш воровато выглянул за каменный угол и снова повернулся к Ирге.

— А знаешь, чего хочу я, — тихо сказал он, заправляя прядку волос ей за ухо. — Целовать тебя не таясь, открыто назвать своей, просыпаться с тобой вместе…

Ирга смутилась, но не отвела взгляд.

— И засыпать, конечно, тоже, — улыбнулся он. — Но ведь ты — дочь короля и, возможно лесной королевы, а я даже не человек.

— Так и я, выходит, тоже, — пожала плечами Ирга.

— Я иногда думаю, что тебе было бы лучше с Дереком… — нехотя признался Нэш.

— Серьезно? — удивилась Ирга.

— Нет, — усмехнулся он после паузы. — Я ведь лучше целуюсь, ты сама сказала.

Он снова поцеловал ее, жадно прижимая к себе, расплавляя ласками, которые становились все смелее. Ладонь погладила ее спину, скользнула вперед, нашла грудь. Большой палец осторожно тронул твердый бугорок соска, проступивший через ткань платья.

— А я тебе нравлюсь? — прошептал он ей на ухо, прикусив мочку уха. Ладони забрались под юбку, погладили икры, пройдясь по бедрам, уверенно легли на ягодицы.

— Да, — выдохнула Ирга.

Нэш притянул ее ближе, еще теснее, завладевая ее ртом горячим поцелуем.

— Может, ты просто меня хочешь? — предположил он, отстраняясь и внимательно на нее глядя.

— Нет…

— Нет, не просто или нет, не хочешь? — он усмехнулся, но глаза его оставались серьезными.

— Я хочу… я запуталась, — призналась Ирга, вплетая пальцы в его волосы и притягивая к себе.

— Дерек, погоди! — раздался громовой голос Генриетты.

— Что такое? — спросил лорд совсем рядом.

— Хочу обсудить с тобой кое-что! — позвала его женщина.

Ирга нехотя отпрянула от Нэша, слезла с его колен.

— Даже если ты меня просто хочешь, а ты хочешь, я знаю, — прошептал Нэш ей на ухо, легонько прикусил шею, — то на данный момент меня и это устраивает.

— Всё потом! — рявкнул лорд, завернул за угол и уставился на Иргу и Нэша, сидящих рядом. — Что вы тут делаете?

— Смотри, вон за теми скалами рыбацкая деревушка, — Нэш ткнул пальцем вдаль. — Мы сможем запастись провизией и купить если не палатки, то хотя бы одеяла.

Дерек кивнул, протянул руку, помогая Ирге поняться.

— Волколак не сможет удерживать такую большую стаю долго, — продолжил Нэш. — Им нечего будет жрать, и вожаки начнут задирать друг друга. К тому же нас разделит горный хребет, а потом и река.

Дерек внимательно посмотрел на него, потом снова на Иргу.

— Вы целовались, — утвердительно сказал лорд, и Ирга густо покраснела. — Думаешь, это даст тебе очков перед Лилейной? — язвительно спросил он.

— А у нас и не соревнование, — отрезала Ирга. — Вы везете меня дракону, и в качестве жены я вам не нужна. Так какое вам дело до того, с кем я целуюсь?

Развернувшись, она пошла к Генриетте, которая с интересом за ними наблюдала.

— Вот, значит, как? — сказал Дерек. — Пытаешься отбить у меня невесту?

Потянувшись, Нэш гибко встал и посмотрел прямо в глаза лорду.

— А я не видел на ее пальце кольца, — с вызовом ответил он.