Глава 32

Я стояла перед калиткой у дома, который меня ждал. Да, именно ждал: даже отсюда чувствовалось тоскливое одиночество, пронизывавшее все три этажа. Дому было плохо, он страдал. Находиться рядом и ничего не делать было почти нестерпимо, от желания бежать и помогать останавливала лишь необходимость выслушивать инструкции. Сначала одну последнюю. Потом вторую самую последнюю. Потом третью самую-самую последнюю. В сущности, все они сводились к одному – по возможности не рисковать, ни в коем случае не отключать защитные артефакты и помнить, что меня прикрывают.

– Летти, проверь, все ли работает.

Я уже еле удерживалась от смеха: голоса, исходившие из пустоты, наводили на совсем несерьезный лад. Казалось, что это одно из развлечений братьев, а не сереьезно распланированная операция.

– Лорд Штенье, она уже десять раз проверила, – сдавленно прошипел Фаро. – Осталось только активировать записывающий кристалл – и вперед. Ну же, леди Делиль, чем быстрее войдете, тем быстрее все закончится.

– Пусть постоит, настроится на нужный лад.

– Да сколько можно настраиваться? Я не могу бесконечно заниматься Делилями, у меня другие дела есть. Двигайтесь, двигайтесь, мы вас страхуем.

– Не торопите ее, – возмутился Люк.

Стоять и слушать пререкания можно было бесконечно, поэтому я активировала кристалл и решительно взялась за калитку. Она приглашающе распахнулась.

– Летти, постой, – зашептал Люк. – Возьми еще мой защитный артефакт.

– Да сколько можно на нее навешивать! – возмутился Фаро. – Лучше бы этот зеленый шар забрали, чтобы не мешался!

Я действительно отправлялась вместе с Эмилем. Каролина хотела поставить его в вазу, но зеленое создание заволновалось, лишь только оказалось вдали от меня, и я побоялась, что без меня он нанесет непоправимый ущерб дому Себастьена. Конечно, можно было объяснить, что он не только живой, но и хищный, но я еще не определилась, стоит ли это делать – вдруг остальные, как и Люк, решат, что это неоправданный риск и кучка пепла куда надежнее, чем постоянный присмотр? Так что сейчас он цеплялся за мой пояс и изображал «миленькое растительное украшение».

– А ну тихо! – прошептал Себастьен, но так грозно, что все остальные замолчали. – Летиция идет. Мы страхуем. Начали.

В парк я шагнула с некоторой опаской, но ощущения вражеской территории не появилось, напротив – показалось, что вернулась туда, где счастливо прожила много лет. Эмиль заворочался, но не потому, что испугался, скорее это место поманило его так же, как и меня.

– Потом разберемся, – успокаивающе сказала я скорее себе, чем ему.

– Зачем потом? Если нужно в чем-то разбираться, сделай это сейчас.

За спиной раздалось недовольное бурчание, после чего воцарилась тишина. Казалось, они даже не дышат, лишь бы себя не демаскировать. Но хватит ли их надолго? Особенно Люка. Но он продолжал молчать, и я поняла, что там просто поставили полог, чтобы ругаться в свое удовольствие, а мне не мешать. Действительно, все инструкции давно даны и на несколько раз повторены.

В парке я задерживаться не собиралась. Подняла взгляд на дом. В нем не чувствовалось движения, не чувствовалось жизни. Я даже ауры Делиля не обнаружила, хотя Фаро утверждал, что он там. И если он действительно там, видит ли меня? Окна казались пустыми, хоть и были прикрыты занавесками, но ни малейшего шевеления за ними не было.

За дверную ручку я взялась с некоторым опасением: наследство наследством, а вдруг охранные чары примут за чужую и прихлопнут на пороге? Эх, зря я не написала завещание, хоть была бы уверена, что Фаро сможет поразвлечься с Делилем, если я вдруг погибну. Дверь приглашающе открылась, но тут меня похлопали по плечу и, судя по дуновению воздуха, внутрь прошла троица мужчин, собирающихся меня защищать. Надеюсь, сделали они это достаточно незаметно. Я постояла на пороге еще немного, показывая неуверенность и нежелание входить, потом все же шагнула, и дверь за мной захлопнулась с оглушительным грохотом.

Я даже не вздрогнула. Почему-то появилось чувство, что я дома и все идет как надо. Теперь понять, как же вступить в это проклятое наследство. Себастьен неопределенно сказал, что я все пойму сама, когда войду, но я все так же ничего не понимала, хотя чувство родства с домом усиливалось. Но это можно решить и потом. Главное – Делиль. Где же его искать? Я запустила поисковое заклинание, и оно наконец показало очень слабый сигнал на втором этаже. Один-единственный.

Лестница приглашающе манила, и я стала подниматься, быстро, но осторожно, стараясь не пропустить возможного нападения. Если я знаю о Делиле, то уж он наверняка в курсе, что пожаловали гости. Точнее – гостья.

Он не только знал обо мне. Он меня ждал. Стоял посередине коридора с портретами, которые мне так и не удалось разглядеть при прошлых посещениях. Мелькнула мысль, что это мои предки, но тут же была вытеснена другой – передо мной враг. Выглядел он не столь блестяще, как при нашем знакомстве: осунувшийся, с распухшим носом. Еще бы, обрыв столь сильной связи должен был сильно по нему ударить.

– Добрый день, жена, – сказал он, нехорошо прищурившись, и взмахнул рукой. Дверь за спиной захлопнулась, отрезав от страховавшей троицы. – Фаро решил сыграть против меня? Как глупо.

– При чем тут Фаро? – удивление вышло на редкость хорошо, хотя от испуга внутри все сжалось: Делиль знает, кто пришел, и ничуть не боится, а это значит, что мы чего-то не учли.

– Моего доступа достаточно, и чтобы понять, кто пришел, и чтобы их заблокировать. И что у тебя с собой, я тоже вижу. Летти, вы и вчетвером бы со мной не справились, а уж одной тебе и пытаться не стоит. Может, забудем неприятное событие, омрачившее начало нашей семейной жизни, и попробуем начать все заново?

– Забудем, как вы провели меня через подчиняющий ритуал?

– Летти, не выдумывай.

Он усмехнулся так, словно договорил: «Не рассчитывай, что тебе удастся записать на кристалл что-то меня компрометирующее. А если и удастся, то кристалл не проживет долго».

– Я хочу вступить в права наследования, – все же решила я действовать, как договаривались. С поддержкой или без – не важно.

– Собираешься меня убить? Летти, Летти, я ведь я так тебе доверял. – Голос его трагически дрогнул, что совсем не вязалось с острым, расчетливым взглядом. – Так доверял, что написал на тебя завещание. Зря я это сделал. Говорила мне мама – доверие до добра не доводит.

От звучавшей в его словах такой естественной горечи я чуть не рассмеялась, но вовремя взяла себя в руки. Нельзя отвлекаться. Делиль работает на тех, кто будет прослушивать запись? Придется пояснять для них то, что он пытается скрыть.

 – Мне не нужно никого убивать, чтобы принять наследство отца. Именно поэтому вы и заставили написать завещание на вас.

– Я? Заставил? Летти, ты сама захотела. – Он улыбнулся, гадко и снисходительно. – Летти, может прекратим этот фарс? Я вижу только два варианта развития событий.

– Что вы, Даниэль, их куда больше.

– Я про те, что устраивают меня. Признаюсь, вариант, когда мы приходим к взаимопониманию и остаемся вместе, мне нравится куда больше второго.

Обездвиживающее заклинание он выпустил резко, надеясь застать врасплох. Я растерялась, но защитные артефакты не сплоховали и отразили. От дома повеяло недоумением, пока еще сдержанным. За Делилем признавалось право магичить, данное еще моим отцом, но я-то, я-то была наследницей, а сейчас «муж» выступал против меня, хотя и не применял что-то серьезное. Если у дома были мозги, то им приходилось работать в усиленном режиме. Моим, впрочем, тоже: как вступить в наследство и отстранить посторонних от управления, я пока не поняла.

– Вот как? – процедил Делиль.

За спиной послышался удар. Дверь устояла. Дом недовольно заворочался. Казалось, портреты посмотрели с неодобрением на тех, кто пытался сюда ворваться, используя теперь не магию, а грубую физическую силу.

– Похоже, времени на решение тебе не оставляют, – бросил Делиль и пошел навстречу.

Медленно, следя за каждым моим движением. Я его не разочаровала: с пальцев сорвалось одно из отработанных на братьях плетение, но увы – оно впиталось в защиту противника. Патовая ситуация – ни он, ни я не можем навредить друг другу магией. Впрочем, Делиль, похоже, и не собирается применять что-то убойное – в его планах опять меня обездвижить. Ну нет, это мы уже проходили, второй раз не попадусь! Выдавать компрометирующие факты Делиль не собирался, поэтому я решила, что стоит открыть дверь и спрятаться за широкими мужскими спинами, благо их три и все принадлежали сильным магам. Но метнувшись к двери, я обнаружила, что между ней и мной – силовой щит, явно выставленный «мужем». Я резко развернулась, прикидывая, как избежать тесных супружеских объятий – коридор узкий, а Делиль останавливаться не собирается.

– Летти, – красивым бархатистым голосом нежно протянул он, – ты мне очень дорога. Я хотел бы жить с тобой в мире и согласии. Уверен, у нас будут очень красивые и одаренные дети.

– А я уверена, что у нас никаких детей не будет!

Выкрикнула я чуть истерично, поскольку он подошел слишком близко, но мне удалось его отвлечь еще одним заклинанием и проскочить справа, как раз под поднятой для защиты рукой. Пожалуй, долго я от него не побегаю. Я прикоснулась к стене, пытаясь нащупать то, что позволит полностью взять дом под контроль. Нет, все же дурацкая была идея разговорить Делиля. Разговаривать-то он разговаривает, но совсем не о том, о чем нужно Запись на кристалле не даст ровным счетом ничего. Нужно было сначала выманить его из дома, а потом уж приходить сюда и решать что делать. Но план, предложенный Фаро, казался таким разумным! А сейчас за дверью было совсем тихо, что поневоле заставляло беспокоиться, не случилось ли чего плохого еще и с ними.

– Летти, как ты не понимаешь, мы должны быть вместе! Со мной и только со мной ты будешь счастлива.

Гипнотический голос Делиля не срабатывал на мне и раньше, а уж теперь, когда я знала его обладателя намного лучше, не сработал и подавно.

– Увы, я собираюсь стать счастливой совсем с другим.

– С Тома? – Злобная гримаса исказила красивое лицо, и без того подпорченное откатом. – Этот неудачник ничего и никогда не достигнет. Летиция, ты думаешь, дядя так много оставил? Это лишь одна видимость, пыль. – Он дунул в подставленную ладонь, словно пытаясь с нее что-то снести. Я подозрительно прищурилась, но жест оказался просто жестом, без всяких дополнений в виде неприятных магических сюрпризов. – От него остались только титул, этот дом и долги. Огромные долги, которые выплачивать и выплачивать. Хочешь, покажу документы?

Я покачала головой. Документы меня не интересовали.

– Зачем же вы держитесь за столь незавидное наследство? Отказались бы.

– Увы, не могу. Это означало бы предать память матери. Ни к чему марать ее доброе имя.

Доброе ли? Если подумать, она родила от любовника и уверила мужа в том, что сын его.

– Боюсь, вы беспокоитесь больше о своем.

– Скорее, о нашем общем, Летти.

– У нас нет и не будет ничего общего.

Казалось, портреты на стенах прислушиваются к разговору, они выглядели живыми и весьма заинтересованными разворачивающимся представлением. Лучше бы помогли чем, орк бы их побрал! Должна же быть хоть какая-то подсказка для вступающих в наследство? Я тронула стену, и от нее пришел ласковый поглаживающий отклик, словно мне предлагалось стать единым целым с домом. Наверняка что-то подобное и нужно сделать, но как, если передо мной Делиль, который ни в коем случае этого не допустит?

Я отступала все дальше от спасительной двери, «муж» двигался за мной, медленно, но неотвратимо, а я даже не могла оглянуться, чтобы посмотреть, куда же иду. Но угрозы за спиной не чувствовала, пусть я раньше и не была в этой части дома, но она ощущалась знакомой и родной до каждой ворсинки на ярком цветочном ковре на полу. Как ни странно, страх пропал, осталось лишь желание как можно скорее покончить со всем и никогда больше не видеть мерзавца, до сих пор не оставившего попытки меня использовать.

Я сосредоточилась и бросила заклинание в Делиля. Из тех, что защита не считает опасными, – вестника, но не обычного, а с небольшой добавкой. Спасибо Стефано, навел как-то на мысль! И с удовлетворением отметила, что заклинание действительно прошло, взорвавшись с неприятным треском у самого делилевского уха, заставив «мужа» вздрогнуть.

– Это предупреждение! – нахально заявила я. – Следующий удар будет куда существенней.

Блефовала я неимоверно – вестник ничего серьезного и энергоемкого протащить не мог, во всяком случае, мой, но Делиль-то этого не знал, поэтому остановился, наверняка решив усилить защиту.

– Даниэль, я предлагаю вам сдаться, – вдохновенно продолжила я. – Возможно, в присутствии мэтра Фаро мы найдем правильное решение.

– Исключено. Я уже говорил, у тебя два варианта: признать наш брак или умереть. Пока я за первый, даже согласен провести еще один ритуал. Летти, я тебя люблю, поверь.

Неожиданно он метнулся ко мне, явно под ускоряющим заклинанием, потому что я даже не успела осознать, что движение началось, а уже была крепко ухвачена за руки.

– Вот так, – выдохнул он мне прямо в лицо.

– И что? За дверью трое свидетелей, они не позволят вам опять меня превратить в безвольную куклу.

Неожиданно Делиль полез целоваться, видимо, посчитав, что такой способ убеждения окажется более действенным. Я отвернула голову в сторону, а носком туфли двинула по его ноге, надеясь, что это немного охладит пыл. Но «муж» лишь поморщился и вжал меня в стену между двумя портретами, которые заинтересованно на нас косились, и не думая приходить на помощь. Этак Делиль сейчас еще приступит к выполнению супружеского долга при полном попустительстве моих предков.

Попытка раздавливания ужасно не понравилась Эмилю, о котором я совершенно забыла. Он развернулся, и гибкие ветви хищно клацнули перед породистым делилевским носом. Настолько неожиданно, что тот отскочил, хотя наложенные щиты наверняка позволили бы справиться и с не таким мелким монстром.

– Что это за пакость?

– Почему это пакость? – возмутилась я и погладила Эмиля по счастливо затрепетавшим листочкам, второй же рукой незаметно прикоснулась к стене. – Это Эмиль. Мое домашнее животное. Он пока маленький и худенький, но не волнуйся, я его откормлю.

– Мной?

– Ты готов на такую жертву ради меня? Как мило.

Я улыбнулась. Не столько Делилю, сколько своим ощущениям – знакомство с домом началось. Знакомство и признание. Словно шла настройка древнего огромного механизма, медленная, но точная.

Не знаю, моя ли улыбка разозлила Делиля, или он почувствовал, что с домом что-то происходит, но бедный Эмиль был оторван от меня и отброшен, «муж» же опять оказался рядом и прошипел:

– Все. Ты сделала выбор.

Больше он ничего сказать не успел. Вид бедного распластанного зеленого кустика привел меня в такую ярость, что я шарахнула по «мужу» грубой силой, особо не раздумывая. И тут дом откликнулся, словно давно заждавшийся пес. Он проснулся, грозно зарычал и встал на мою защиту, лишив противника возможности применять магию. Щиты Делиля треснули, как скорлупа яйца, сам же он опрокинулся на спину и полетел прямо к закрытой двери, которую как раз в этот момент удалось выбить прикрывающим меня инорам, и она припечатала его сверху. А потом по этой двери пробежали Люк, Себастьен и мэтр Фаро.

– Где эта сволочь? – воинственно заорал Люк, на кончиках пальцев которого загорелись яркие красные огоньки. – Сейчас я его убью!

Из-под двери раздался сдавленный стон.

– Боюсь, лорд Штенье, мы его уже немножко попортили, – сразу все понял Фаро. – А то, что осталось, пойдет под суд. Внутренний, разумеется.