Глава 13

Фира Львовна оказалась настоящим Шумахером в юбке. У Кирилла от страха волосы на голове шевелились, когда она неслась по городу, лихо подрезая другие машины. А потом и вовсе развернулась, наплевав на две сплошные, пояснив, как ни в чем не бывало:

— Так будет быстрее, — мило улыбнулась, являя миру недешевую работу хорошего дантиста, и снова утопила педаль газа в пол, так что у Кира дернулась голова.

До больницы они доехали за рекордные пятнадцать минут. Впрочем, и за это короткое время Кирилл успел сначала поседеть, а потом и вовсе проститься с жизнью. Облегченно выдохнув, мужчина буквально вывалился из машины. Ошалело огляделся по сторонам, поблагодарив про себя господа бога, что остался в живых. Не зная, куда идти дальше, застыл на пороге приемного отделения и приложил трубку к уху. Пока он безуспешно пытался дозвониться Кире, Фира Львовна взяла ситуацию в свои надежные руки. С грацией газели женщина побежала наперерез первому попавшемуся под руку медработнику — щуплому мужичонке лет пятидесяти. Пригвоздила того к стене своей внушительной грудью, учинив бедолаге настоящий допрос.

— Вы интересуетесь, в какой палате находится некий гражданин Герр? — наконец сообразил мужчина.

— Да, Эдуард Герр. Это ведь родной отец Киры? — требовательно поинтересовалась Фира теперь уже у Кирилла. Нашла, у кого спрашивать! Он, между прочим, с Кирой Эдуардовной детей не крестил. Почем ему знать?!

— Кирилл… Фира Львовна?! — Со стороны лифтов послышался знакомый удивленный голос.

— Ох, милочка! Нашлась! — взмахнула руками риелторша и бросилась к Кире, отпустив ничего не понимающего врача. — Ну, как ты? Кира оторопела. Она и так находилась не в лучшей форме, а Фира своим напором и вовсе выбила ее из колеи.

— Не очень хорошо. У меня отец в реанимации, и… — Кира метнулась взглядом к стене, в безуспешной попытке скрыть слезы. Не сдержалась, шмыгнула носом. — А вы здесь какими судьбами? — недоуменно поинтересовалась она.

— Да вот… Кирилла Владимировича к вам привезла. Мы как раз хотели посмотреть квартиру, когда вы позвонили. Я таки нашла подходящий вариант. Все, как вы хотели. Да только, не судьба нам ее сегодня глянуть, а завтра, скорее всего, будет поздно — уж очень хорошее предложение.

Пока Фира Львовна болтала, Кирилл внимательно наблюдал за соседкой. Почему-то сложилось впечатление, что она вообще слабо понимала, о чем ведет речь риелтоша. Вполне возможно, Кира даже забыла, о чем просила ту совсем недавно. Сейчас её взгляд был полон растерянности. А еще — слез… Она держалась из последних сил, и это бросалось в глаза. Даже Фира Львовна обратила внимание. Вовремя, кстати сказать. Кир уже хотел было её заткнуть.

— Я привез твою карту, — в наступившей тишине пояснил мужчина, взмахнув зажатой в руках сумкой.

— Спасибо… Спасибо, — прошептала соседка, забирая ту из его рук. — Не знаю, что бы я делала без твоей помощи.

— Да, брось. Ничего сверхъестественного я не сделал. Как он?

— Тяжелый. Инфаркт… — Кира снова отвернулась к стене.

— Может быть, мы могли бы чем-то помочь? — снова подала голос Фира Львовна. Правда, на этот раз напор в её голосе значительно поубавился. Кира растерянно развела руками:

— Я не знаю. Боюсь, вы вообще впустую потратили на меня свое время. Сейчас мне совсем не до кредитов.

— Да-да, я понимаю, — проявила сознательность женщина.

— Простите, мне нужно купить кое-какие лекарства…

— Да, конечно…

— Еще раз спасибо, что привезли мою карту. — Кира хотела еще что-то добавить, но мысли разбегались, и не было никакой возможности облачить их в слова. Она вообще находилась, словно в тумане, с тех самых пор, как отец позвонил ей на работу и прохрипел, что ему стало плохо. А ведь она поначалу и ехать к нему не собиралась. Подумала, что тот просто в очередной раз напился до чертей. Как ни в чем не бывало, отправилась на обед, и только в небольшой кафешке, которая располагалась в их офисном здании этажом ниже, её будто бы что-то по голове ударило! Кира вскочила и помчалась к машине, на ходу набирая номер скорой. Они успели вовремя. Как же хорошо, что успели, иначе… Иначе она никогда бы себя не простила…

— Вот по этому рецепту у вас в наличии все имеется? — едва держась на ногах, протянула помятую бумажку провизору. Расторопная аптекарша быстренько сверилась с компьютером и уверенно кивнула головой:

— Вам повезло. Есть буквально все!

У Киры не было сил даже улыбнуться в ответ. Дрожащие губы совершенно не слушались. Молча протянула женщине карту. Та провела оплату, не сводя с девушки внимательного взгляда:

— Вам бы самой не мешало чего-нибудь выпить. Что, с кем-то из близких беда?

— С отцом, — прошептала Кира, забирая с небольшого прилавка пакет с лекарствами, который тут же выпал из ее дрожащих ладоней. Несколько коробок вывалились на пол, и девушка присела, чтобы их поднять. В ее поле зрения тут же очутилась пара ног, обутых в темно-коричневые замшевые ботинки. А потом, практически сразу же, на уровне ее глаз возникли глаза Кирилла.

— Я помогу, — твердо сказал он, сжимая ее подрагивающие пальцы, которым никак не удавалось справиться с поставленной задачей. Кира неуверенно кивнула.

— Ну, вот и все. Пойдем, я донесу, куда надо…

— Зачем это тебе? — вскинула девушка удивленный усталый взгляд.

— Просто хочу помочь, — пожал плечами Кирилл.

Кира ничего не ответила. Это было странно — чужой человек, который совершенно бескорыстно предлагал свою помощь. Но это было так ей необходимо! Удивительно… Девушка уже давно привыкла со всем справляться одна.

— Кира, милочка, погодите…

Ну, вот, снова Фира. И почему только до сих пор не ушла?

— Да? Вы что-то хотели?

— Вот! Возьмите… Это небольшая помощь от меня… Все мы люди, все можем оказаться в такой ситуации, когда может понадобиться поддержка…

Кира непонимающе уставилась на зажатые в пухлой руке женщины купюры. Перевела потрясенный взгляд на соседа, вернулась к риелторше. Она, что, правда предлагает ей деньги?

— Нет-нет, спасибо, конечно, но это совершенно лишнее… — Кира резко развернулась и пошла к лифту.

— Кира, — окликнул девушку сосед, — тебя около какой палаты искать, в случае чего?

— Понятия на имею. Пока папа, — её голос снова дрогнул, — в реанимации, которая находится на третьем этаже…

Только за Кирой закрылась дверь лифта, как в отделение заявился Константин Сергеевич. Кирилл уже перестал чему бы то ни было удивляться, когда дело касалось соседей, поэтому просто пошел ему навстречу.

— Ну, как обстановка? — поинтересовался у Кира депутат.

— Тревожная. Отец Киры Эдуардовны в реанимации, да и сама она едва стоит на ногах от переживаний! — влезла в разговор риелторша — будто бы вопрос был адресован ей. — Кацман Фира Львовна! — запоздало представилась, протянув депутату мягкую ухоженную руку. Константин Сергеевич приветливо кивнул, и на рукопожатие ответил.

— Я чего приехал-то… Вот. Собрали, у кого сколько было. Депутат протянул Киру пухлый конверт с наличкой.

— Где собрали? — тупил тот. Он бы много отдал, чтоб узнать, в каких таких местах можно «насобирать» столько денег! Ну, не на дороге же они валяются…

— По дому прошёлся. Скинулись по-соседски. Вам помощь не помешает! Да, бери ты, чего стоишь?!

Кирилл не стал уточнять, почему это «им не помешает», если проблемы были исключительно у Киры, а вместо этого заметил:

— Она денег не возьмёт. Ей уже Фира Львовна предлагала.

— Гордая, значит? — выгнул бровь Константин.

— Выходит, что так…

— Ладно… А с врачами вы уже говорили? Какие прогнозы?

— Нет. Не знаем ничего. Так, поймали случайно Киру у аптеки, перекинулись парой слов.

— Ну, это так нельзя оставлять. Давайте-ка я сейчас все разузнаю…

Константин подошёл к регистратуре, о чем-то переговорил с администратором. Итог беседы депутата явно не удовлетворил, потому что он принялся кому-то звонить. Кир наблюдал за соседом со стороны, вернувшись воспоминаниями к их совместной воскресной пробежке. Как Сёма и обещал, на нее вышли исключительно мужчины. Не было только опального Лешки и маленького Саши — их с Таней сына. А так — присутствовали все. Даже Рудик в очередном, потрясающем воображение, наряде. Где он его раздобыл — оставалось загадкой. По мнению Кирилла — ни один приличный магазин спортивной одежды не рискнул бы выставить на продажу подобный товар. В отличие от них, Рудольф был экипирован по полной. В изящных руках художника находились палки для финской ходьбы!

Бежали они по не самому простому участку — тропинке вдоль берега реки, а там и подъёмы были, и спуски, и выступающие корни деревьев, которые они перепрыгивали на бегу. Темп, в принципе, был у всех одинаковый — особо не торопились, да и выносливость у каждого из мужчин была на уровне. Отставал только Рудик. Ну, у того и дисциплина была другая. Ходьба — она и в Африке ходьба. Мужчины пробежались пару километров, пока тропинка не оборвалась, и остановились отдышаться. Лёгкие горели, по ногам растекалась приятная усталость, и жутко хотелось пить. Кир уперся ладонями в колени и тяжело дышал. Вскоре к ним присоединился и отставший Рудольф. Не в пример более молодому поколению, Рудик даже и не запыхался. Уселся прямо на траву, подперев спиной дерево. Поднял голову к по-летнему высокому небу.

— Ну, рассказывай, Костя, как дело было! — вдруг скомандовал он. Костя промолчал, сделав вид, что не услышал вопроса.

— Нет, ты можешь, конечно, и дальше уподобляться страусу, и прятать голову в песок, — ответил на молчание Рудольф, — да только сам подумай, чем обернутся для тебя такие страусиные повадки. Депутат сдвинул густые черные брови, неуверенным и явно ему несвойственным движением провел рукой по затылку, видимо, сомневаясь, что здесь можно сказать.

— Подлец я… И предатель. О чем тут еще говорить? — после недолгого молчания развел он руками.

— Ну, хорошо уже то, что ты это осознаешь, — философски заметил художник. Сунул в рот колосок, и снова уставился на небо.

— Четыре года с этим живу. А ты, что молчишь, Сёма? Почему не клеймишь позором?

— А что это даст? Понять я тебя — не пойму. А осудить… Зачем? Ты сам себе уже приговор вынес, не так ли?

— И то правда… — заметил Константин Сергеевич.

— Какая женщина… какая женщина. И что тебе только не хватало, Измайлов! — все-таки не выдержал Семен. — Да я бы за такую…

— Губу закатай! — рявкнул слуга народа. На что Сёма лишь плечами пожал.

— Дурак ты, Костя. Хоть и умный, а все равно дурак, — подытожил Рудик.

Воспоминания Кирилла прервал Константин Сергеевич, который, переговорив с кем-то из высоких чиновников от медицины, пообещал, что отцу Киры в обязательном порядке окажут самую квалифицированную медицинскую помощь. Кир мог только по-доброму позавидовать таким возможностям. Ему бы тоже хотелось решать проблемы людей одним звонком.

— Ну… Тогда, что? По коням? — поинтересовался Кирилл.

— А вы, что же, Кире Эдуардовне не будете новости сообщать? — изумилась Фира Львовна. Нет, и эта туда же! Вы посмотрите, что делается! Знает ведь, что они с Кирой просто соседи, и все равно смотрит на него так, будто бы он совершил что-то постыдное, сообщив о своем желании уехать. Черте что!

— Наверное, вы правы. Сейчас, найду ее только… — пробубнил мужчина и послушно пошлепал к лифту.