Глава 28

Вера бросила прощальный взгляд на комод и поспешила прочь из дома. Бессонная ночь давала о себе знать, а ведь она даже гламлет не успела съесть, настолько быстро закрутилась вся эта история с Бэзилом. И кофе не выпила…

Мысли не желали укладываться в голове: Бэзил, ее Бэзил, уже такой близкий и родной — и вдруг оказался порождением живого дома, совсем как комод. Но как такое возможно? Он мыслил и говорил и точно был совсем настоящим. У Бэзила оказалась запоминающаяся внешность, он был веселым и добродушным. Разве в этом не было противоречия? Вера замерла на пороге, с сожалением запахивая дверь и старательно не глядя на комод, выбежавший проводить ее. 

Двойная игра так двойная игра.

У Веры все скакало в голове теперь вперемешку с мыслями об Аладаре, и даже строгий внутренний голос, казалось, озадачился настолько, что упорно играл в партизана. А Вере сейчас не помешала бы капелька резонерства с его стороны, мол, такая ты и сякая, быстро возьми себя в руки, а то попадешься… 

Вера так задумалась, что чуть не упала, минуя собственный сад. Бэзил охнул и подбежал к ней, осторожно взял под руку. И в этот момент Вера услышала ставший таким знакомым голос:

— Вера?

Она еще глаз поднять не успела, когда поняла, что ее ждет. Аладар зачем-то явился в ее дом. А она ведь гламлет съесть не успела! Мысли о гламлете были весьма настойчивыми, и Вера обещала себе поесть и обойтись безо всяких там цирковых номеров вроде падения в обморок. Она подняла глаза и проговорила: 

— Аладар, что вас привело ко мне?

Губы Аладара были искривлены в очевидно-горькой усмешке. 

— Не думал, что вы уже будете заняты. — Он кивнул на Бэзила. 

Вера почувствовала себя так, будто очутилась в романтической комедии. Ну конечно, Аладару просто нужно было прийти и поговорить с ней в самый разгар ее приключений с Бэзилом. 

— Мы… — начала было Вера, решив объясниться сразу, а не затягивать все эти недосмешные паузы, но тут вмешался Бэзил. 

— У нас есть маленькое конфиденциальное дело, — поспешил сказать он. 

— Даже так? — Аладар искривил бровь. — Ну ладно, как знаете. 

С этими словами он развернулся и резко зашагал прочь. Вера мысленно взвыла и ткнула Бэзила в плечо: 

— Да что вы себе позволяете? — прошипела она. — Это моя жизнь, и…

— И мы не можем ни в чем быть уверенными, — заключил Бэзил. — На кону все живые дома, что-то происходит с нашей грибницей, я чувствую себя обессиленным, дом Амалии сошел с ума, и вот на фоне этого вдруг возвращается Аладар фон Другет? Не находите, Вера, что совпадение странное?

Вера хотела было горячо заспорить, но в этот момент осеклась. А что если Бэзил прав? Что если Аладар каким-то образом всем заправляет? А она, глупая, так ему открылась, до поцелуя ведь дело дошло. А сам Аладар, возможно, главный злодей… 

— Подождите же! — Вера едва поспевала за Бэзилом, уже направлявшимся к дому Амалии. — Я вас никак нагнать не могу. 

Бэзил остановился и посмотрел на нее. 

— Ваше предположение кажется мне несколько нелогичным. — Вера наконец перевела дух. — С таким же успехом мы можем винить в происходящем меня, я ведь тоже появилась в одно время с началом всей этой чертовщины. 

— Это не вы, — безапелляционно заявил Бэзил. — Я бы знал. Ваш дом успел мне все рассказать, от вашего появления до сегодняшнего дня. А вот дом фон Другета ведет себя очень странно. Он то будто полумертв, то возвращается к жизни, то снова тускнеет. Понимаете, каждый дом в этой цепи подобен маяку, нам всем видно, когда кому-то хуже, когда кому-то лучше. Но купленные дома вообще пропали из нашей сети. 

Они миновали особняк полковника Траута и зашли к дому Амалии со странного угла, и Вера только сейчас поняла, что идут они, скорее, к огромному корню дерева, выросшего из центра дома. 

— Я была у него дома, когда он выгнал перекупщиков, — придумала железный аргумент Вера. — С этим вы не можете поспорить. 

— А если это была игра на публику? — неумолимо сказал Бэзил. — Если он просто хотел, чтобы вы думали, будто он ни при чем? 

Тут Вере сказать было нечего. Она вообще не очень хорошо соображала. Они… Стоп, кто они? Она и живой дом, создавший себе хозяина… 

— Бэзил, — решительно произнесла Вера. — Но если живые дома настолько разумны, они должны охраняться государством. Почему вообще идет речь о каких-то перекупщиках? Это же удивительно. 

— Вот вы это понимаете, — грустно сказал Бэзил. — А многим ведь просто наплевать. Многие, и среди них ваш Аладар, считают, что дома не обладают душой, что они просто разумны, и то — в ограниченном смысле слова. 

— Я ему дам — ограниченном, — мстительно потрясла кулаком Вера. — Это он у нас ограниченный, если так думает. Я же ведь общаюсь с вами, Бэзил, вы и есть душа дома. 

— Душа загрустившего, напуганного дома, — Бэзил печально улыбнулся. 

Дом Амалии теперь не был окружен оградой, вместо нее повсюду протянулись лианы и запутались корни дерева. Вера осторожно переступила через один, потом Бэзил прошел вперед и протянул ей руку. Они вместе перескочили еще несколько препятствий и сейчас приближались к дому с правого бока. 

— Амалия нас не увидит? — забеспокоилась Вера.

— Мне кажется, она спит, — твердо сказал Бэзил. — Я совсем не чувствую ни ее, ни дома. 

Он вдруг охнул и начал оседать — прямо у самой стены. Вера испугалась и быстро его подхватила, оперла о стену дома. Только сейчас Вера заметила, что он совсем посерел и спал с лица. Вера думала помчаться за водой, но тут же осеклась — зачем живому дому вода, что ему нужно? Тепло, общение? 

— Мы где-то близко, — хрипло прошептал Бэзил. — Что бы это ни было, Вера, найдите… умоляю… 

Бэзил прикрыл глаза, и тут Вера по-настоящему испугалась, да так, что у нее все повылетало из головы. Она стояла и таращилась на серого Бэзила и не знала, что предпринять. 

Вера, — сказал внутренний голос. — В том, что ты стоишь столбом, толку никакого нет. Сделай уже что-нибудь, давай. Зачем-то Бэзил привел тебя сюда, так осмотрись. 

Вера сделала два глубоких вдоха, но мыслить логически все еще не была способна Бэзил… привел сюда. Не к Амалии, сбоку дома, где торчит этот корень… 

Корень! Вера даже подпрыгнула и пошла к разлому в стене, из которого корень торчал. Под ним было достаточно места, чтобы пролезть внутрь дома, куда-то… Вера заглянула вниз — так и есть, в подвал. Вера сделала глубокий вдох, села на землю, просунула ноги в разлом и опустилась вниз. 

Тут было душно и даже неприятно. Воздух оказался волглым, словно даже густым. Вера брезгливо поморщилась и прикрыла глаза на несколько мгновений, чтобы приспособиться к темноте. Когда она их открыла, поняла, что откуда-то исходит слабое розоватое свечение. 

Вера уверенно двинулась вперед. Странно, но в подвале — или как назвать этот гигантский разлом — ничего особенного не было. Ни мартышек, ни мышей, вообще никого. Да и корни дерева в этом розовом свечении выглядели мертвыми. Вера с опаской потрогала один из них, но ничего не случилось, он так и остался обыкновенным корнем. 

Свечение делалось сильнее, и наконец Вера увидела контуры какого-то устройства. Оно было похоже на бочку, а внутри него переливался свет. Вера подошла еще ближе и наконец увидела все: от устройства в землю уходило два прозрачных шланга, и свет словно бы поступал по ним…

У Веры упало сердце. Свет поступал по ним из дома — в эту адскую машину. 

Вера взялась за оба шланга, дернула как следует и вытащила их из земли. Машина булькнула и перестала работать. 

Где-то сверху словно ожил дом, застонал с протяжным скрипом. 

— Вера! — крикнул в разлом Бэзил. — Вера, иду к вам!