Глава 9

Алиса поспешила прикрыться руками, в одно мгновение осознав, в какой открытой позе она находится.

Ренат же продолжал стоять между её широко разведенных ног.

— Ни хера, — с какой-то затаенной яростью процедил Ренат, всверливая в нее взгляд. — Хочу тебя видеть. И да…

Он намеренно сделал паузу. Его лицо и не думало возвращаться к адекватно-нейтрально-насмешливому.

Он смотрел на неё так, как смотрит мужчина, который получил только первое. А второе, десерт и компот — впереди.

Его следующая фраза подтвердила предположения Алисы.

— Ты остаешься у меня.

— Ренат…

Он снова ее поцеловал.

— Буду всю ночь тебя зажимать. Поняла?

Ничего она не поняла.

Но спорить с ним — себе дороже.

И куда она пойдет… Нет, Алиса точно знала куда.

Но как…

Её тело не хотело куда-либо двигаться. В ближайшие полчаса — так точно.

Можно, она немного ещё посидит прямо на кухонной столешнице?

У владельца этой самой столешницы были на Алису несколько другие планы.

Он с легкостью, точно она ничего не весила, подтянул её к себе и поднял на руки. Алина с готовностью спрятала лицо у него на шее.

Очень часто после того, как она оказывалась в темноте, а потом появлялся свет, она обегала квартиру и включала свет абсолютно во всех комнатах. Даже в туалете. Хорошо, что у Рената шел ремонт, и освещение ещё хромало. Пусть Алиса была и взрослой девочкой, но её затопило смущением.

Оказывается, такое тоже бывает.

— Ванная у меня готова. Там всё прилично, — Алиса, наконец-то, дождалась легкой иронии в голосе, которая у неё прочно ассоциировалась с Ренатом.

Он распахнул ногой дверь и сразу же включил свет. Он резанул по глазам Алисы, и та сильнее вдавилась лицом в мужское плечо.

— Глаза режет?

— Откуда ты узнал?

Ответа не последовало.

Её аккуратно поставили на пол. Обожгли многообещающим взглядом. Очень говорящим.

И тело Алисы, несмотря на то, что напоминало желе ещё минуту назад, отозвалось томлением между ног. Девушка опустила глаза и улыбнулась сама себе.

Она не стеснялась своей наготы. Так же прямо смотрела и на Рената. Тот тем временем настроил воду и повернулся к ней.

Его тело тоже реагировало на её близость…

Алиса, не до конца осознавая, что делает, облизнула губы. Её действие не осталось не замеченным.

— Пить хочешь?

— Чаем меня так никто и не напоил, — попыталась пошутить Алиса, наблюдая, как Ренат приближается к ней.

Он навис над ней, опалив жаром своего тела.

— Сейчас воды принесу.

Она медленно кивнула. Пить и, правда, хотелось.

Стоять и ждать Рената она не стала. Осторожно шагнула в душевую, с удовольствием подставив тело под теплые капли. Блаженство мгновенно растеклось по коже. Алиса не удержалась и наклонила под струи и голову. Волосы она мыла утром, но тут такое дело…

Ренат присоединился к ней прямо с бутылочкой воды.

— Держи.

Удостоверившись, что вода не попадает в предусмотрительно открытое горлышко, Ренат протянул бутылку Алисе. Та с благодарностью её приняла и начала пить, делая большие жадные глотки.

— Спасибо.

Она протянула бутылку назад. Ренат поставил её в угол.

Сам же шагнул к Алисе. Член у него выразительно стоял и опадать не думал.

Алиса поймала себя на мысли, что смотрит именно на него. На то, что её привлекало больше всего. Что это?.. Начинающаяся нимфомания? Она ни разу не помнила, чтобы её отношения с противоположным полом развивались настолько стремительно.

Ещё были шрамы… Она их уже видела. То, какую боль пережил этот мужчина, даже представить сложно. Алисе не особо хотелось узнать, откуда они у него…

Хотя нет! Хотелось, кого она обманывала.

Она никогда не понимала девчонок, которые вступали в интимные отношения с малознакомыми мужчинами. Это безрассудно!

А сама-то… сама…

Можно, конечно, что угодно говорить себе. Например, что два раза — это так… почти что «мимопробегала», но какой смысл врать себе?

Алиса никогда ничего подобного не испытывала.

Начиная от грязного гелика, вызывавшего чрезмерное внимание, и заканчивая тем, как воспринимала самого хозяина.

Им надо обязательно поужинать где-то. Побыть вне его квартиры.

Ренат приблизился максимально близко. Они оба стояли под струями воды, и та стекала по ещё не успокоившимся после страсти телам.

Мужчина расставил руки по обе стороны от неё. Его тело едва не накрыло её.

— Куда хоть сбежала от меня в четверг?

Его голос производил на неё тоже интересный эффект. Вроде в нем, зачастую, слышалась ирония, едва различимая насмешка. И в то же время Алису крыло теплом.

— Маму затопило.

— Сильно? — его брови устремились к переносице.

— Мы справились, — похвалилась Алиса.

Ренат встал ещё ближе, сдвинув руки к её голове.

— И что, решили проблему с теми, кто вас затопил?

Алиса замялась:

— Не особо. Папа в командировке. А мама у меня… мама, — Алиса развела руками. — В бытовых вопросах она привыкла быть за папой всю жизнь. Поэтому…

Ренат более пристально на нее посмотрел.

— Запишешь мой номер. Свяжешься с мамой и скажешь, когда подъехать.

О как…

— Прямо вот так?

— Прямо вот так.

Интересно…

— А ты?.. Приезжал?

— Прождал тебя до семи сорока, — в его голосе не было и намека на обвинение.

Значит, не просто приезжал! Но и ждал. Алиса поджала пальчики на ногах и с готовностью позволила развести свои бёдра в стороны.

* * *

Её оставили в чужой квартире.

Причем, именно так. Взяли и оставили.

Хорошенько отымели под душем, потом напоили чаем с пирогом, снова взяли на руки и отнесли на матрас.

— Кровать не собрана, — эту информацию до неё донесли сквозь полудрему, в которую Алиса уже погружалась.

Ей было всё равно, где спать. Внезапно…

Главное, что руки Рената окутывали её. Они спали тело к телу. Странная история, на самом деле. Многие люди месяцами притираются, делят стороны кровати, ругаются. Кто-то и вовсе привык спать один и не терпит постороннего присутствия рядом.

А они переплелись друг с другом и вырубились. Просто провалились в сон, как будто всегда спали так. Как будто их тела знали друг друга намного дольше, чем они сами.

Проснулась Алиса от того, что её грудь сжамкала огромная мужская рука.

По-собственнически так.

Ладонь была тяжёлой и горячей, пальцы слегка вдавливались в мягкую плоть, большой палец лениво водил по соску, заставляя его тут же затвердеть.

И вместо того, чтобы возмутиться или хотя бы сделать вид, что Алиса не понимает, что происходит, она с готовностью позволила возбуждению потечь по телу. Оно разливалось медленно, тягуче, как тёплый мёд. От груди к животу, от живота ещё ниже… И скапливалось между ног, заставляя мышцы расслабляться и напрягаться одновременно.

Более того.

Ей зашло такое пробуждение. Впервые в жизни. Раньше она терпеть не могла, если её трогали, когда она только открыла глаза. Она чувствовала себя невыспавшейся, сонной и чуточку обманутой. У неё как будто забирали минуту пробуждения. И она явно была не готова к контакту.

Но сейчас… сейчас всё было иначе. Сейчас она хотела просыпаться именно так. В его руках. С его дыханием на своей шее.

В ягодицу упирался большой эрегированный член. Твёрдый, горячий, настойчивый. Который явно пытался найти более удобную развилку. Скользил по ложбинке между ягодицами, по бедру, толкаясь, как живой, нетерпеливый зверь.

Алиса чувствовала каждый миллиметр этого давления.

— Привет, соня, — Ренат провёл носом по её шее, втягивая воздух, а потом втянул губами кожу, легонько прикусил, заставив девушку выгнуться и прижаться к нему ещё плотнее.

Алиса не то что не хотела просыпаться… Она не хотела возвращаться в реальность. Потому что то, что происходило в этом полусонном, липком от возбуждения моменте, ей безумно нравилось.

Нравилось чувствовать сильное мужское тело за спиной. Широкую грудь, твёрдые мышцы, горячую кожу, прижатую к её лопаткам.

Нравилось ощущение, что тебя хотят.

И что хочешь ты…

Алиса чувствовала себя кошкой, которая пригрелась на солнышке и которой безумно хорошо. Мурлыкающей, сытой, расслабленной, готовой мять лапками одеяло и жмуриться от удовольствия.

— Привет, — отозвалась она, закидывая руки за голову и дотрагиваясь до Рената. Касаясь пальцами его затылка, чувствуя под подушечками короткие, мягкие волосы. Она провела по ним, наслаждаясь текстурой, потом спустилась ниже, к шее, к плечу, невесомо, почти неосязаемо.

Ну и что, что они знакомы всего… хм… будем считать, что две ночи. Ей было так хорошо, что наперед не думалось.

Её тело будто больше и не принадлежало ей. Оно стремилось к телу Ренату. К тем ярким тягучим ощущением, что оно могло получить.

— Сегодня воскресенье. Ты работаешь? — он завел её ногу выше.

У Алисы невольно закатились глаза. Он о чем?.. Какая работа… Все её мысли давно утекли ниже пояса.

— У меня неделя выходных, — промямлила она.

— Отлично. Значит, мы никуда не спешим.

О, нет, они точно никуда не спешили.

Он проник в неё неторопливо, явно растягивая собственное удовольствие. Алиса с готовностью расслабила мышцы, принимая его. А у него нехилый такой… Растяжение всегда чувствовалось ощутимо. Но оно придавало только остроты. Изюминки.

Между бедер достаточно влажно для него. Ренат вошел свободно. И до конца. Его пах впечатался в её бедра. Алиса зажмурилась от удовольствия, продолжая ласкать то его голову, то плечи. Он плотно прижимался к ней, ликвидировав любое пространство между ними.

Его дыхание приятно щекотало кожу. За окном уже рассвело и их тела были отлично видны друг другу. Тем более, Ренат давно откинул одеяло.

Это откровенно. И кажется, что это слишком для малознакомых людей. Но она повторялась…

— Расслабься.

Ренат накрыл её груди ладонью. Она у него была большой, чуть шершавой, и ему удалось захватить сразу оба полушария.

— Я расслаблена, — призналась Алиса с придыханием.

— Врунишка, — он прикусил мочку её уха, а потом подался назад, чтобы в следующую секунду толкнуться вперед более мощно, более яростно.

Дыхание сразу выбилось из груди Алисы. Девушка охнула, подала попку назад. К нему…

— Вот так… Давай, моя хорошая, подмахни мне.

Его откровенный шепот пробирал до основания. Ренат не говорил пошлости, но его хриплый надсадный голос служил лучшим афродизиаком.

И она подмахнула.

Он же… двигался, двигался, двигался.

А она кончала…

Звонок от мамы пошел, по ощущениям, ровно через минуту, после того как Алиса упала на подушку.

Подушки у Рената были, уже хорошо.

— Мама, — пискнула Алиса, мгновенно превращаясь в подростка, которого едва не застукали за чем-то непотребным.

На лице мужчины расплылась понимающая улыбка. Причем, без какого-либо намека на иронию.

Алиса кое-как попыталась прикрыться. Разговаривать голой с мамой — нонсенс!

И знание того, что мама ничего не может видеть через обычный звонок — не довод.

— Мам… Привет, — пропищала она, радуясь, что попала на нужную кнопку.

Кожа пылала огнем. И тут уже не понятно: то ли от оргазма, то ли от адреналина, скаканувшего в крови.

— Алисочка, милая, привет.

Алиса мгновенно насторожилась. Притягивая к груди одеяло, которое категорически отказывалось притягиваться, потому что некто стокилограммовый разлегся на нем сверху, Алиса заерзала.

Когда мама начинала называть её уменьшительно-ласкательным именем — значит, что-то случилось. Нечто, о чем надо говорить, но маме неудобно, стыдно и далее по списку.

— Мам, давай сразу к делу переходи.

— Поняла меня без лишних слов, да? — мама вздохнула в трубку.

— Да.

— Тут снова соседи сверху…

Начала говорить мама и замолчала.

— И? — нахмурилась Алиса, мысленно чертыхаясь. Она знала, что что-то такое будет! Надо было действовать сразу, в тот же день. Максимум — на следующий.

Боковым зрением она заметила, как перевернулся набок Ренат. Он слушал её разговор.

— Они отмахнулись от меня. Едва не послали… Я попыталась с ними обсудить, а они…

— Мам, блин… Ладно, я сейчас приеду. Разберемся с соседями.

— …не одна.

Сначала Алиса даже не поняла, к чему относится эта последняя фраза. Она прозвучала фоном. И одновременно вклинилась в разговор, заставив Алису повернуться к Ренату.

Алиса вскинула брови. Она не ошиблась, она правильно поняла его посыл?

На лице Рената считывались беспечность и сытость. Он положил руку ей на бедро, согревая и… Что-то говоря?

— Алиса, ты с мужчиной?

Естественно, мама слышала его слова и всполошилась. Алиса прикрыла глаза, не зная, куда себя деть. Ситуация не ахти какая, но она впервые в такой.

— Мама, это сосед. За солью зашел.

Брови Рената тоже изогнулись, как бы говоря: «Да неужели?»

Алиса готова была провалиться сквозь землю. Она состроила ему ответную рожицу.

— За солью, — повторила мама.

— Угу.

— И он…

— …приедет со мной.

Боже. Ладно, Алиса, ладно… Ничего криминального не случилось. Мужчина вызвался помочь. Правильно же она истолковала его слова?

— Тогда жду тебя. Э… э-э… вас.

Мама скинула вызов, Алиса же зажевала верхнюю губу.

Пальцы Рената скользнули к развилке между ног Алисы, прошлись по теплой влаге и с явным сожалением покинули лакомое для них местечко. — Тогда встаем. Через сорок минут жду тебя на парковке. Успеешь?

Сложный вопрос, конечно. Ей бы отойти от ночи. И от утра тоже.

Но Алиса решительно кивнула.

* * *

— Это кто? — мама наигранно округлила глаза.

— Сосед, мам.

— Ты мне тут, давай, не увиливай. Ты его видела?..

— Мам!

— Я не о том! Я о… — Александра Витальевна выразительно сделала в воздухе какие-то круги. — Фактуре! Очень… интересный мужчина. Он точно твой сосед, Алис?

— На одном этаже живем.

— Ничего себе… Бывает же такое. И что?.. Он сам вызвался помочь мне?

— Ну да, — Алиса пожала плечами, нервно поглядывая на дверь.

Потому что за ней происходило что-то интересное.

Они приехали к маме пятнадцать минут назад. Прежде чем подняться к ней, сначала Ренат зашел в магазин известной продуктовой марки. Алиса осталась на улице. Мало ли зачем потребовалось Ренату в магазин. Может, сигареты купить. Кстати, он курит? Она пыталась вспомнить, ощущала ли запах табака, когда он стоял рядом или когда они целовались. Вроде бы нет.

Пока у Рената она находила один существенный недостаток. Грязный гелик. Машину, кстати, снова не помешало бы загнать на мойку.

Где он на ней ездит? На колесах наблюдались прямо ошметки грязи.

Ренат вышел с тортиком.

Алиса постаралась не улыбнуться. Ну, нельзя же так откровенно транслировать своё довольство.

— Некоторые чрезмерно умные товарищи утверждают, что сладкое отлично снимает нервное напряжение у женщин. Проверим?

Мама, конечно же, мило покраснела. Тортик приняла. Засуетилась.

— Чуть позже, Александра Витальевна. Что вы, говорите, у вас пострадало?

Он выслушал её, а потом вышел в другую комнату, чтобы сделать звонок. За это время мама и постаралась выпытать у Алисы всё, что могла.

Алиса и сама «могла» не так уж и много.

Мама суетилась. То чайник ставила, то к кофемашине подбегала. В конечном итоге, на свет божий был выужен японский фарфоровый сервиз, настолько тонкий, что если его поставить на свет, то можно будет заметить просветы.

Любимый мамин, кстати. Она его доставала только на дни рождения, искренне считая, что у каждой уважающей себя женщины после пятидесяти должен быть такой сервиз. И неважно, как она относится к самому фарфору. Он должен быть — и точка.

Ренат с удовольствием согласился не только выпить чая, но и позавтракать. Алиса мысленно застонала. Точно… Они же не позавтракали. Она, когда собиралась, запихала в себя банан. А Ренат?..

Мама расплылась в довольнейшей улыбке, когда поняла, что гость голоден. О-о, тут она оказалась в своей стезе. На столе, помимо чудесных фарфоровых чашечек и блюдечек, появились запеканка с мясом, овощи, сырная нарезка, рулетики со шпинатом и фаршем.

— Александра Витальевна, я готов к вам приходить на завтрак каждый день.

Мама покраснела почти так же, как и Алиса.

— Смелое заявление, молодой человек.

Телефон у Рената зазвонил ровно в тот момент, когда они допили чай.

— Да, Дём, поднимайся. Квартира сто семьдесят четыре.

Алиса быстро поправила:

— Наша сто шестьдесят восемь.

Ренат мотнул головой.

— Всё правильно, Дём, сто семьдесят четыре.

Алиса с запозданием поняла, что данный номер квартиры соответствовал этажу выше.

— А Дёма, это простите… кто? — Александра Витальевна ловко маневрировала между столом и раковиной.

— Демьян Валентинович у нас юрист.

Мама замерла на несколько секунд, а потом уточнила, расставляя правильные акценты:

— Хороший юрист?

— Неплохой.

Это прозвучало так, точно этот Демьян Валентинович, как минимум, возглавляет коллегию адвокатов.

Потом были ещё звонки. Ренат поднимался и к соседям.

Мама с Алисой только переглядывались.

— Хм…

— Мам…

— Ну «хм» же!

Надо ли говорить, что Демьян Валентинович был приглашен за стол? Юрист оказался молодым хватким мужчиной лет тридцати. Сначала он отказался, а потом его защита дала брешь.

Мама к тому времени успела стол повторно накрыть. Наготовила столько, точно знала, что гости будут.

— Александра Витальевна, вы с козырей заходите, — уплетая за обе щеки мясное рагу, улыбнулся Демьян Валентинович.

— Ты ещё про зятя спроси, — не без ядовитых ноток сделал вброс Ренат, откидываясь на спинку стула и скрещивая руки на груди.

У Алисы градус непонимания и волнения зашкалил. И вроде ничего особенного. Двое мужчин детородного возраста сидят на кухне её мамы. Уплетают обед за обе щеки. Точнее, за четыре. И перебрасываются колкостями.

А она чувствует себя так, словно ей пятнадцать и мальчишки со двора совершенно непонятно каким образом оказались у них в квартире. Да ещё ведут себя не пойми как.

— И спрошу. Александра Витальевна, вам зять не нужен? Мне теща, которая меня будет кормить блинами по воскресеньям, позарез нужна.

Ренат опустил голову, пряча ухмылку.

Но что-то блеснуло в его глазах. Такое, отчего маленький фейерверк вспыхнул в груди Алисы.

Когда пришло время ехать домой, мужчины вышли первыми, Алиса чуть задержалась. Точнее, её тормознула мама.

— На минуточку…

Алиса встала, прижимая к себе сумочку.

Повторно краснея, прямо как девчонка, мама заговорщически ей улыбнулась и вынесла негромкий вердикт:

— Надо брать.