Глава двадцать шестая

Рен

С того дня Аррик ночевал в своих покоях, но каждую ночь спал в кресле. Или, по крайней мере, Рен думала, что спал. Ей всегда удавалось заснуть раньше принца, хотя он обездвиживал ее одеялами.

Это была своего рода игра. Они спокойно ужинали вместе, а потом, когда приходило время ложиться спать, наружу выбирался хищник.

Чертов мужчина не приковал ее к своей кровати, но, как бы принцесса ни сопротивлялась, ни брыкалась и ни проклинала его, Аррик умудрялся укутывать ее в покрывала до такой степени, что у нее не получалось пошевелиться. Затем принц ждал, когда она заснет.

– Неужели это необходимо? – пожаловалась Рен в конце недели. К закату ее тело покрывалось потом и становилось липким.

– Это для твоей и моей безопасности.

– Объясни.

Он не ответил.

Время протекало как в тумане: прогулки, обеды с королевой и полное отсутствие контактов с остальным двором. Рен не видела Сорена или других его сыновей более трех недель и чувствовала себя комфортно в безмолвном присутствии Аррика.

Она все еще не доверяла ему, но уже не боялась его.

Аррик сдерживал свои обещания, а она держала свои. Они поладили.

Чего Рен не сказала своему мужу, так это того, что ей удалось спрятать несколько инкрустированных драгоценными камнями заколок для волос, которые, как она надеялась, обеспечат ее кораблем и провизией. Но принцесса пока так и не придумала, как выскользнуть из дворца; все входы и выходы тщательно охранялись, и она не сомневалась, что пышные сады кишели шпионами и сторожевыми псами.

Рен вспомнила дракона и безумного мальчика, запертого в темнице. Раньше план побега на драконе казался самоубийственным, но с каждым днем выглядел все привлекательнее. Чем дольше принцесса оставалась во дворце, тем больше ей хотелось бежать. Дворец поражал размерами, и она не исследовала даже его сотую часть, но, невзирая на удивительный простор, он все равно оставался тюрьмой.

В тот вечер Аррик ворвался в комнату и яростно захлопнул дверь.

Рен ошеломленно глянула на него. Он впервые так вспылил за долгое время.

– Что не так?

– Нас ждут на ужин с моей семьей, – сказал он. Бросил зеленую прозрачную одежду на кровать и начал раздеваться, выходя во двор. – Мачеха передает привет и это платье.

– У меня полно платьев, – крикнула в ответ Рен, вставая со стула. Растения зашелестели, и принц скрылся из виду.

– Ну, мне нравится это, и оно пришлось по вкусу моей мачехе.

Рен нахмурилась и уставилась на платье, как на змею. За последние несколько недель она уяснила, какие именно одеяния королева считала пристойными. Подняв наряд, Рен вздохнула. Вырез еще глубже, чем у любого другого ее платья, и под прозрачными слоями имелась плотная ткань, скрывавшая лишь самые интимные места.

Принцесса прижала его к груди и бросилась в уборную, чтобы переодеться. Она не только хотела уединения, но и умудрилась стащить маленькую сумочку, чтобы спрятать под платьями. Рен хранила там украденные сокровища.

Пришло время стать покорной женушкой принца.

Ну, не совсем покорной.

Рен влезла в полупрозрачное изумрудно-зеленое платье и вышла из уборной. Она улыбнулась, водя руками по наряду. Выглядел он ошеломляюще. Ее маме бы понравилось. Рен с трудом сглотнула, но улыбка осталась на месте. Было приятно вспоминать о маме что-то светлое.

Снаружи плескалась вода; Рен покосилась на внутренний двор, отлично просматривавшийся за развевавшимися белыми занавесками. Растения колыхались на ветру, и глаза Рен расширились, когда она мельком увидела подтянутую, влажную кожу.

Аррик.

Эльфы были настоящими бесстыдниками. Даже купались не прикрывшись.

Не будь такой ханжой. Твой народ делает так же.

Она быстро поправила золотые, украшенные драгоценными камнями бретельки своего платья и разгладила руками тонкий материал. Оно стильно облегало изгибы ее тела, заставляя чувствовать себя красивой. Впервые с тех пор, как Рен прибыла в эльфийское королевство, она почувствовала себя собой.

За короткое время, проведенное в Верланти, принцесса усвоила две вещи: красота ценилась превыше всего и женщин хвалили за их чувственность.

Сегодня вечером Рен использует оба оружия.

Она скользнула пальцами по рыжим локонам, желая их распутать, и пощипала себя за щеки, чтобы добиться легкого румянца.

Так-то лучше.

Внутри все сжалось, Рен направилась к занавескам; деревья, окружавшие бассейн, мягко шелестели. Принцесса отвела глаза и прислонилась бедром к одной из высоких мраморных колонн, обрамлявших вход в комнату, и в этот момент Аррик вынырнул из воды. Она с преувеличенным интересом изучала красочный закат, одновременно прислушиваясь к каждому звуку, который при приближении к ней издавал новый муж.

Аррик остановился рядом с ней, и Рен с облегчением заметила, что теперь он прикрылся полотенцем. Длинные серебристые волосы падали ему на лицо, вода стекала по точеной груди. Оружие он убрал под мышку. Этот мужчина не подпускал ее ни к одному из своих ножей. Он был умен.

– Нравится то, что ты видишь, принцесса? – пробормотал он.

Рен демонстративно отвернулась и снова обратила взор на небо.

– Красота – это еще не все, принц.

– Хоть в чем-то мы согласны.

– Рано или поздно это должно было случиться, – парировала она. – Одевайся, или опоздаем на ужин. Уверен, твой король это не оценит.

Аррик хмыкнул и вошел в покои. Рен остро ощущала его движения каждой клеточкой тела. Когда зашуршала одежда Аррика, щеки Рен вспыхнули. Что с ней не так? Она раньше не замечала за собой такого ханжества. Тело – всего лишь тело. Почему же он производил на нее такой эффект? В этом и заключалась новая проблема. За прошедшие недели она стала воспринимать Аррика как личность. Принц перестал казаться безликим чудовищем, на которого она могла свалить свою боль.

Ты предаешь Роуэна.

Рен крепко зажмурила глаза и прогнала прочь эту отвратительную мысль. Роуэн погиб. Ей оставалось лишь выжить и отомстить за него.

– У меня для тебя кое-что есть, – пророкотал Аррик позади нее.

– Подарок? Не стоило, – фыркнула она.

Не ерничай, Рен. На мед муж летит быстрее, чем на уксус.

Она повернулась к мужу, и платье у лодыжек зашуршало.

– Характер, – пробормотал Аррик.

– Не только у меня. – Рен вздохнула.

Он поджал губы:

– Прошу прощения. Был… тяжелый день.

Принцесса уставилась на него. На удивление, прозвучало честно и открыто. Обычно они держались отстраненно.

– Мне жаль.

Принц пожал плечами:

– Пустяки.

Он поставил на кровать украшенную резьбой шкатулку и, открыв ее, достал головной убор. Корону из необработанных черных кристаллов, оплетенных золотыми нитями, достойную лишь богини подземного мира. По бокам свисали изящные золотые цепочки, а заднюю часть украшали крошечные черные камушки.

Ее глаза расширились, когда Аррик достал из коробки колье с большим черным бриллиантовым кулоном в центре. Принц подошел к ней в фирменных черных кожаных штанах и бархатном жилете, мокрые волосы оставляли на шелковой рубашке пятна.

– Завершающие штрихи, – пробормотал он, кивая в сторону зеркала в полный рост, висевшее справа от нее. – Повернись, и я надену их на тебя.

Рен медленно подчинилась и следила за ним, пока Аррик приближался к ней. Принц поймал ее взгляд в отражении, затем осторожно водрузил корону на голову Рен. Она вздрогнула, когда он откинул в сторону ее волосы, занес колье над макушкой и опустил на ее шею. Глупо так реагировать. Если бы он захотел, то давно и с легкостью убил бы ее.

Веди себя хорошо.

Аррик наклонился ближе, и Рен окутал аромат его кожи, смешанный с эвкалиптом. Она неглубоко втянула воздух, когда он выдохнул, согрев шею и плечо, заставив порхать бабочек в животе.

– Ты уже закончил? – выдавила она натянуто. Каждое прикосновение его мозолистых пальцев вызывало мурашки на ее покрытых веснушками руках.

– Застежка крошечная, моим пальцам трудно справиться с этой задачей, – проворчал он.

– Я могу застегнуть сама.

– Знаю. – Аррик еще раз встретился с ней взглядом в отражении. – Ты очень способная.

– Ты сделал мне комплимент?

Аррик защелкнул колье, но не убрал руки. Вернул ее волосы на место и большими руками обхватил обнаженные плечи Рен.

– Теперь ты похожа на настоящую принцессу.

– Дело не в том, как ты выглядишь, а в образе мышления, – автоматически ответила Рен. Мама повторяла эти слова на протяжении долгих лет. Принцесса никогда не понимала их так хорошо, как сейчас.

– Верно, – задумчиво произнес принц и пальцами заскользил по ее коже. Некоторое время они молча смотрели друг на друга, прежде чем Аррик спросил: – Неужели быть моей женой так плохо?

Рен хотела закричать: «Да!», но не позволила словам вырваться наружу. В глубине души она понимала, что солгала бы.

– Меня тебе продали. Неужели ты думал, что драгоценности из моего королевства на меня повлияют? – Не совсем враждебные, но и не достаточно соблазнительные слова.

Он разразился лающим смехом.

– А ты не из тех, кто умеет держать мысли при себе, да?

Уголки губ Рен поползли вверх:

– Ты не первый так говоришь.

Веселье Аррика угасло.

– Это опасная привычка для здешних мест.

– Ты для меня опасен? – прошептала Рен, выдерживая его ледяной пристальный взгляд.

– Я представляю опасность для всех. – Принц говорил тихо, словно с самим собой. Он отступил назад и протянул руку: – Готова встретиться лицом к лицу с волками? – сменил он тему.

Рен повернулась к Аррику лицом и взяла его под руку:

– Я выросла с драконами. И с парочкой волков справлюсь.