Глава двадцать восьмая

Аррик

Он мерил шагами свою комнату, его взгляд метнулся к пустым одеялам на кровати. Рен впервые за долгое время не было рядом, и ему казалось, что это неправильно. Как такое произошло? Она всего-то являлась инструментом, с помощью которого он намеревался мешать отцу. Теперь же Рен стала чем-то большим… Аррик жаждал ею обладать.

Создавалось впечатление, что даже сейчас ее запах пропитывал комнату и сводил с ума. Принц опустился на стул и уставился на постель. Сегодняшний вечер прошел не так, как он планировал. Его отец был в плохом настроении, и как только Рен вошла в комнату, выбрал ее своей мишенью.

В мыслях у него возник образ Рен, стоящей в темнице в платье и драгоценностях. Ей там не место. Аррик зарычал и вскочил на ноги. Впился глазами в свою дверь. Какая польза от титула любимого сына короля, если он не пользовался этим преимуществом? Рен была его женой. Она не сделала ничего плохого, и будь Аррик проклят, если позволит ей еще хоть мгновение посидеть в темнице.

Ее место здесь, с ним. Глава двадцать девятая

Рен

– Принцесса в лохмотьях, а теперь пленница в роскоши, – прокомментировал мальчик. Он присвистнул. – Ну и платье на тебе, конечно.

– Очаровательно. И что в нем такого? – проворчала она.

– Не хочешь поделиться, как изменился твой статус?

– Ты правда хочешь послушать?

– Разумеется! – настаивал мальчик и вскочил на ноги, чтобы подчеркнуть воодушевление. Он глянул на Рен и сверкнул глазами. – Учитывая, что принц ни с того ни с сего решил явиться для… разговора…

Рен с отвращением прищелкнула языком:

– Не делала я ничего подобного. Совсем.

– Что ты тогда натворила?

– Кое-что похуже.

Безумного мальчика, казалось, искренне заинтересовали ее слова.

– Что может быть хуже, чем нырять под покрывала со своим врагом?

– Заключить с ним брак.

– Ох.

– Ох? – Рен тоже поднялась на ноги, почему-то оскорбленная отсутствием у мальчика должной реакции. – Ох? Это все, что ты можешь сказать после того, как я поделилась ужасом, который творится?

– Ты, конечно, достаточно умна, чтобы понимать, что быть замужем за врагом не так уж и плохо. Грань между врагом и возлюбленным на самом деле очень тонка.

Рен отступила на шаг, ошеломленная его комментарием. Он впервые выдал не загадку и не насмешку. Из его уст раздалось первое искреннее, не безумное заявление.

Она прищурилась с подозрением:

– Ты… не тот, кем кажешься, не так ли?

Мальчик пожал плечами, затем сел, прислонившись спиной к решетке камеры, которая отделяла его от Рен, и жестом предложил ей сделать то же самое. И поэтому, хотя принцессе не очень хотелось сидеть, она последовала его примеру, так что они очутились спиной друг к другу, а разделяли их лишь железные прутья. Рен почувствовала тепло его кожи, и это напомнило, что она не единственное живое существо в темнице.

Она обрадовалась теплу; ткань тонкого платья совсем ее не грела, и Рен начинала дрожать.

– Что ты думаешь о верлантийском дворе? – спросил мальчик через некоторое время, и никакой прежней певучести в голосе ребенка не слышалось. – Ты, должно быть, видела его, когда тебя уводили стражники.

– А ты, значит, не видел?

На удивление, он лишь тихо усмехнулся, ответа никакого не последовало.

Рен попыталась разобраться. По всей видимости, задавать личные вопросы мальчику напрямую бесполезно, вразумительного ответа добиться не получалось. Однако, возможно, ответив на его вопросы о себе, Рен сможет выяснить немного больше, вероятно, не о таком уж и сумасшедшем товарище.

– Я ненавижу дворец, – начала принцесса. – Он прекрасный и извращенный, добрый и злой, мне постоянно хочется сбежать. Снаружи он ясный и великолепный, но поражен болезнью, проникающей в самую глубь. Он абсолютно прогнивший. Эта земля отравлена. – Рен сделала вдох, прервав свою тираду, и добавила уже гораздо более тихим голосом: – Верланти – змеиное гнездо.

На это мальчик разразился лающим смехом, но прежде, чем Рен успела разозлиться на него, сказал:

– Они, наверное, думают, что змея ты, Принцесса Драконов. Скучаешь по нему?

– По чему? – Рен едва поспевала за направлением, которое принимали его вопросы. Она взглянула на воду, зная, что та скоро поднимется. И понимала, что должна принять решение о том, что делать дальше. Только теперь Рен начала осознавать, что ее план побега, возможно, должен включать еще одного человека. Она не могла оставить его.

– По дому, – просто сказал мальчик.

Рен замерла при этом слове, мышцы напряглись, и она прижалась к спине мальчика. Но потом расслабилась.

– Постоянно, – призналась она. – Только благодаря памяти о нем я все еще не сдалась. Я постоянно думаю о том, как вернусь, сбегу отсюда и доберусь до него… – Рен прикусила язык, пока не выдала тайны, которые хранила в своем сердце. Например, о том, что ее сестра все еще была жива. Мальчик казался безобидным, вот только у нее не было ни малейшего представления о том, кем он являлся. Могло статься так, что он шпион, посаженный в подземелье, чтобы побудить Рен заговорить и раскрыть все ее секреты.

Но что-то ей подсказывало, что это не так. И даже в этом случае я не могу рассказать ему что-то настолько важное. Тем не менее это не значит, что он мой враг, и он не заслуживает того, чтобы гнить здесь.

Некоторое время они сидели вместе в тишине, а Рен внимательно следила за водой и очищала баранью кость, в то время как мальчик мелодично напевал. Принцесса подумала, что, возможно, узнала мелодию, но всякий раз, когда пыталась вспомнить, песня вылетала у нее из головы.

Наконец мальчик прервал тишину:

– Зачем обгладывать кость, если можно наесться мясом? – спросил он, искренне удивленный. – Когда вода прибудет, ты не сможешь его съесть, а прилив… неизбежен.

Повинуясь порыву, Рен потянула руку за спину, нащупывая пальцы мальчика между разделявшими их прутьями. Она не ожидала, что он тоже потянется к ней, и поэтому изумилась, когда их пальцы встретились. Они их переплели, и Рен усилила хватку.

Она приняла решение. Был ли мальчик шпионом или нет, она вытащит его из темницы, а затем оставит в безопасном месте, после чего вернется в Лорн.

– Мы выберемся отсюда, – сказала она ему очень тихо. – Если только ты не хочешь остаться.

Ей не требовалось видеть лицо мальчика, чтобы понять, что он ухмыляется.

– С ума сошла, женщина? Конечно, я хочу выбраться отсюда. Что у тебя на уме?

– Вода вот-вот поднимется, как ты и сказал.

– Да.

– И тогда может появиться дракон.

– Может?

– А ты видел его здесь раньше?

– Раньше в подземелье не было Принцессы Драконов.

– То есть не видел? – спросила Рен, и тут в камеру начала прибывать вода. Рен отпустила руку мальчика и встала на ноги, готовясь взобраться на решетку. Мальчик сделал то же самое, и они оказались лицом к лицу. Хоть он и был немного неуклюжим из-за своего роста, на несколько дюймов выше Рен, но обладал красивыми, большими карими глазами, которые у нее не было возможности рассмотреть вблизи.

По-настоящему невинное лицо. Не верлантийский шпион. Но все же я не могу взять его с собой в Лорн. Не могу рисковать тем, что он узнает о Бритте.

Подол ее зеленого платья плавал на поверхности воды.

– То есть не знаю, – признался мальчик. Он взобрался на первую перекладину железной решетки, и Рен сделала то же самое. – Может, он прятался под водой, вне поля зрения. Мне бы не очень хотелось выяснять это и тревожить воду.

Едва заметная улыбка тронула губы Рен.

– Конечно, я понимаю.

– Итак, что произойдет, когда приплывет дракон?

Лицо мальчика на мгновение исказилось от беспокойства, улыбка Рена стала еще шире. Он нервничал. Это было вполне естественно. Никто за пределами Драконьих Островов не имел дела с драконами.

– Разберемся с этим, если или когда он появится… и надеюсь, рыбки уплывут.

Он протянул руку и щелкнул по одному из кристаллов, свисавших с короны, которую носила Рен.

– Такая блестящая. Что ты сделала, чтобы ее получить?

– Ничего.

Она убрала кость в карман. Они вдвоем карабкались по решетке, пока не оказались так высоко, как только могли, и когда вода перестала подниматься, Рен начала петь.

На этот раз вместо печальной, успокаивающей мелодии Рен затянула боевую песню. Яркую, энергичную и дерзкую, чтобы побудить дракона приплыть. Но через пятнадцать минут признаков его присутствия так и не появилось, под водой никто не скользил, и сердце Рен ушло в пятки.

Ты должен явиться.

Дракон – ее последний шанс. Сегодня вечером она приняла окончательное решение.

Рен с каждой секундой пела все громче и задорнее. Губы болели от напевов, а руки стали скользкими от пота, несмотря на сильный холод. В глубине души Рен знала, что если не сможет заставить дракона появиться сегодня, то для нее настанет конец.

Она будет обречена.

Когда Рен почти отчаялась и намеревалась сдаться, над поверхностью воды, наконец, показалось несколько шипов, и она вздохнула с облегчением.

Находившийся рядом мальчик смотрел на дракона широко раскрытыми глазами.

– Мне не понравится следующий этап, да?

Рен хмыкнула и попыталась успокоиться. Оттого ли, что она теперь несла ответственность не только за свою жизнь, но и за жизнь ребенка тоже, или оттого, что она поняла, что больше не чувствовала страха или неуверенности, принцесса медленно спустилась по прутьям в воду и стала сокращать расстояние между ней и драконом осторожными, расчетливыми шагами. Ткань пропиталась водой, и платье облепило фигуру.

При ее приближении существо зарычало. Но все же Рен не испугалась. Она с плеском упала на колени и протянула ягненка в качестве подношения, держа руки всего в дюйме от темной, но светящейся морды дракона.

– Вот, возьми, – пробормотала она. – Это подарок для тебя.

Дракон обдал теплым воздухом ее руки, и Рен резко выдохнула, через мгновение зверь осторожно взял мясо из ее рук.

– Приготовься, – сказала она мальчику. Как раз в тот момент дверь в темницу открылась.

– Рен?

До нее донесся удивленный голос Аррика, она же не сводила глаз с дракона.

Нет.

– Вернись, – скомандовал он. – Это опасно.

Она проигнорировала принца, и ее сердце бешено заколотилось в груди. Время пришло. Рен продолжила свою песню, и когда стало ясно, что существо не нападет на нее, она прыгнула ему на спину. Рен оседлала зверя, ноги ее ушли под воду, и принц закричал. Рен медленно выдохнула и молча порадовалась. Дракон не напал на нее и не отверг ее. Вместо этого он опустил шипы на своей спине, чтобы она могла расположиться с большим удобством и меньшим риском пораниться.

– Не смей, – тихо сказал принц.

Рен наконец подняла взгляд на своего мужа. Его грудь поднималась и опускалась в такт дыханию. Его обычно невозмутимое лицо исказилось от гнева и беспокойства. Аррик зашел дальше в воду и протянул ей руку.

– Не обязательно должно быть так, – процедил он сквозь зубы.

Дракон скользнул вперед, к следующей камере, и при виде горя на лице принца ее сердце предательски сжалось.

– Быстро, – велела она мальчику, зная, что до момента, когда принц придет в себя и нападет, оставались считаные секунды.

– Ты с ума сошла?! – завопил мальчик, широко раскрыв рот при виде Рен на спине светящегося опасного дракона.

– Между нами говоря, это не я сошла с ума.

Принц выругался и бросился за дверь ее камеры, чтобы войти в камеру мальчика.

– Садись. Живо!

Мальчик запрыгнул на спину дракона позади Рен и без колебаний обхватил ее за талию, чтобы обезопасить себя.

Рен оглянулась:

– Насколько ты умеешь задерживать дыхание?

Непродолжительная тишина.

– Надеюсь, достаточно, чтобы не умереть.

Дверь камеры мальчика распахнулась, и в нее ворвался принц. Он устремил на Рен яростный взгляд:

– Не делай меня своим врагом.

– Ты всегда был врагом, – прошептала она.

– Я думал, мы договорились не лгать друг другу. – Аррик прищурил льдисто-голубые глаза: – Я буду охотиться на тебя.

– Что ж, попытайся, – парировала она, когда дракон снова скользнул вперед.

Принц улыбнулся:

– Ты же знаешь, я люблю испытания, Рен. Мы скоро увидимся, моя королева.

Дрожь пробежала по ее спине. Это была не столько угроза, сколько обещание.

– Сделай глубокий вдох, – приказала она мальчику.

Быстрый пинок в бок дракона, и они втроем нырнули в мутную воду. Последнее, что услышала Рен перед исчезновением под толщей воды, – крик Аррика, зовущего стражу.

Мальчик так крепко стиснул талию Рен, что стало больно. Он явно боялся за свою жизнь и сомневался, что ему удастся задерживать дыхание столько, сколько потребуется, чтобы выжить. Пожалуйста, позволь нам выбраться живыми.

Полминуты спустя Рен поняла, что, похоже, и сама перед погружением в ледяную воду втянула недостаточно воздуха, но сейчас уже мало что могла с этим поделать. Нет, ей оставалось лишь цепляться за дракона, как мальчик цеплялся за нее, и надеяться, что они будут в порядке, когда дракон решит вынырнуть.

Вот бы подальше от дворца.

Дракон несся под водой с пугающей скоростью. Возможно, по скорости он не уступал Авроре. Теперь, когда она сидела верхом, инстинкт подсказал ей, что она не ошиблась в своем предположении. Рен немного утешало, что дракон под ней был самцом, – ведь после случившегося с Авророй седлать другую дракониху казалось неправильным.

У Рен начинала кружиться голова. Она не хотела представлять, как держится мальчик позади нее. Но его хватка на ее талии еще не полностью ослабла, так что Рен убеждала себя, что мальчик, по крайней мере, в полубессознательном состоянии.

Как только ее легкие начали гореть от нехватки воздуха, дракон резко изменил курс и пустился плыть вертикально, несясь как стрела, пока Рен не увидела лунный свет, размытый поверхностью моря.

И ни минутой раньше.

Она схватила мальчика левой рукой, чтобы тот не соскользнул.

Затем, мгновение спустя, дракон вырвался на поверхность, и Рен набрала в легкие столько воздуха, сколько они могли вместить. Она случайно глотнула немного воды, и соль обожгла горло, поэтому, пока дракон, извиваясь, подползал к маленькому деревянному пирсу, она плевалась и хрипела. Достигнув пирса, Рен скатилась со спины дракона и стащила мальчика за собой. Убрала его руки со своей талии, повернулась, чтобы проверить его состояние, и с облегчением увидела, что он дышит.

– Открой глаза, – прошептала Рен, не зная, может ли кто-то их услышать или нет. – Мы живы и дышим.

– Я что-то не уверен: – Он кашлянул, но затем с трудом принял сидячее положение, и она поняла, что с мальчиком все будет в порядке.

Рен перекатилась на колени и повернулась лицом к дракону, протянув руку к его морде, после чего свистнула в знак благодарности.

– Ты настоящее сокровище, – сказала она ему, стараясь донести суть каждого слова. Ведь настоящими сокровищами являлись свобода и жизнь, так? А дракон вернул Рен и то, и другое – как и ее компаньону.

После этого зверь скрылся в толще воды, и, пока он не скрылся из виду, виднелась его слабо светившаяся чешуя. Рен смотрела ему вслед, пока ее кожа не стала липкой. Она вытерла рукой лоб и вдруг поняла, что вспотела. «Как?..» – задумалась она и лишь тогда обратила внимание на то, насколько жарким оказался вечерний верлантийский воздух. Она так продрогла, запертая в темнице под землей, что совершенно забыла – был самый разгар лета.

Рен поправила золотые застежки своего теперь уже испорченного изумрудного платья. Поразительнее всего, она не потеряла корону. И теперь, чтобы вытащить ее из спутанных волос, потребуется немало сил.

Пора разобраться, где они.

Вглядываясь в темноту, Рен заметила дома чуть дальше пирса. Впереди виднелся еще один пирс, за которым тоже тянулись дома, и так до самого горизонта.

Торговый порт?

– Ух ты, дракон вывел нас на международный рынок, – пробормотал мальчик, явно впечатленный. Он дотронулся рукой до плеча Рен: – Я знаю, где мы можем спрятаться и прийти в себя.

Она приподняла бровь:

– Серьезно? Откуда?

Мальчик только рассмеялся.

– Верлантийцы меня схватили не потому, что я сумасшедший, Рен.

Он впервые назвал ее по имени. И признал свое собственное так называемое безумие. Мальчик вызвал у Рен опасения и интерес в равной степени.

– Кто ты? – спросила она, но мальчик схватил ее за руку и заставил подняться.

– Позже, – сказал он. – Сейчас нужно вести себя тихо.

Они вдвоем на цыпочках спустились с пирса, прошмыгнули мимо домов, миновали рынок и первый попавшийся переулок. Мальчик вел Рен под каменными мостами и по узким переулкам с привычной легкостью, отчего ее подозрение, что она сильно недооценила компаньона, только укрепилось.

– Куда мы идем? – прошептала Рен еще через десять минут петляний и блужданий по полуночным улицам Верланти. К счастью, никто не обращал на них внимания.

– Сюда, – только и произнес он, прежде чем провести ее через большую деревянную дверь на петлях, которая бесшумно открылась.

Внутри здания было так темно, что Рен даже не могла разглядеть свою руку, но затем вокруг один за другим загорелись фонари, и выяснилось, что они с мальчиком окружены. Дюжина людей в масках, с мечами, копьями или кинжалами, взяли их в плотное кольцо, и сердце Рен ушло в пятки.

Этого не может быть. Я сбежала из дворца Верланти и от его варварских обитателей не для того, чтобы умереть.

– Лейф? Лейф, это ты?

– Я, – отозвался мальчик, ухмыляясь. – Так что, пожалуйста, не насаживай меня на вертел. И мою подругу.

Говоривший – женщина – снял маску, чтобы оценить Рен.

Принцесса уставилась на женщину и застыла, не веря своим глазам. Это была ее мать. Это невозможно.

– Ты умерла, – прохрипела Рен.

Глаза женщины расширились от удивления:

– Я не твоя мать.

– Тогда ты дух, вернувшийся в мир живых, чтобы мучить меня из-за моей неудачи? – прошептала Рен, не отрывая взгляда от призрака.

На лице женщины отобразилось сочувствие:

– Моя дорогая, я твоя тетя, Вьен. Я так рада, что Лейф смог тебя вытащить.

Тетя?

– Это она вытащила меня, – ответил мальчик по имени Лейф. Казалось, он был доволен этим. Горд. – На спине дракона, не меньше. Было чертовски страшно.

Рен совершенно не понимала, что происходит. Она обратила взор к женщине, снявшей маску. Вьен была миниатюрной и того же возраста, что и мать Рен, а изборожденное морщинами лицо давало понять, что ей пришлось пережить немало трудностей.

– Во что меня втянули? – спросила Рен медленно, мягким и ровным голосом, так отличавшимся от ее трепетавшего сердца.

Ее тетя улыбнулась и широко развела руки:

– Добро пожаловать в Королевство Мифов, Драконья Принцесса. Мы искренне надеялись встретиться с тобой.

Рен нахмурилась:

– Королевство…

– …Мифов, – закончил за нее Лейф и стиснул ее руку, прежде чем отпустить. – Оно призвано уравновешивать мир. И будь я проклят, сейчас ему как никогда не хватает равновесия.

– Мы стремимся устранить и заменить тех, кто испорчен, – добавила Вьен, когда стало ясно, что Рен так и не поняла, о каком загадочном Королевстве Мифов ей сообщили.

И тут что-то щелкнуло.

– Например… устранить Верховного короля Верланти?

Улыбка Вьен превратилась в дикий оскал. Лица людей в масках вокруг нее стали свирепыми.

– Конечно. Зачем еще нам являться сюда? Итак, единственный вопрос, который я хочу задать тебе, принцесса: не желаешь ли ты присоединиться к нам?

Рен колебалась. Безусловно, возвращение в Лорн не самая мудрая мысль, пока она в положении беженки, а ее страна захвачена верлантийцами. Но расправиться с королем Сореном…

Драконьи Острова освободились бы навсегда.

Верланти и его король заплатят за содеянное.

– Откуда мне знать, что я могу вам доверять? – спросила Рен.

– Ниоткуда, но, если это поможет, у меня есть для тебя письмо от твоей матери, – мягко произнесла тетя и из кармана юбки вытащила запечатанное письмо.

Рен выпрямилась. Что, черт возьми…

– Как?

– Она знала, какие решения принимал твой отец на благо Лорна, и поддерживала их. Анака знала, что эти решения опасны, потому и решила связаться. Она всегда предчувствовала грядущие несчастья.

– Я вас не знаю, – заметила Рен. – Зачем ей связываться с вами?

– Как думаешь, кто помог ей уйти от мерзкого лорда, который надругался над ней?

– Вы, – выдохнула она. Лейф шевельнулся, и Рен осмотрела остальных молчаливых обитателей комнаты, только тогда взяла письмо из рук Вьен. – Мне нужно многое обдумать, но все же есть вопрос. Зачем понадобилось ждать, прежде чем вытащить меня из дворца?

Тетя одарила ее неприятной, холодной улыбкой:

– Мы хотели узнать, достаточно ли ты сильна, чтобы выполнить задание.

– Что еще за задание?

– Поставить Верланти на колени.

Звучало уж слишком хорошо, чтобы быть правдой.

– Я не всему могу посвятить жизнь.

Вьен склонила голову:

– Слова мудрой женщины.

– И у меня много вопросов.

– На которые я обещаю ответить, но не здесь. Уверена, Чудовище уже ищет тебя. – Желудок Рен сжался. Она предвкушала встречу или опасалась ее?

Дверь открылась, и внутрь вошел эльф со светлыми волосами. Его взгляд метнулся к ней и на мгновение задержался. У Рен отвисла челюсть. Перед ней стоял один из охранников, следивших за ней почти все дни ее пленения.

– Он… он, – заикаясь, произнесла она.

– Добро пожаловать, принцесса, – пробормотал он, закрывая за собой дверь. – Рад видеть, что вы выбрались.

– Это Хосену. Он один из наших шпионов, – подсказала тетя.

Хосену кивнул один раз и перевел взгляд серых глаз на Вьен:

– Он уже отправил солдат. Нужно найти более надежное убежище. И выдвигаться лучше прямо сейчас.

Люди в масках засуетились.

Рен собрала в охапку шлейф мокрого, перепачканного платья и молча наблюдала, как тетя выкрикивает приказы. Лейф вложил свою руку в правую руку Рен, и она воззрилась на него с удивлением:

– Что, по-твоему, ты делаешь?

Он смотрел на нее с самым серьезным выражением лица:

– Утешаю тебя, как ты утешала меня в темнице.

Она обратила внимание на их переплетенные пальцы, и сердце защемило. Когда в последний раз она испытывала подобное прикосновение? Как будто годы тому назад.

– Спасибо, – прошептала она.

– Друзей за такое не благодарят, – пробормотал он в ответ.

– Рен, – обратилась к ней Вьен. – Пора уходить. Ты с нами?

Лейф сжал ее пальцы.

Она сглотнула:

– Если я решу не помогать, вы бросите меня здесь?

– Нет, – ответила тетя, поджав губы. – Ты можешь оставаться со мной, сколько пожелаешь.

– Я пойду.

– Следуй за Хосену. Я пойду за тобой.

Дворцовый стражник, как зачарованный, ждал у задней двери и с готовностью ее отворил. Мятежники в масках выскользнули наружу. Лейф бросился вперед, не выпуская руки Рен, и она, прижав шлейф платья к груди, поспешила.

– Не отдаляйтесь, – прошептал Хосену, в лунном свете цвет его глаз сделался серебристым. Он окинул взглядом ее платье. – Сможете в нем бегать?

– Смогу. – Но ей будет непросто.

Шпион, должно быть, заметил что-то в выражении лица принцессы. Опустился на колени и отрезал два фута от подола, ночной воздух тут же лизнул ее лодыжки. Она приглушенно вскрикнула, когда Хосену провел лезвием по платью сначала с одного боку, а потом с другого, сотворив таким образом на бедрах глубокие разрезы, и лишь тогда вложил клинок обратно в ножны.

– Лейф, куда она, туда и ты.

Мальчик кивнул, и Рен чуть не закатила глаза.

– Я и сама справлюсь.

Хосену кивнул один раз:

– Только поэтому я и не закинул вас на плечо.

Она гневно сощурилась, но Хосену уже повернулся к ней спиной и помчался по мощеной аллее. Лейф отпустил ее руку и толкнул девушку вперед. Рен побежала за шпионом. Они прятались в тенях, петляя по лабиринту улиц. Чем дальше они продвигались на север, прочь от залива, тем сильнее горели ее бедра.

Шпион выругался и метнулся влево. Она и Лейф последовали его примеру.

Хосену взобрался на ближайший из стоявших бочонков.

– Что ты делаешь? – прошептала Рен.

– Люди командира блокируют дороги. Нужно залезть на крыши. – Шпион рванулся вверх, ухватился за край здания и ловко вскарабкался, в воздухе лишь мелькнул его плащ.

– Ты следующая, – сказал Лейф.

Рен что-то тихонько проворчала себе под нос. Хотя она не боялась высоты, карабкаться по крышам в платье босиком казалось не самой лучшей идеей.

У тебя получится.

Она разбежалась, попытавшись оттолкнуться от ящиков и бочек. И хмыкнула, пальцами ухватившись за край. Рен удалось немного подтянуться, но забраться на крышу она не сумела, руки ее дрожали от напряжения. Она поскользнулась, и ее сердце забилось быстрее.

Черт возьми.

Она сейчас упадет.

Хосену схватил Рен за предплечья и поднял на терракотовую крышу, как будто она ничего не весила.

Пульс отдавался у нее в ушах, она кивнула Хосену, стоя на четвереньках:

– Спасибо.

Лейф вскарабкался следом за ней, ничуть не запыхавшись.

– Идемте, – скомандовал шпион.

Поднявшись на дрожащих ногах, Рен побежала за ним, стараясь не думать о том, что ее ступни скользили по настилу. Хосену перепрыгнул на соседнее здание, и она не позволила себе колебаться, прыгнув за ним следом. Пока Рен пролетала между зданиями, в ее горле стоял крик. Принцесса приземлилась слишком жестко, и лодыжка заныла, но она продолжала бежать.

Огромный дворец располагался справа, и Рен воспротивилась, когда шпион повел их в этом направлении.

Она рухнула на еще одну крышу и схватила Хосену за плащ, пока тот не успел умчаться.

– Мы движемся навстречу опасности? – зашипела она.

Он присел на корточки рядом с Рен, нахмурившись:

– Принц оцепил периметр еще дальше. Если пойдем на восток, нас поймают. Единственный способ выбраться – это направиться к дворцу, а затем исчезнуть в лесах. Затем мы вернемся в город. Теперь, когда ваше любопытство удовлетворено, мы можем продолжить?

Она махнула рукой:

– Конечно, – сказала Рен с сарказмом. Какой болван.

Болван, который помогает тебе сбежать.

Ее кожу стало покалывать, когда они замедлили шаг и начали пробираться на запад, ближе к дворцу. Они добрались до другого здания. Хосену пронесся по крыше и спрыгнул на землю с другой стороны.

Рен подбежала к краю и сильно стиснула зубы. Падать придется далеко. Она ни за что не не справится.

– Я спущусь первым, – сообщил Лейф. – Мы с Хосену поймаем тебя.

Она кивнула, и бард спрыгнул вниз, не издав почти ни звука.

Волосы у нее на затылке встали дыбом, а по рукам побежали мурашки.

Рен подняла голову и еще раз посмотрела на дворец, высившийся справа. Она обратила взор на мраморную лестницу, ведущую ко входу. На ступенях у массивных дверей стояла одинокая фигура, полностью облаченная в черное, длинные пряди светлых волос развевались на ветру.

Аррик.

Рен застыла, когда он уставился на нее в ответ. Почувствовала на себе пристальный взгляд, скользивший по ее коже. Озлобленный, собственнический и… обиженный. Время тянулось, и она услышала, как Лейф шипит ее имя, но она не могла оторвать глаз от принца.

Он кивнул ей, будто принимал вызов.

В животе затрепетали бабочки. Рен бросила вызов, когда обхитрила его.

Она моргнула, и чары рассеялись.

Принц сбежал вниз по лестнице, и до нее почти донесся его крик:

– Рен!

Она, недолго думая, прыгнула с крыши. Хосену и Лейф подхватили принцессу, но дыхание у нее все равно сперло.

– У нас проблема, – выдохнула Рен. – Принц меня видел.

– Что? – удивились Хосену и Лейф одновременно.

– Он стоял у входа во дворец.

– Провались оно, – прорычал шпион. – Нужно уходить в канализацию. – Он подбежал к круглой железной крышке, утопленной в булыжную мостовую, и поднял ее. – Лейф, ты первый. Ты знаешь туннели лучше, чем кто-либо другой.

– Это точно, – протянул Лейф. Подскочил к люку и без колебаний прыгнул.

Рен подошла к отверстию и поглядела вниз. Пахло чем-то ужасным.

– Давай, Драконья Принцесса, я поймаю тебя, – тихо позвал Лейф.

Она посмотрела на Хосену:

– Ты за нами?

Он стиснул челюсти:

– Нет, я должен закрыть крышку и вернуться к патрулированию.

– Да пребудут с тобой ветры, – прошептала Рен, затем села и спустила ноги в дыру.

Шпион кивнул:

– Будьте осторожны, принцесса. Его сети простираются вдаль и вширь. Никогда не думайте, что вы в безопасности. Никому не доверяйте.

Принц уже говорил ей нечто подобное. Рен бросила последний взгляд на лицо Хосену и прыгнула. Лейф подхватил ее снизу и поставил на землю. Ее ноги погрузились в скользкую воду, и она почувствовала дурноту.

Не думай об этом.

Крышка заскрежетала о камень, Хосену закрывал путь отступления. Рен воззрилась на луну, и всего через секунду крышка опустилась на место, отрезав свет.

– Что теперь делать? – прохрипела она.

Лейф на мгновение отстранился от Рен, пальцами скользнул по ее предплечью и схватил за руку.

– Бежать.