Глава 17

Мария Противный звук будильника вырывает меня из сна. С протяжным стоном хватаю с тумбочки телефон и, приоткрыв один глаз, выключаю его. – Ты чего не спишь? Повернув голову в сторону Жулиной, все еще одним глазом наблюдаю, как она переодевается. – Мы с Черновым сегодня дежурим. А вот ты чего не спишь? – интересуюсь хриплым после сна голосом. – Не дежурите. Миша вчера с Леоном договорился поменяться, так что можешь еще поспать. Глаза широко открываются, и я сажусь на кровати. Твою мать, да я готова расцеловать капитана! – Скажи мне, что ты не шутишь. Дашка хмыкает и крутит головой, заправляя прядь черных волос за ухо. – Ну, если ты мне не веришь, можешь у парней спросить. Откидываюсь обратно на подушку, разведя руки в стороны, и облегченно выдыхаю. – Тогда меня до завтрака не будить, – сообщаю и в ответ слышу смех подруги. Повернувшись на бок, закрываю глаза, и сама не замечаю, как моментально вырубаюсь. *** К завтраку я присоединяюсь самой последней. Стоит войти на кухню, как все взгляды устремляются в мою сторону. – Мих, ты вчера Машку точно на свидание водил? У девчонки вид, будто ты всю ночь шайбы в нее метал, чтобы меткость броска отработать, – шутит Леон. – Сейчас договоришься, и я на тебе буду отрабатывать, – грозится капитан. Я смотрю на него, и мои брови сходятся у переносицы. Как ему удается выглядеть таким бодрым и чертовски красивым, если мы спали почти одинаковое время? – Лео, – улыбаясь, смотрю на него и сажусь на свое место. – А кто ты по национальности? Он резко становится серьезным, а его лицо вытягивается. Моргнув несколько раз, Леон переводит взгляд с меня на Мишку. – Рассказал все-таки, да? Не мог хотя бы дождаться, когда она сама мою фамилию увидит на джерси? Тот, уткнувшись в тарелку, пытается сдержать смех. – А я говорил тебе, – Вовка тычет в Лео локтем и протягивает раскрытую ладонь. – Гони пятеру. Кстати, – обращается он ко мне, – у него отец ирландец. – На твоем месте я бы так не радовалась, Сарделька… – не договариваю, потому что его глаза так широко распахиваются, будто собираются совершить побег. – Ха! – выкрикивает Леон и дает ему подзатыльник. – Вы что, еще и спорили? – возмущается Чернов, отвешивая теперь ему подзатыльник. – Нам кто-то может объяснить, что тут происходит? Жулина недовольно поджимает губы, и я вижу заинтересованные взгляды Тарасютиных. – Давайте я лучше расскажу, как прошло свидание. Михаил После завтрака приходим на золотистый пляж с песком, где у самого края моря стоит высокий утес. Оставив вещи внизу, мы с ребятами, кроме ведьмы, поднимаемся на него. С высоты открывается потрясающий и захватывающий вид на бескрайнее море. Мы занимаем очередь за остальными отдыхающими, чтобы прыгать вниз. Перевожу взгляд на Машку, собираясь позвать ее, но отметаю эту мысль, помня, что она боится высоты. Спустя пару часов замечаю, как она медленно и неуверенно поднимается на скалу и, оглядываясь, подходит ко мне. – Ты решила от меня избавиться и толкнуть вниз в самый неожиданный момент? Она отрицательно вертит головой и криво улыбается. – Хочу попробовать прыгнуть. Давай вместе. Подхватив ее под попку, подхожу к самому краю. Девчонка впивается пальцами в плечи и шумно выдыхает. – Ну что, полетим бомбочкой? – Чернов, ты не посмеешь, – прищуривается она. – Еще как посмею, – заверяю ее. – Даже не взду… Она не успевает договорить, потому что я прыгаю вниз и через пару секунд мы оказываемся под водой. Не выпуская рыжую из объятий, выныриваю вместе с ней и встречаюсь с ее яростным взглядом. – Ну, все! Ты сейчас получишь! Отпихнув меня, она быстро двумя руками проводит по водной глади, посылая в мою сторону большие брызги. Увидев, что застала меня врасплох, Маша начинает смеяться. Резко подплываю к ней и обнимаю, прижимая ее руки к телу. – Получил? – язвит она. – Получил. Только ты даже высоты не испугалась. Она смотрит на самый верх утеса, а затем переводит на меня удивленный взгляд. – Да-а-а… – кивает. – Я еще хочу. – Пойдем, раз хочешь, – усмехаюсь. Спрыгнув еще несколько раз, мы вместе плаваем сначала до буйков, а потом и вдоль берега. В какой-то момент замечаю, что ведьма останавливается и смотрит в сторону пляжа. – Устала? – задаю вопрос, поправляя выбившуюся мокрую прядь рыжих волос. – Ага, – приподняв уголок губ, отвечает она. Подхватываю её так, что Машка обнимает мой торс ногами и кладет руки на плечи. Утыкаюсь носом в шею и поглаживаю ее нежную влажную кожу вдоль позвоночника. – Миш, на нас и так целый день пялятся. Она запускает пальцы в мои волосы и проводит по ним. Нехотя поднимаю голову, встречаясь взглядом с ее зелеными глазами. – Пусть пялятся, сейчас мы им дадим еще один повод для разговоров. Хищно улыбаюсь, и, обхватив ее верхнюю губу, начинаю посасывать, лаская кончиком языка. Рыжая приоткрывает рот, и я углубляю поцелуй. Мучительное желание растет внизу живота, словно снежный ком, и распространяется по всему телу. Поцелуй с Машкой подобен наркотику – ты знаешь, какие будут последствия, но все равно не можешь сдержаться или остановиться. Поцеловав ее последний раз, нехотя отстраняюсь. – Пойдем к лежакам? – кивает она в сторону пляжа. – Ты пока иди, а мне нужно привести себя в порядок. – Какой порядок? – Этот. Взяв ее руку, кладу на возбужденный член. Глаза ведьмы широко распахиваются, а рот приоткрывается. – Э-э-эм, хорошо… – шумно сглатывает. – Знаешь главное качество члена? – усмехаюсь, наблюдая, как на ее щеках вспыхивает яркий румянец. – Нет, – еле слышно произносит она. – Вежливость. Он встает при виде девушек. Я начинаю смеяться, а она закатывает глаза. – Каких еще девушек? Так и знала, что ты еще кого-то знаешь, кроме меня, – смеется Маша и легонько пихает меня ладонью в грудь. – Дурная, – улыбаюсь, целую ее в кончик носа и выпускаю из объятий. Подплыв к берегу, она выходит на сушу и идет к шезлонгу, виляя округлой и упругой попкой. Резко выдыхаю, щипая себя за переносицу. Ведьма, ты только усугубила ситуацию. Отвернувшись от берега, ныряю под воду и плыву брасом в сторону буйков. *** Ближе к обеду ко мне подходят Леон с Вовкой и отводят в сторону. – Нам нужно съездить по одному важному делу, – объявляет Язычник. – Ну так езжайте, – дергаю плечом. – Только никуда не вляпайтесь. – Ты не понял, – говорит Горбунов. – Мы должны поехать втроем. Складываю руки на груди и смотрю сначала на одного, а затем на другого. – Что вы уже успели натворить? – Да ничего мы не натворили, – оправдывается Лео. – Просто хотим тебе кое-что показать, – добавляет Вова. По их лицам понимаю, что они не врут. Да и если бы эти болваны что-то вытворили, то давно бы обо всем рассказали. – Ладно. Когда нужно ехать? Вовка смотрит на телефон и кивает Леону. – Прямо сейчас, – говорит первый. – А то суточная аренда закончится, и ничего не успеем сделать, – произносит Язычник. Их загадки превращают мои мозги в какой-то пудинг. – Девчонок и Шишку мы предупредили, – улыбается Горбунов. Собрав вещи, мы выходим с пляжа и садимся в такси. Леон называет водителю адрес, и тот трогается с места. Чем дольше длится наша поездка, тем больше я начинаю сомневаться в адекватности парней. Из города мы попадаем на какой-то участок с промышленными и складскими помещениями. Поворачиваюсь к парням и непонимающе выгибаю бровь. – Мы скоро приедем, – поднимет Лео ладони. Когда автомобиль останавливается напротив склада, я выхожу и осматриваюсь. Большое одноэтажное здание темно-серого цвета с двумя погрузочными отсеками. Возле него стоят еще несколько таких же помещений. А вдалеке виднеется стоянка для грузовиков. – Куда вы меня привезли? – Биг босс, сейчас все узнаешь, – успокаивает меня Вовка. Пока Язычник расплачивается с водителем, он открывает железную дверь и пропускает меня вперед. Захожу внутрь, вглядываясь в темноту. Сзади меня щелкает выключатель, и во всем помещении загорается свет. Я замечаю незнакомца с опущенной вниз головой, привязанного к стулу. Поворачиваюсь к парням и запускаю пальцы в волосы, сжимая их. – Вы что, придурки, натворили? – Тише, тише, – пытается меня успокоить Вова. – Мы ничего не творили, – подхватывает Леон. – Я в прошлый раз накосячил, а теперь исправляюсь. – Просто подойди поближе и посмотри, – настаивает Горбунов. Раздраженно выдыхаю и подхожу к незнакомцу ближе. Чем меньше между нами остается расстояния, тем больше я узнаю его черты лица. – Слава? Спрашиваю у парней, и они кивают в унисон. – Как вы его нашли? – Девчонки попросили нас вчера сходить в магазин, и мы с Вовкой случайно увидели его по дороге домой. – Вы поэтому пропустили утреннюю пробежку? – Конечно, – фыркает Горбунов. – Нам же нужно было убедиться, что он не помер. – Не знаю, захочет ли Машка писать на него заявление, но перед этим ты можешь сам его проучить. Хотя мы его вчера тоже немного помяли, – самодовольно говорит Язычник. Снова поворачиваюсь к Славе и чувствую, как ярость, подобно тягучей массе, капает в мой желудок. Дыхание учащается, а пальцы сжимаются в кулаки. Только при мысли о том, что этот обмудок мог сделать с ведьмой, перед глазами появляется пелена. – Контролируйте меня, – предупреждаю каким-то чужим голосом. Отвешиваю Славе оплеуху, и он медленно поднимает голову, открывая глаза. – Ну, привет. Он вжимается в спинку стула, втягивая шею. Во взгляде читается страх, и, кажется, я слышу, как быстро бьется его сердце. Стискиваю зубы и, отведя руку назад, поворачиваю корпус, чтобы ударить его в грудь, но Слава начинает громко и истошно визжать. – Не надо! Я все расскажу! Это ваш друг Андрей сказал мне, что ту рыжую Машку можно трахнуть! Мария Вернувшись домой, мы располагаемся у бассейна, в ожидании Мишки, Леона и Вовки. Они уехали больше часа назад, и я начинаю волноваться. У меня почему-то скручивает живот, и я не могу этого объяснить. Часто поглядывая на телефон, одергиваю сама себя, чтобы не позвонить капитану и не выставить себя нервозной дурочкой. – А куда парни уехали? – задает вопрос Дашка Андрею. – Они мне не отчитываются, – фыркает он, занимая шезлонг рядом с ней. По-моему, он забыл принять таблетки от бешенства. Иначе я не могу объяснить его выпад в сторону подруги. – Может, сделаем коктейли? – предлагает Оксанка. – А у нас все есть? – интересуется Тася. – Да, – подтверждает Жулина. – Я принесу. Соскочив с лежака, пробегаю веранду и вхожу на кухню. По пути к холодильнику кладу на большой круглый поднос пучок мяты и достаю кувшин со стаканами. – Уже успела раздвинуть ноги перед Черновым? – язвительный тон Шишкова, словно маленькие, но острые ножи, врезается в мою спину. Сглотнув, поворачиваюсь к нему лицом и сталкиваюсь с самодовольной улыбкой, вызывающей омерзительное ощущение, подобно желчи, подкатывающей к горлу. – Хм-м-м… – прищуриваюсь и складываю руки на груди. – Никак не могу понять – ты завидуешь или переживаешь за мою интимную жизнь? Демонстрирую улыбку, в то время как ладони становятся влажными, дыхание частым, а пульс отдает в районе висков. – Да мне даже противно находиться с тобой рядом, – выплевывает он. Сделав шаг ближе, Шишков обхватывает пальцами шею и прислоняет меня к двери холодильника. Его карие глаза пытаются пронзить меня насквозь. Крепко хватаю его руку и, стиснув зубы, чувствую, как он сильнее сжимает пальцы. – Отпусти меня, – произношу спокойно и твердо, пристально глядя ему в глаза. Уголок его губ приподнимается, и на лице Андрея появляется хищный оскал. – А то что? – Сейчас узнаешь, обмудок, – грозный голос Мишки, словно раскат грома, отдается эхом от стен. За мгновение он пересекает кухню и сносит Шишкова с ног резким ударом в лицо. Тот отлетает на небольшое расстояние, но капитан не оставляет его. Чернов садится на него сверху и ожесточенно бьет, не давая Андрею ни малейшего шанса на отступление. – Из-за тебя, тварь, Слава чуть не изнасиловал Машку! – яростно рычит он, нанося удары с каждым произнесенным словом. Растерянно моргаю, не понимая, правильно ли расслышала его. На кухню одновременно вбегают парни с девчонками. Леон и Вовка хватают Мишку и пытаются оттащить его, но им вдвоем это удается не с первого раза. Капитан вырывается и машет ногами, пытаясь достать до лежачего Андрея. Лицо у Шишкова опухает, а под кровавыми следами в некоторых местах проглядывают сине-красные гематомы. – Ты какого хрена сказал ему, что она спит со всеми, и сообщил адрес нашего дома? – выкрикивает Чернов, не оставляя попытки освободиться. В голове щелкает тумблер, и я, потрясенная, опираюсь о столешницу. Дыхание становится рваным, а мысли путаются. Немигающим взглядом смотрю на Андрея, осознавая самое страшное – некогда дорогой тебе человек способен на такую жестокость. Михаил Как только мне удается скинуть с себя руки Горбунова и Язычника, они тут же пытаются схватить меня снова. – Мих, ты убьешь его, – цепляется за меня Лео. – Да не буду я больше его трогать! – рявкаю. Парни убирают руки, но продолжают стоять рядом. Злость, подобно зуду, проносится по всему телу. Хотя, после того как я врезал несколько раз Андрею, мне стало немного легче. Он садится и пытается стереть пальцами кровь, которая, не переставая, течет из рассеченной брови и носа. – Даю тебе пятнадцать минут собрать вещи и свалить, – предупреждаю его. – Я деньги платил за этот дом, – огрызается Шишков. Засовываю руку в карман, чтобы вытащить портмоне, а Язычник дергается, явно готовый предотвратить драку еще раз. Достаю три пятитысячные купюры и кидаю в Андрея. – Этого тебе хватит, чтобы свалить отсюда и прожить до конца отпуска. Кинув взгляд на ведьму, прохожу мимо остальных потрясенных и ничего не понимающих девчонок и выхожу на улицу. Я не имею права на нее злиться или что-то предъявлять, но ярость не дает мозгу связаться с разумом. Сажусь на ступеньки веранды, упираюсь локтями в колени и, сложив пальцы домиком, кладу на них подбородок. В ладонях все еще ощущаю жуткий зуд от желания избить Андрея. Частое дыхание постепенно приходит в норму, а злость, будто дикий зверь, изнутри царапает грудную клетку острыми когтями. – Миш. Резко поворачиваю голову, не понимая, как рыжая так бесшумно ко мне подошла. Она садится рядом и кладет ладонь мне на плечо. – Спасибо большое, – надломленно говорит она. Я не ждал от нее слов благодарности. Да и любой нормальный парень на моем месте поступил бы точно так же. Но есть вопрос, который давно мучает меня. – Андрей и есть твой бывший? – голос звучит хрипло от сухости в горле. Глаза девчонки широко распахиваются. Она облизывает губы и, не говоря ни слова, кивает. – Почему ты мне сразу не рассказала? Набрав побольше воздуха в легкие, ведьма протяжно выдыхает и отводит взгляд. Некоторое время она молчит, но я не собираюсь ее торопить. – Это не совсем то, о чем хочется распространяться. Да и Андрей меня сразу предупредил, чтобы я никому и ничего не говорила. Ненадолго хватаю себя за переносицу, а затем провожу рукой по волосам. – Собирайся. – Куда? У Маши настолько потрясенное лицо, что я беру ее ладонь в свою, чтобы успокоить. – Поедем в полицию писать заявление. А по дороге ты мне уже подробно расскажешь историю про своего бывшего обмудка.