Глава 26

Михаил Смыв с себя всю усталость вместе с потом после игры, завязываю полотенце на бедрах. Прежде чем выйти из ванной комнаты, высовываю голову, чтобы разведать обстановку. Все-таки в таком виде с бабушкой не хочется пересекаться. Убедившись, что все чисто, подхожу к двери спальни и, открыв дверь, замираю на пороге. Глаза ведьмы, полные слез, и дрожащая нижняя губа заставляют сердце опуститься в кислоту желудка. Мне совсем не нравится то, что я вижу. Нахмурившись, медленно приближаюсь. Взгляд Машки подобен самому острому ножу. Она вытягивает дрожащую руку и показывает мне экран телефона. Я читаю сообщение и от волнения даже не с первого раза понимаю, от кого оно. Схватившись за переносицу, верчу головой. Стоило оставить рыжую одну, как птички-дебилки придумали для нее развлечение. – Ты… ты… – пытается она что-то сказать. – Запомни мысль, потом расскажешь, – останавливаю ее. – Прежде чем делать какие-то выводы, дай мне все объяснить. Она сжимает зубы, видимо, сдерживая слезы, а ее грудь начинает подниматься и опускаться все чаще. Когда она молча продолжает смотреть на меня, я забираю смартфон из ее рук и захожу в социальную сеть. Отыскав несколько фото, поворачиваю телефон, показывая экран. – Я тебе говорил, что у меня есть младшая сестра Настя. Я ее ласково называю Сластена. Вот наши совместные фото на ее странице в социальной сети. Она сейчас в другом городе и написала мне сообщение, чтобы поздравить с победой. Ведьма переводит взгляд со смартфона на меня, поджимает губы и, закрыв лицо ладонями, начинает плакать. – Прости, – сдавленно произносит она. Обняв ее, прижимаю к груди и целую в макушку. – Не плачь, а то соплями подавишься, – усмехаюсь. Шмыгнув носом, Машка обнимает меня за торс. – Я просто… я не знаю… Ее плечи все еще подрагивают, и я успокаивающе поглаживаю по спине вдоль позвоночника. – Мы сразу разобрались с этим недоразумением, а это самое главное. А то могло быть как в фильмах – я повторяю одну и ту же фразу «Дай мне все объяснить» вместо того, чтобы реально рассказать суть, а ты меня выставляешь в подъезд в одном полотенце. Она поднимает заплаканные глаза и пытается сдержать улыбку. – Я хотела тебя выставить без полотенца. Мгновение смотрю на нее, прежде чем мы разражаемся громким смехом. – Боюсь, что если бы меня увидел кто-нибудь из соседей, то я бы провел незабываемую ночь в местном отделении полиции. Обхватив лицо рыжей, стираю соленые дорожки с щек большими пальцами. Целую в кончик носа и прислоняюсь лбом к ее. – Тебе, видимо, стало скучно, и ты решила сама придумать проблему. Маша хмурится, но я вижу, как она изо всех сил пытается сдержать улыбку. – Конечно, мы же с тобой больше не ругаемся по несколько раз на дню. Вот и приходится самой создавать проблемы. Я начинаю смеяться, и она перестает сдерживаться. – Пойдем кушать, – целую ее в нос. – Иначе я тебя сейчас съем. – Бабушка дома. Машка поводит бровью, зажимая нижнюю губу между зубов. – Я помню, поэтому нам лучше поторопиться. – Пойду накрывать на стол, а ты пока переодевайся. Она встает на носочки, целуя меня в нос, и выходит из спальни. Подсушив волосы полотенцем, натягиваю спортивные штаны с футболкой и направляюсь на кухню. Мы с ведьмой садимся за стол, и я беру в руку вилку, как телефон вибрирует, оповещая о входящем сообщении. Снимаю с экрана блокировку и захожу в чат. Яйца Фаберже Имеющий совесть: «Папочка, Кокушки предлагает в конце этой недели всем собраться у него на даче». Папочка: «А Леха об этом знает?» Стальные кокушки: «Конечно, знаю. Я сам только что сказал об этом». Папочка: «Я надеюсь, что все помнят о вреде алкоголя?» Язычник: «Биг босс, обижаешь. Мы – хоккеисты-трезвенники. Алкоголь только для гостей». Сарделька справедливости: «Это значит «да»?» Усмехаюсь, повертев головой, и зачесываю волосы рукой назад. Папочка: «Да». Левая палочка: «Тогда ждем тебя с невестой». Правая палочка: «Отказ не принимается». Протягиваю смартфон ведьме, и она берет его в руку, отложив вилку. Бегло прочитав переписку, она недоуменно смотрит на меня. – Какая невеста? Сначала мне кажется, что она шутит, но, видя ее серьезный взгляд, я перестаю улыбаться. – Маш, ты сегодня головой нигде не ударялась? Вытягиваю шею и оглядываю ее макушку. – Нет, – цокает она языком. Значит, птички-дебилки сегодня в ударе… – Ты та самая невеста. – А-а-а… – наморщив нос, рыжая потирает лоб пальцами. – Точно. – Поедем на дачу? Парни давно хотят с тобой познакомиться. Она улыбается и оживленно кивает. – А девчонок можно с собой позвать? – Можно. Похоже, что парни еще кого-то пригласить собираются. Радостно хлопая в ладоши, она берет свой телефон и кликает по экрану. – Тогда я им сейчас напишу. Думаю, мне тоже надо предупредить парней, что их ждет знакомство не только с моей ведьмой. Папочка: «Ждите в гости весь шабаш». Мария Мишка останавливает автомобиль возле высокого кирпичного забора. Выхожу, наблюдая, как сзади нас паркуется Леон. Девчонки буквально выпрыгивают из его машины и с широкими улыбками подходят ко мне. – Вы похожи на маньячек, – усмехаюсь. С горящими от предвкушения глазами они кивают и потирают ладони. – Конечно, столько тестостерона в одном месте! – подняв руки, говорит Оксанка. – Ты-то себе уже отхватила одного хоккеиста, – подхватывает Дашка. – Теперь и нам надо, – добавляет Тася. Мы проходим через калитку и встречаемся с Вовкой и Олей. – Вы давно тут? – интересуюсь. Вытянут губы, Оля смотрит на наручные часы. – Около получаса. Только успела познакомиться со всеми ребятами из команды. На вечеринке полно людей, большая часть из которых девушки. На фоне играет ритмичная музыка, а на фасаде дома развешены разноцветные гирлянды. Как только мы оказываемся на заднем участке, к нам подходят два светловолосых парня с серо-голубыми глазами. Они, как и Тарасютины, похожи, словно две капли воды. – Двое из ларца, – тихо в унисон произносят сестры и начинают смеяться. – Папочка, – произносит один из братьев. – Ты все-таки исполнил нашу просьбу. – Привез не один, а целых два аленьких цветочка, – улыбается второй. – Ой, придурки-и-и, – выдыхает Мишка и вертит головой. – Это Денис и Витя. Они близнецы. – Я Даша. – Ведьма, очень приятно. Согнув руку в локте, перебираю пальчиками и улыбаюсь. Денис поднимает ладони и немного отклоняется назад. – Мы парни приличные. Без вредных привычек и злых помыслов. – Просто хотели позвать двух прекрасных девушек с собой и угостить их коктейлями. Витя подмигивает сестрам, и мне кажется, что еще мгновение, и они начнут хихикать как дурочки. Братья подставляют для них локти, и Оксанка с Тасей, ухватившись, уходят к столу с напитками. – Осталось только тебе найти спутника, – шучу, повернув голову в сторону Жулиной. Она улыбается и пихает меня локтем. В этот момент замечаю Андрея. Потягивая напиток из жестяной банки, он идет в нашу сторону. Все тело непроизвольно напрягается, а я уже готова выпустить наружу шипы. Сильная теплая ладонь крепче сжимает талию, и я, прижавшись к Чернову, отвожу взгляд и немного расслабляюсь. Шишков равняется с нами, кивает и проходит мимо. – Чуть в табло не получил, теперь такой тихий, прям пример для подражания, – усмехается Леон. Нахмурившись, смотрю на капитана. – За что? Он кидает буравящий взгляд на друга. – Да был один момент, не бери в голову, – поцеловав меня в макушку, он осматривается по сторонам. – Предлагаю взять напитки и пойти знакомиться с ребятами. Поворачиваюсь к Лео и указываю на него пальцем. – Присматриваешь за Дашкой. Он переодевает кепку козырьком вперед и отдает честь. – Будет сделано. – Ты меня даже так не слушаешься, как ее, – фыркает Миша. Леон пожимает плечами и разводит руки в стороны. – Просто я не хочу проверять на себе действие ее Вуншпунша. Чернов кривит губы, берет меня за руку и ведет к импровизированному бару. На участке много кресел и диванов из ротанга, на которых сидят гости. По пути мы встречаемся с одним из парней, и в ходе знакомства я узнаю, что это Алексей – Стальные кокушки. Знакомство со всеми участниками команды «Огненные медведи» занимает больше получаса. После седьмого парня я начинаю путать или забывать имена предыдущих, а к концу у меня в голове настоящий хаос. Птички-дебилки улетели, решив мне не помогать запоминать как зовут каждого игрока. Со стороны мангала доносится аромат приготовленного мяса. Некоторые из гостей с шумом обсуждают прошедшую игру «Огненных медведей». Кто-то просто общается, а компания, расположенная ближе к дому, играет в «Дженгу», но не обычную, а в веселую «пьяную» версию. На каждой деревяшке написано название алкоголя и его количество, которое должен выпить человек, доставший ее из башни. Меня же, как самого долгожданного гостя, некоторые ребята из команды заваливают вопросами: «Как познакомились с Папочкой?», «Где учишься?», «Чем увлекаешься?», «Придешь на следующую игру?». Далеко за полночь некоторые гости начинают сами расходиться, а кому-то приходится вызывать такси из-за выпитого алкоголя. Мое беспокойство вызывает Жулина. Она явно перебрала с горячительными напитками. Наши попытки с ребятами поговорить с ней и прекратить ее запойное настроение не дают никаких результатов. Пока Чернов отвлекает ее, мы с Лео уносим оставшийся алкоголь в дом. Поставив бутылки на полку, он поворачивается и сводит брови на переносице. – Блять, Маш, извини. Меня рядом с Дашкой всего минут сорок не было. Я даже не думал, что она способна столько выпить. Сняв кепку, Леон несколько раз нервно проводит рукой по волосам. – Расслабься, ты не виноват. Встаю рядом с ним, опираясь о столешницу, и протяжно выдыхаю. Я знаю подругу не первый год и никогда не видела ее настолько пьяной. Может, у нее что-то случилось, о чем она умалчивает, и я даже не заметила? Нужно завтра с ней поговорить. – Бал тебе, значит, понравился? – задает вопрос Леон. – Спрашиваешь! Я в таком восторге! Даже билеты сохранила. – Теперь макулатуру будешь собирать. Он смеется, а я цокаю языком и верчу головой. – Почему сразу макулатуру? – Так Мишку всегда приглашают на такие вечера, только он раньше никогда не ходил. Он уже не один год отправляет деньги на благотворительность адаптивного хоккея для социальной реабилитации детей и молодежи с инвалидностью. От услышанного мои глаза расширяются, и я кладу ладонь на грудь. – Но он мне ничего не говорил. В мыслях быстро прокручиваю тот день, думая, что могла упустить этот момент. – Так он ничего и не скажет. – Не скажу что? Мы резко поворачиваемся на голос Чернова, и я даже не знаю, что ответить. – Что ты тот еще придурок. Леон подходит к нему, хлопает по плечу и направляется к выходу. Миша, фыркнув, крутит головой. – У меня просто есть хороший учитель, – кричит он другу через плечо. Приблизившись, он обнимает меня за талию, и я утыкаюсь носом в его грудь. – Дашка сидит на улице. Вроде ей даже лучше. Давай завезем сначала ее домой, а потом тебя. – Только ее, – говорю, не поднимая головы. Наступает пауза, и я ухмыляюсь. Встречаюсь взглядом с капитаном и облизываю губы. – Бабуля поехала на дачу и… ты можешь остаться на ночь. Он прикладывает руку ко рту и откашливается. – Тогда предлагаю не терять время. Засмеявшись, закатываю глаза. Выхожу на улицу и замечаю, что осталось еще меньше людей. Вижу, как подруга, пошатываясь, идет на встречу, и спешу к ней. – Ма-а-аша, радость на-а-аша! Она разводит руки в стороны, а на лице появляется улыбка, от которой хочется передернуть плечами. – Даш, поехали, мы с Мишкой отвезем тебя домой. Тяну руку, чтобы обнять ее, но она отталкивает меня с такой силой, что я делаю шаг назад. – Скажи, как тебе это удается? – громкий голос привлекает к нам внимание оставшихся. – Пойдем сядем в машину, и по пути домой задашь мне все вопросы. Я говорю как можно тише, пытаясь взять ее за руку и увести, но она упирается. В глазах Жулиной плещется открытая неприязнь, и я не понимаю, что происходит. – Не-е-ет, я хочу, чтобы ты прямо сейчас ответила. – Даша, пожалуйста, поехали домой. – Чем ты вообще зацепила Андрея? – она прищуривается и ехидно улыбается. – Ты же даже не сосала ему! По спине пробегает холодок, а ладони моментально становятся мокрыми. Стараюсь удержать улыбку, но чувствую, как уголки губ начинают дрожать. Виски сжимают невидимые щипцы, и происходящее кажется какой-то галлюцинацией. – Я всегда любила Андрея, но он почему-то выбрал тебя. Ты даже не представляешь, чего мне стоило подговорить Виталика поцеловать тебя, чтобы сделать фотографию. – Что? – наши голоса с Шишковым звучат одновременно, и мы обмениваемся быстрыми взглядами. Внутри образуется узел, мучительно давящий на грудь. Вокруг такая тишина, словно остальной мир поставили на беззвучный режим. – Да, да, твою мать! – кричит Даша. Она начинает смеяться, но этот звук только режет слух. – Это я сделала фотографию, – тычет она пальцем себе в грудь. – Я скинула ее Андрею, я сделала так, чтобы он поверил, что ты ему изменяешь. Только мне не помогло ни это, ни даже твой, – указывает на меня, – отъезд из города. – Получается, Маша мне никогда не изменяла? Вопрос Шишкова эхом звучит в голове. Я стою неподвижно, глядя на Дашу, и ощущаю, как к горлу подкатывает желчь. – Неожиданно, правда? – хихикает она. – Ее Чернов недавно девственности лишил. Мои щеки пылают, и я пытаюсь игнорировать пристальный взгляд Андрея. – Думаю, достаточно на сегодня откровений. Тебе нужно отдохнуть. С трудом произношу слова, делаю шаг к Жулиной, но она, схватив меня за плечо, несколько раз трясет, будто тряпичную куклу. – На море мы тоже не случайно оказались все в одном доме. Андрей выложил пост в социальной сети, что едет отдыхать. Я написала ему и узнала информацию, которая мне была нужна. Оставалось дело за малым – я уговорила тебя полететь с нами и заплатила хозяину, чтобы он заселил нас всех вместе. А знаешь, для чего это было? Чтобы вызвать у Андрея отвращение к тебе, и тогда бы он точно стал моим. Она поднимает руки и широко улыбается. Смотрю на Дашку, ощущая неприятную пустоту внутри, и не могу поверить, что она это сделала на самом деле. Мы дружим с ней еще с детского сада и всегда поддерживали друг друга. А в тот день, когда я узнала о гибели родителей и брата, она провела со мной всю ночь, обнимая и успокаивая. – Только и в этот раз у меня ничего не получилось, – горько усмехается она. – Все внимание Андрея снова было приковано только к тебе. А твое фото с Мишей и бредовая статья про невесту еще больше подогрели его ревность. Я столько лет тебя терпела, делала вид, что радуюсь каким-то твоим победам, а в душе ощущала лишь отвращение. – Хватит, – останавливаю ее. Дрожащей рукой провожу по волосам и сзади себя замечаю Мишку. – Помоги довести Дашу до машины, – прошу его. Попятившись, она вертит головой и хмыкает. – Ты не думай, что он такой хороший, – дергает Жулина подбородком в сторону капитана. – Даша, прекрати, – цедит он. Подойдя ближе, он пытается взять ее за руку, но она отмахивается. – Боишься, что Машка узнает, что ты мне помогал и все это время просто строил из себя порядочного? Боль настолько острая, что я на мгновение перестаю дышать. Перевожу на него взгляд и пару раз моргаю, пока он не начинает расплываться от подступающих слез. – Маша, я тебе сейчас все объясню. Чернов делает ко мне шаг, а я инстинктивно отхожу. – Да, да. Объясни ей, как ты вел двойную игру, отвлекая ее от Андрея. Нож в сердце разрывает меня изнутри, и я хочу, чтобы он просто вытащил его и облегчил боль. – Это правда? – слова царапают горло изнутри. – Я действительно согласился помочь Даше, но… Поднимаю ладонь, останавливая его. Не хочу больше ничего слушать. Боюсь, что мне понадобится не один день, чтобы переварить всю информацию. – Маш, пожалуйста… Верчу головой и тяжело сглатываю. Преодолев расстояние между нами, замахиваюсь, чтобы дать ему пощечину, но в последний момент сжимаю руку в кулак и просто опускаю ее. – Знаешь, – рвано выдыхаю, сдерживая непролитые слезы из последних сил. – Спасибо за очередной урок. Я доверилась тебе, но во второй раз убедилась, что хоккеисты придурки, думающие только о себе. Я тебя ненавижу, и даже не думай ко мне приближаться. Мои слова звучат жестоко, но я ничего не могу с собой поделать. Разворачиваюсь и ухожу, ощущая соленые дорожки на щеках. Гнев, боль и разочарование волной поднимаются во всем теле, подступая к горлу. Положив руку на грудь, чувствую, как не могу даже вдохнуть. Все вокруг словно превращается в вакуумное пространство, лишенное воздуха. Мой мир снова рушится на кусочки и тут же сгорает дотла, превращая все в пепел.