Глава 12

Проснулась я одна. Пошарила рукой по постели и убедилась в этом. Даже на миг показалось, что присутствие всех троих мужчин в моей постели разной степени волосатости мне привиделось. Но нет. А еще невольно вспомнилось, что даже не возмутилась как следует на их действия, словно так и должно было быть. Неужели это и есть та самая связь, что связывает не только тела с помощью физической тяги друг другу, но и души? Пусть мы еще не были близки, но почему-то казалось, что мы определенно подходим друг другу. Магия не иначе…

Вдруг лопатки опалило пристальным взглядом. Я приоткрыла глаза. В комнате были плотно задернуты шторы, потому я по-прежнему не знала, которое время суток. Я привстала и потянулась к прикроватной тумбочке. Включила ночник. Мягкий желтый свет разлился по всей комнате и, сразу же я прикипела взглядом к Вильяму, что сидел в единственном кресле в моей комнате. Кончики его губ поползли вверх. Он был рад видеть меня. Я присела у изголовья, подтянула одеяло к груди.

— Который час? — хриплым ото сна голосом спросила я. Вильям в отличие от меня, что только проснулась и до сих пор была лишь в нижнем белье, уже был полностью одет в форму, лишь влажные, зачесанные назад волосы говорили о том, что тот встал немногим раньше.

— Семь часов вечера.

— Я так долго спала? — остаток прошлой ночи и весь день практически.

— Это нормально в твоем положении.

— Мне… нужно привести себя в порядок, — начала слезать с кровати, отбросила одеяло, ведь Вильям и так уже все видел и быстренько скрылась в отдельной, но небольшой ванной комнате. Привела себя быстро в порядок и набросила тонкий халат. Вышла. Вильям продолжал сидеть в кресле, он вальяжно вытянул ноги и скрестил лодыжки, длинные пальцы постукивали по подлокотнику. Я снова устроилась в кровати, спиной прижимаясь к изголовью, потянула одеяло к груди.

— А где… Джереми? — хотя хотелось спросить обо всех, но я замялась. Вильям внимательно смотрел на меня. А потом словно прочел мои мысли, понимающе усмехнулся.

— Джереми отправился в управление решить кое-какие дела. А Раймонд внизу, ожидает нас на первом этаже в ресторации, вернее, в том месте, что от нее осталось. Решает вопросы с мастеровыми.

— Ты читаешь мои мысли? — все же решила уточнить. Мне было не по себе, и я начинала нервничать. Было неудобно, что я такая жадная. Двое истинных, а я все равно думаю о Раймонде.

— Нет. У тебя все на лице написано.

— Ты осуждаешь меня? Просто мы давно знакомы с Раймондом. Да, мы плохо с ним расстались, но то, что я вчера узнала… что он тоже стал заложником какого-то злого гения… Я думала ненавижу его… Но… как оказывается не только от любви до ненависти один шаг, но и в обратную сторону не больше…

— Не оправдывайся, Вика, — Вильям перебил меня. Поднялся с кресла и переместился на мою кровать. Взял за руку.

— Чувствую себя необремененной моралью женщиной, — с трудом выдохнула признание, что мучило меня. Вильям не стал скрывать удивление.

— Вика, — осуждающе проговорил оборотень. — Откуда такие мысли?

— Подожди дай сказать. Вы с Джереми так слепо и безоговорочно рады нашей связи, но что если я не такая, как вы себе представляете? Что если прекрасный образ развеется? Вы так печетесь о том, чтобы произвести на меня хорошее впечатление, только вот, что если я сама не понравлюсь вам?

— Поверь то, что мы уже знаем и видим о многом говорит.

— О чем ты?

— А это пусть останется нашим маленьким секретом, но знай о лучшем подарке Луноликой мы и мечтать не могли. Тем более, разделить одну женщину на двоих с братом.

— Но как ты можешь так говорить? Мне кажется, я вас обманываю. Хотя мы и знакомы всего нечего. Я даже не могу до сих пор сказать, что конкретно чувствую к Раймонду. Думала, что ненавижу его. Но теперь… я не знаю… и вы мои истинные, а он нет. Но почему-то я… не могу отпустить его… Я… запуталась.

— Вика, не стоит так переживать. Мы во всем разберемся. И в твоих чувствах к другому, — Вил стал поглаживать мои руки круговыми движениями.

— Неужели вы с Джереми не ревнуете? Почему разрешили Раймонду войти в комнату?

— Потому что если ты решишься, то мы не будем против принять его побратимом. Но только его. Замкнем нашу семью с помощью Старейшины.

— Ты так и не ответил?

— Тебе нравится Раймонд? Впрочем. Глупый вопрос. Вы долгое время были вместе. Его волк принял тебя, твоя волчица тоже расположена к нему и вчерашний сон, которым она так щедро делилась, прямое тому доказательство. Да и вчера мы основательно поговорили с Раймондом. Избавиться от него мы сможем только кардинальным способом. Убить…

— Что? Нет! — вскрик застрял в горле.

— Вот видишь. Так что вчера перед тем как прийти к тебе мы обменялись кровью и стали кровными братьями.

— Заранее? Но что если бы я была против!

— А ты была бы? Мы просто подтолкнули тебя, помогли решить проблему, что мучила тебя. И вообще, откуда у тебя такие мысли. Браки из трех мужчин в нашем мире обычная действительность. Не он так кто-то другой мог войти в нашу семью. И если уж начистоту, то лучше пусть будет он. У него точно нет истинной. Он не бросит тебя в отличие от любого другого оборотня, который может почуять пару спустя год или десять лет совместной жизни. А ведь у вас тогда могут быть уже совместные дети. Чудо то, что мы с братом твои истинные, но с близнецами это скорее исключение. Потому лучше пусть он будет с нами, в нашей семье. Он любит тебя. И твои чувства слишком сильны к нему…

— Вил… — я обняла этого понимающего мужчину и крепко сжала в своих объятиях.

— Она не из этого мира, — раздалось из-за двери. Отчего я резко вскинулась на нарушителя нашей беседы. Отпустила Вильяма и посмотрела на Раймонда. Он был в рубашке с закатанными рукавами и брюках. В расстегнутом вороте просматривалась крепкая мужская грудь, руки, увитые реками вен, притягивали мой взор. Его глаза сияли мягким янтарным светом. Я чувствовала его волка совсем рядом, и это было так необычно.

Не заметила, как Вильям переместился за мою спину и начал гладить мои плечи. Одеяло сползло вниз, шелковый халат разошелся, открывая вид на грудь, скрытую белоснежным кружевным бра. Раймонд закрыт дверь не глядя, и медленно начал подходить ко мне. Снова глаза в глаза. Он не отпускал моего внимания даже тогда, когда Вил ощутимо провел кончиком языка по бьющейся жилке на шее и чуть прикусил ключицу. Я издала стон, что поймал Раймонд, притянул чуть ближе, подхватил подбородок пальцами. Наше дыхание перемешалось.

— Позволишь? Хочу тебя поцеловать… — голос Раймонда охрип от сдерживаемого желания.

— Райм… — протянула-простонала я.

— Я так скучал…

Мою грудь накрыли руки Вильяма, а губ, наконец, коснулся Раймонд. От удовольствия, прострелившего тела я закатила глаза. Не было сил даже удивляться насколько слаженно действовали эти оборотни.

Поцелуй углублялся, искра притяжения разгоралась пожаром страсти. Руки Вильяма стали смелее и вот уже они путешествуют по моим бедрам, а голову, не давая отстраниться, притягивает к себе Раймонд.

Я потерялась в пространстве, голова кружилась от этих мужчин и когда я уже думала, что мы пойдем дальше. Они отступили… выпустились меня из своих горячих и жадных объятий. Я разочарованно простонала.

— Тебе нужно поесть. Поздний ужин ждет нас, — проговорил Раймонд, улыбнулся уголком губы и погладил костяшками пальцев мою щеку. — И я хочу увидеть твою волчицу. Ты ведь не откажешь мне?

Я рвано выдохнула. Повернулась к Вилу, смотря на него внимательным взглядом. Я хотела понять по его лицу против тот или нет. До сих пор не верила, что мужчины разобрались между собой без меня.

— Мы тебя подождем за дверью, а то боюсь, сорвемся, — Вил оставил целомудренной поцелуй на губах, не забыв провести большим пальцем по ним, и отстранился. Раймонд нехотя разорвал со мной зрительный контакт.

— Вы же больше не будете драться? — спросила я, когда те уже были у двери.

— Только в качестве тренировки, — оскалился Вильям на понятливую усмешку Раймонда.

Мягкий щелчок замка стал спусковым моментом. Я скатилась с кровати. Заметалась по комнате. Мысли беспокойными пчелами роились в голове. Я нервозно заламывала руки. Волчица не добавляла спокойствия. Ее желания были ограничены всего парочкой мыслей и все были далеки от приличного. Так что на нее я просто безнадежно махнула рукой. Думать о мужчинах было слишком опасно для моего неокрепшего от превращения сознания. А потом меня осенило… Что, если это все-таки я пытаюсь спихнуть свои неумные сексуальные фантазии на волчицу?

Подбежала к окну и, одернув тяжелые шторы, распахнула окно. Вдохнула свежий влажный воздух. Мне немного полегчало. Голова прояснилась.

«Так! Хватит смущаться! Следует отпустить ситуацию и отвлечься! А что мне может помочь в этом? Правильно! Работа!»

Я снова заметалась по комнате. Раймонд ведь сказал, что общался с мастеровыми. Я вот тоже хочу с ними пообщаться! Я надела на себя узкие брюки песочного цвета, туфли на небольшом каблуке и бежевую удлиненную рубашку с узкими длинными манжетами и слегка расклешенными рукавами. Талию подчеркнула высоким коричневым кожаным ремнем. Но когда подошла к зеркалу замерла. Моргнула и снова всмотрелась в свои черты лица. Что-то неуловимо изменилось. Это была я и не я одновременно. Глаза изменились, стали теплого, светлого оттенка карамели. Пшеничного цвета волосы теперь были похожи на оттенок молочного шоколада. Скулы застроились. Мне нравилось то, что получилось после оборота, хоть и было это необычно для меня. Я завязала волосы в высокий хвост и поспешила на выход.

Мужчины стояли, прислонившись к стене плечами, и вели неспешную беседу. Они оценивающе и как-то слишком пристально посмотрели на меня, но я уже загорелась идеей и ни о чем другом думать не могла.

Мужчины шли позади, но я чувствовала их взгляды, направленные на мои мягкие и упругие части тела. Дверь придержал Вильям, и я вышла. Мужчины продолжили неспешную беседу, я не прислушивалась. Новая дверь и снова Вил открыл ее передо мной. Так, видимо, стоит привыкать к этому.

А стоило только вступить в зал, обставленный с такой любовью ранее, и раскуроченный моими волками, как сердце сжалось, но не от расстройства, а от предвкушения. Это же сколько всего я теперь могу реализовать! М-м-м!

Я решительно направилась к мастеровым, только была тут же перехвачена поперек живот и прижата к крепкой груди. Даже не видя, точно знала, что это Раймонд. Ухо обдало жарким шепотом. Оборотень смеялся.

— Так и знал, что ты решишь окунуться в ремонт. Только тебе стоит поесть и отдохнуть.

— Но мне срочно нужно, — попыталась возмутиться.

— Мастеровые никуда не денутся в ближайшие дни. Сегодня они только расчистят помещение и вынесут поврежденную мебель.

— Ладно, — пришлось сдаться. — Есть и вправду хочется. Только где мы разместимся? Нужна было заказать в номер еду.

— Мы поедем в город. Просто знаю, что если ты не убедишься в том, что работа идет, не успокоишься. Так что идем, — Раймонд перехватил меня за талию и, развернув, подтолкнул вперед. Вильям стоял около двери. Снова открыл дверь. У порога уже стоял автомобиль Раймонда, там мы и разместились. Я с Вилом сзади, Раймонд впереди. Он расслабленно положил руки на руль и завел машину. Всегда питала слабость к мужским ладоням. Они и притянули мое внимание. Но долго наблюдать не стала. Откинулась на спинку кожаного сидения. Вильяму кто-то написал на артефакт связи, пара сообщений и тот проговорил:

— Джереми присоединится к нам в ресторации, — Раймонд молча кивнул, давая понять, что услышал. Я поерзала на сидении, поудобнее устраиваясь рядом с Вильямом. Ремонтом заняться мне не дали, значит, будут отвечать на вопросы.

— Раймонд, так Люсия и экономка до сих пор сидят взаперти? — я подалась вперед, чтобы лучше видеть мужчину. Устроилась как раз между сидений.

— Может быть, оставим пока этот разговор? — спросил он.

— Вот уж нет. Не дали мне заняться ремонтом, теперь придется отвечать на мои вопросы, — возмутилась я, Раймонд усмехнулся и понимающе покачал головой. Бросил быстрый взгляд в зеркало заднего вида. Меня прошило бурей тех чувств, что я увидела на дне его глаз. В горле запершило. Волчица снова начала транслировать свои неприличные желания. Пришлось подавить нахалку.

— Да. Они закрыты в моем особняке. По крайней мере, Вильям посчитал, что так будет лучше, — Райм вернул все свое внимание дороге.

— Но неужели их никто не ищет? — я снова поерзала и стала переводить взгляд с одного мужчины на другого.

— Я устроил все так, что все будут думать, что Люсия с экономкой на отдыхе, — пояснил Раймонд.

— Так долго? — нахмурилась я. Сколько меня не было? Больше месяца…

— Ты просто не знаешь наших женщин, — вставил Вильям и тихо рассмеялся. — А мне вот интересно, откуда ты. Может быть, расскажешь?

— Обязательно. Только не раньше, чем сама утолю свою жажду вопросов, — фыркнула я и ударила по рукам Вильяма, что уже обвили мою талию и потянули на себя.

— Какая злая у нас пара, — проворчал оборотень. Раймонд снова понимающе усмехнулся.

— Всего лишь любопытная. Да и, признаться, меня все это очень беспокоит, — я передернула плечами.

— Я все решу, Вика. Тебе не стоит переживать, — я посмотрела на Вила.

— Не только Раймонд пострадал, но и Джереми. Вспомни, с кого я его сняла. А сколько других мужчин так живут с лежеистинными и даже не знают об их вероломстве? — я обхватила свои плечи руками, против воли снова представила весь этот кошмар, который мне пришлось переживать из-за неизвестных: «предательство» Раймонда и его истинную, Джереми и его неконтролируемый срыв и мой оборот. — А что происходит, если эти мужчины все же встречают свою пару? Эти неизвестные… убивают этих женщин?

— Мы не знаем. Но выясним, — Вильям был сосредоточен.

— Я только не могу понять, как в таком случае Старейшина подтвердил помолвку Раймонда с Люсией. Насколько знаю, они являются посланниками вашей Луноликой богини. Тогда как в таком случае не поняли ошибки? Не уловили злого умысла, что связь не настоящая, а навязанная.

— Это еще одна загадка. Я отправил запрос на проверку того Старейшины, но он пока не был удовлетворен. К сожалению, надавить на служителя богини я не могу. И кстати, привыкай, теперь это и твоя тоже богиня, Вика. Ты теперь не человек и живешь под небом другого мира, — Вил убрал мои руки и положил на мои плечи свои, потянул к себе. Я не стала сопротивляться.

— Мне не привычно, — почти шепотом проговорила.

— Теперь я понимаю это. Как и твои сомнения по поводу нашей семьи, — серьезно кивнул Вильям и погладил меня по щеке.

— А мы уже семья? — нерешительно спросила я.

— А ты думала, что нет? — ответил вопросом на вопрос Вильям.

— Я не знаю…

— Брачный обряд только дело времени. Мы обязательно пройдем его.

— Не стоит, — я задумалась. Раймонд слишком резко ударил по тормозам. Я подалась вперед, хорошо, что Вил удержал меня. В боковое окно я увидела ту самую ресторацию, где моя постоялица встретила своего истинного. Дорогое и помпезное заведение. Я застонала от досады, ведь была совершенно неодета для такой ресторации. — Мы идем сюда? Но почему вы не сказали? Мне нужно было переодеться, — хотя, признаться честно, я бы сразу отказалась бы. Подходящего платья у меня все равно не было. Ведь бежала от Раймонда налегке.

— Нам показалось или ты решила не связывать жизнь с нами? — Раймонд, повернулся в мою сторону. Оба мужчин сверлили меня подозрительными взглядами.

— Не то чтобы я не мечтала об этом. Только вот вам не кажется, что сначала лучше разобраться в сложившейся ситуации?

— Нам это не помешает, — нахмурился Раймонд.

— У тебя вообще-то официально есть истинная и помолвка с ней подтверждена Старейшиной, — я качнула головой. — Джереми тоже как бы встретил истинную. Что если наш с вами свадебный обряд привлечет ненужное внимание или еще того хуже…

— Мы защитим тебя. С этого момента с тобой рядом кто-то будет находиться, — добавил Вильям.

— Все равно. Пока что никому не известно о том, что вы в курсе всего. Возможно, на этом можно сыграть?

— Вика, хорошо. Подождем, главное, чтобы ты не переживала по этому поводу. Устроим пышную свадьбу, когда все успокоится, — Вильям притянул меня к себе и крепко сжал в объятиях. Мой не к месту заурчавший желудок заставил покраснеть.

— Нашу волчицу пора кормить, пока она не решила отказаться от нас, — оскалился Раймонд и вышел из автомобиля. Вил открыл дверь и помог выбраться мне. Я поправила рубашку, осмотрела себя.

— Ты прекрасно в любой одежде, — чутко уловил мое стеснение Вильям. Я благодарно ему улыбнулась. Он поцеловал меня в ладонь, задержавшись дольше, чем то требовалось. Другую мою руку тоже взяли в плен. Короткий поцелуй обжег запястье. И пока я растерянно моргала и пыталась уговорить себя, что это нормально столь чуткое и открытое проявление чувств внутри семьи, мужчины положили мои руки на свои локти, и мы вошли в ресторацию.

Только вот я чувствовала, что не стоит идти сюда. Как в воду глядела…

Спокойная обстановка ресторации немного расслабила меня. Метрдотель проводил нас в сторону самого отдаленного столика, скрытого ото всех густой зарослью живой цветочной изгороди. Мягкие диванчики, стоящие около столика были очень удобными. Села я спиной к залу. Раймонд разместился рядом со мной. Вильям присел напротив. Он сделал заказ. Я положилась на его вкус. В конце концов, кому как ни ему знать, что лучше для новоявленной волчицы. Определенно мяса и побольше.

Нам принесли красного вина. Я приняла бокал. В ресторации было полно народа. Столики были все заняты. Но мне нравилось, что мы сидели в отдалении от остальных.

— Когда придет Джереми? — спросила я и пригубила напитка.

— Он уже едет сюда. Будет с минуты на минуту, — ответил Вильям и прожег меня жадным взглядом. Раймонд взял за руку и гладил тыльную сторону ладони. Мы расслабленно сидели за столиком. Нам не успели подать наш заказ, как рядом с Вильямом сел Джереми. Я улыбнулась ему. Отмечая все больше деталей отличия в их внешности, которые с первого взгляда вовсе не бросались в глаза.

— Надеюсь, вы подумали обо мне? И сделали заказ? — уточнил Джереми. Только ответ не требовался. К нам подошли несколько официантов и принялись споро накрывать на стол. Как появились они, также и исчезли, снова отставляя нас одних.

Мы не стали поднимать никакие серьезные темы за ужином. Мужчины принялись вспоминать общее прошлое и их обучение в академии. А ведь я не знала, что те были знакомы довольно давно. Я с интересом слушала их и смеялась над особенно смешными и курьезными случаями. Но еще больше я присматривалась к ним и к тому как они друг с другом взаимодействуют. Мне было интересно как возможно то, что трое совершенно разных мужчин (хотя двое из них братья!) способны существовать в рамках одной семьи. Но, похоже, такие заморочки возникали только в моей голове. Потому я снова отогнала эти мысли и продолжила с интересом слушать Вильяма. Сама я не заметила, как съела сочный стейк средней степени прожарки, оставляла запеченные овощи без внимания. Джереми понимающе усмехнулся и, нарезав свой стейк на кусочки, вдруг подвинул мне свою тарелку.

— Чувствую себя обжорой. Но остановиться не могу… — повинилась я.

— Это нормально в твоем состоянии, — Вильям дернул уголком губы в намеке на улыбку. Он вообще пребывал в расслабленом, удовлетворенном состоянии. Вил поднял руку, призывая к себе официанта или подавальщика, как их тут называли. Снова сделал заказ и отпустил. Вскоре Джереми наслаждался другой порцией еды, потому как меня было совершенно не прокормить.

Съев две порции мяса я, наконец, почувствовала насыщение. Откинулась на спинку удобного дивана и, потягивая вино, продолжила наблюдать за мужчинами. Однако, вскоре вышла заминка. Атмосфера за столиком изменилась. Вильям посмотрел за мое плечо. Джереми же покачал головой. Хрипло рассмеялся.

— Что случилось? — я хотела обернуться, но не успела.

— Наши родители решили посетить эту же ресторацию. Только вот я в совпадения не верю. Либо наш дворецкий уже поделился с матушкой радостной новостью обретения пары, либо у леди Краспери есть свои осведомители в ресторации, — чуть громче рассмеялся Джереми.

— Там твоя мать и отец? — немного опешила я. В принципе эта встреча все равно бы состоялась. Не сироты же они. Так почему бы не познакомиться сейчас?

— И отец вместе с ней, разумеется. И судя по сияющему лицу матери, она точно в курсе с кем мы, — Джереми встал, чтобы поприветствовать своих родителей. Вильям мимолетно дотронулся до моей руки, которой я слишком крепко сжала ножку бокала. Раймонд провел по плечу. Я натянула свою самую располагающую улыбку, только следующее слова заставились меня остолбенеть…

— Дорогой, я так рада, что леди Виолетта Ландери стала твоей парой. Супруг мой, только познакомься с ней. Такая хорошая девушка из приличной семьи. Благородная, воспитанная, умная… чистокровная волчица… — слова произносимые музыкальным приятным голосом, словно мелодия, лились и обжигали меня, заставляя замереть и не дышать. Мать братьев Краспери так расписывала свою невестку, что я бы и сама на той женилась, столь прекрасной и выдающейся она была. Только вот незадача, пара Джереми и Вильяма — я. Простая обращенная девушка без титула и местного образования…

— Конечно, дорогая супруга. Только давай не будем смущать юную волчицу. Пусть Джереми сам приставит нам свою пару, — сдержанно проговорил отец моего мужчины.

Я чуть было не расплескала бокал. Раймонд вовремя успел перехватить его и поставить на стол. Вильям бросил быстрый взгляд на Раймонда, а тот кивнул ему в ответ. Что это значило, я не могла понять, но мои мужчины точно о чем-то договорились.

А мне одной показалось странным, что мать Джереми назвала меня другим именем?

Я посмотрела на Джереми, взгляд которого до этого горящий теплотой и любовью, вдруг превратился в тот, которым можно заморозить. Лицо стало словно восковая маска.

— Ну же, дорогой, — поторопила его матушка. Потом решила подойти еще ближе. Да так, что ей стала видна «леди Виолетта». — А… кто… это? — немного заикаясь спросила матушка моих истинных. Она была привлекательной женщиной средних лет. Черноволосой и изящной. Мои мужчины были чем-то отдаленно похожи на нее, но больше все-таки черт они переняли от отца. Высокого, широкоплечего мужчины со строгими линиями лица. Он начал хмуриться на неловкую заминку и нерадушный прием.

— С чего ты взяла, что леди Виолетта моя пара, мама? — тихо, но угрожающе протянул Джереми. Вильям тоже встал из-за стола и оказался рядом с братом.

— Но… как же? Я, видимо, ошиблась, милый. Прошу простить. Дорогой, пойдем, — она повернулась к супругу и попыталась увести его. Но тот нахмурился еще сильнее.

— Ошиблась? Ты ведь не сомневалась в этом. Дебора? — отец моих мужчин совершенно ничего не понимал и было видно, что он не из тех, кто привык попадать в такую щекотливую ситуацию.

— Пойдем, подумаешь, напутала что-то! С кем не бывает, — легкомысленно отмахнулась матушка братьев.

А мне кажется стало плохо, вернее, душно. Захотелось оказаться подальше отсюда, а еще забыться и не думать плохо о будущей свекрови.

Очередной короткий взгляд Вила на Раймонда, что внимательно следил за этой «случайной» встречей, и тот дотронулся до моего локтя. Склонился к уху и тихо проговорил.

— Вика, поехали.

Я кивнула ему.

— Доброй ночи, — пожелала я родителям мужчин, которым так и не была представлена. Их отец лишь кивнул мне головой, хмуря густые брови, матушка моих мужчин растерянно заламывала руки, но отчаянно храбрилась. Было видно, что не собирается ни в чем признаваться и будет молчать, словно не она тут поздравляла младшего сына с обретением.

Раймонд настойчиво потянул меня вперед. Я не стала сопротивляться. А когда Райм открыл предо мной переднюю дверь и усадил в автомобиль, я заметила, как братья Краспери покидают ресторацию вместе со своими родителями.

Джереми перед тем как сесть в автомобиль родителей подошел к нам. Раймонд открыл мое окно.

— Вика. Мы поговорим позже. Постараемся вернуться как можно скорее.

— Все в порядке, Джереми. Не нужно торопиться… — и снова короткий взгляд за мое плечо и молчаливый диалог моих мужчин.

— Мы будем в лесу. Возможно, что все не будет так критично. По крайней мере, часа три-четыре у вас будет, — ответил Раймонд на напряженный взгляд Джереми.

— Хорошо, — выдохнул Джер и, сорвав мимолетный поцелуй с моих губ, отошел и дождался, когда мы отъедем.

— О каком времени шла речь? — решила уточнить. Раймонд был задумчив.

— Ты только что обратилась. И твоей волчицы нужны ее волки. Я попытаюсь тебя отвлечь и дать время парням разобраться с этой ситуации.

— Тебе тоже показалось странным, что мать Джереми поздравляла только его с обретением и еще точно знала имя его истинной? — сформулировала я мучающий меня вопрос и рвано выдохнула.

— Не будем заранее думать об этом. Вскоре и сами все узнаем.

Мы доехали до гостиницы в полной тишине. Меня съедала тревога и подозрения. А что, если они не беспочвенны?

Стоило только выйти из машины. Как я была прижата к боку автомобиля.

— Прекрати накручивать себя, — строго проговорил Раймонд.

— Не могу. Это выше меня. Тем более, когда вы оба пострадали от навязанной связи.

— А если так… — и тот не дал мне больше и шанса на плохие мысли, склонившись, он поцеловал меня. Раймонд зафиксировал мою голову рукой и жадно набрасывался на губы. Я отвечала ему со всей страстью. Сама не заметила, как взобралась на Раймонда и обвила своими ногами его бедра. Тот куда-то нес меня, но я не обращала на это внимание. А когда оторвалась и осмотрелась, тяжело дыша, увидела, что мы удалились в лес.

— Прогулка не отменяется? — хрипло спросила я. Губы жгло от поцелуев.

— Нет. Тебе нужна пробежка. Твоя связь с волчицей должна окрепнуть. Ежедневные прогулки обязательны. Да и я хочу посмотреть на тебя. Моя волчица, — выдохнул мужчина в мой приоткрытый рот.

— Райм…

— Вика, — простонал Раймонд и снова поцеловал меня. Потом донес до дерева, спустил мои ноги на землю. И принялся медленно раздевать меня. Он отстранился, чтобы лучше видеть мое тело. Я плавилась под его жадным взглядом. И даже забыла о том, что произошло в ресторации.

Я медленно сходила с ума от раскаленных прикосновений Раймонда. Смотрела в его светящиеся глаза и рвано выдыхала.

— Ты так вкусно пахнешь… Твой аромат ирисов стал еще сильнее. Схожу с ума… без тебя. Думал сдохну один… хотел к тебе… — горячо шептал Раймонд и маниакально оглаживал участки моего тела, что оголял. Я не перебивала его, хотела услышать все, что тот скажет и даже больше. — Жалею, что не я обратил тебя, что не был рядом… Но раз такая у меня судьба, то я смирюсь. Главное ты рядом. Ты вся моя. И будешь жить так долго, как могут только оборотни… Моя… Моя… — рубашка уже полетела в сторону, кружевное бра легло сверху. Раймонд подцепил пояс и развязал шнурки на брюках. Опустился на колени передо мной, очерчивая языком дорожку от живота и ниже к бедру. Одним резким движением спустил мои штаны. Я, не зная куда деть собственные руки, зарылась в его волосы, прижимая его голову к себе. Переступила с ноги на ногу, чтобы Раймонд освободил меня от обуви, штанов и нижнего белья. Я потянула мужчину вверх, потому как тот рисковал увлечься и о никакой пробежке не было бы и речи.

Он нехотя оторвался от меня, по-звериному оскалился и зарычал. Раймонд хотел продолжить и забросил одну мою ногу себе на плечо, склоняясь к сосредоточению моей женственности. Но я снова потянула его вверх. Рычание оборотня отдалось во мне сладкой судорогой. Я безумно хотела Раймонда, но сильнее хотелось подразнить его. И моя волчица в кои-то веки решила тоже поиграть… с этим опасным, но таким ручным зверем.

Раймонд встал. Он тяжело оперся руками по обе стороны от моей головы. Я услышала, как тот вогнал острые когти в кору. Закусила губу, подпустила волчицу ближе к поверхности сознания. Я стала лучше видеть. Обжигающе горячий взгляд Раймонда и его волка был отрадой для нас.

Мне было неуютно стоять перед оборотнем голой, я чувствовал себя беззащитной, но такой желанной. И это было непередаваемо. Я несдержанно выдернула края мужской рубашки из ремня, рванула ее полы в стороны, не заботясь о пуговицах. Вытащила ремень.

— Мне было так плохо… без тебя… Мне казалось, что я умерла тогда, когда увидела тебя с Люсией. Райм, почему ты не сказал? Почему не нашел времени? Возможности? — я рычала, выплескивая свою боль, тревогу и ярость. Я толкнула Раймонда в грудь. Тот безропотно сделал шаг назад. Я ожесточенно сорвала с его плеч рубашку, разорвала ее практически на полоски.

— Вика. Прости. Прости. Прости, — тот прижал меня к себе, моя грудь с острыми вершинками оцарапала его кожу. От этого нас двоих тряхнуло словно током. Раймонд продолжил гладить мою спину и шептать слова извинения. Он был как сумасшедший и так не похож на себя. — Прости. Прости. Прости. Не мог по-другому. Опасался. Не хотел потерять тебя. Вика. Моя Вика. Волчица моя… Больше никогда… не отпущу…

— Не отпустишь? Сначала догони, — я снова толкнула его в грудь. И представив себя на четырех лапах, обратилась. Восхищение в глазах Раймонда было неподдельным. И пока тот стоял, словно остолбенел, я рванула прочь…

***

Жизнь умеет преподносить сюрпризы. Еще пару дней назад Раймонд чуть не сдох узнав, что Вика пропала. Быстрые сборы и дорога прошли для него словно в тумане. Ему было плевать на запрет Вильяма появляться в столице. Ведь та, ради которой жил Раймонд и терпел лживую истинную в своем особняке, исчезла в неизвестном направлении.

«Неужели я больше не увижу ее? Не вымолю прощения? Но кто? Кто мог ее похитить?» Почему-то мужчина даже не допускал мысли, что она сама могла решить просто у кого-то переночевать!

Имя лжеистинной вызвало горечь, злость и разочарование. Раймонд откинул от себя неприятные мысли, ведь именно сейчас не хотел портить момент воссоединения со своей настоящей парой. И пусть у него не могло быть истинной, но никто не мешал ему так считать. Оборотень был благодарен Луноликой за второй шанс!

«Сейчас в это мгновение я хотел быть душой и телом с той, которая была мне подарена нашим миром, и той, которой ее чуть было не лишили. С моей женщиной. Бестией, что завела меня, довела до ручки и развернувшись, просто скрылась в зарослях».

Перевоплощение Виктории прошло быстро. Ее белоснежная и восхитительная волчица настолько потрясла Раймонда, что тот в первое мгновение потерял дар речи. А потом сам не заметил, как полностью обнажился, размял шею и, довольно оскалившись в предвкушении охоты, прорычал:

— Раз, два, три, четыре, пять я иду тебя… искать.

С последними словами, сорвавшимися с губ, Раймонд рванул в волчьей ипостаси по следам Вики. Инстинкт охотника забурлил в его крови. Оборотню не нужно было даже брать след. Между ними словно протянулась невидимая нить, зовущая его. Он мчался, не разбирая дороги, перепрыгивая препятствия и подныривая под ними. Азарт разгорелся в крови, в голове не осталось ничего, кроме желания настигнуть волчицу.

Догнать беглянку было лишь делом времени. Ей никуда от него не скрыться. Раймонд видел, как она припустила еще быстрее, и оскалился, довольно рыча ей вслед, подогревая ее собственный азарт. Его волчица пахла ирисами, лесом и возбуждением, которое распускалась словно пышный бутон пиона. Он вдыхал полной грудью безумный коктейль запахов, и ему казалось, что ничего более прекрасного не чувствовал. Раймонду всегда нравился аромат кожи Вики, а когда она стала волчицей, сдерживать себя было совершенно невозможно. Страшно представить, что они с волком могли всю жизнь прожить и не познать другой сути Вики. Мужчина был уверен, что той было суждено стать волчицей.

Мысль, что Раймонду предначертано войти в семью третьим супругом, сначала разозлила, ведь именно к нему, на территорию его фамильной часовни, перенеслась Вика. Он был первым, он был тем, кто помог ей освоиться, и первым, кто влюбился в эту неповторимую женщину. Но поразмыслив, остынув и поговорив с Краспери, Раймонд понял, что Луноликой и вправду было виднее и она права, что одарила Викторию троими супругами, двое из которых ее истинные. Ведь сам мужчина не смог бы обратить Вику в волчицу, значит, вскоре бы она покинула его и этот мир.

Сейчас же оборотень мог насладиться тем, что его возлюбленная подобно ему мчится по лесу. Чувствует его так же остро, как и он ее. Это было потрясающе и даже стоило тех страданий, что выпали на их долю. Лорды Краспери в качестве супругов были положительно восприняты Раймондом. Кровная связь и ритуал позволили герцогу отринуть ревность, что грызла его. А последующее объединение в семью с помощью брачного ритуала полностью лишит их разногласий за внимание Вики. Трое мужчин намного лучше справятся с охраной и защитой Виктории, чем он один. Тем более, жизнь и так уже показала, как Раймонд ошибался, думая, что его женщине ничего не грозит. А нет, нашлись недоброжелатели, что решили покуситься на самое святое, что есть у оборотней — истинную связь. О том, что мать Краспери была замешана в этом, Раймонд не хотел думать. Ведь получить нож в спину от той, что родила тебя, ужасно. Да и не к месту все это. Сейчас центром вселенной была белая волчица. Его Вика, его возлюбленная. Та, словно прочитав его мысли, нагло вильнула белоснежным хвостом и припустила еще быстрее, подныривая и перепрыгивая поваленные деревья. Волк следовал за ней попятам, но давал фору, оттягивая тот момент, когда поймает ее. Немного решил отстать. Подарить Вике намек на то, что ей удалось оторваться от погони.

Но вскоре терпение Раймонда лопнуло. Он издал предостерегающий рык. Пусть она знает, что скоро будет поймана. Впереди уже маячил белый хвост его волчицы. Настоящей возлюбленной. Такой манящей, чарующей и… сладкой. Оборотень пригнулся, чтобы сделать выпад, но уловил смену настроения пары. Сам не понял, как предугадал ее маневр, словно она сама озвучила свое намерение схитрить у него в голове. Лишь на миг он опешил от такого открытия, ведь это было еще одним подтверждением истинности их союза (теперь он мог, как и лорды Краспери, читать мысли Вики!) и тут же толкнул в бок свою волчицу. Мягко подныривая под нее, чтобы она приземлилась ровно к нему в объятия. Оборот произошел мгновенно. И вот он уже прижимал к себе стройное и такое желанное тело Вики. Слышал, как сбилось ее дыхание, как напряглось тело, когда она поняла, что они полностью обнажены, и вокруг нет никого, кто бы мог им помешать.

Раймонд смотрел в ее глаза и тонул в их колдовской глубине. Они манили и затягивали в бездну страсти и желания. Звали, влекли и обещали невероятное блаженство. Он оскалился голодной и жадной улыбкой. Затем почувствовал, как она откликнулась на его эмоции. Но сил, чтобы продолжить их игру, не было. Все ограничители сорвало, стоило только увидеть реакцию ее тела. В голове Раймонда пульсировало только одно: обладать, заявить свои права на эту женщину, присвоить и не отпускать. Ей больше не уйти и не скрыться. Никогда. Он так изголодался по ней за те месяцы, что рисковал потерять контроль. Он прижал ее к себе, притягивая одной рукой, отрывая от земли. Другой сжал грудь и с удовольствием ущипнул за возбужденную вершинку.

Ее стон наслаждения превратили его в безумца: алчного, ненасытного и жадного. Раймонду было мало ее, мало ее тела, он хотел быть с ней, и хотел быть в ней. Прорости в нее и привязать к себе. Лишь понимание того, через что прошла его женщина и, возможно, просто не готова к близости, помогло Раймонду взять контроль над своими желаниями и усмирить их… на время. Он видел, как устала Вика, а спать в лесу в его планы не входило.

— Здесь недалеко озеро, — тихо прорычал ей на ухо и прикусил мочку, наслаждаясь ее стоном и вмиг сбившимся дыханием.

Он услышал, как только что успокоившееся сердце Вики снова забилось, грозясь вырваться из груди. И ему безумно нравилось, что именно на него у нее такая реакция. По ее лицу он видел, что сил у нее не осталось, и снова оскалился. Бешеный забег понравился Раймонду и Вике. Он подхватил ее на руки, крепко прижал к себе и понес свое величайшее сокровище.

Он думал, вода поможет взбодриться сонной волчице, а ему привести мысли и остудить свой пыл. Но как же он ошибался. Ее обнаженное тело в свете луны, распущенные шоколадные волосы и манящая улыбка заставили сорваться. Задорный смех и лукавая улыбка обольстительницы сменились протяжным стоном, стоило только ему подхватить ее под стройные бедра.

«Моя… Наша…» — пульсировало в голове Раймонда.

Все желания и непотребные мысли снова вспыхнули сверхновой. Прохладная вода приняла их в свои объятия. Но не остудила пыла, а разогрела.

— Я… не смогу сдержаться. Ты… сплошное искушение. Всегда… такой была. А теперь стала еще… более манящей. Вика-а-а-а… — хрипло простонал Раймонд и, оттянув голову маленькой бестии, заглянул той в глаза, чтобы прочитать в них о… ее желании.

— Р-р-райм. Не могу больше ждать…

Это все на что хватило его женщины. И больше не сомневаясь, только простонав о взаимного счастья, Раймонд, наконец, опустил Вику на себя, врываясь в нее и сжимая за бедра. Виктория простонала грудным голосом, отчего все тормоза отказали у Раймонда. Было нестерпимо жарко и даже вода, что доходила до груди пары, не помогала, ощутить живительную прохладу. Вика горела в объятиях Раймонда, стонала и кричала. Она царапала его спину до крови, отросшими когтями, но никто из них не обращал на этом внимание. Они были погружены в свои ощущения. Они остервенело целовались, кусая губы и смакуя капельки крови, что выступали на них от их клыков. Глаза их давно перестали быть человеческими. Сейчас оба они походили на оголодавших зверей.

— Ты нереальна… моя… только моя…

— Ваша… — простонала Вика от еще более глубокого толчка.

— Наша, — согласился Раймонд и больше не сдерживаясь, оторвался от губ своей женщины. Он оттянул ее за волосы, насаживая и замирая. Приподнял губы в зверином оскале и вонзил свои клыки в ключицу Вики. Она забилась в сумасшедшем оргазме и разлетелась на миллион мелких осколков. Боль от укуса смешалась с небывалым удовольствием. Тело Виктории начало дрожать, но оборотень крепко держал ее в своих объятиях. Пока и сама не отправился по пути удовольствия и не достиг финала. Только тогда он выпустил нежную одуряюще пахнувшую плоть из своих клыков. Слизал ручейки крови и уткнулся мокрым от пота лбом в плечо любимой. Она продолжала мелко дрожать, у нее даже не было сил, чтобы продолжить держаться на мощном, раздавшимся вширь, теле оборотня. Тот сам придерживал ее под бедра. А голову, что она положила на его грудь, удерживал другой рукой. В его объятиях она казалась маленькой и беззащитной. А вскоре и вовсе ее дыхание выровнялось, и она уснула. Возбуждение Раймонда, наконец, отпустило и тот смог выйти из Виктории. Так и удерживая на себе ее хрупкое, но такое желанное тело, он пошел в сторону отеля, думая о том, что не дело — жить ей в гостинице. Пора бы присмотреть им особняк для их большой семьи. Плевать на ее сопротивление, он больше ее не отпустит.