Глава 24

Лев Какие бессмертные суки посмели оторвать меня от наслаждения телом истинной?! Низко рычу, аж машина дребезжит. Хватаюсь за ручку двери. – Стой! – Стася хватает меня за руку. – Лёва, не ходи… их пятеро! А ты один. – Я альфа, детка, – ухмыляюсь, показывая клыки, – а вот ты сиди в машине, не высовывайся. Как выйду, двери заблокируй. И если что пойдёт не так, сразу по газам и потом звони Ярцеву. Стася бледнеет. – Я тебя не брошу… – Мышка, сейчас не время… – рычу. – НЕТ! С ума сошёл? – она искренне возмущена. Вздыхаю. Моя фурия точно не уедет, на что я вообще рассчитывал? Выхожу, с трудом сдерживая ярость. – Ну и что вы, суицидники, здесь забыли? – резко разворачиваюсь, рычу. Мой голос словно иней, ползёт по асфальту. Вижу, как чужаки боятся. Ухмыляюсь. – Ты! – они синхронно обращаются, закрывают выезд из переулка. – Предал волков! Выгибаю бровь. – Я много чего про себя слышал, но такое … впервые. Браво, вы смогли меня удивить. – Твоя стая далеко, Вересов! У тебя нет поддержки! – храбрятся. Смеюсь. Какие же глупые волчатки! – И вы решили меня напугать? Что здесь забыли, псины? – Нам сообщили, что ты трахаешь человечишку… и мало того… влюбился в низшее существо! – брызгает слюной главарь. – И что? – складываю руки на груди. Чужаки явно не ожидали подобной реакции. Переглядываются. Это не Ярцевы. Не Яра и не Аслана. Наёмники? Не чувствую в них принадлежности. Словно бездомные собаки. – И то! – Вы кто вообще? – устало вздыхаю. Главарь оскаливается. – Мы здесь вопросы задаём. Отдай нам свою суку и тогда отпустим. Нас пятеро, а ты один, без поддержки стаи. Не глупи, Вересов. Северные нам не чета. – Я очень испугался, – говорю ровно, – а вы так и будете голыми задами светить или уже к делу приступите? Скалюсь. Наконец-то разомну хоть мышцы. Чужаки резко прыгают на меня. Все пятеро. Только вот переулок-то узкий. И крупные тела сталкиваются, образуя волчью кучу мала. Быстро стягиваю пиджак и, пользуясь замешательством этих кретинов, рву одному из них пасть. Швыряю тело в остальных. Но вдруг сзади выскакивает небольшой волк, делает рывок и вцепляется мне в запястье. Сбрасываю его, туша падает на капот. Мельком вижу белую от ужаса Стасю. Осталось трое. Они стоят напротив, скалятся. Слюна стекает по острым зубам, глаза горят. Но напасть не решаются. – Ну так что? Кто следующий? – срываю с себя рубашку. Зверь рвётся наружу. Даже, если эти утырки просто наёмники без стай, они посмели задержать вожака. Привлечь моё внимание. А я, в отличие от стратега Ярцева, пленных не беру. Обернувшись в волка, отвечаю зловещим рыком. Вижу, как рвение оборотней сходит на нет. А вот моя ярость многократно растет… – Вы посмели напугать мою истинную… – обнажаю свои острые, словно бритвы, клыки. Делаю рывок на одного, вцепляюсь в горло другого. Чувствую горячую кровь, а вместе с ней приходит триумф. Глаза застилает алая пелена. Вокруг скулёж, сминаю кости врагов, рву их плоть на куски. Но вдруг… – ЛЁВА! ОСТАНОВИСЬ! Голос Стаси наполняет меня, вынуждая отпустить жертву. Оборачиваюсь. Она стоит вся решительная. Сияет. Так красиво! – Не надо… – всхлипывает. – Почему? – смотрю на неё. Ярость уходит, словно выплёскивается в окружающий воздух. Я чувствую боль истинной. У моих лап лежат раненые оборотни. Поскуливают. Таращатся на мою богиню. – Не убивай их, пожалуйста, – тихо говорит она. – Кто это… – в голове возникают мысли волков, словно яркие вспышки, – как красиво сияет! Что за херня? Мы же не в одной стае… Стася подбегает ко мне, обнимает. Целует прямо в нос. Гладит мою шерсть. – Ты напугал их, а теперь отпусти, – тихо шепчет. – Почему? – не понимаю. – Их наняли, чтобы мы… – Тихо, мой альфа, – мурчит она, – не только насилием можно добиться желаемого. Отпусти их, ради меня. – Ладно. Разворачиваюсь. – Вон пошли! – гаркаю. – И чтобы я вас больше не видел! Волки подскакивают на месте. Но не двигаются. Не мигая, смотрят на Стасю. Затем кланяются. Эээ… Впервые за мою долгую волчью жизнь я вижу, как изгои признают в ком-то вожака. И не во мне! А в моей маленькой истинной! – Можем мы остаться? Нам идти некуда… Аслан нас всех прикончит, – их голоса звучат в унисон. Аслан? Ясно. – Оставайтесь, конечно. Думаю, в стае Семена вам найдется место, – тихо говорит Стася. – Мы будем подчиняться лишь тебе! Богиня! – выпаливают. Рычу себе под нос. Но от нежных прикосновений моей пантеры волк постепенно засыпает. Обращаюсь в человека. – Трупы убрать, затем ждём вас в башнях. Вы должны доказать свою преданность. Волки кивают, как болванчики. Они с таким восторгом смотрят на Стасю, что я понимаю: они распознали в ней Ликару. Даже не зная легенды. Просто на внутреннем уровне чувствуют её мощь и силу. Одеваюсь. Даю волкам указания, куда и когда явиться сегодня. Сначала нужно ознакомить с ситуацией Ярцева. Рана, нанесенная волчицей, быстро затягивается. Усаживаю Стасю на пассажирское сиденье. – Вот Сеня удивится, – смеюсь, но боковым зрением вижу, что Стася вся бледная. – Малышка. Ты чего? – Меня сейчас стошнит, – открывает дверь, опорожняет желудок. – Что такое?! – гляжу в её усталые глаза. – Милая… – Не знаю, просто стало вдруг плохо. Живот скрутило. Лёва… – Ммм? – мурчу, обнимая её. – Что-то не так! – выпаливает, в глазах тревога. – Давай вернемся! Малыш требует вернуться. – Ладно, – даю по газам. И когда мы подъезжаем к главной башне, я понимаю причину тревоги нашей истинной… Семен Днем чуть ранее… – И как долго вы будете еще ебать мои мозги?! – рычу, рассматривая полные ошибок документы поставки. – Альфа… ммм… мы… – Блядь! – ругаюсь, швыряю договор в морду поставщику. – Переделать! Я безумно зол. Потому что мне нужно работать. А я хочу трахать Стасю. С тех пор, как я узнал о её беременности, мой внутренний Зверь рвётся покрывать ее практически все время. И держать его в узде сложно. Рядом с малышкой я как животное ненасытное. А от мысли, что сегодня с ней будет Лёва, волк недовольно рычит. Моя! Он безумно её хочет. Такая красивая. Стася. Запах девушки изменился, стал насыщеннее, ярче. Мне хочется дышать ей. Ни на миг не отпускать. Выгоняю нахер нерадивого оборотня, откидываюсь в кресле. – Могу войти, альфа? – Агнесса открывает дверь, топчется на пороге. – Ты уже вошла. – Стася меняется, – говорит она, – очень сильно и быстро. – Как именно? – У неё зверский аппетит. Маленький наследник хочет мяса. Она с утра съела три стейка. А еще клыки появились. Стася боится, что обратится в волчицу. Мои брови ползут вверх. – И какова причина этих изменений? – напрягаюсь. Я знаю, что оборотни уже в утробе очень сильны, и лишь тело волчицы может выносить волчонка. Но Стася всё равно человек. Я начинаю за неё переживать. – У меня есть два варианта. Либо ваш наследник её меняет либо… – она замолкает, хмыкает, – в крови Стаси реально есть волчий ген. И ребенок лишь ускоряет процесс обращения. – То есть имеется определенная вероятность, что наша истинная оборотень? – задаю вопрос больше себе, чем бете. Агнесса это понимает. Даёт время обдумать услышанное. – Ты нашла что-нибудь о её родителях? – спрашиваю спустя пару минут раздумий. – Нет. Попросила знакомого покопаться в архивах, но охотники подчистили всю биографию Верховного, его жены и семьи. Есть даже медицинская карта, подтверждающая, что мать Стаси умерла при родах. – Стася уверена, что отец убил её, – хмыкаю, – нужно выяснить, что там на самом деле случилось. – Мы не можем вернуться в прошлое, альфа. Там все документы, комар носа не подточит. Идеально. – Мы не можем… но ведь Стася может? Мне нужно точное место, где погибла мать нашей девочки. И вместе с Митяем займитесь поисками отца. Пусть по крупицам, но мы докопаемся до правды. – Вы уверены, что готовы подвергнуть её такому испытанию? – качает головой бета. Нет, не уверен. Будь моя воля, я бы просто запер Стасю в самом комфортном месте на земле до рождения ребенка. Но наша пара очень строптивая, своенравная, дико сексуальная и упорная. Так что она в любом случае будет искать правду. – Я оставлю выбор за ней. Но буду рядом, что бы ни случилось. Надеюсь, и ты тоже. – Да, альфа, – Агнесса кланяется и уходит. Встаю, беру пачку сигарет. Стася не оставит своё прошлое. Она докопается до правды. И мы с Лёвой её не бросим, поможем, чем сможем. Единственное, чего я боюсь… Это то, что, узнав правду, покой она не обретет. Иду к лифту, кручу в пальцах зажигалку. Где-то в животе копошится мерзкое предчувствие. В воздухе витает опасность. Такая явная, скрипучая, словно песок на зубах. Вроде бы всё, как всегда. Выхожу на первый этаж, осматриваюсь. Хм! Сегодня в офисе полно людей. Обычных, решающих свои вопросы. Но… Меня словно пронзает. Резко разворачиваюсь вправо. Смотрю на трех крепких мужиков, сидящих за столиком нашего офисного кафе. Я знаю почти всех сотрудников наших компаний. Волчья память так же феноменальна, как слух и зрение. Фокусирую на них звериное чутье. Оборотни. Опасные. Но на первый взгляд просто обедают. Ладно, я с этим заговором совсем нервный стал. Направляюсь к девушкам на ресепшен. – Добрый день, Семен Семенович, – чеканят они. – Аккуратно и не привлекая внимания выводите людей, – тихо говорю. – Но… – Без «но». Выполняйте. Выхожу на улицу. Разворачиваюсь. Девушки действуют аккуратно. Разворачивают людей и направляют к выходу. – Добрый день, альфа, – Митяй подходит ко мне. – Закуришь? – спрашиваю его. – Нет. Что-то не так? Чую напряжение. Митя обычно говорит мало. Но делает всё, что скажут. – Там в кафе сидят трое неизвестных. От них буквально разит агрессией, хотя они вроде бы просто обедают. Сейчас докурим, разберёмся с этим. Хочу знать… – ААА! ПОМОГИТЕ! ААА! – слышится вопль сзади, – ОН УБИЛ ЕГО! Резко разворачиваюсь. Прямо в центре стоят эти трое. В ногах самого огромного лежит мужчина. Человек. Обычный офисный сотрудник. Оскаливаюсь. – Опасно, – рычит Митя, – мы не можем раскрыть себя. – Да. Если все узнают, кто мы, то бизнесу конец. Они на это и рассчитывают. Но у меня есть идея… пойдём. Мы быстро растворяемся в паникующей толпе. Направляемся к служебному входу. – А вот сейчас драка начнется по-настоящему, – рычу, выпуская Зверя. Митяй следует за мной. Мы выскакиваем сзади. Ну что за идиоты? Мужик в ногах нападавшего оборотня шевелится. Значит, живой. А вот они живыми отсюда не выберутся. Мы наносим быстрый и сокрушительный удар сзади. Отключаю все чувства, кроме жажды хищника. Инстинкт охоты. Громилы обращаются прямо так, вещи на них рвутся, разлетаясь в разные стороны. Но тут без шансов. Мы с Митяем разрываем их на части. В буквальном смысле… И в момент, когда уже готовимся смыться, снаружи раздаётся вой сирен.