Эпилог

Стася Восемь месяцев спустя… – Здесь одни сугробы! И эта шуба сводит меня с ума! Я и так как слон, а теперь вообще огромная! – бурчу, когда мы подъезжаем к большому деревенскому дому. Вокруг белым полотном лежит снег. Небо ясное и солнышко светит ярко, немного согревая этот зимний денёк. – Вылезай, милая, – Лёва открывает мне дверь, – я обещал, что отвезу тебя к своей стае. Наша старая Ведающая очень рада с тобой познакомиться. – Это большая честь, – верчу головой, впитывая атмосферу этого места. Такую лёгкую, но мистическую. Сугробы вокруг дома тщательно расчищены. Всё очень цивилизованно. И нас уже встречают. – Ликара, – сухая невысокая женщина кланяется. На ней телогрейка и шерстяной платок. – Ой, не нужно, – кряхчу, обхватывая ладонями внушительный живот, – все свои. – Я Кара, Ведающая стаи Вересовых. А где мой непутевый воспитанник? – Кара была моей няней, когда погибли родители, – говорит Лева и крепко обнимает эту волчицу. – Ты всё такой же, – она прищуривается, – хотя нет, в плечах вырос. И наконец-то научился брать ответственность. – В точку, – смеется Сеня. – Семен Семенович! – волчья ведьма широко улыбается и обнимает Ярцева. -Такая честь. – Значит, он честь, а я непутёвый? – Лев складывает руки на груди. – Не хами ведьме, юноша! – фыркает Кара. – Куда нести вещи? – спрашивает Митяй, обвешанный моими сумками. Агнесса собрала всё необходимое. Пять больших сумок. И зачем-то детские вещи. Хотя мне рожать еще через две недели. Сама волчица осталась в столице, взяла на себя управление компанией альф. – Сюда, – старый волк в тёплой фуфайке указывает Митяю на вторую дверь. – Холодно у вас здесь, – ёжусь. – Пошли в дом. Мы северные волки, привыкшие к морозам, – улыбается Ведающая, – сейчас ещё тепло. Ликара привезла нам ясное солнце и тихие дни. – А я думала, только Мара волчья ведьма, – шепчу Лёве, когда мы проходим в сени, разуваемся. В избе очень тепло. Альфы помогают мне снять шубу и зимние ботинки. – Я приготовила обед, – суетится Кара, – к приезду вожака готовились всей стаей. Мы выделили вам спальню в другой части дома. Если что, она со звукоизоляцией. Я вспыхиваю, альфы скалятся. – Спасибо, Кара, ты прелесть! – смеется Лев. – Поговори мне! – она слегка бьет ложкой по лбу своего воспитанника. Они такие милые все! Мы обедаем офигенной похлебкой с мясом, затем долго гуляем по деревне. Все оборотни стаи хотят со мной познакомиться. И я понимаю, какую важную миссию выполняет клан Льва. Защита севера. Кстати, здесь живёт милая семья медведей. Их хижина в глубоком лесу. Глубокой ночью после мытья и сытного ужина мы с мужьями буквально падаем на постель. На улице разыгрывается сильная метель. Ветер воет за окном, а в нашем доме тепло, уютно и пахнет хвоей. Руки альф тут же принимаются меня ласкать. Заботливо освобождают от одежды. – С каждым днём ты всё сексуальнее, мышка, – Лев начинает облизывать мою грудь. Во время беременности я безумно голодная во всех смыслах. И до своих мужей тоже. Тянусь руками, забираюсь под джинсы моих альф. Аккуратно провожу по твёрдой горячей плоти. – Вы уже готовые, – лепечу, принимая сладкие ласки. – Для тебя всегда, малышка, – рычит Ярцев. Семен покрывает поцелуями мой живот. Гладит, с любовью смотрит. Опускается и укладывается между моих ног. – Я знаю, как ты любишь, Стася… сейчас звери удовлетворят свою богиню, – скалится, облизывается. – АХ! Продолжай… – стону, наблюдая, как Лёва поочередно лижет мои соски. Моя грудь сильно выросла, стала большой. Я немного стесняюсь, но альфы в полном восторге. – Моя сладкая мышка, – Вересов дрочит себе, покрывает поцелуями мои потяжелевшие полушария, – твои соски всегда стоят… пиздец, постоянно бы их сосал… – ААА! – стону, выгибаюсь, насколько позволяет моя неуклюжесть. – ЕЩЕ! ЕЩЕ! Их языки подводят меня к оргазму. Я улетаю от горячих, страстных ласк. Сквиртую на языке своего альфы. Лёва встает на колени. – Пососи его мышка, давай… не могу ждать… Облизываю алую головку. Позволяю своему мужу толкнуться глубже, прямо в горло. – Бляяядь… да, вот так, сладкая… давай, прими своего волка… – МММ! МММ! – мычу, пока Вересов жестко трахает меня в рот. Сеня смотрит на нас и ласкает себя. Проводит пальцами вдоль моих складочек. – Вся мокрая… наша порочная женушка. Дай-ка мне свою девочку, – рычит, закидывает мои ноги на свои широкие плечи. Слегка разводит. – Хочу видеть, как твоя киска поглощает мой член… впусти меня… – жестко входит до самых яиц. – МММ! МММ! – всё это время Лёва продолжает таранить моё горло. Мы втроём подходим к ярчайшему пику, как вдруг… – Милая, – Сеня вдруг выходит из меня, – ты… ты же не кончила сейчас? – Нет… – Почему тогда ты такая мокрая? Ох блядь! – рычит, быстро натягивает штаны. А я понимаю, что случилось, лишь когда мой живот становится каменным. Я РОЖАЮ! Испуганно смотрю на Лёву. – Мне нужно… в роддом… Лёва… – чуть не плачу. Он быстро помогает мне переодеться в свежую ночнушку. Обнимает. – Всё хорошо, мышка. Скоро наш великий альфа появится на свет. Всё будет нормально. – Обещаешь? – пищу. – Да, – он накрывает мои губы своими. Прибегает Кара в одном халате. – Так, в больницу мы не доедем. Тогда я роды приму, принесите мне… Она уверенно командует моими альфами, а я тихо впадаю в панику. Кажется, что время останавливается. Боль нарастает, такое чувство, что меня кромсают тысячей мечей. – Вот так, дышиии! – командует волчья ведьма, и я подчиняюсь. – Не бойся, у меня есть опыт. Я принимала этого непоседу Льва у его матери. Всё будет хорошо. Слушай мой голос. Она говорит что-то ещё, но я теряю сознание. От боли, страха. Прихожу в себя от собственного крика. Вижу напряженные лица альф. – ААА! ЧТОБЫ Я ЕЩЕ РАЗ… БОЛЬШЕ НИКОГДА! – кричу, выпуская всю боль наружу. – Конечно, дорогая. Но ещё немного! Потерпи, – ласково говорит со мной Кара. Мужья берут меня за руки. Лев весь покрылся испариной. Сеня напряжен, натянут, словно струна. Но я им благодарна, ведь если бы они хоть слово сказали, я бы их убила… – Воот! Наш маленький… всё, девочка, всё кончилось… У меня нет сил. Закрываю глаза. Кажется, что меня на несколько часов кинули в адское пекло. Но потом раздаётся громкий детский крик. – Сынок, – шепчу из последних сил, – дайте мне его. – Тебе нужно отдыхать. Сейчас мы обмоем малыша и принесем… – СЕЙЧАС ЖЕ! – рычу. – Хорошо. Ребенка кладут мне на грудь. Приоткрываю глаза и сталкиваюсь с серьезным взглядом. Он прекрасен! Один глаз темно-карий, а второй изумрудный. Этот малыш словно копия своих отцов. В нём есть понемногу и от Сени, и от Лёвы. Начинаю плакать. – Привет, – шепчу, – Егор… – Имя уже придумала, – волки оба бледные, перепуганные. Я впервые вижу их такими уязвимыми. – Да. В честь волка, потерявшего истинную и чуть не сошедшего с ума. Смотрите! Малыш кряхтит, машет ручками и ножками. А на его животе, прямо над пупочком виднеется крошечная серебряная метка. Она напоминает шрам, но я узнаю рисунок. – Он наш… – шепчут мои волки. – Спасибо, – бормочу, прижимая сына к сердцу, – что были рядом. Я так вас обоих люблю! – И мы любим тебя, мышка. И сына… Егора, – тихо говорит Лёва. – Действительно, – Кара вытирает руки полотенцем, – он похож на вас обоих. Значит, легенда сбылась? Дитя её силу истинных впитает И мир волчий на путь иной направит… Что значит этот иной путь? Не знаю. Но сейчас, находясь в кругу любимых, я искренне верю, что мои чувства сделают сына самым добрым, сильным и мудрым вожаком из всех, что когда-либо были. Возможно, его ждёт непростой путь. Но у него есть самое главное для любого живого существа в этом мире. Крепкая и любящая семья.