Глава 9

Стася Сижу между горячими телами волков, и сама начинаю пылать. Эта метка сведет меня с ума! Верчу головой, внимательно рассматриваю интерьер, чтобы хоть немного отвлечься. Дорого-богато, конечно. Как и всё у оборотней. – Рад, что ты надела наш подарок, – шепчет Семен, обдавая меня горячим дыханием с ароматом сигарет и хвои. Оборотень пахнет лесом. Ирония. Но от его близости мурашки как с цепи сорвались. Лев накрывает мою руку своей. Божечки! Держите меня семеро! Судорожно облизываю губы. На низком кофейном столике стоят фрукты в изящной вазе. Виноград, персики, ананасы. Лев протягивает руку, берет виноградинку. – Открой ротик, малышка, – шепчет. Смотрю в его пылающие жёлтые глаза. Лишь сейчас замечаю, какой у него глубокий взгляд. Вересов способен пробраться прямо в душу, и забрать её себе. Открываю рот. Он кладет туда виноградинку. Провожу языком по холодной кожуре. Надкусываю. Всё это напоминает безумную сексуальную игру. Волк низко рычит. – Дождитесь Вука, – одёргивает нас Ярцев, – нехорошо встречать старого друга со стояком. Лев проводит подушечкой пальца по моей нижней губе. – Сок остался, – шепчет. Снаружи слышится громкий смех. – Приехали, – говорит Семен, затем поднимается. Оборотень подаёт мне руку. Принимаю. Лишь одно его прикосновение скручивает мою киску в сильном спазме. Хочу, безумно хочу! С ума схожу! Я же охотница! Это неправильно! Но голова и сердце сейчас на разных частотах. Ведь мне очень хорошо в компании этих несносных альф. – Всё хорошо, – тихий рык Семена мгновенно успокаивает. – Да… – шепчу, не отпуская его большой руки. – Ярцев, Вересов! – на ломаном русском гремит гигантский мужик, вошедший в нашу странную переговорную. Он просто огромен! Высоченный шкаф, рыжий с густой бородой. Рядом с ним несколько мужиков поменьше. Все одеты достаточно современно: светлые рубашки, джинсы. – Вук, – улыбается Семен, – мы тебя ждали, друг! – Сеня! – они обнимаются. – Мара, – кланяется Лев и из-за спины большого оборотня выходит довольно миниатюрная девушка. Она словно сошла с картины. Тоненькая, хрупкая, с длинной светло-русой косой. Мара? И лишь спустя пару секунд я вижу большой выпирающий живот под свободным платьем. – О! – Вук плотоядно глядит на меня, – вы и угощение приготовили. Знатная человеческая самка. Эээ… машинально делаю шаг, прячась за широкой спиной Вересова. – Не сегодня, друг, – смеется Семен, – это Станислава. Стася, не бойся, выходи. Выглядываю, смотрю с сомнением. – Вот это имя! – рыжий чешет свою пышную шевелюру. – Она наша истинная, – говорит Лев, – так что жду соответствующего отношения. Громила подходит ко мне. И вдруг… кланяется. Мара улыбается уголками губ, поглаживая живот. – Познакомиться с истинной сильнейших вожаков – честь для меня, – гремит рыжий, – прошу прощения за то, что напугал. – Да ничего… – пищу. – Ты сказал, что она пара для вас обоих? – Мара округляет глаза. – Верно, – чеканит Ярцев. – Как интересно, – девушка обходит меня по кругу, – я чувствую силу метки. Очень необычно! Такая мощь… Офигеваю. Эм… меня пугает столь пристальное внимание. Думала, что буду лишь аксессуаром. Красивой, но тенью вожаков. А ко мне относятся, как к равной. Внезапно в душе вспыхивает злость. Чего ещё отец не рассказал мне про оборотней? – Давайте присядем, а то как-то неловко так стоять, – нарушает тишину Семен. Мы все рассаживаемся. Волки из сопровождения Вука остаются стоять. А у меня столько вопросов! Лев наливает мне вина. Делаю глоток. Вкуснятина! Офигенно! Блин! Краснею, пытаясь скрыть свой восторг. – Значит, охотники предложили вам сделку? – рыжий смеется, – неужели поняли, что воевать бесполезно? – Не уверен, – жестко говорит Ярцев, – зная их главаря, он наверняка прячет туз в рукаве. Они обсуждают отца? Почему в груди ничего не ёкает? Неужели папа и правда обманывает? Учитывая, как усердно он мне врал об оборотнях, не удивлюсь. – Если бы прятал, не отдал бы нам свою дочурку, – Лев кладет ладонь на мою попу, сжимает. А я замечаю, что Мара, не мигая, глядит на меня. Держу спину ровно, но от прикосновений Вересова завожусь с пол-оборота. Он втягивает носом воздух. – Мне нравится твоя реакция, мышка, – целует меня за ухом. Старшие волки обсуждают дела. Я начинаю осознавать, что среди оборотней мне комфортнее. Словно нахожусь дома. В своей тарелке. Неужели это всё метка? – А ваша истинная сможет завтра показать мне город? – улыбается Мара, – я здесь впервые. – Не вопрос. Только возьмите Агнессу, – улыбается Семен. Она точно неспроста это попросила. Хочет со мной пообщаться? Но зачем? Дальше я теряю нить разговора. Попиваю вино, немного хмелею. Всё равно не буду шпионить для отца. Не хочу! Но он скоро потребует отчёт и мне нужно будет что-то сказать. – Ну что… поедем-ка мы в отель, – ржёт Вук, – а то вижу, что вам не терпится уединиться с прекрасной парой. – Мы не… – вспыхиваю. – Да ладно, я всё понимаю. Дело молодое, – продолжает хохотать он, – мы с Марой после появления меток неделями из койки не вылезали. – Я бы не против был… – мечтательно тянет Лев. Мы встаём. Пошатываюсь и почти падаю на Семена. Упс! Кажется, винишка было многовато. – Набралась? – смеется альфа, а я смотрю на его красивое лицо и улетаю. Ну блин! Нельзя быть таким красивым! Вспоминаю наши горячие поцелуи. Он мне нужен! И Лев нужен. Блиин! Хихикаю, как дурочка. Да пошло оно всё! Я хрупкая девушка, в конце концов. И не хочу корчить из себя сильную. Надоело! Не успеваю опомниться, как волки возвращаются. Теперь мы одни. И они плотоядно смотрят на меня. Кожей чувствую их желание. И сама горю. – Иди ко мне, – рычит Семен, тянет меня за руку, впечатывает в своё тело, – пиздец, думал не досижу… ты в этом платье богиня просто… – А божествам положено ходить голенькими, – облизывается Вересов. – Развернись, – хрипит Ярцев, и я покоряюсь. Он толкает меня к столу. Ладонью проводит по мягкой ткани платья вдоль линии молнии. Затем начинает медленно её расстегивать… *** – Зачем ты порвал платье? – лежу в постели на груди Семена, очерчиваю ногтями витиеватые волчьи татуировки, – мог просто расстегнуть. – Ты же тащишься с этого, – волк целует мою ладонь, – когда мы рвём на тебе одежду. – Просто красивое было… – Я куплю тебе тысячу таких платьев, только попроси… Краснею. Лёва храпит сзади, его огромная ручища покоится на моей попке. Этот вечер был просто невообразимо горяч… *** Я захлёбываюсь в желании. Медленно, размеренно Семен тянет вниз застёжку молнии. Прохладный воздух касается кожи. – АХ! – стону, не в силах сдержаться. – Мне нравится, как быстро ты возбуждаешься, Стася, – оборотень доходит до подола. Тресь! Дорогая ткань разрывается и тряпкой падает к моим ногам. Ладонь Ярцева ложится на мою попу. Он водит по метке, а я медленно схожу с ума. Словно похотливая кошка в период течки, извиваюсь и подставляю задницу для ласк. – Хорошая девочка, – рычит Семен, – умница… вот это мне по нраву. Когда ты покоряешься, а не кусаешься. – Ах! Ммм! – кричу, когда волк проводит пальцами вдоль полоски трусиков, – а ты больше к себе всяких подпускай… – Опять ты об этом, – хрипит оборотень, с силой сжимая мою попу, – я дал обещание и сдержу его. Ты моя пара. Единственная. Вопреки всему я ему верю. Царапаю ногтями поверхность стола. Вересов приближается с другой стороны. Прикрывает глаза, вбирает носом воздух. Шумно выдыхает. – Хочу полизать твою девочку, мышка, – не мигая, глядит на меня, – ты уже мокрая? Знаю, что мокрая… чувствую… зверь чует твоё желание. Ладонь второго волка ложится на другую ягодицу. Они оба ласкают меня. Боже мой! Ярцев аккуратно вынимает заколки из моей прически, волосы рассыпаются по спине. – Красивая… – шепчет оборотень, зарываясь носом в мою шевелюру. – Очень, – вторит ему второй альфа. Кусаю губы. Сгусток желания внизу живота растет. И требует выхода. – Хочешь? – рычит Ярцев, – нас хочешь? – Да… – бормочу. – Лёва, займись её девочкой. А я помогу здесь… Семен накрывает ладонями мои груди. Стискивает их до лёгкой боли. А Лев опускается на колени. Медленно стягивает с меня трусики. Поглаживает кружево чулок, рычит себе под нос. Ярцев жестко разворачивает меня. – Выгнись, мышка, – приказывает Вересов и я еще сильнее выпячиваю попку. – Умница. Ох ты ж… – он проводит пальцами вдоль моей промежности. – ААА! – кричу, но Семен глушит крик поцелуем. – Мокренькая уже… иди ко мне, – Лев обхватывает мои бёдра и впивается губами в складочки. По-моему, я на короткий миг теряю сознание. Потому что моё тело реагирует, как безумное. Вся трясусь, кричу. Но Сеня просто рвёт мои губы. Не даёт вернуться в реальность. – Обними меня, – шепчет, затем снова целует. Обвиваю его плечи, чувствую, как колотится сердце волка. Сильное, гордое. Но сейчас они оба мои. Только мои! И лишь это важно. Язык Льва проникает в меня. Он пальцем кружит вокруг моего клитора. Но не позволяет кончить. Мучает. И меня, и себя. Кручу попкой, пытаюсь буквально сесть на его язык. – Хитрая какая, – хрипит, – это лишь прелюдия, малыш. Кончать будешь на наших членах. Она готова, Сень… Вересов встаёт, откидывает мои локоны с шеи. Прижимается губами. – Нравится вот так? Когда мы оба сжимаем тебя, мышка-охотница? – прерывистое дыхание Вересова выдаёт, как сильно он завёлся, – сука, какая ты сладенькая… – Да… нравится… – Всё ещё хочешь сбежать от нас? – рычит оборотень. – Не хочу, – признаюсь в перерывах между глубокими и жадными поцелуями. Ярцев отрывается от моих губ, пьяным взглядом смотрит на алую кожу груди. Подхватывает меня на руки. Обвиваю бёдрами его крепкое тело. Волк словно скала. Если бы он не пылал, как вулкан, я бы подумала, что Семен и вовсе неживой. Вместе со мной он плюхается на диван. – Оседлай меня, Стася… у меня сейчас яйца лопнут, – рычит, быстро стягивая брюки. Сама не замечаю, как насаживаюсь и вот, уже скачу на толстом члене Ярцева. Он стискивает мои бёдра. Рычит. Лев берёт со стола бутылку вина. – У меня идея. Разверни её. Меня безвольной куклой буквально крутят на члене, вынуждая прижаться спиной к сильной груди Семена. Волк подхватывает мои бёдра. Я целиком в их сильных лапищах. Но тело доверяет, расслабляется и раскрывается. Мне хочется плакать от того, сколь огромно желание принадлежать им… – Красиво, – тянет Лев, подносит бокал к моим губам, – пей, мышка. – Что… – но вино проливается, течёт по губам и подбородку. Холодное, тягучее, сладкое. Оно стекает по моей шее, ниже к груди. Вересов, как завороженный рассматривает, как крошечные алые капельки бегут вниз, к животу. – Так мне это вино нравится больше, – начинает его с меня слизывать. – АХ! МММ! – кричу, пока член Ярцева вбивается в мою киску, а губы Льва творят что-то невообразимое. Он слизывает вино, льёт еще. Всасывает, покусывает мои твёрдые соски. – Вот так, девочка… да, моя хорошая… расслабься. – Покажи, как красиво ты кончаешь, – рычит Семен, накрывая пальцем мой клитор, – пиздец… хочу в её задницу. Тебя трахали в зад, Стася? – Нет! – кричу, бьюсь в сильных волчьих руках. От всесторонней стимуляции выгибаюсь до треска в рёбрах. Но я целиком принадлежу волкам. Они владеют моим телом. И сейчас хотят, чтобы я кончила для них. На них… о боже! Сильная струя жидкости не заставляет себя ждать. Я стискиваю собой член Ярцева, а он становится огромным. Рвёт меня, вынуждает сокращаться сильнее. – Вот так… умница… еще давай! – Лев перехватывает инициативу, размазывает влагу по моим складочкам, втирает в клитор. Я кончаю снова. И снова. Потом Вересов ставит меня раком на диване и жестко трахает. Ярцев заталкивает член мне в рот. Я пьяная, но не от вина. А от безумия, что течёт по венам. Скручивает моё тело в диких крышесносных оргазмах. Делает порочной, похотливой самкой двух сильных самцов. Мы были врагами. Но сейчас понимаю, что метка всё изменила. Я влюбилась по самые уши… Приоткрываю глаза, стряхивая сладкие картины. Сейчас мы втроём в постели. Размеренное дыхание Семена успокаивает, дарит покой, убирает смятение из моего сердца. Аккуратно выбираюсь из постели, куда меня принесли после дикого секса. Иду в ванную, смотрю на себя. Вся растрепанная, покрытая засосами и следами мужских рук. Глаза блестят, губы зацелованные, опухшие. Возвращаюсь. Внезапный гул вибрации привлекает моё внимание. Достаю мобильный из сумки. И вижу сообщение от Влада. Моя душа падает в пятки. Встречаемся в четыре утра. Я знаю, как помочь твоей подруге избавиться от метки…