Глава 9. Сладкое не для всех

— Поведать тебе о том, что Дэрэм очень странный неуравновешенный мужик? — я потопталась по кухне, и все же снова устремилась к плите. Руки сами стремились себя занять и начали намешивать простую основу под тесто для пирога.

— О нет, дорогуша, в этом как раз нет ничего странного. Синхи склонны быть порывистыми, из-за своей зависимости от крови простолюдов, — Крендель сделал еще одну затяжку и блаженно прилег на стол, прикрыв глаза.

— Где здесь чертов сахар и дрожжи?.. — пальцы перебирали все вокруг, но никак не могли найти нужных вещей.

— А тебя что, на сладенькое потянуло? — подмигнул Крендель и резко встал. — Пойдем на рынок и купим необходимое?

Я даже подвисла от такого предложения. Мне можно выходить? В земные понятия о рабстве (пусть ситуация в этом контексте пока остается неясной) точно не входили добровольные отлучки с места заключения.

— Чего замерла? Одеться надо поприличнее, а то какой-нибудь мимо проходящий бог опять решит тебя присвоить. Нам и этих двоих хватит, правильно? — Кренедлёк отложил докуренную палочку, все еще источающую душный коричный флёр.

— Но как мы будем покупать, даже если отпустят? Денег-то нет, я так поняла местная валюта — это единицы веры?

— Вот непутёвая, оставь свою заготовку, идем, — малыш помахал рукой, — сначала к тебе, потом к Таше, клянчить браслет с счётчиком.

— Ладно-ладно, — я решительно перестала понимать происходящее. Крендель взял все в свои руки. После того как он «подзарядился» коричной палочкой, он стал спокойным, уравновешенным и рассудительным. Словом, все признаки зависимости налицо. Но мне же лучше, потому что разбираться в новом мире в одиночку совсем не весело. О братьях богах вспоминать не хотелось. Дэрэм подарил мне грустное открытие — при всем его ужасном характере и мадагаскарских тараканах в светлой головушке, он по-прежнему меня физически привлекал, и хотя я старалась противиться непонятной тяге. Вообще в голове возникло стойкое желание — держаться от них подальше. И если появится возможно сбежать из этого дома — немедленно её осуществить.

Как ни странно в комнате на цветастом покрывале вместо бесформенных тряпок появилось вполне приличное платье и костюм по местной моде.

— Получила, видать, нагоняй от господина за неподобающий вид новой рабыни, — хихикнул Крендель, потирая бока. — Одевайся.

Из двух зол я выбрала меньшее, то есть костюм. Он состоял из свободных брюк и удлиненной рубашки цвета слоновой кости. Мне такие бледные оттенки не очень шли, но на безрыбье носом не воротят. Под одеждой нашлось и нижнее белье. Не особо привлекательное, скорее добротное. Несколько комплектов. Облачилась быстро, перспектива покинуть особняк казалась невероятно манящей, да и внутренний турист так и настаивал на осмотре местных достопримечательностей. Парлас воспринимался мною как чужая страна с другим менталитетом и обычаями, так было чуть легче смириться с реальностью. Стоя перед зеркалом застегнула ворот рубашки, пряча печать, и проверила, чтоб лодыжка не отсвечивала внизу.

— Правильно, лучше другим и не знать, что ты рабыня. Может, даже за богиню сойдешь. Хотя нет, маловато в тебе высокомерия и слащавости, присущих многим из них. — Отвесил комментарий мой питомец. А кем его еще назвать? Привязался на улице, просит вкусняшек…

— Крендель, а Крендель, имя у тебя имеется? — провела расческой по волосам, только немного поправив пучок.

— Было. Очень давно… — вздохнул он. — Пойдем к Таше этой…

Сложилось впечатление, что малыш просто не хочет развивать данную тему. Пожала плечами и пошла за ним, доверясь хлебобулочному питомцу как исконному жителю Парласа.

Когда мы дошли до очередной богатой деревянной двери, Крендель застыл перед ней.

— Знаешь, а может зайдем в другой раз? — он вдруг резко сменил настроение, — погуляем пока в саду?

— А как же готовка? И мы хотели сходить на рынок…

Из-за двери раздался громкий стон. Ну не-е-ет… Только не говорите, что…

— Таша… — голос Дэрэма узнать было легко. Других мужчин я здесь в принципе не видела. И почему на душе стало так мерзко, словно я занимаюсь чем-то непотребным?..

— Господин, не останавливайтесь, прошу вас, — рыжая бестия определенно умоляла его о продолжении.

— Идем, — я отвернулась от двери, — где тут сад? Погуляем…

* * *

Дэрэм лан Дэр

Руна! Проклятая руна горела огнем, но я не ощущал ее жара. Альбина была сладкой, безумно притягательной, настолько, что дожить до вечера казалось нереальностью. Но я не мог так с ней поступить. Во-первых, она с Земли, и даже прикасаться к ней было преступлением! Во-вторых, я опасался, что жажда будет слишком сильна, и я не смогу вовремя остановиться и завершить привязку без происшествий. Самым неприятным последствием я предполагал смерть девчонки. Клыки так и продолжали неудовлетворенно зудеть, вынуждая пойти к другим рабыням.

Быть синхом, означало постоянно подчинять внутреннюю жажду крови. Честно говоря, никто давно не помнил, откуда пришел наш народ. Лишь молчаливо соглашались о причастности нашей расы к богам. И за долгие годы жизни, я встречал едва ли пятьдесят представителей. Мы жили долго, но и рождались редко. Наша мать — богиня гроз, частенько баюкала на руках двух малышей и нашептывала старые сказания о сотворении мира, о появлении Надсмотрщиков. Еще она иногда говорила какую-то нелепицу, мол наш отец являлся синхом первого ранга. Все знают, что среди богов первого ранга могут быть только безмерно могущественные существа.

Поэтому мы смеялись, мутузили друг друга, спрыгивая с маминых коленей. Никто не воспринимали ее слова всерьез. До одного дня. Нам было лет по двадцать пять — еще совсем юные молодые боги с неясной специализацией. Артэм открыл свой талант совершенно случайно.

— Идем, развлечемся, — брат потянул меня за собой на Родиол. Оторванный от остального мира материк, населенный только простолюдами.

— А если попадемся? — спросил я, не особо сопротивляясь. Когда ты молод легко нарушить общепринятый порядок вещей. Тебе кажется, что ты бросаешь вызов всему миру и системе. На деле же, это лишь бунт, не обоснованный ничем, кроме отсутствия опыта.

На острове располагалось несколько поселений. Нас интересовали в основном молодые девушки, чтобы утолить свои мужские потребности. Пусть такая деятельность строго запрещалась, но откуда молодым богам взять веры для покупки временной рабыни?

Мы не сомневались. Легко преодолели рубеж, отделяющий Родиол от территории богов, и небольшими перебежками стали осматриваться. Здесь даже воздух был иным, более легким, позволяющим легким вдохнуть полной грудью.

— Смотри, — осторожным шепотом Артэм привлёк мое внимание. На берегу узкой речушки в сумраке наступающей ночи подсветились две тонкие фигурки. Девичьи изгибы так и манили к ним прикоснуться. Две простолюдки, ощущая себя в полной безопасности решили искупаться. Сбросили туники и со смехом ступили в воду.

— Это наш шанс! — подначивал брат, и я, не особо думая нырнул с ним почти синхронно. Теплые бедра и лодыжки, краткий визг. Артэм выбрал брюнетку, а я — рыженькую. Горячие поцелуи быстро заставили девушек расслабиться под нашим напором. Мягкие губы распахивались и без препятствий давали проникнуть в них языком, прикусить осторожно и исследовать доселе запретное удовольствие.

Мы утянули их на берег, и под несмелое хихиканье продолжили покрывать девственные тела обжигающими приятными поцелуями. Все было хорошо, пока не пришла жажда. Я и ранее имел с ней дело, но никогда так остро. Внутренности скрутило спазмом и невольно вырвавшийся стон напугал мою простолюдку. Она дернулась, увидела клыки и захныкала от страха.

— Не трогай меня, синх, умоляю, — руки, сдерживаемые моими ладонями, задергались в попытке вырваться.

Аналогичное произошло и у Артэма. Он тоже показал клыки, но в отличие от меня не остановился, а наоборот прижал деву к земле сильнее, и уже поникал в ее тело, легко раздвинув ее бедра коленом. Ладони брата слегка светились, приручая девчонку, и та вместо страха застонала от наслаждения, сильнее подаваясь навстречу ему.

Я застыл, как парализованный. Почему моя девчонка плачет и вырывается, а его — сама просит не останавливаться.

— Прости, — выдавил я, подчиняя жажду, хотя клыки сводило болью от желания попробовать кровь девственницы.

— В чем дело? — брат оторвался от своей добычи, капля крови стекла по его подбородку.

— Ты возбудил ее, — я покачал головой, отпуская девушку. Но вместо побега, та подползла к Артэму и впилась в его губы, еще влажные от чужой крови.

— Присоединяйся, — бросил он, обхватывая талию рыженькой. Его рука легко залезла между ног девушки, и та тут же застонала, раскрываясь. Пошлое хлюпанье от проникновения пальцев нарушило тишину ночи.

В ее глазах отсутствовал страх, только дикая животная необходимость в соитии. Прямо сейчас и бескомпромиссно.

— Но это мерзко, брат. Ты берешь ее против воли, — мне захотелось сбежать.

— Да ну тебя! Они же простолюдки, почти звери. Не очень умные. Тем более, до клыков они были готовы отдаться нам здесь, да, малышки?

Нижняя девушка требовательно повела бедрами, заставляя Артэма уделить ей внимание. Но он был занят второй. Тогда брюнеточка лишь стала сильнее насаживаться на него, сама подводя себя к разрядке. Ее лоно сжалось, и сама она задергалась и закричала, впадая в экстаз.

Неожиданно я нашел эту сцену возбуждающей и запретной. Мерзкой. Мне захотелось сбежать и оказаться где угодно, только не в этом месте. Я моргнул. И возник в прихожей нашего дома. Дыхание колотилось в груди загнанной птицей. Свидетельство столь большой разницы в силе между мной и братом сводило с ума. Нет, я был не готов делить девушек, пользуясь наглой возможностью вызывать в них непреодолимую похоть. Собрал вещи и снял комнату в ближайшем городе.

Там основал небольшую фирму по перемещениям. Заряд артефактов, транспортировка грузов. За пару лет сколотил состояние и поднялся до третьего ранга. Обзавелся рабынями. Даже нашел Ташу, готовую добровольно отдавать свою кровь и веру. С братом с того случая предпочитал не общаться. Пересекаясь на улицах, мы только хмуро кивали друг другу. Не знаю, что он думал обо мне, но я точно уверился в нашей противоположности.

Сегодня Альбина нарушила всю картину моего мира. Да, она землянка, поэтому до конца не осознает последствия, отвечая на ласки и прикосновения, как мне показалось вполне искренне. Она кончила от языка, всего несколько минут и чувственная пухляшка забилась в сладких конвульсиях. Но печать… Печать возродила во мне злость давно спрятанную в глубине души. Брат снова меня опередил. Заклеймил ту, что понравилась. Простую, со светлыми волнами волос. Она даже клыков не сильно боялась. Идеальная рабыня. Если бы не была с земли.

Привязку нужно завершить, но сначала, мне стоит утолить голод, хотя бы немного. После будут долгие разбирательства с Надсмотрщиками, о которых даже думать не хотелось. А еще руна, показывающая на появление подходящей пары. Как не вовремя! Я толкнул дверь в комнату Таши.

Рыженькая рабыня мгновенно подскочила, довольная вниманием к себе.

— Что там с новенькой? — мурлыкнула она, потершись о меня, прекрасно замечая насколько я голоден во всех смыслах.

— Распорядись принести ей нормальную одежду, и возвращайся ко мне, в постель, — я резко отстранил девчонку, направляясь прямиком в спальню. — Мне нужно покормиться.

Конечно я не увидел яростного блеска зеленых глаз и зло сжатых кулачков.

— Как скажите, господин, — плавной походкой Таша подошла к каминной полке и тренькнула колокольчиком. Пришла Марика, одна из служанок, которая предпочла отдать девственность и остаться работать здесь. Передала мои пожелания, а потом плавно покачивая бедрами двинулась ко мне в комнату.

* * *

Вылетела пулей из особняка через задний выход для прислуги, подхватив на руки Крендель. Тот молчаливо вскарабкался мне на плечо, сочувственно вздыхая.

— Альбина, я ожидал, он одумается, когда заметит руну.

— С какой стати ты вообще переживаешь о моей личной жизни? И что за руна? — я с силой пнула какой-то камень, подвернувшийся под ноги. На заднем дворе огромного дома разместился живописный сад. Тихие чистые дорожки извивались и закручивались вензелями, перемещаясь с клумбами и диковинными деревьями. Камешек отлетел в сторону, громко булькнул в небольшом пруду, выложенным природным камнем.

— Я переживаю, потому что не хочу снова потерять… — ему не дали закончить.

Кто-то сграбастал меня в сильные объятия. Крендель схватился за ворот рубашки, и как в комичном мультике стал болтаться от потряхиваний бесцеремонного гостя.

— Отпустите! — воскликнула, пытаясь вырваться, но меня явно не намеревались отпускать, более того, прижались сильнее, позволил через тонкую ткань брюк ощутить всю боевую готовность мужчины. А это был именно он. Я как-то извернулась, стараясь понять, кто вдруг тут решил руки распускать и испуганно замерла.

— Артём?! — на меня уставились синие-пресиние глаза. На лице мужчины играла довольная улыбка.

— Так и знал, что найду тебя здесь, Булочка… — эротично произнес он, чуть ослабив хватку. — А я успел соскучиться… — горячий язык лизнул ушко, вызвал толпу мурашек, пробежавших по телу. Я забилась сильнее. На этот раз Крендель решил не отсиживаться, а ринулся в бой, вцепившись ручками в самодовольное лицо синха.

От неожиданности, он выпустил добычу из рук, и стал стряхивать негодное хлебобулочное изделие, смешно мотая головой. Происходящее стало напоминать театр абсурда. Синх раздраженно порыкивал и пытался поймать Крендель, который вцепился в длинные пряди бога с завидным рвением.

— Беги, Альбина, я его задержу! — воинственный клич раздался в тихом саду.

— Какое задержу?! — взбесился бог, и видимо вспомнил о своих божественных способностях. Распрямился и звонко щелкнул пальцами. Крендель подхватило, закрутило в воздухе и подвесило над нами.

— Это что за недоразумение такое? — Артём сдул с носа смоляную прядь и быстро заправил ее за ухо. На мужчине был строгий костюм из добротной ткани, но никаких капюшонов. Он казался открытым и притягательным. А еще нутро просто сошло с ума, посылая по груди и животу жаркие импульсы. Снова. Как тогда в зале… Я помнила, чем все закончилось.

— Это мой питомец. Небесный Крендель. Отдай, — подпрыгнула в надежде достать до застывшего малыша. Он лишь вращал глазами, показывая мне выразительно в сторону, мол, вали отсюда, хозяюшка. Но когда я слушала советов? Правильно. Вот и мама всегда сетовала на мою непослушность. Кстати, ей бы весточку послать, что ли… Волнуется, наверное… При мысли о доме, все импульсы, явно созданные богом, исчезли и сердце затопила печаль. Я не волновалась о себе, но вот мама… снова захотелось плакать.

— Эй, не плачь, — Артём сменил интонацию, — вот твое недоразумение, держи, — синх взмахнул рукой, направляя Крендель прямо ко мне.

Но я так расстроилась и сама себя накрутила, что только сильнее заревела и побрела к лавочке под деревом с ярко фиолетовыми листьями очень напоминавшими те, которые я увидела в самое первое пробуждение на Парласе.

— Ну что случилось то, ты мне не рада, да? — мужчина устремился за мной и сел рядом, когда залезла с ногами на лавку и прижала колени к подбородку, закрыв лицо.

— Все так и норовят Альбиночку обидеть, а она между прочим с Земли, и синхи, хоть и завидные мужики, да только толку ноль от вас, — посетовал Кренедель, совмещая наезд на брюнета и подбадривание меня.

— Кто посмел? Дэрэм? — рыкнул темный близнец, стараясь заглянуть в мое лицо, которое я успешно пока прятала.

Никогда не любила реветь на публике, но сейчас безумно хотелось оказаться в родной квартирке, зарыться в новостную ленту соц. сети и благополучно протупить там остаток дня, не думая о выживании в чужом недружелюбном мире со странными всемогущими жителями. Беловолосый синх не обещал мне ничего. Я изначально подозревала, что у него тут гарем, но вот так стать невольной свидетельницей его забав с Ташей… это было слишком. Глупая, нерациональная ревность вскружила голову. Кулаки зло сжались и грохнули о лавку.

— Не важно. Это уже не важно. Никто, — огрызнулась, вытирая слёзы. — По твоей вине я оказалась на Парласе, Артём. Как собираешься вернуть меня на Землю?!

Истерика сменилась на агрессию.

— Ну нет, Булочка. Разве я положил странный леденец в твой чудесный ротик? Ты по своей воле проглотила его. Кстати, как раз за этим я сюда и пришел. Выяснить, как братец пробрался на Землю и задать ему парочку вопросов, — в синих глазах Артёма зависла непроницаемая пелена. Невозможно было догадаться о его мыслях.

— А кто просил пугать этими вашими клыками? И не только… — тут я стремительно покраснела, вспомнив порочную картину, увиденную перед самим переходом в другой мир. Обнаженный, большой и возбужденный. Закусила губу, стараясь прекратить фантазию, но Артём, что-то уловивший, вальяжно расселся на скамье, широко раскидав колени. Тугие великолепные мышцы облепила ткань штанов, особенно натянувшись ТАМ.

— Второй раз я на это не куплюсь, извращенец! — я вскочила с лавки. Щеки раскраснелись и пульсировали, грудь вздымалась. Да, он был хорошо, потрясающе хорош для земной девушки, как и его брат! Но я уже поняла, что талант Артёма как-то связан со страстью и становиться легкой добычей для бога не хотела.

Во взгляде мужчины промелькнуло изумление. Он, очевидно, ожидал, что я наброшусь на него и изнасилую прямо тут на лавочке в саду его брата-близнеца. Ага. Щаз! Никто из этих двоих больше ко мне не подойдет!