Глава 6

На следующее утро, я с осторожностью, проклиная все на свете, несла поднос по коридору с самого первого этажа. До четвертого.

Не понимаю, как слуги только носят каждый день то, что приспичит этим остроухим господам! Одета я была в черное платье с открытыми плечами и декольте, на шее блестело агатовое ожерелье, серьги тоже из черного агата, волосы заколоты сзади. На руках черные перчатки. Тео сказал мне их носить все время, чтобы я больше никого не усыпляла — хоть и звучит глупо, будто я какая-нибудь ведьма сна. Думаю, ему просто нравятся черные перчатки, вот и все. На ногах были черные туфли на каблуке и они бесконечно стучали по каменным полам замка. В общем, я выглядела как образцовая леди на приеме у какого-нибудь короля. Только эта образцовая леди сейчас несла завтрак и свежесваренный кофе, накрытый крышкой. С горем пополам я, наконец, достигла дверей Тео. Постучать я не могла, так что выразительно взглянула на одного из охранников. Тот, толкнув дверь, пропустил меня.

Я вздохнула и вошла. Дверь за мной закрылась. Тишина. Тео лежал на кровати, обнаженный до пояса, волосы уложены в хвост, так что никак не насладиться зрелищем сексуального остроухого утром с раскиданными по подушкам черными волосами. Но хвост ему все равно шел. Сначала я не была уверена в том, спит он или нет, поэтому застряла с подносом у двери. Потом я увидела, как Тео открыл глаза и повернул голову глядя на меня. Он ждал. Ну, хорошо.

— Доброе утро, Тео, — сказала я то, что должна и направилась к его кровати. Потом поставила поднос на тумбочку и собралась уходить. Но не тут-то было.

— Мне кажется, ты забыла еще кое-что.

Я кашлянула и вернувшись к Тео, наклонилась к нему и, положив руки в черных перчатках ему на щеки, поцеловала в одну из них.

— За то что опоздала — изволь заплатить штраф. — глядя на мое лицо, продолжил, — И не нужно делать такое недовольное личико. Я согласился на вашу встречу, а ты должна согласиться на то, что хочу я.

Я поцеловала его в другую щеку и прошептала, сощурив глаза:

— Ненавижу тебя.

Улыбка появилась на лице Тео.

— Неужели?

— Ты всегда такой негодяй, да?

Я хотела сказать «сволочь’или 'скотина», но мне нужно было сейчас меньше всего ухудшение своего положения, поэтому я смягчила.

— Какое интересное слово. Но не считаю, что оно подходит к королю эльфов.

— Оно подходит к любому мужику, потому что слово мужского рода. Разрешите откланяться, — издевательски произнесла я, поднимаясь.

— Разрешаю. Тебя проводят к пленнику. — судя по лицу Тео его не задело ни одно мое слово, и он не предпринимал попытки приставать ко мне, уже хорошо, иначе я бы его тут же придушила!

— До вечера, — сказал он, когда я была уже у двери. — Хочу, чтобы твое «доброй ночи» стало последним, что я услышу сегодня.

Скрепя зубами, ответила:

— Как вам будет угодно…

… «чертов остроухий узурпатор» — закончила я в голове, и, постучала в дверь. Мне открыли, и я вышла.

Грр! Он что, специально добивался, чтоб я его опять ненавидела⁈ Ничего не понимаю!

Передо мной появился остроухий в стандартной форме.

— Я провожу вас в башню.

Если честно, то ни в какую башню мне идти не хотелось. Сегодня служанка разбудила меня в пять утра, потом я час приводила себя в порядок, и в это время готовили завтрак для короля, а к шести-десяти утрая должна была принести его Теои пожелать доброго утра. Онсказал, что хочет это слышать от меня каждый день самыми первыми словами, поэтому даже когда я вошла, он ничего не сказал, не нарушая своего же условия. А я опоздала на двадцать минут, и вот!

Еще мне кажется, что он хотел забрать мою книгу. Чтобы я не использовала оттуда заклинания. И я решила прямо со вчерашнего дня начать их переписывать, и прятала и книгу и записи.

Ух,Лисий хвост, и все это ради того, чтобы поговорить с Виктором. Я сама еще ничего не ела, но решила поесть потом, после того, как наконец, схожу к нему. Поэтому я кивнула и поплелась следом за эльфом.

* * *

И в третий раз я появилась у дверей башни. Смотритель башни, остроухий, который пострадал от меня вчера, окинул меня недовольным взглядом.

— Он позволил?

Я перевела взгляд на своего проводника. Тот кивнул, и я тоже кивнула. Просто так.

— Открывай. — сказала я.

— Не тебе мне указывать, что делать, безродная. — бросил смотритель, медленно вынимая ключ из кармана. Таким же образом он очень медленно сунул его в замочную скважину. А насчет «безродной»… На меня словно вылили ушат ледяной воды. Неприятно. Ужасно неприятно. Я хотела было вступить с ним в перепалку, но потом решила, что он того не стоит. Да, и у меня появляются разумные мысли в голове. Я сложила руки на груди, и, постукивая каблуком, ждала, пока дверь-таки откроется. Мстит мне, подумала я. Ослушаться Тео не может, поэтому все делает очень медленно.

— Говорят, мужчина, который медленно все делает, быстро кончает, — неожиданно сама для себя раздраженно выпалила я.

Неприлично для леди, но я ей и не была, к счастью или несчастью.

Тот едва не выронил ключ из рук, поймав его на ходу, потом резко обернулся ко мне, злобно глядя, а я даже глаз не отвела. Он открыл дверь и толкнул ее рукой в сторону. Потом передал ключ тому, кто привел меня сюда. Нечего сказать? Вот и все. Я вошла следом за своим проводником и почувствовала спиной взгляд смотрителя башни. Сто пудов, проклинает меня мысленно. Ну, или раздевает взглядом, тут уж как получится. Дверь за нами закрылась, и я больше об этом не думала. Смотритель с нами не пошел.

Шли мы недолго. В башне было восемь этажей, как я выяснила, но мы далеко не поднялись: второй этаж и несколько железных дверей. Освещался этаж скудным горением факелов на стенах. Тут, видимо, не то что Средневековье, а прошлые века, когда еще подсвечники не научились делать и свечи. Наконец, мы остановились у одной из дверей. Сердце забилось. Сейчас мы, наконец-то поговорим с Виктором!

Эльф отпер дверь и потянув на себя, распахнул до самого конца. Я взглянула на него, спрашивая глазами, можно ли зайти. Тот кивнул.

— Эй! Ты! Выходи! — сказал он пленнику. Я заглянула внутрь и увидела, что он сидел на полу, раскинув ноги в стороны, руки, закованные в цепи, лежали на каменном полу между ног, а голова отклонена макушкой к стене. Каштановые волосы были похожи на грязную паклю. Он даже не шевельнулся, когда эльф его окликнул. Хотя и смотрел в нашу сторону сверху вниз с играющей на губах улыбкой.

— Я хотела бы поговорить с глазу на глаз с ним. — сказала я эльфу. — Прошу вас, дайте мне несколько минут.

Я была даже вынуждена попросить, чтобы все прошло нормально.

Эльф взглянул на меня, потом на него.

— Приказа не было передавать информацию из вашего разговора Его Величеству, так что, — он кивнул, — Я буду ждать у лестницы. Но если вы выкинете что-то…

— Поверьте, я буду вести себя примерно. И я не думаю, что он в таком состоянии попытается сбежать. К тому же, бежать некуда.

Остроухий полностью успокоился и направился к началу этажа. Повисла тишина.

— Пришла-таки, — хрипло произнес наконец Виктор с усмешкой, — Здравствуй, сестрица.

Я не смогла скрыть улыбки.

— Здравствуй, Виктор.

Я снова слышала голос Виктора, а не Эрика и бросилась к нему. Обняв брата, я тихо проскулила, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы:

— Я думала, ты умер! И я была все это время здесь одна, и даже Линдо у меня забрали, — я вдруг поняла, что оставаясь сильной и сдерживая слезы здесь, я снова стала мелкой сестрой своего старшего брата, и мне нужно было ему пожаловаться.

Он обнял меня и крепко прижал к себе.

— Тише, тише, — гладил по голове, пока я тихо всхлипывала, — Вспомни. Разве хвосты плачут?

Это шутка из детства.

Однажды меня обидели дворовые мальчишки, когда мне было восемь, и я плакала. Тогда Виктор вылил на них ушат с помоями, а потом пришел ко мне и спросил, почему я плачу. Я рассказала как могла, через плаксивую икоту, он взял палку и нарисовал на песке лисий хвост. Ткнул палкой и сказал:

— Смотри, это ты. А теперь скажи, есть у Хвоста глаза?

Я помотала головой.

— Вот и не плачь. Нет, если ты Хвост с глазами…

— С глазами! — я забрала у него палку и нарисовала глаза на хвосте.

— Это уже неправильный хвост выходит. Но настоящие хвосты — не плачут! Так что вот, запомни.

А потом мы пошли домой к ужину и мама испекла вкусный пирог.

Я вынырнула из воспоминаний и оказалась в мрачной тюрьме замка сумрачных эльфов. Я все еще здесь. Правда, уже не одна.

— Ну? — сказал Виктор, и я отстранилась от него. Он вытер мне пальцем слезы, гремя цепями и продолжал, — Я пришел тебя забрать. Потом мы поедем к отцу в Акстер, и снова заживем как прежде. — он улыбнулся.

Несмотря на то, что Виктор только вытер слезы, они появились вновь. Я села на коленях и опустила голову.

— Ничего не будет как прежде. И ты не сможешь меня забрать.

Он поцокал.

— Черта за рога, это точно моя сестра?

Я подняла на него глаза.

— Виктор, ты ничего не знаешь ни об этих эльфах, ни о их короле!

— И зачем же мне что-то о них знать, чтобы тебя забрать? Я же не жениться на них пришел. А за сестрой.

— Ты все шутишь!

— Так если не шутить, можно совсем от тоски помереть.

— Ты специально подстроил, чтоб тебя поймали?

Виктор кивнул, улыбаясь в зубы.

— Как я замаскировался, а? Ни дать, ни взять — сын трубочиста!

— Ты что, в дымоход лазал?

— Ну, почти.

— А как ты изменил голос? Я уже начала сомневаться, ты это или нет.

— Меня зовут Эрик. Я не раб ни вашей расы, ни дневных эльфов. Я пришел передать тебе послание от Меро. — повторил Виктор снова чужим голосом и прыснул, глядя на меня. — Черт, у тебя такое смешное лицо сейчас!

— Что смешного, я не пойму? — шутливо рассердилась я, и потом спросила, — А кто такой Меро, кстати?

— Король светлых эльфов.

— Так у них не король, как у сумрачных?

— король, король, — какая разница? — пожал плечами Виктор, — Все равно, все ушастые.

И правда.

Мы немного помолчали, самую малость, потому что я попросила у остроухого несколько минут, а разговор у нас мог затянуться на несколько часов.

— Папенька знает, что я и Линдо здесь? Как он там?

— Поседел еще больше, чем был до того. И только сын нашелся, так дочь потерял.

Я вздохнула.

— Я пообещал, что поеду за тобой и верну. Поэтому я здесь. — зеленые глаза мерцали на чумазом лице, как два огня.

Я взяла его за руку и сжав, посмотрела в глаза.

— Виктор, ты не сможешь меня забрать. Если Тео узнает, что ты мой брат, тебя казнят!

— А тебя отпустят, если меня казнят?

— Ты совсем с ума сошел⁈ Даже думать не смей!

— Уже подумал. И что с того? Покачаюсь на веревочке, как на качелях.

— Виктор!

— Если я умру, отец будет не очень рад. Поэтому нам с тобой нужно обоим вернуться живыми. И поэтому я и пошел к светлым эльфам за печатью. — я отпустила его.

— Что это за печать?

— Тот мрачный ушастый рассказал тебе. Вроде защиты, щита от темных магов, ну и, собственно, от темных эльфов.

— И как тебе удалось ее получить?

— Я спас сестру короля.

И, скорей всего, потом спасался от самого короля за то, что принцессу теперь не выдать замуж.

— Спасать сестер, видимо, это твое призвание, — усмехнулась я.

Виктор беззаботно пожал плечами.

— Твой брат — герой. Так что тебя я тоже спасу.

— Как ты собираешься отсюда выбраться?

— Я хотел это обсудить с тобой. Может быть, взять их короля на шантаж?

— Он сам еще тот шантажист, — пробурчала я.

— Что, уже досталось? — он присвистнул, — Пристает к тебе?

— Немного… — созналась я, но совесть мне нашептала, что иногда (ха-ха, иногда) я и сама была не против приставаний.

— Ему конец. Правда. — сказал Виктор.

— Нет, стой-стой! Не об этом сейчас нужно думать!

Мне только не хватало братского заступничества перед мерзавцем, который упек его в тюрьму.

Я услышала дальние шаги, и вскочила, но Виктор взял меня за руку и опустил назад.

— Вы закончили? Пора возвращаться. — голос эльфа.

— Времени уже нет. А у меня кое-что здесь есть. Вот что мы сделаем. — глаза Виктора задорно блеснули.

Я недоверчиво на него взглянула. Уж он-то сейчас придумает!

* * *

Когда охранник подошел, к камере, Виктор схватил меня сзади и приставил к моей шее кухонный нож, таким образом мы столкнулись с эльфом на входе.

— Я же сказал, ничего…

— Хочешь, чтобы она пострадала? А не влетит тебе от твоего короля?

— Что ты хочешь?

— Виктор, осторожней, — прошипела я.

— Тебе ничего не угрожает, — шепотом ответил брат, но было все равно страшно.

— Давай сюда свой меч. Быстро. Быстро! — повторил Виктор, когда тот замешкался. Но тот, положа руку на рукоять, стал отходить назад, Виктор быстро смекнул, что тот делает и, оставив меня, в пару прыжков оказался рядом с остроухим, после чего схватил его за горло, тот выхватил меч.

— Не советовал бы, — сказал Виктор, и я видела, как нож утыкается в живот эльфу. Шея остроухого задымилась и он захрипел, требуя отпустить.

— Меч бросай на пол. Больно надо мне убивать.

Эльф исполнил сказанное ему. Я действовала по сценарию и стала делать вид, что пытаюсь убежать.

— Ты — стой.

— Зачем я тебе⁈

— Я обоих вас беру в заложники и иду к вашему главному ушастику. — Виктор, отпустив шею эльфа, все же не убрал нож от его живота отбросил ногой меч в сторону. Потом заткнул нож себе за пояс и взял эльфа за шиворот.

— Только дернись и опять будешь коптиться как курица на вертеле, — предупредил он и взглянул на меня, — Будь паинькой, и не придется тебя калечить.

На самом деле, очень странно слышать от родного брата такие слова, но когда ты вместе с ним в плену у короля сумрачных эльфов, еще и не такое услышишь. Виктор взял меня под локоть и прошептал:

— Тори, ты молодец. Сыграй свою роль до конца, и я смогу выиграть время для твоего освобождения в замке.

Я кивнула с широко раскрытыми глазами.

— Шагай! — это было сказано эльфу.

Он зашагал, и наш передвижной спектакль направился к лестнице.

Лисий хвост, не знаю, что выйдет из этой затеи, но я надеюсь, что Тео не казнит его на месте. Все же этот план безумен — сейчас Виктор идет туда, где полно охраны, они могут его просто схватить и тогда… Ох, не думай об этом, не думай, Тори!

Стук.

— Войди.

Тео брал с полки небольшую книгу, когда охранник появился у него в кабинете.

— Ваше Величество, — стандартный поклон, — Должен доложить, что пленник сбежал.

— Вот как? — Тео полистал книгу. — Из замка?

— Нет. Он в замке, и взял заложников.

— Найдите его и убейте. Или есть какие-то трудности с этим? Арнгост, конечно, большой, но найти и поймать носящегося по коридорам мальчишку, еще и с заложниками несложно. Или, может быть, мне всю мою охрану отправить работать на поля и в конюшни? Там будет от вас больше пользы. —король взглянул на охранника. Книга захлопнулась и вернулась на место.

— Виноват. Но ведь у него…

— Печать Руэнтэ. И что с этого? Отсечь руку, и ввернуть в темницу.

— Мы не могли этого сделать. Он прикрывался заложниками, к тому же…

— Что еще? — спросил Тео, взяв другую книгу.

— У него она… На обеих руках. Он…

Рука Тео задержалась, не дойдя до книги, взгляд остановился на охраннике.

— Я знаю. Не нужно мне обьяснять.

Охранник поклонился.

В коридоре послышался шум, громкие голоса, топот, беготня. На пороге появился Эрик, тяжело дышащий, запыхавшийся, но по-прежнему скалящийся. Он прижал к себе Викторию, после чего заведя руку сзади, приставил нож к ее шее. Эльфа он отпустил.

— Вали.

Тот шагнул в сторону, а Тео сказал:

— Итак, спустя два дня я снова вижу тебя. В это раз еще и в компании заложников. — руки Тео дрогнули, но голос — нет.

— Верно. И теперь ты послушаешь все, что я скажу.

— Почему ты не сбежал из замка?

— Наверное, потому что то, что мне нужно все еще находится здесь.

— Ты мог ее забрать и сбежать.

— Ты бы взял воинов и последовал следом. А прятаться и убегать всю жизнь мне лень. Я не дурак, а ты не считай себя умнее.

Руки Тео хрустнули, сжимаясь в кулаки.

— Тео, пожалуйста, выслушай его, — сказала я, глядя просяще на короля.

Он оставил книгу на столе, завел руки за спину и встал перед столом, приподняв подбородок.

— Итак, Эрик Коплэнд. Говори. Я слушаю.

Я затаила дыхание, глядя на короля.

— Здравствуй!