Глава 17

Известие о том, что Андрей нашёл моего мужа, шокировало меня до глубины души.

Как же так? Выходит, нет никакой потери памяти, зато есть ещё один Астахов?

В голове не укладывается…

И чем ближе момент «икс», тем больше я нервничаю, ведь Астахов предложил через пару дней поехать в тот город, где предположительно сейчас проживает мой бывший муж.

Правда, это совершенно другой город, не тот, где Андрей встречался с Жанной. Если он вообще встречался с бывшей возлюбленной, а не пересёкся с ней единожды. Хотя, Быстрыкин утверждал, что мой муж сбежал с этой девкой. Но Коля ведь мог и ошибиться.

Выезжаем мы рано утром, чтобы возвращаться не затемно и не задерживать Ольгу.

На улице довольно солнечная погода для середины осени, но когда мы подъезжаем к нужному городу, на небе начинают сгущаться тучи. Сначала накрапывает лёгкий дождик, постепенно перерастая в настоящий ливень.

Видимость практически нулевая, и чтобы переждать непогоду, мы заезжаем на первую попавшуюся по дороге заправку. Останавливаемся на парковке, Андрей уходит за кофе, мне же в достаточно приказном тоне говорит сидеть внутри и не высовываться.

– Только из больницы выписалась, не хватало снова простудиться, – бурчит перед тем, как покинуть тёплый салон авто.

Мне приятна забота этого мужчины, и чем дальше, тем искренней Андрей её проявляет. И тем больше складывается впечатление, что его самого тяготит происходящее. Не знаю, возможно, я надумываю лишнее, но если раньше Астахов вёл себя чересчур наигранно, то теперь его будто что-то гложет, и маска фальши уже не держится на этом суровом лице.

Спустя немного времени мужчина возвращается с двумя стаканчиками горячего ароматного кофе.

– Кокосового не было, на свой страх рискнул взять банановый, – уголок его губ слегка приподнимается.

Благодарно киваю в ответ и делаю глоток. Приятно, что я сказала о своих предпочтениях всего лишь раз, но Андрей запомнил.

В машине достаточно тепло, но дождь и грязь на улице навевают тоску, а кофе помогает немного сгладить этот неприятный момент.

Когда тучи рассеиваются, мы снова двигаемся в путь. По объёздной минуя город, выезжаем на просёлочную дорогу.

– Ты уверен, что ничего не перепутал? – спрашиваю у Андрея, когда за стеклом начинают мелькать простенькие домишки. В нормальном вполне жилом состоянии, но точно не уровня моего бывшего мужа.

– Да, я уверен, – отзывается Астахов.

Я заметила: чем ближе мы подъезжаем к цели, тем более молчаливым становится мужчина, и это настораживает.

– Просто… мой муж, он продал цеха по производству мебели год назад, и мог бы позволить себе жильё в более престижном районе, – проговариваю неторопливо.

Поджимаю губы, поймав на себе недовольный взгляд мужчины. Странно, вроде бы ничего плохого я не сказала, но чувствую себя так, будто наговорила лишнего.

Впрочем, ковыряться в душе Астахова я не собираюсь, поэтому больше вопросов не задаю, и оставшуюся часть дороги мы едем молча.

Минут через пятнадцать-двадцать «Хаммер» Андрея плавно сворачивает к придомовой территории небольшого двухэтажного домика. Мужчина заглушает двигатель, блокировка с дверей снимается, и я первой вылетаю на улицу.

Жадно осматриваю дом, забор, лысеющие деревья вокруг, будто даже самая мельчайшая деталь поможет разобраться в моих проблемах.

Оборачиваюсь и смотрю на мужчину, который по-прежнему продолжает сидеть в машине. Его равнодушное лицо не выражает ни единой эмоции, и мне снова становится не по себе.

Что, если Астахов заманил меня в какую-то западню? Я же толком не знаю этого мужчину, но доверяю ему безгранично. Быть может, зря?

Вновь смотрю на дом и обращаю внимание на то, что в одном из окон горит свет. От одной мысли о том, что меня с бывшим мужем разделяет ничтожное расстояние в несколько десятков метров, сердце пускается вскачь.

– Пойдём, – Астахов выходит из машины и уверенно двигается к калитке.

– Подожди, мы что же, войдём без разрешения? – вскидываю брови удивлённо.

Я знаю, что Андрей уверен в себе, но не до такой же степени.

– Здесь не заперто, – разводит руками и открывает калитку так, будто заходит на территорию своего собственного домовладения.

Опасливо иду следом за мужчиной, плотнее кутаясь в свой плащ. Он вроде бы тёплый, но сейчас меня потряхивает от нервов, и холодом пронизывает насквозь.

Я сотни раз прокручивала в голове возможные варианты нашей встречи, но боюсь, ни одному из них не суждено стать реальностью. Потому что на встречу с бывшим мужем я пришла не одна, а вместе с его копией. Или двойником, я даже не знаю, ведь ещё несколько дней назад была уверена, что Астахов просто потерял память.

Как Андрей отреагирует на появление Астахова номер два? Что подумает? Хотя…

Это меня должно волновать меньше всего, но с каждым шагом мысли в голове всё больше превращаются в настоящее месиво, перед глазами всё плывёт, я едва держусь на ногах.

– Всё в порядке? – грубый, пробирающий до костей голос звучит прямо над ухом.

Астахов подхватывает меня под локоть и придерживает, не позволяя упасть.

А мне вдруг хочется засмеяться. В порядке. Серьёзно? Неужели мужчина не понимает, каково мне сейчас?

Впрочем, Андрей не обязан понимать мои чувства, хватит того, что он вызвался помочь мне с поисками.

Внимательно смотрю под ноги, чтобы не споткнуться, и не замечаю, как мы оказывается на обратной стороне двора.

– А… зачем мы сюда пришли? Давай, просто постучим в дверь, – искренне не понимаю, почему должна предлагать очевидные вещи.

Терпение заканчивается, бояться и переживать больше нет сил, а потому я просто вырываюсь из захвата цепких пальцев, и дёргаюсь в сторону дома, но ни шагу сделать не успеваю.

– Пусти! – пытаюсь сбросить крепко впившиеся в мою талию руки, но это бесполезно. Стальным капканом они сомкнулись, заставляя меня почувствовать себя в ловушке. Ни вдохнуть, ни выдохнуть от этой хватки.

– Нам не сюда, – спокойно произносит Андрей и бесцеремонно тянет меня в сторону гаража.

Страх липкими пальцами впивается в горло, меня мелко потряхивает и начинает мутить от волнения. Что этот мужчина собирается сделать со мной, зачем привёз в эту глушь, неужели, у него какая-то договорённость с моим бывшим мужем?

А что, если я зря поверила его словам? Быть может, никакой это не Андрей, а всё-таки тайный близнец, воспользовавшийся документами брата лишь для того, чтобы заманить меня в ловушку?

Мысли стайками проносятся в голове, с невероятной скоростью сменяя одна другую. Я продолжаю сопротивляться, но поскольку силы изначально были неравны, вырваться мне так и не удаётся.

Мы подходим к дверям гаража, который каким-то чудесным образом тоже оказываются открытыми. Астахов открывает воротину и заталкивает меня внутрь, а я отчётливо понимаю: это конец.

Конец моим мечтам увидеть будущее своих сыновей, помочь им встать на ноги и каждому создать свою семью. Увидеть внуков и встретить достойную старость – всё это теперь не обо мне, ведь моя жизнь прервётся прямо сейчас, в этом тёмном гараже, от рук мужчины…

– Марта! – громкий голос прерывает мои размышления о преждевременной кончине. – Успокойся, я не причину тебе вреда!

Загорается яркий свет, и Астахов с моего локтя перемещает свои руки на лицо, пальцами стирает дорожки от слёз. Удивительно бережно и нежно, но абсолютно неуместно.

– Посмотри, – Андрей кивает вправо и слегка поворачивает мою голову в сторону, вынуждая развернуться всем корпусом.

– Что это?.. – спрашиваю, уставившись на груду металла, лежащую посреди гаража. – Андрей?

– Это – моё прошлое, – отвечает холодно и убирает руки в карманы. Делает шаг назад, отстраняясь, будто ему неприятно находиться со мной рядом.

Неуверенно приближаюсь к металлолому, узнавая в этой бесформенной куче нечто родное. Знакомое, да, точно!

Это…

Нет, не может быть, не верю!

Ржавчина, но местами краска ещё сохранилась, оставив напоминание о когда-то редком и необычном цвете «оранжевый раптор». Помню, как придирчиво муж выбирал свой форд и остановился именно на этом варианте.

– Что ты сказал? – резко разворачиваюсь лицом к мужчине, только осознав смысл его слов. – Твоё прошлое?

– Да, – отвечает без тени сомнения.

– То есть, – я делаю шаг, наступая, – ты?..

Меня душат слёзы, но теперь не от перспективы преждевременной кончины. Это слёзы негодования и злости. На себя, за то, что была такой дурой и поверила Астахову, и на Андрея, а то, что смог так ловко провести меня.

– Да, я – твой муж. Астахов Андрей Анатольевич, – цедит с победным выражением лица.

Упивается моими эмоциями, будто сорвал редкий джек-пот. Радуется победе, совершенно не задумываясь о том, каково сейчас мне.

– Не верю… – это единственное, что способно сорваться с моих губ.

Как же умело Астахов убедил меня в правдивости своей лжи, что даже сейчас, когда правда готова выбраться наружу, я отказываюсь в неё поверить.

– У тебя нет выбора, – произносит, глядя на меня с присущей новому Андрею дерзостью.

– Предатель! – шиплю, поднимая взгляд на мужчину.

Меня накрывает, и я, сорвавшись с места, подлетаю к Астахову и начинаю молотить кулаками его широкую крепкую грудь. Пользуюсь тем, что дорогое пальто не застёгнуто на пуговицы, и тело скрыто лишь тонкой тканью белоснежной рубашки.

Ещё и вырядился, будто на праздник, брюки модные с идеальными стрелками, до блеска начищенные туфли. Хотел сообщить о своём обмане при полном параде, предатель!

– Не-на-ви-жу! – выплёвываю яростно. – Ненавижу тебя, предатель! Предатель! Предатель! – кричу до хрипоты, до боли в голосовых связках.

– Как я тебя предал? – ядовито цедит Астахов.

В отличие от меня, ему поразительным образом удаётся сохранять самообладание. Ни единый мускул на его лице не вздрагивает, а глаза продолжают смотреть на меня холодно.

– Как я тебя предал? Когда не справился с управлением и вылетел навстречку, чудом оставшись в живых? Ну, извини, в следующий раз сдохну!

Его слова пролетают по полупустому помещению, отскакивают от стен и оседают в самой глубине моего сознания, выворачивая нутро мясом наизнанку.

Я ещё раз перевожу взгляд на искорёженный автомобиль, а точнее на то, что от него осталось. Громко сглатываю, представляя, каково было тому, кто находился внутри, и произношу чуть слышно:

– Какая авария? О чём ты?

Медленно разворачиваюсь и во все глаза смотрю на Андрея. Но в отличие от всех прошлых наших встреч, сейчас я не оцениваю его внешность на предмет: муж или не муж. Я смотрю в глаза. Пристально, боясь пропустить малейшее изменение во взоре, в мимике, в жестах.

Больше не позволю чему-то важному ускользнуть от меня.

– Два года назад… – отвечает мужчина. Он облизывает пересохшие от волнения губы и отводит взгляд. – Я ехал после встречи с заказчиком и выехал навстречку. Меня по кусочкам собирали, а ты забыла обо мне, не нужен был инвалид? – с укором и болью смотрит на меня.

Не пытается надавить на жалость, не рассказывает подробностей аварии, но я и сама прекрасно догадываюсь о том, как всё случилось.

Вероятно, после того, как я застала его в отеле с любовницей и сбежала, Андрей сел за руль и поехал за мной.

А дальше…

Боюсь даже подумать о том, что было дальше.

– Я не знала ничего… – отчаяние сквозит в моём голосе, да я и не пытаюсь его скрыть.

Конечно, случившаяся трагедия не заставила бы меня простить измену, но… Я не оставила бы мужа в беде, если бы узнала обо всём тогда. Однако я обрубила все возможные варианты связи, осознанно дистанцировалась.

И теперь чувствую за это свою вину…

– А ты сам не помнишь, что было перед аварией? – спрашиваю, сощурив глаза и вновь пытаясь поймать взгляд мужчины.

Астахов намеренно избегает его, не позволяет нашим глазам встретиться. Чувствует свою вину за предательство? Или дело в чём-то другом?

– Ничего особенного не было. Я подписал выгодный контракт и ехал к любимой жене, которая очень быстро променяла меня на другого.

– Что за бред? Ты серьёзно сейчас? Не помнишь? Или притворяешься? – меня пробирает истерический хохот.

– А что я не помню? Да, я не знаю, из-за чего случилась авария, на этом всё.

– Ты! Меня! Предал! – позабыв о всевозможных границах, я тычу пальцем в каменную грудь мужчины. – А теперь пытаешься выставить одного себя жертвой, чёрствый, бесчувственный, ты…

Астахов обрывает меня на полуслове. И делает это самым низким и мерзким способом – пользуется нашей близостью, резко притягивает к себе и впивается в мои губы.

Давно позабытые ощущения охватывают моё тело, разрядами тока пронзая каждую клеточку. В первое мгновение я замираю и даже не думаю о сопротивление, но мозг быстро включается в игру и напоминает мне о том, что сделал это гадкий предатель.

– Не смей! – отпихиваю от себя недомужа. – Не смей прикасаться ко мне!

– Кажется, это ты пытаешься свою вину перекинуть на меня, – ухмыляется Астахов. – Знаешь, а ведь я хотел отомстить тебе иначе: соблазнить, отобрать у Коли, убив тем самым двух зайцев. А потом бросить, – гневно выдыхает мне в лицо.

Кожа покрывается буграми, и тут же вспыхивает, стоит только представить, что бывший мог бы свои мечты воплотить в реальность.

– Я уже говорила, что у меня нет ничего с Колей, но разве ты меня слушал, – укоризненно качаю головой. – А что ж не воплотил свой план, м?

– Ты поступила гадко, оставив меня в беде, и заслуживаешь наказания, – произносит, будто выносит приговор.

– Да я не знала ни о чём! – отчаянно пытаюсь доказать свою правоту, только кому оно надо?

Этот же чурбан бесчувственный даже не слышит меня.

– Ты заслуживаешь наказания, – повторяет, выделяя каждое слово. – Но! Я решил отказаться от своих планов, когда узнал, что ты – мать моих сыновей, – произносит торжественно, у меня же опять темнеет в глазах.

Только не это! Только не это…

Он не должен был узнать, как сумел?

– Откуда? – не вижу смысла отпираться и врать.

– Родимое пятно на спине у Тимоши натолкнуло меня на определённые мысли, – отвечает муж, а меня передёргивает всю от того, как из его уст звучит имя моего сына.

Он не имеет на них никакого морального права, это только мои дети. Только. Мои.

– Я сделал тест ДНК, пока ты была в больнице, так что можешь даже не думать отпираться.

– Ненавижу, – повторяю раз, наверное, в сотый за последние полчаса. – Гнусный предатель! – выплёвываю на прощание и уже двигаюсь к выходу из гаража, но замираю.

Мне необходимо узнать ответ на последний вопрос.

– Паспорт. Ты же оставил его в кабинете специально. Это фальшивка?– я даже не утруждаю себя для того, чтобы развернуться и посмотреть в лицо Астахову.

Не заслуживает.

– Ты очень догадливая женщина, Мар-та, – опять противным образом тянет моё имя.

Это становится последней каплей, поэтому без промедления я вылетаю на улицу, миную двор и выхожу за калитку.

До трассы неблизкий путь, но возвращаться в город с Андреем я точно не стану.