Глава 25

Андрей

– Поговорить? – Марта переводит на меня растерянный взгляд. – Прямо сейчас?

Жена нервно теребит край пальто, которое даже не надела толком, лишь накинула небрежно на плечи, взволнованно кусает аккуратные губы и отворачивается.

Не хочет, не хочет со мной разговаривать…

Всем видом даёт понять, что не до меня ей сейчас.

– Ладно, я отвезу тебя домой, – выдавливаю из себя равнодушно, но на деле получается как-то униженно и жалко.

Да, я наивный дурак, и надеялся, что после услышанного в ресторане Марта сразу же простит меня.

Но не простила…

И с одной стороны я безумно рад, что всё так легко разрешилось, а с другой понимаю, что это не конец – только начало. Начало моего сложного пути к сердцу любимой, ведь несмотря на то, что измены с моей стороны не было, я много других гадостей сделал по отношению к Марте.

Мстил…

Как идиот думал только о том, чтобы причинить ответную боль, не зная, каково было всё это время моей жене.

Любимая тяжело вздыхает, но больше не говорит ни слова. И до самого её дома мы едем молча.

В голове куча вопросов и задач: начиная от разборок с Колей и заканчивая установлением отцовства на детей.

По идее Марта должна была записать сыновей на меня, ведь мы всё ещё в браке. Но кто его знает, как поступила обиженная и разочарованная в любимом муже женщина.

Я останавливаю машину недалеко от подъезда и хочу на прощание если не поцеловать Марту, то хотя бы коснуться её. Сжать руку, ощутить тепло нежной кожи, но мне и этого не позволено.

Жена убегает, не прощаясь, а я ещё долго не завожу машину, которая продолжает стоять под окнами квартиры любимой женщины.

Вместо съёмной квартиры я еду в офис. Здесь у меня есть одно важное дело, которое никак нельзя оставлять до утра.

Хорошо, что сотрудники ещё не все разбежались по домам, и я могу попасть в здание без проблем. Иначе пришлось бы просить ключи у охраны, а после того, как Коля сменил в моей фирме весь персонал, доверия ни к кому нет.

Пока ищу нужные документы, думаю о том, что надо бы теперь, раз уж я больше не скрываю свою личность, вернуться в собственный дом. Раньше я не мог этого сделать, потому что вызвал бы подозрение со стороны окружающих, которые должны были думать, что я – ненастоящий Астахов.

Дурак, надо же было такое придумать. Сейчас самому смешно от той игры, которую вёл, вот только Марте было не до смеха.

И теперь я должен искупить свою вину любыми способами.

Ближе к ночи возвращаюсь домой, однако сплю плохо. Бесконечно анализирую и просчитываю свои дальнейшие действия, поэтому наутро чувствую себя отвратительно. Но всё равно собираюсь с силами, выпиваю пару чашек кофе и еду в офис.

Да-да, я еду работать.

Во-первых, хоть кто-то должен следить за делами фирмы. Марте сейчас не до этого, а зам оказался предателем, которого и близко к бизнесу подпускать нельзя.

Впрочем, Быстрыкин сам этого, кажется, не понимает…

Едва переступив порог офиса, спрашиваю у секретарши последние новости. И о, чудо, узнаю, что Николай на месте.

Какое, на хрен, у него тут место?

– А… м… Коля там… – лопочет девушка, нервно поправляя край короткого платья.

Смотрит на меня с неподдельным страхом, и это я ещё ничего такого не сказал, а только подумал.

Но видимо агрессия из меня так и прёт, что даже невооружённым взглядом понятно: не влезай! Убьёт!

Размашистым шагом иду в кабинет зама.

Нет, мне просто любопытно, что этот нахал тут забыл?

Открываю дверь, и та с грохотом ударяется о стену.

Картина масло просто, нечего сказать.

А я и не говорю, только прохожу неторопливо в кабинет, хлопая при этом в ладоши.

– А-андрей? – шумно сглатывает Быстрыкин.

Лицо опухшее, кое-где наклеены пластыри заботливыми сотрудниками скорой.

Вот это я его красиво отделал…

И мне было бы даже стыдно за свои действия, если бы не одно но: Коля заслужил.

Бросаю беглый взгляд на стол, заваленный документацией.

– Что, Коля, следы заметаешь? – подбородком киваю на кипу бумаг.

– Нет-нет, ты что, это не я… – несёт откровенный бред.

– Что не ты? – рычу, зло прищурившись.

Демонстративно снимаю пиджак и принимаюсь закатывать рукава рубашки, пугая избитого мной заместителя до полусмерти.

Коля бледнеет, отчего кровоподтёки на его лице приобретают синий оттенок, и зрелище получается жуткое, я вам скажу.

– То есть, это я, но не я… – продолжает веселить меня бывший друг.

– Прям как я совсем недавно, – бормочу себе под нос, вспоминая, как убеждал Марту в том, что я не её муж.

Испытываю сильный укол совести за то, что делал и говорил. Быстрыкин не довёл дело до конца, зато я чуть не разрушил всё собственными руками.

Впрочем, идеи, как добиться расположения жены, у меня есть. Теперь, когда мы оба знаем правду, я от неё ни за что не откажусь, пусть даже не надеется.

– Можешь не стараться, – небрежно бросаю Николаю, – всё, что было нужно, я уже нашёл. Вчера вечером.

– Как это нашёл? – Коля заторможено смотрит на меня одним глазом.

Второй заплыл настолько, что его и не видно толком.

– А вот так, – я развожу руки в разные стороны, и словно по команде в кабинет входят сотрудники следственных органов.

Коля обречённо вздыхает, но не сопротивляется, когда на него надевают наручники. Ну, хоть тут спокойно принимает поражение, не до конца теряя человеческий облик.

Если честно, то я даже рад, что Быстрыкин довёл фирму до ручки, иначе отомстить ему за подставу с Жанной было бы практически невозможно законными методами. А так у меня на руках есть козыри для того, чтобы Коля сполна получил за свои действия. Быть может, до бывшего друга дойдёт, что жить надо было своей жизнью, а не завидовать чужой.

Быстрыкин думал разрушить мою семью и построить счастье на этом пепелище, но не вышло.

Что же касается Жанны, то её жизнь и так наказала сполна, она сама выбрала свой путь. Конечно, я не знаю, быть может, ей нравится работать стриптизёршей в клубе, и бывшая одноклассница счастлива.

Но я в этом сильно сомневаюсь…