Глава девятнадцатая

Елена

Я проснулась, перевернулся на бок и вслепую вытянула руку, ища вокруг на тумбочке. Где мои очки?

— Ты что-то потеряла? — спросил знакомый мне голос, который вибрировал, прямо, у меня в спине.

Я резко выпрямилась, воспоминания нахлынули на меня. Миссия. Особняк. Мое новое лицо. Сергей Болконский.

Он стоял рядом с кроватью, завернутый в мягкий белый халат, оттеняющий его загар. Внутренние края этой сильной груди были видны через V-образный вырез спереди, и все, что мне хотелось сделать, это подбежать к нему и прижаться как кошка, засунув голову в его халат и уткнуться к этим твердым, теплым мышцам.

Боже, что со мной происходит?

— Мне нужно принять душ, — сказала я Сергею.

Я сделала все свои утренние процедуры, умылась, почистила зубы. Для меня тоже был халат, и я его надела, идя в столовую на завтрак. Я уставилась на безупречную белую скатерть и блестящие серебряные столовые приборы, на официанта, готового принять наши заказы. Мы можем заказать все, что захотим?! Моим обычным завтраком был кофе и энергетический батончик, который я ела за рабочим столом.

Сергей заказал яйца, бекон, колбасу и тосты. Я собралась сделать то же самое, когда поняла, что понятия не имею, что обычно ест Марина.

К моему облегчению, шеф-повар спросил.

— Вам как обычно, Марина Валерьевна?

Я кивнула, с облегчением.

— Да, пожалуйста.

Он моргнул и склонил голову набок, как будто мое слово, пожалуйста, было для него сюрпризом, а затем, поспешил прочь.

Официант принес Сергею газету — Краснодарские известия, он раскрыл ее и скрылся за ней. Газеты за завтраком, потрясающе. Я обожаю новости, и уже несколько дней не следила за ними.

Официант протянул мне глянцевый журнал мод.

Ой, Боже. Конечно.

Сергею принесли завтрак, тарелка, наполненная, как минимум, четырьмя яйцами, покачивающаяся стопка бекона, стопка толстых сосисок и полбуханки поджаренных тостов. У меня потекли слюнки.

Затем, официант поставил передо мной смузи. Не где-то, на столе, чтобы можно было протянуть руку, взять и выпить. Не-е-ет. Прямо там, где должна была быть тарелка. Это был мой завтрак.

И, оно было желтовато коричневым. Не ярко желто-оранжевым, из вкусных апельсинов и манго. А, скорее, смузи из моркови и тыквы.

Я посмотрела на официанта, думая, может быть, он надо мной издевается. Но он не улыбался. На самом деле он выглядел испуганным.

— Это, как вам нравится, Марина Валерьевна, — успокоил он меня.

Когда я просто посмотрела на него, он начал бледнеть, и мне пришлось быстро улыбнуться, чтобы он расслабился.

Боже, неужели весь персонал меня боялся?

Я сделала глоток. Боже, он был отвратительный, густой и мутный, и я почувствовала вкус моркови, тыквы, рыбьего жира и брокколи? Я посмотрела на официанта.

— Это прекрасно, спасибо, — выдавила я.

— Не знаю, как ты это пьешь, — пробормотал Сергей из-за газеты.

Мне хотелось покончить с этим, как можно быстрее, поэтому, я проглотила его и закончила свой завтрак, задолго до него. Я быстро поднялась по лестнице, ведущую в нашу спальню. Несмотря на выпитый букет витаминов, я отчаянно хотела быстрее почистить зубы, чтобы смыть вкус смузи.

Но, на втором этаже я остановилась. Кабинет Сергея находился тут. Я закусила губу. У меня все еще была миссия. И, я знала, что он будет в внизу, по крайней мере, несколько минут.

Следуй своим инстинктам. Они помогли тебе зайти так далеко.

По крайней мере, так я говорила себе. Но я была сильно напугана, что будет, если он меня поймает.

Я пробралась внутрь. Должно быть, изначально эта комната была спальней, потому что дверь вела из нее в небольшую ванную комнату. На стене был изображен Краснодарский край, с цветовой маркировкой городов и районов, указывающих на то, кто ими управляет. Прямо, посреди территории Сергея, виднелись четыре красных пятна, похожие на капли крови, показывающие, где, накануне вечером, Сова сделал поджог. Я нахмурилась. Почему Сова сделал это? Он не мог надеяться захватить эти районы, не говоря уже о том, чтобы удержать их. Сергей Болконский был слишком силен. Так, чего же Сова надеялся добиться, напугав, живших там, людей?

Я обыскала все ящики стола Сергея, но, они были пусты, и сам стол был пуст. Не было ни одного документа, только часы, ручка и канцелярский нож. Он, должно быть, каждую ночь все запирает в сейф.

Я прошла на цыпочках и взглянула на него. Все в доме было практически раритетным, кроме сейфа. Просто так в него не попасть. На нем своеобразный механизм, который без подходящей комбинации, явно, не открыть. Телефон у меня был в кармане халата, поэтому, я быстро сфотографировала дверь и отправила фото Виктору, возможно, он сможет помочь.

Потом, я услышала скрип лестницы.

Черт!

Я выбежала на площадку и повернула к следующему лестничному пролету, но, было уже слишком поздно. Сергей завернул за угол, и увидел меня.

Его настроение изменилось, в мгновение ока.

— Что ты делаешь? — резко спросил он.

Я сделала нерешительный шаг назад.

— Ничего! Иду наверх!

Он подошел ко мне и подозрительно нахмурился, глядя на дверь своего кабинета.

— Ты была там?

Я снова отступила.

— Нет! Конечно, нет!

Он сделал шаг ко мне. Думая, что за мной стена, я отпрянула назад. Но, моя спина ударилась о что-то гладкое и полированное, и когда я положила руку за спину, чтобы удержаться, она ударилась только о воздух. Я закричала и начала и переворачиваясь через перила.

Он схватил меня, за переднюю часть халата, и дернул вперед, спасая меня от падения. Он обнял меня, прижимая к себе. Я чувствовала, как колотится мое сердце от того, как близко я была от смерти, и я чувствовала, как колотится и его сердце от шока, ведь он чуть не потерял меня.

Когда он, мягко, оттолкнул меня назад, гнев на его лице испарился. Он не извинился, но, я видела вину в его глазах. В них появился защитный блеск, от которого у меня, внутри, все ослабело, и он схватил меня за запястья так, будто никогда не хотел меня отпускать.

— Не ходи в мой кабинет, — мягко сказал он. — Хорошо?

Я быстро кивнула. Я вся была на адреналине, поэтому не могла говорить.

Он исчез в своем кабинете и закрыл дверь, а я, на трясущихся ногах, поднялась по лестнице в нашу спальню. Если бы он закончил завтрак на несколько секунд раньше, если бы он увидел, как я фотографирую сейф. Я даже представить не могла, что могло произойти.

В спальне я выпила полный стакан воды и прислонилась к стене, пытаясь замедлить дыхание.

— Ты в порядке? — спросил мне на ухо голос Виктора.

Я села за туалетный столик, глядя на свое отражение в зеркале.

— Да, — солгала я ему.

В чем, я не хотела признаваться, даже себе, так это того, что в тот момент, когда он поймал меня, я не просто испугалась. Я чувствовала себя… виноватой. Всего, на мгновение, я почувствовал себя предателем из-за того, что предала его.

— Расскажите мне о Сове, — попросила я.

Пока мы разговаривали, я начала краситься.

— Сова, человек, с которым не многие бизнесмены хотят иметь дело. Много наркотиков. Оружие. Торговля людьми. В странах Восточной Европы, у него есть несколько публичных домов. Это не обычные публичные дома. Все женщины, которые работают там, это жертвы торговли людьми, и мужчины, они платят…

Виктор повидал много зла в свое время. Я знала, что это, должно быть, было что-то ужасное, раз ему так трудно рассказывать об этом.

— Они называют их клубами изнасилований, — выговорил он, наконец, его голос дрожал от гнева и отвращения.

— А теперь, он пытается расширить свой бизнес в России, — сказала я, напряженным голосом.

— Он хочет принести это сюда. Но, как он может надеяться сразиться с Сергеем?

Серафима вышла на связь.

— Елена, твоя миссия — Сергей, не Сова. Не ввязывайся в это.

Я закусила губу.

— Но, если бы вы видели, что сделал Сова. Он был рад сжечь семьи в их домах, просто, чтобы показать, что он может. Я чувствую, что он представляет реальную опасность. Сергей…, люди его уважают. Он защищает их. Эти два мужчины абсолютно разные.

— Все эти мужчины одинаковы, — резко, сказала Серафима. — Потом, более нежно. — Елена, очень важно, чтобы ты не привязалась к нему, и не втянула себя в конфликт Сергея с Совой.

Я покраснела. Неужели это то, что происходило? Мое суждение пошатнулось из-за того, что он мне нравился?

— Да, Серафима, — сказала я. Но, это все еще казалось неправильным.

Я рассказала им о сейфе, и они сказали, что покажут фотографию технической команде СОРП. Затем, я закончила макияж и сделала прическу. Постепенно, у меня это получалось быстрее, но, я также понимала, что намного легче выглядеть гламурно, когда у тебя нет работы, на которую нужно спешить каждое утро.

Погода изменилась. Ледяной ветер, прошлой ночи, утих, и день выдался светлым и ясным. Я надела бежевое трикотажное платье и серый кардиган, чтобы согреть плечи. Я больше не хотела рисковать и тайком искать доказательства, не сейчас. Поэтому, я решила исследовать остальную часть особняка. Но когда я открыла дверь спальни, чтобы выйти, Семен стоял за дверью с поднятой рукой намереваясь постучать.

Прежде чем, я успела его остановить, он втолкнул меня внутрь и ногой закрыл за собой дверь.

— Сергей в своем кабинете, — выдохнул он, его руки уже лежали на моей талии и скользили вверх. — У нас есть, как минимум, час.

Мои глаза расширились. Вот как они это делали? Прямо здесь, в нашей спальне, пока Сергей был внизу?! Это было чудо, что их так и не поймали!

Семен прижал меня к себе и повел меня спиной к кровати. Его руки тянули мое платье вверх.

— Нет, — сказала я ему в плечо, но он проигнорировал меня. — Нет! — сказала я громче.

Он остановился. Я освободилась из его объятий и отвернулась от него, тяжело дыша. Я отшатнулась, натягивая платье на место.

Он провел рукой по волосам, сердитый и обиженный.

— Что с тобой? Обычно ты…, — он покачал головой. — Ты наслаждаешься риском.

Я сглотнула.

— Больше нет.

Он покачал головой.

— Тогда, давай уедем вместе, отсюда. Уйди от него! Ты продолжаешь говорить, что, скоро, это случится. Когда?!

Я уставилась на него. Это было хуже, чем я думала. У Марины, не просто, был с ним роман, она планировала сбежать с ним.

— Теперь все по-другому, — вымолвила я. — Сергей…

— Он тебя не любит! Но, я тебя люблю, сильно! И, ты это прекрасно знаешь.

И, я видела по его печальным глазам, что это правда. Мне было ужасно жаль его, и я прекрасно понимала, как это произошло. Из всех охранников он был ближе всего к Сергею и Марине. Он был с ними каждый день, в течение нескольких месяцев. Он видел сексуальную девушку своего босса, видел, как она попала в ловушку отношений без любви, и хотел ее спасти. Мне, даже, стало немного жаль Марину. Возможно, я была с ней слишком строга. Может быть, изголодавшись по теплу и ласке, она влюбилась в Семена и задумала сбежать с ним, как только накопит от Сергея достаточно денег.

Я сделала глубокий вдох.

— Мне нужно подумать, — сказала я ему. — Просто, будь терпелив.

Я хотела было отступить, но, он схватил меня за плечо и притянул к себе. А потом, он наклонился и…Я затаила дыхание, когда он поцеловал меня. Он сильно отличался от Сергея, не было ни пьянящего прилива удовольствия, ни доминирующей, властной интенсивности. Но, каждое прикосновение его губ было наполнено любовью, это был медленный, сладкий поцелуй любовника, легкий, как бабочка, но наполненный тяжестью его чувств ко мне. Он зарылся руками в мои волосы, и это было так приятно, что на секунду я потерялась в этих чувствах. И, тогда, я, осторожно, оттолкнула его.

— Мне пора идти, — сказала я ему. И выбежала из спальни.

Я побежала вниз по лестнице, губы все еще пульсировали. Когда я проходила мимо двери кабинета Сергея, мои щеки вспыхнули, а грудь сжалась. Вина? Я сказала себе, что это бессмысленно. Я лгала Сергею, замышляя предать его. Какая разница, если я позволю другому мужчине поцеловать меня?

Но, именно так я себя чувствовала. Я знала, что не могу позволить Семену снова поцеловать меня.

Мне не хотелось вновь с ним столкнуться, поэтому, я поспешила покинуть заднюю часть особняка, туда, где еще не была. Когда я увидела вид, который открылся передо мной, я остановилась и с удивлением огляделась вокруг.

Много лет назад, кто-то посадил сад, соответствующий особняку. Здесь были цветочные клумбы, обсаженные деревьями дорожки, по которым могли прогуляться влюбленные, и стены из красного кирпича, которые разделяли сад и создавали тайные, тенистые места, где можно было посидеть на скамейке с книгой.

Но, хотя особняк поддерживался и модернизировался, саду, десятилетиями, не уделялось никакого внимания. Трава выросла по колено, и полевые цветы боролись с розами на клумбах. Деревья сильно разрослись, некоторые из них скручивались так, что невозможно было разглядеть, где заканчивается одно дерево и начинается другое. Три дерева упали, во время бури, и лежали на боку, покрываясь мхом. Некоторые стены рушились, а деревянные скамейки были, почти полностью, выбелены солнцем.

Это было безумно красиво. Солнце просачивалось сквозь деревья, бросая пятнистый свет на землю и бросая золотые лучи на старые солнечные часы и другие заброшенные сокровища. Листья, только что, завершили свой переход к красному и медному осеннему цвету, и легкий ветерок превратил их в волнующееся море ярких цветов. Я слышала пение птиц, высоко над головой, а над клумбами порхали яркие бабочки. А потом, как только, я двинулась вперед, кролик выскочил из кустов на тропинку, посмотрел на меня и спрыгнул в траву.

Я почувствовала, как внутри меня что-то сдавило, и слезы защипали в уголках моих глаз. Я, внезапно, почувствовала глубокую, сокрушительную боль, которая была внутри меня, с тех пор, как я покинула свой город, потребность, которую я выбрасывала из головы все эти годы.

Я побежала в сад и начала все исследовать. Когда я пробиралась через кусты, я почувствовала, как ветки зацепились за мое платье. Когда я карабкалась по бревнам, чулок порвался, зацепившись о грубую кору. Каблуки моих туфель глубоко погрузились в землю, блестящая кожа была испорчена навсегда.

Меня ничего из этого не волновало. Я была пьяна от окружающей меня красоты, тут были и птицы, и кролики, и ежи, и полевые мыши. Мне хотелось, чтобы у меня был с собой фотоаппарат. Я хотела, навсегда, запечатлеть эту красоту. Я, уже долгое время, не чувствовала себя такой счастливой.

Часы пролетели незаметно. Затем, я услышала, как что-то огромное грохотало в кустах позади меня.

— Марина?

Теперь, я уже привыкла к этому имени. Я обернулась и увидела, как он карабкается по упавшему, покрытому мхом стволу дерева.

— Что ты делаешь?

Его голос звучал, искренне, озадаченно.

— Один из охранников сказал, что видел, как ты вышла сюда, несколько часов назад.

Я с удивлением осмотрелась вокруг.

— Это потрясающе!

Он, в недоумении, огляделся вокруг.

— Что такое?

Я была так поражена этим местом, что забыла, что я должна быть Мариной.

— Оглянись! Все вокруг дико натурально, как будто, природа взяла верх!

Он покачал головой.

— Тут беспорядок.

Он потер щетину.

— Мы должны убрать все это. Убийца может использовать подлесок, чтобы подкрасться к дому.

Я уставилась на него.

— Ты все воспринимаешь как угрозу?

Он нахмурился, удивленный.

Я вздохнула и подошла к нему, ближе.

— Смотри! Просто посмотри…

Я медленно сделала круг, вокруг себя. Там было так много всего, что, я не могла выбрать что-то одно, чтобы показать ему.

— Это все удивительно!

Он нахмурился еще сильнее, раздраженный, и вырвал лист из моих волос. Но, он храбро повернул голову и посмотрел на деревья, цветы, бабочек, и ничего не произошло. Его глаза не загорелись. Он не видел. Что бы с ним ни случилось, это заставило его сузить свое мировоззрение до своей империи: деньги, союзники, враги и угрозы.

— Неужели, ты ни в чем не видишь красоту? — спросила я, в отчаянии глядя на него.

Он, медленно, повернул голову ко мне. Затем, он посмотрел мне в глаза. И, тогда, я увидела, как серый оттенок его начал мерцать и смягчатся, как, сквозь него проскальзывает крошечный след синего. Я сглотнула, чувствуя, как моя грудь становится легкой, ощущая беспомощное трепетание. И, чем дольше мы смотрели друг на друга, тем яснее становилась борьба в его глазах.

Мое дыхание сбилось. Он сделал шаг вперед, неуклюжий и запинающийся. Я увидела, как его руки дернулись. Настроение было совершенно иным, чем в аэропорту или внизу у лестницы. В нем была мягкость и романтика, все, что он отрицал. Он собирался меня поцеловать.

Он наклонился. Его палец поднял мой подбородок, запрокинув мою голову назад. Его губы коснулись моих.

А потом, он разорвал поцелуй, выпрямился и выругался себе под нос. На мгновение, он отвел от меня взгляд. Я была ошеломлена тем, что почувствовала. Я хотела, чтобы он это сделал. Боже, я действительно этого хотела. Теперь, я уже не могла этого отрицать. Я начинала испытывать к нему чувства и хотела, чтобы он испытывал их ко мне.

Неужели, я влюбляюсь в него? В того человека, кто является чистым злом? В того, кого я знаю, что предам?

Боже, мне нужно отсюда уйти, от него. Я развернулась и поплелась через заросли, направляясь к зданию, которое видела раньше, но, еще не успела исследовать.

Это была теплица, построенная, должно быть, одновременно с особняком. Кирпичи доходили только до уровня колен, а потом, все было из железа и оконных стекол. Зеленая краска отслаивалась с металла, а стекло было таким старым и мутным, что искажало внешний мир, словно зеркало в доме веселья. Внутри, я прошлась взад и вперед, мимо столов, заставленных древними, полуразрушенными цветочными горшками.

Помни, кто он! Он бы убил тебя, если бы узнал, кто ты на самом деле!

И тут, я увидела, как он идет за мной. Мутное стекло превратило его в огромную темную фигуру приближающегося монстра.

Он открыл деревянную дверь и какое-то время, просто, смотрел на меня. Он тяжело дышал от гнева, но, я чувствовала, что гнев не направлен на меня. Он злился на себя. Потому что, он почти позволил себе что-то почувствовать?

— Ты должна выйти оттуда, Марина, — сказал он мне. — Тут небезопасно.

Он взглянул на потолок.

— Здание очень старое. Стекло может выпасть из рамы.

Я осмотрелась вокруг. Металл крыши был ржавым и искаженным, а большая часть замазки, удерживающей стекло на месте, рассыпалась. Вероятно, все было довольно шатко. Я взглянула на него, и в моей груди внезапно потеплело. Он последовал за мной сюда, потому что волновался за меня. Я кивнула, и он придержал для меня дверь, пока я выходила. Он последовал за мной, обратно, в особняк, но, его тяжелые шаги никогда не приближались ближе, чем на два метра. Всю дорогу я чувствовала его взгляд на своей спине, и это было уже не просто желание, это было что-то более глубокое. Тоска, которая была настолько опасной, что ему пришлось сдержаться, чтобы она не захлестнула его полностью.

О, Боже, что мне делать? Я чувствовала, что мчусь к пропасти, из которой уже не выберусь.

Вернувшись в особняк, я поднялась наверх, в нашу спальню, и услышала, как Сергей за моей спиной повернул и вошел в свой кабинет. Затем, я приняла душ, и как только я вышла из ванны и села на кровать, телефон, который я положила, на прикроватную тумбочку, начал гудеть. Я в замешательстве взяла телефон Марины. Никаких будильников я не ставила. Не делала никаких напоминаний.

Но, она это сделала!

На экране появилось напоминание. Нужно встретиться с мамой, чтобы подарить ей подарок, на день рождения.

Мои глаза расширились. Господи! Я была так сосредоточена на отношениях Марины и Сергея, что даже не думала о том, что у нее есть семья или друзья. Мне удалось обмануть Сергея и Семена, но, как мне, черт возьми, обмануть маму Марины?

Напоминание пришло с указанием времени: полдень, то есть, через сорок минут, и места. ресторанный дворик модного торгового центра в Краснодаре. Проблема была в том, что я не могла прийти без подарка и понятия не имела, где Марина его оставила. Пока я искала, я рассказала все Виктору. Сначала, я обыскала гардеробную. Потом, ящики. Потом, мне пришло в голову, что подарок может быть чем-то небольшим, и Марина могла носить его в сумочке. Но все, что я там нашла, это деньги, косметику и разрешение на парковку в жилом комплексе, под названием «Славянка».

— Торговый центр находится в получасе езды, — сказал мне на ухо, Виктор. — Тебе нужно выезжать прямо сейчас.

Я просмотрела ящики Марины, во второй раз. Проверила под кроватью. Еще раз, порылась в ящиках, на этот раз, высыпая их на пол. Ничего. Куда она могла его положить?! Я снова побежала проверять под кроватью и ударила лодыжку об открытый ящик.

— Ты смотрела в шкафу? — услужливо, спросил Виктор.

— Да, я проверила шкаф! — рявкнула я, сжимая лодыжку от боли. Но, я снова побежала туда и…

На полу, в углу, лежало несколько стопок аккуратно сложенной зимней одежды. Что было странно, так это то, что для них было достаточно места на вешалках. Я подняла куртку с вершины стопки.

Там была коробка, завернутая в ярко-красную металлизированную бумагу и перевязанная серебряным бантом. На карточке, сверху, было написано «Мама». Марина положила подарок в самый угол, а затем, сложила вокруг и сверху одежду. Зачем прятать подарок на день рождения? Но, сейчас, это не имело значения.

Я надела джинсы, первый попавшийся бюстгальтер и рубашку. Мои кольца и браслеты всегда оставались на мне, но, я добавила ожерелье из лунного камня, которое свисало низко на V-образном вырезе рубашки. Я зачесала свои длинные волосы в высокий хвост, пропустив несколько прядей. Немного помады, и я была готова к встрече с мамой.

Я схватила подарок и побежала вниз.

Когда я спросила одного из охранников, отвезет ли он меня в город, он даже глазом не моргнул, судя по всему, Марина проводила большую часть времени в походах по магазинам. Через несколько минут, я уже был на заднем сиденье большого черного Мерседеса, мчавшегося в сторону центра Краснодара.

Я прибыла в торговый центр, за пять минут до встречи, и нашла фуд-корт. Но тут, у меня возникла новая проблема.

— Как я ее узнаю? — спросила я Виктора.

— Я работаю над этим, — сказал он. — Пытаюсь найти фотографию.

Я ходила взад и вперед, сжимая подарок, мое сердце колотилось, отчаянно ища кого-то, кто был бы похож на более пожилую версию Марины.

Как я собираюсь это сделать? Что, если она начнет говорить о семейных сплетнях или вещах из моего детства, о которых я понятия не имела?

— Уходи оттуда! — крикнул Виктор так громко, что у меня заболело ухо.

Я начала двигаться вперед.

— Что? Что происходит?

Я дошла до края фуд-корта и слилась с толпой покупателей.

— Говори, не молчи!

— Я нашел мать Марины, — запыхавшись, сказал Виктор. — Она умерла, три года назад.

Я побежала в туалет и заперлась в кабинке.

— Что, черт возьми, происходит? — спросила я, Виктора.

— Ну, очевидно, что Марина приезжала сюда не для того, чтобы встретиться со своей мамой. Должно быть, это поручение Сергея. Доставка?

Я секунду смотрела на красиво обернутый подарок. Затем, я села на крышку унитаза и открыла коробку. Вся коробка была заполнена стопками пятитысячных купюр. Я прокрутила в голове грубую математику.

— Здесь, должно быть, в районе пяти миллионов, — прошептала я.

Я слышала, как Виктор потирает щетину.

— Имеет смысл. Сергей знает, что СОРП наблюдает за ним, поэтому просит Марину перевозить наличку.

— Но, почему у Марины в календаре было отмечено встреча с мамой?

Несмотря на все происходящее, я услышала смех Виктора.

— Ты очаровательна. Ты думаешь, она будет носить с собой телефон, набитый всякими фразами вроде «Встреча за обедом с торговцем оружием» и «Заплатить взятку политику»?

Я покраснела. Я не создана для того, чтобы быть преступником. Затем, я проверила время.

— Сейчас полдень, — сказала я Виктору. — Мне нужно пойти на встречу.

— Что?! Нет!

Я услышала страх и тревогу в его голосе.

— Пять миллионов рублей? Намечается что-то крупное. Это может быть опасно!

Я встала. Мои ноги тряслись.

— Но, я здесь поэтому, не так ли? Чтобы найти что-то большое. Возможно, это то, что нам нужно, чтобы посадить Сергея.

— Ты, даже, не знаешь, с кем ты встречаешься, и как этот человек выглядит!

— Нам остается только надеяться, что они узнают меня.

Прежде чем, он успел возразить, я вышла из туалета и вернулась в фуд-корт. Я начала пробираться между столиками, всматриваясь в каждое лицо. Может ли он быть преступником? Будет ли он один или их будет несколько человек?

Я почувствовала, как чья-то рука схватила меня за запястье и потянула. Прежде чем я осознала, что происходит, я оказалась на сиденье и смотрела на стройного, темноволосого парня через стол.

— Господи, он же сказал, что это будет в подарочной упаковке, — сказал парень, кивнув на яркую упаковку. — Я не ожидал это.

Он забрал у меня подарок. И затем, прежде чем, я успела заговорить, он поднялся и пошел, проталкиваясь сквозь толпу.

— Он уходит! — шепнула я Виктору. — Я должна следовать за ним!

— Нет! Он поймет, что что-то не так. Я постараюсь зафиксировать его на камерах видеонаблюдения торгового центра.

Я слышала, как он отчаянно нажимал кнопки и звал на помощь.

— Черт! У нас нет агентов на парковке. Мы думали, ты просто знакомишься со своей мамой!

Я ждала, затаив дыхание. Затем: — Мы потеряли его.

Я рухнула, обратно, на свое место. Мы понятия не имели, кто этот парень, и за что ему, только что, заплатил Сергей Болконский. Мы, просто, знали, что происходит что-то важное, а это означало, что миссия приобретет новый смысл. Мне уже было недостаточно просто пассивно наблюдать. Мне нужно было выяснить, что планировал Сергей, чтобы мы могли это использовать, чтобы посадить его за решетку.

Как только, у меня появились чувства к нему, мне придется его предать.

Серафима хотела провести со мной и сотрудниками СОРП конференц-связь, поэтому, я пошла в единственное место, где, как я знала, могла побыть одна, в сад. Я сидела, на покрытом мхом, стволе дерева, где меня нашел Сергей, а я нашла нового друга.

Через несколько мгновений, после того, как я села, из высокой травы, словно миниатюрный тигр, появился самый большой и пушистый рыжий кот, которого я когда-либо видела. Всего через несколько мгновений, когда он осторожно уткнулся в мою руку, а затем, запрыгнул мне на колени. Это было хорошим прикрытием, если охранник издалека увидит, как я бормочу, он решит, что я разговариваю с котом. Кроме того, поглаживание кота помогало мне сохранять спокойствие, и мне это было нужно, потому что, чем больше я разговаривала со своими друзьями из СОРП, тем сильнее я чувствовала стресс.

— Елена, как думаешь, можно спросить Сергея, на что были деньги? — спросила Серафима в мой наушник.

Мое собственное имя прозвучало в моей голове, как эхо издалека, настолько слабое, что я едва могла его расслышать.

Я покачала головой, прежде чем вспомнила, что она этого не видит.

— Нет, это вызовет у него подозрения. Он мне ничего не говорит. Я никогда не должна была знать, что было в этой коробке, я просто должна была передать ее.

— Мы задали этот вопрос Марине, — сказал Виктор. — Неудивительно, но, она молчит.

Это сбило меня с толку, на секунду. Затем, все встало на место. Он говорил о настоящей Марине, той, что находится под стражей СОРП. Боже, я начала думать о себе, как о Марине. Реальность, все дальше и дальше, уходила от меня.

— Тебе придется попробовать выяснить все, — сказала Серафима. — Его ноутбук, там что-то должно быть.

Я замерла, и кот нахмурился. Я продолжила гладить его.

— Залезть в ноутбук невозможно. Его разблокировать можно только его кольцом, которое он не снимает.

Но, это не риск, что заставил меня напрячься.

Виктор заговорил.

— Я доверяю мнению Елены. Если она говорит, что это невозможно, так и есть.

Серафима замолчала. Я чувствовала, как она размышляет об этом, она не хотела подвергать меня опасности, но…

— Это лучший шанс, который у нас когда-либо был, — сказала она, наконец. — Может быть, это лучший шанс, который у нас когда-либо будет. Происходит что-то серьезное. Если мы выясним, для чего были эти деньги, выясним, когда эта сделка или событие произойдет, мы сможем поймать Сергея, с поличным. Если, ты не сможешь залезть в его ноутбук, то тебе придется попробовать открыть его сейф.

На этот раз, все мое тело напряглось.

— Сейф тоже невозможен. Он все время то приходит, то выходит из кабинета, если он увидит меня там…

Я вспомнила, как он огрызнулся на меня, когда поймал меня на лестничной площадке. И, как, он схватил меня, чтобы не дать мне упасть. Вина в его глазах, страх, что он чуть не потерял меня.

Я боялась, что меня поймают. Но, более того, какая-то упрямая, глупая часть меня не хотела его предавать.

Серафима вздохнула.

— Тогда, мы вернемся к ноутбуку. Тебе, просто, нужно найти способ.

— Марина?

Кот почувствовал, что я замерла, и спрыгнул с моих колен. Я вскочила и обернулась, чтобы увидеть идущего, ко мне, Сергея. Он был слишком далеко, чтобы что-либо услышать, но, это не остановило мою совесть почувствовать вину.

— Откуда пришло животное? — спросил он, глядя на кота.

— Я думаю, он живет в саду. Он очень дружелюбный, смотри.

Я присела на корточки и потянулась к мохнатому коту, который подозрительно на меня посмотрел своими черными глазами, все еще злясь на то, что я вскочила, а затем, начал тыкать своей мордочкой мне в руку. Однако, каждые несколько секунд он отрывался и, с опаской, смотрел на Сергея.

— Мне нравятся животные. Они не лгут о своих чувствах. Они только хотят есть, сражаться и размножаться. Если, ты им нравишься, они это покажут. Если, они этого не делают, они этого не делают. Они не играют в игры. Ну, кроме разве что кошек. Они бывают непростыми, — произнесла я, улыбаясь.

— Ага? Как бы ты назвала всех этих кошек? — спросил Сергей.

— Смерть, голод, чума, война и мистер Усы. Сергей, ты его пугаешь, — сказала я ему. — Опустись ниже, на колени.

Сергей моргнул, не уверенный, шучу ли я. Затем, он медленно присел на корточки рядом со мной. Он огляделся, вокруг, как будто никогда, раньше, не смотрел на мир, так низко. Затем, он посмотрел на кота, совершенно ошеломленный.

К счастью, кот знал, что делать. Он потерся своей мохнатой щекой о костяшки его пальцев… и одобрил. Он лизнул их и начал серьезно тереться о них. Сергей уставился на него.

Я затаила дыхание.

И, уголки его рта слегка дернулись. Казалось, он вспоминал, как улыбаться. На секунду, он выглядел счастливым и свободным.