Глава сорок первая
Елена
Прошло семь недель после происшествия в аэропорту, но мы оба все еще лечили травмы. Нам невероятно повезло. Дождь, из-за которого крыло самолета стало таким скользким, также спас нас при падении со взлетно-посадочной полосой.
Когда мы упали на асфальт, то, мы, скорее, скользили, чем царапались. Если бы это был сухой день, мы бы потеряли большую часть нашей кожи. Несмотря на это, мы сильно ударились о землю. Я сломала две кости лодыжки, и хромала на одну ногу. Сергей получил травмы похуже. Три сломанных ребра и вывих плеча, но больше всего пострадала рука. Когда он спасал меня, он уже был ранен выстрелом в руку, и напряжение навсегда повредило его мышцу. Он все еще мог водить машину, писать и поднимать меня, и физиотерапия помогала, но врачи предупредили, что он никогда не восстановит полную силу в этой руке.
Когда они рассказали нам об этом, я разрыдалась. Но, он просто положил палец мне под подбородок и поднял мою голову, чтобы посмотреть на меня.
— Наши слабости делают нас людьми, — сказал он мне.
И, я обняла его и прижала к себе. На восстановление слуха у меня ушло несколько часов, и прошли недели, прежде чем звон в ушах полностью исчез. Одним из первых вещей, которые я услышала, лежа на больничной койке, был разговор Виктора с Сергеем, который лежал на соседней кровати. Виктор что-то бормотал, и его силуэт на занавеске ссутулился от смущения. Мне пришлось сильно напрячься, чтобы услышать.
— Она особенная, — сказал Виктор Сергею. — Так что тебе лучше беречь ее и заботится о ней.
— Я буду, — ответил Сергей.
— И, меня не волнует, насколько ты чертовски силен, могуществен, как только я узнаю, что ты причинил ей боль, я…
— Я не причиню ей боль, — успокоил его Сергей.
Через несколько минут, Виктор ушел. Бедный Виктор. Я знала, что мы не подходим друг другу, но надеялась, что он скоро найдет кого-нибудь достойного. Ему нужен был кто-то столь же упрямый, как он, кто-то, кто мог бы прорваться сквозь все стены, которые он воздвиг, и помочь ему унять боль. Она была где-то там. По иронии судьбы, моя мама пришла навестить меня в больнице. После последнего курса лечения её здоровье стало намного лучше, и я долго разговаривала с ней по телефону, чтобы подготовить её к моему новому лицу. Когда она, наконец, увидела меня, мы обе сильно рыдали. Но, в конце концов, она фыркнула и отстранилась от меня, а затем покачала головой.
— Неважно, как ты выглядишь, моя дорогая, — твердо сказала она мне. — Ты все еще ты, моя доченька.
К моему изумлению, она сразу же приняла Сергея, назвав его джентльменом. Сначала, я волновалась, боялась, что она не поймет, кто он такой, что он за человек. Но, когда я объяснила, она отмахнулась от моих опасений.
— Он хороший человек? — она спросила.
— Да, мам, — ответила я с чувством.
— Тогда это все, что имеет значение.
Семен с разбитым сердцем дал показания против Марины. Без ее влияния, его лояльность снова перешла к Сергею, и он отказался отвечать на любые вопросы о своем работодателе.
Сергей ничего не сказал прямо, но, я знала, что это во многом помогло ему простить своего бывшего телохранителя. Тем временем. Марине предстояло отбывать длительный срок в федеральной тюрьме за заговор с целью убийства, покушение на убийство и обвинения в хранении и употреблении наркотиков, за которые мы ее впервые привлекли.
Благодаря тому, что Семен сотрудничал, его приговор был немного короче.
Наконец, большая победа СОРП заключалась в том, что арест убийцы прояснил целый ряд нераскрытых убийств. Особняк тоже немного изменился. Мы убрали беспорядок, который устроил ураган в саду, и восстановили теплицу. Однако, я настояла на том, чтобы сад оставался диким. Сергей перестал пытаться завоевать новые территории. Перемирие между бандами сохранится, и в регионе по-прежнему будет три короля, а не один. Так будет лучше. Если бы один человек обладал такой большой властью, это бы создавало возможность, такому человеку вроде Влада Совы захватить власть, и никто не смог бы его свергнуть. Лучше уж, пусть они втроем держат друг друга под контролем.
СОРП тоже предпочитало это. Теперь, когда Серафима увидела, как действует Сова, она поняла, что есть люди и похуже, которые могут занять место Сергея Болконского. Когда он заверил её, что остановит свою экспансию, предотвратит войну между бандами, это успокоило её еще больше, и к тому же, он спас ей жизнь. Конечно, официально она все еще пыталась его поймать.
Но, как она сказала нам: — Прямо сейчас мне нужно ловить рыбу покрупнее.
Дело было не только в том, что Влад Сова похитил меня или сжег здания в центре Краснодара. Он пытался манипулировать СОРП. Он хотел, чтобы СОРП сделало за него грязную работу. Уже одно это поставило его на первое место в списке самых разыскиваемых преступников, но, если добавить к этому покушение на главу СОРП, гнев ощущался вплоть до самых верхов.
Серафима дважды ездила на встречу с представителями Госдепартамента и самим президентом. Влад Сова залег на дно, но у меня было ощущение, что это только вопрос времени. Его скоро поймают, и он навсегда сядет в тюрьму.
Сергей предложил мне выйти за него замуж. Он очень хотел семью и новое поколение Болконских. Они вырастут в России, а не в Лондоне, и пойдут по тому пути, по которому захотят. Возможно, на Сергее закончится криминальная империя Болконских.
Но, наша семья будет продолжаться.