Глава 18

Эйран скрывается за дверью практически беcшумно, а я остаюсь в спальне, наблюдая за тем, как Рейштар мирно посапывает в своей гравилюльке.

Мне не хочется отрываться от сына ни на миг, словно мой мир разрушится, если я отойду хотя бы ненадолго.

Рейштар начинает кряхтеть, и я тут же беру его на руки. Он сразу замолкает, хмуря своё крошечное личико, и вертит головой, словно в поисках еды. Я сажусь в кресло, прижимая его к груди, и малыш принимается жадно и торопливо есть, словно боится, что еда исчезнет, если не поторопится.

Не могу оторвать взгляда от его тёмных волос и маленьких пальчиков, которые сжимаются в кулачки. Даже не верится.

Ещё несколько дней назад я была одна, никому не нужная сотрудница архивного отдела, беременная и напуганная. А теперь я сижу в доме генерала, кормлю его сына, и он там, в кабинете, строит планы нашей защиты.

Рэйштар наедается быстро, веки его тяжелеют, и вскоре он снова засыпает, безмятежный и довольный. Я укладываю его в люльку, укрываю одеялком и слышу, как внизу открывается дверь кабинета. Шаги Эйрана поднимаются по лестнице, и через несколько секунд он заходит в спальню.

— Ты проголодалась? — спрашивает он, и я замечаю, что он уже не выглядит таким напряжённым, как утром.

— Немного, — признаюсь я.

— Иди вниз, я приготовлю завтрак.

Я не решаюсь сделать и шагу, как мужчина быстро понимает в чём дело и подхватывает люльку одним лёгким движением.

— Прихвати подставку, — улыбается он и спускается уже с нашим ребёнком.

Внизу удобно устраивает его в гостиной, совмещённой с кухней и сам принимается готовить.

Эйран стоит у плиты, в одних штанах, без рубашки, и переворачивает что-то на сковороде. Свет падает на его широкие плечи, на мышцы спины, которые движутся под кожей при каждом движении. Я смотрю на него и не могу отвести взгляд.

— Садись, — говорит он, не оборачиваясь. — Сейчас будет готово.

Я сажусь за стол и снова удивляюсь тому, как он выглядит. Суровый генерал, опасный штар, который, наверное, уничтожал монстров в одиночку, стоит у плиты и жарит мне омлет с овощами. От этого зрелища у меня внутри всё переворачивается, и я чувствую, как щёки заливает румянец.

Он ставит передо мной тарелку, потом садится напротив со своей.

Я пробую, стараясь скрыть неуверенность, но это оказывается действительно вкусно. Так просто и по-домашнему. А я уже и не помню, когда кто-то готовил для меня.

— Спасибо, — шепчу едва слышно, но он кивает мне в ответ.

После завтрака Эйран убирает посуду, и я всё думаю о том, какой он разный. Сейчас, в этой простой бытовой заботе, он не похож на генерала. Он просто мужчина, который хочет, чтобы я была сыта и спокойна.

Через пол часа в дверь раздаётся едва уловимый звуковой сигнал, на который Рейштар даже не реагирует.

Я поправляю волосы и понимаю, что нервничаю. Кто бы это ни был, он придёт смотреть на меня и на Рэйштара.

— Проходи, — слышу я голос Эйрана.

В комнату входит высокий жилистый мужчина с коротко стриженными светлыми волосами и быстрыми, экономными движениями. Он оглядывает меня с ног до головы, но без любопытства, скорее оценивающе, как привык смотреть на всё, что попадает в поле его зрения.

— Та самая Алиана? — спрашивает он у Эйрана, протягивая мне руку. — Рад познакомиться. Кайан Дерен.

— Алиана Бонье, — отвечаю я, пожимая его ладонь.

— О-о-о, — он усмехается и кивает в сторону гравилюльки, где спит наш с Эйраном сын. — И маленький штар. Поздравляю, Эйран.

— Показывай, что нашёл, — перебивает Эйран, жестом приглашая Дерена к столу, где уже развёрнут голографический экран.

Дерен быстро подключает свой планшет, и перед нами появляются строки данных, таблицы, какие-то отметки. Он работает быстро, пальцы летают по сенсорной панели.

— Я проверил кадровую базу вашего сектора, — говорит он, выводя на экран первый документ. — Алиана Бонье не увольнялась. Никакого заявления не подавала. Но в официальных документах четыре месяца назад появилась отметка “выбыла по собственному желанию”.

— Кто вносил изменения? — Эйран старается разговаривать тихо, чтобы не разбудить сына, но всё-таки я чувствую, как его поле напрягается.

— Запись внесена с терминала отдела кадров, — Дарен увеличивает один из фрагментов. — Вход принадлежит начальнице отдела, но она утверждает, что ничего не знает, а она сама в тот момент была в отпуске.

Он нажимает на ещё одну кнопку, и перед нами появляется документ с синими штампами и подписью, который представляет собой тайный запрос на изучение “биологического образца” с отметкой “полукровка, возможный энергообменный генезис”.