Глава 15

Морис

По пути нам встретилась стражница. Мастер, благо, не счёл нужным к ней обратиться, девушка была занята. Ночная столица не спокойна, ищут девушку. Похоже, что знатного рода. По всем улочкам развешены факелы, светло почти так же как днём. Алые блики отплясывают на мостовой дикий танец, повинуясь летнему ветру.

Горят окна многих домов, привычной этому часу тишины нет и в помине. Кажется, нет ни одного закоулка, в котором не сновали бы люди. Бочки, чье предназначение хранить воду, подвалы, сараи и закоулки – преступницу ищут везде. Что же она совершила? Неужели убийство? Впервые вижу, чтобы в городе ночью было занято поиском столько людей. Может, не убийство, может, просто что-то стащила без спроса? Родовой артефакт или того хуже – чужого мужа?

Впрочем, сейчас мне до этого нет никакого дела, свою бы судьбу вывести в нужное русло. И заодно судьбы братьев. Если меня выкинут вон из нового дома, им о браке можно уже не мечтать. Кто посмотрит на мужчину из замаравшего себя рода? Никто. Так и будут прозябать без всякой надежды обрести собственную семью. Мастер идёт быстро, я за ним еле поспеваю, а все равно кажется, что мы попусту тратим время, вынуждая ждать женщину. Пытаюсь себя успокоить тем, что в точности выполнял наказ, но не выходит совсем. Да уж. Вот что значит, не задался день. Бывают же нормальные семьи! Отчего мне-то так не повезло?

Ресторан сияет единственным фонарём, у нас не принято привлекать внимание к общественным заведениям. Особым шиком считается, когда не висит даже вывеска. Ведь не она делает заведению славу, а то, что твориться под крышей. Споткнулся на широких ступенях, чуть не упал, хорошо, что мастер изловчился поддержать меня под руку. Иначе не миновать беды, явился бы в грязной одежде.

- Спасибо.

- Успокойся! Свою судьбу надо принимать честно. Лоб оботри, вспотел весь.

Спешим привести себя в подобающий вид, я отряхиваю пыль с сапог, благо при входе для этого любезно оставлена мягкая щетка. Наконец, спустя вечность, заходим. Большинство столов уже свободны, гости ушли. Супруга, завидя меня, встала. Щеки залиты нежным румянцем, взгляд прямой и острый. Дурной знак. Мастер решается подойти первым, я лишь волочусь за ним следом.

- Сиятельная, да пребудет ваш дом наполненным счастьем до самых краев и немножечко сверху, - лишь только кивнула молча, нахмурив тонкие бровки. Мастер, не дождавшись ответа на привычную фразу, решился продолжить, - Ваш супруг передал мне, что вы желаете продать эту чудесную вещь, - кивнула чуть отстраненно.

- Да, все верно. Что-то не так?

- Разве может быть хоть что-то не так, если на то воля жены? Кто я такой, чтобы ее обсуждать. Мое дело лишь усомниться. Дело в том, что я не получил от Мориса ни записки, ни магического разрешения на продажу. Это единственное, что подвигло меня осмелиться нарушить ваш отдых.

- Я, действительно, хочу ее продать. Цвет чуточку не удачный. Сливается с волосами.

- Быть может. Моя дорогая супруга давно мечтает о чем-то подобном. Разрешит ли вы мне купить эту вещь?

- Да, конечно, - чуть повела плечом. Вроде бы довольна? Хоть бы мне повезло, только бы не вышвырнула на улицу.

- Какую цену вы желаете получить? - смутилась? Да не может этого быть! Скорее, кокетничает.

- Я ещё не решила.

- Могу я предложить свою цену? Если она вас не устроит, вы ведь всегда сможете назначить другую.

- Предлагайте свою, - закусила губу. Нет, может и не выгонит, но наказание точно последует, это уже ясно как день.

- Полный кошель золота и мое собственное поместье у моря. Оно досталось мне до брака, и я распоряжаюсь им лично.

- Хорошо. Только на чем я туда доеду? Я ведь без маш... Без транспорта. Так получилось.

- Ваша цена – поместье, кошель золота и карета с четвериком?

- Согласна.

- Супруга, вы мною довольны? – решаюсь спросить в ответ на девичью искреннюю улыбку.

- Более чем, - словно кошка мурлыкнула. Неужели не сердится? Повезло! Просто чудо!

- Вы позволите мне забрать вещи из прошлого дома? Прошу.

- Заедем за ними на нашей новой карете. Кстати, ты умеешь ей рулить?

- Править?

- Угу, - растерянно кивнула.

- Разумеется, можете на меня положиться. Я обучался этому ради вас.

Вероника

Медленно дошли до машины. Дарий идёт осторожно, похоже, боится споткнуться. Надеюсь, он не умрет по дороге. Жизнь и свобода дочери для меня сейчас важнее всего. А он? Он, словно почуял мои темные мысли, ухмыльнулся и пошел гораздо быстрей, обошел машину, дождался, пока пиликнет сигнализация, и я поверну ключ в замке. С кнопки мою машинку не открыть, что-то опять заклинило.

- За рулём буду я.

- Я хотел открыть вам дверь.

- Садись и едем. Мне только нужно заглянуть домой, взять загранпаспорт. Это быстро.

- Как пожелаете.

Руки трясутся, как бы не въехать по пути во что-нибудь. То самое чувство, когда чуть схлынуло напряжение, все же Вера жива, и адреналин тоже закончился, ему на смену пришла усталость. Огромным усилием воли повторяю цепочку привычных движений. Вставить ключ в замок зажигания, крутануть его, пристегнуться, посмотреть по зеркалам. Медленно, как будто впервые, вывернуть руль. Ещё раз посмотреть в зеркало и только после этого выползти на проспект. Где та лихость, с которой я неслась сюда? Теперь о ней страшно даже подумать. Как я чуть не перевернулась вместе с машиной по пути к квартире Дениса? Сколько сантиметров меня тогда отделяло от поребрика? Десять. Нет, куда меньше. Вот же дура. Погибла бы ни за что, ни про что и никому бы уже не помогла! Денис. Точно! Его же сейчас полицейские допрашивают. Вот я дура! Так подставить его! Но шапка, она же откуда-то там взялась? Может, я её сама потеряла у него в машине? С ужасом понимаю, что могла. Не глядя, сунула в сумку на случай дождя и выронила. Мы с дочкой часто берём вещи друг дружки. Какая же я дура! И все же решаюсь спросить:

- Дарий, ты знаком с Денисом? Твоя мать могла к нему обратиться за помощью в похищении?

- Моя мать никогда бы не обратилась за помощью или за содействием к человеку. Я не знаю никого с таким именем.

- Ясно.

У меня ведь даже нет номера телефона того сержанта. Кому звонить, как расхлёбывать все? Ему позвонить? Похоже, это единственный выход. Не искать же номер отделения, будучи за рулём. Набрала, он даже взял трубку. Еле нашла в себе силы, чтоб извиниться и все объяснить. Полиция мне не поможет ничем, это ясно теперь. Разве что Интерпол. Но я даже примерно не представляю, как в него обратиться. Нет уж. Лучше буду действовать сама. Так надёжней. Наверное. Вырулила к парадной своего дома, аккуратно запарковалась. Белок так и сидит на лавке. Не то голубей кормит, не то выглядывает по сторонам возможную жертву, давно уже не преступник, но навык никуда не девался.

- Ушла?

- Благодаря вам.

- Наблюдения нет, но поторопись.

- Спасибо.

Не хотелось бы знать, кем он меня считает теперь, и какие пойдут слухи по двору нашего элитного дома. Все потом, сейчас и это не важно.

- Ты останешься ждать меня здесь или сможешь подняться в квартиру? Второй этаж, имей в виду, лифта нет.

- Я поднимусь. Если вы разрешаете.

- Только не умри по дороге.

- Веро́ника, я не совсем человек. У моей расы другая способность восстанавливаться.

- Дроу. Я помню, ты говорил мне тогда. Шутка зашла немного далеко, не находишь?

- Это не шутка.

Чистая парадная полна запахов. За каждой дверью готовят обед, ждут, когда все вернутся с работы, из школы. Верят, что дома за столом непременно соберётся вся семья. Тоска топит душу. Ничего, я прорвусь. Были бы силы и деньги. И того и другого, благо, хватает. Дарий печатает шаг по ступеням, украдкой хватаясь за перила. Поднимаемся целую вечность. Надо было оставить его у машины. Зачем взяла, не понимаю. Побоялась, наверное, что сбежит. Дверь только прикрыта, но зато опечатана, полицейские постарались. И на том спасибо, что не оставили нараспашку. Ни секунды не сомневаясь, сдергиваю бумагу и прохожу домой.

- Что нужно взять кроме заграна?

- Платье. Если у вас есть длинное и закрытое. У нас так принято носить людям. Такое найдется? Если нет, я куплю уже там, дома, любое, какое вы захотите. Об этом можно не беспокоиться. У вас очень красиво, я могу посетить комнату дочери? Вы покажете мне ее портрет?

- Где же ты был раньше со своими деньгами? Первый год мне не хватало даже на распашонки. Помнишь Колю? Он приносил те, из которых выросла его сестрёнка. Вера донашивала. Представляешь, у нее не было ни одной новой вещи! Ни одной! Я ничегошеньки не смогла купить ей нового! За весь первый год, - бросилась я искать документы по всем ящикам своего письменного стола.

- Я переправлял золото. Каждый год по одному тяжёлому слитку.

- Да, ладно! Мне-то хоть не ври! Я не получила ни копейки. Куда ты их слал?

- На тот адрес, что был указан тобой в бумагах. Я специально смотрел. Город Подольск, улица Кирова, дом шесть, квартира тысяча первая.

- Лжешь! Там живёт моя мать. Она бы сказала!

- Я отправлял при помощи сестры, Агаты. Она не могла обмануть.

- Врешь! Да где же он?! Куда я могла засунуть свой паспорт?!

- К сожалению, я не знаю и не лгу.

- Хочешь, я ей позвоню?! Моей матери? Вот прямо сейчас?

- Как вам будет угодно.

Повинуясь порыву, набрала номер, включила громкую связь, мало ли. Хоть мы и не общаемся особо уже много лет, вдруг да мать меня станет искать из-за внезапного отъезда? Не должна, но может.

- Алё? Вероника, это ты?

- Я. Скажи, где та гора золота, которую слал отец Веры? - спросила я, чуть не шутя. Мать на удивление смолкла.

- В банке. Я туда относила.

- Оно существует? Почему ты мне не сказала?!

- Зачем? Ты не спрашивала и не звонила. Сколько лет? Пять. Пока институт не закончила. Позвонила, только чтоб сообщить, что получила красный диплом. Все на месте. Я ничего не украла. Явишься - заберёшь.

- Мама?!

- Давно ты меня так не называла. Тебе нужны только деньги, я всегда это знала!

- Что ты несешь!

- Не смей со мной так разговаривать! Приедешь и заберёшь. Все! Я все сказала!

Бросила трубку. Золото. Целая гора золота прошла через ее руки, и мама молчала, когда мы с Верой так нуждались. За что? Почему?

- Мне жаль, что так получилось. Моя вина ужасна. Я полагал, что вы ладите.

- Ладили. Пока в моей жизни не случился ты! Мать меня выгнала вместе с пузом, чтоб только из соседей никто не увидел. Назвала арабской... Не важно. И никогда больше сама первая не позвонила. И черт с ней, пусть живут, как хотят, она и мой братец. Мне от них ничего не нужно. И золото я твое верну тебе же, видишь, не пригодилось.

- Веро́ника, у нас так принято. Муж обязан делать для своей жены все. Это золото твое по праву. И оно, и мой дом, и все остальное, что я смог заработать. Все, понимаешь? - от проникновенного голоса и непонятного взгляда стало больно. Он ведь, действительно думал, что у нас все хорошо, что мы обе ни в чем не нуждались. Заботился, как умел.

- Мне ничего не нужно. Только верни мне Веру. Где же тот паспорт!

- Вы это ищете? - жестом фокусника он достал заветную книжицу из груды вываленных бумаг.

- Это. Спасибо.

- Покажите мне ее портрет, умоляю, - сколько боли застыло в его синих глазах. Неужели, все то, что было сказано, правда? И Дарий нас, действительно, не бросал? Просто не смог к нам обеим вернуться все эти годы. Разве так бывает?

- За той дверью. Платье любое?

- Самое лёгкое. Там сейчас лето.

Значит, далеко. Другое полушарие нашего шарика. Хоть бы не простудилась моя красотка во время перелета. Наверное, чартером переправляют, если уж Дарий оказался настолько богат, значит, и у его матери денег хватает. Лучше б ей хватало ума. И совести.

Зло перетряхиваю свой гардероб. Нет у меня закрытых платьев. Есть только вечернее светлое, длинные складки плотного шёлка спадают от плеч и до самого пола. Красивая ткань, смелый вырез, чем-то оно напоминает римскую тогу. Декольте сколоть на брошку и будет нормально. Сбросила на пол дорогущий костюм, ловко нырнула в водоворот ткани, запуталась в нем, как всегда, еле вынырнула на поверхность. Вроде нормально? Наверное, да. Не на парад же мне, верно? Подходящая брошка нашлась в верхней шкатулке и, о чудо, с первого раза. Застегнула, на секунду взглянув на себя в напольное высокое зеркало. В таком виде только на праздник и, уж точно, не в самолёт.

- Я готова!

- Вы очень красивы, супруга.

- С ума сошел? Я заказываю такси, и мы едем в аэропорт. Билеты нужно заказывать? Бронировать?

- Нет. Мы никуда не летим.

- То есть? Я тебя не поняла. Дарий! Мне нужна моя дочь!

- Я сделаю все, что в моих силах. Полагаю, уже сегодня вы встретитесь с нашей дочерью, - отступил на полшага к окну.

- Мы летим чартером?

- Можно сказать и так. Дайте мне свою ладонь, супруга, если вы согласны и хотите перенестись ко мне на родину.

- Я не понимаю, что ты затеял, - вкладываю свою руку в его жилистую и немного холодную.

- Позвольте обнять вас, - проникновенный взгляд, которому сейчас не время и точно не место. Тот самый, который снился мне много лет.

- Сначала мы найдем Веру, все остальное будет потом, если будет.

- Как вы пожелаете, - снова потухли яркие искорки, что только начали разгораться вокруг зрачков. Искорки, по которым я столько скучала. И все же он меня обнял, резко прижал к себе, перекинул через лечо и зачем-то влез на подоконник.

- Отпусти! Дурак! Я жить хочу! У Веры кроме меня никого нет!

Звон стекла, мы падаем в пропасть, в воронку. Другие руки резко хватают меня за ногу, пытаются затянуть обратно. Ничего не вижу, прижатая к груди Дария. Мы снова падаем. Второй этаж. Я выживу. Обязательно выживу! Там газон, мне нужно спасти и вернуть мою дочь!

- Очешуеть! - сказала тьма голосом Дениса, - Мы где вообще?