Глава 2. Влада

Ноги меня едва слушаются, когда я выхожу на улицу. Запястья жжет, по позвоночнику течет жар от усталости. Солнце нещадно бьет в глаза, слепит. Морщусь, приложив ладонь ко лбу. Голова, кажется, сейчас взорвется. Столько мыслей роится, столько пережитого страха и боли от воспоминаний.

Все кончено. Из должницы я превратилась в кредитора. Могу поставить Карима и Заура на счетчик, чтобы с процентами вернули мне все, что отняли — мою прежнюю жизнь.

Во рту горько от привкуса такой тяжелой победы. Доставшейся паникой и унижениями. Удивительно, как я вообще выжила? Ведь в тот самый момент, когда я согласилась помочь Маринкиному отцу, я подписала контракт со смертью.

Как только фокусирую зрение, вижу Заура у машины. Скрестив руки на груди, сверлит меня взглядом. Не злым. Скорее виноватым, отчего самому тошно.

— Мы тебя отвезем, — слышу над ухом голос Карима.

— Дайте адрес. Сама доберусь, — отвечаю, не желая ни секунды находиться в компании этих уродов.

— В тачку. Живо, — шипит он, сжимая пальцы в кулак. В бешенстве от моего отказа, да теперь не в праве трогать меня. Никто не в праве.

— Я никуда с вами не поеду, — цежу сквозь зубы прямо в лицо этому упырю.

— Брат, оставь ее! — вмешивается Заур. — Эй, Ильдар! Отвези Ладу. С ним-то поедешь?

Уж лучше Ильдар. Меньшее из зол. Он же просто послушный пес. Машина с установками. Не по собственной воле меня к этим подонкам привез.

Ильдар открывает для меня дверь машины, и я с высоко поднятой головой прохожу мимо Карима и Заура. Все, мальчики, больше я не ваша рабыня. И никакие вы не альфа-самцы. Негодяи, привыкшие демонстрировать свою силу и власть над слабыми. Попробуйте теперь переубедить меня. Докажите, что стоите больше ломаного гроша. Исправьте то, что сломали. Залечите мою душу…

Не сможете. Бесчувственным мерзавцам это не под силу.

Сев в машину, пристегиваюсь и командую:

— Поехали.

Всю дорогу глотаю ком в горле, не веря, что я свободна. Условно, конечно, учитывая, как теперь все изменилось. Но больше ни одна тварь не принудит меня к рабству. Я больше никому ничего не должна. Никому, кроме себя. Себе я должна безоблачное будущее. И оно будет у меня. Я всего добьюсь. Я это заслужила.

Просторная студия, в которую меня вводит Ильдар, сверкает роскошью. Из помойки в шикарные апартаменты… Парни не поскупились. Вину загладить пытаются. Пусть. Глядишь, что-то и получится. Проклинать перестану.

На столике перед диваном несколько толстых белых конвертов. Заглядываю в один и вынимаю пачку хрустящих купюр. Из меня вырывается нервный смешок, заставивший Ильдара стушеваться.

— Что-нибудь нужно?

— Уйди, — отвечаю, не глядя на него.

— Заур велел приглядывать за тобой.

— Приглядывай по ту сторону двери, — бросаю смело.

— Если что-то понадобится…

— Иди! — рявкаю, швырнув конверт обратно на столик.

Потупившись в пол, Ильдар уходит. Я облегченно выдыхаю. Наконец-то могу расслабиться.

Рыскаю в комоде и шкафу. Нахожу постельное белье, полотенца, халаты. Других вещей нет. Зато денег куча. Капец блин!

Беру полотенце и халат и шлепаю в ванную. Кое-как стащив с себя грязное рваное шмотье, залезаю под душ. Моюсь долго, тщательно. Несколько раз вспениваю шампунь в волосах, кожу тру до скрипа.

Ладонью вытерев запотевшее зеркало, вижу круги под глазами. Я сильно похудела за последние две недели. Локти и колени в синяках. Ногти обломаны. Пальцы стерты и сбиты. Я еще долго буду приходить в себя, вздрагивая по ночам. Это неизбежно после пережитого кошмара.

Добравшись до кровати, просто отключаюсь. Никакого страха, никакой боли, никаких снов. Сплю как младенец, кайфуя каждой клеточкой тела. Позволив себе ни о чем не думать, не переживать, не бояться.

Просыпаюсь на закате. Хоть не совсем в бодром расположении духа, но хотя бы с ног не валюсь.

В животе урчит. От голода даже стакан с водой в руке удержать не могу. Пока пью, половину расплескиваю.

Телефона в квартире нет, а кушать хочется. Приходится обратиться к Ильдару.

— Пусть мне привезут поесть. И какую-нибудь одежду. — В уме прикидываю, насколько я похудела. — Сорок второго размера. И сорокового тоже. — Закрывая дверь, бурчу под нос: — Я теперь женщина богатая, могу себе позволить…

***

Через час два курьера вносят в квартиру дюжину больших пакетов. Продукты, готовую еду из крутого ресторана, напитки, средства гигиены, шмотки.

— Сколько с меня? — спрашиваю, по-царски сидя на диване.

— Все уже оплачено.

Достаю из конверта несколько бумажек и бросаю на край столика:

— Чаевые.

Судя по выражению их лиц, парни такие деньжища только в виде зарплаты видят. Переглядываются, но все-таки принимают щедрый дар. Наверное, теперь мой адрес у них будет на первом месте в списке любимых клиентов.

Сдернув с себя халат, влезаю в пижамную майку и шортики, собираю волосы в хвост и раскладываю на столике контейнеры с горячим ужином. Наливаю себе газировку, включаю телек и удобно устраиваюсь на диване.

Боже, это чудеснейший вечер! Просто сказка наяву. Я ем мраморную телятину, тающую во рту, а не чьи-то объедки. Я смотрю сериал о любви, а не на то, как за пустяк колошматят какого-нибудь бедолагу. Но по закону подлости даже в самый прекрасный день обязательно найдется мудак, который его испортит.

Сытая, довольная и полная сил, я собираюсь разобрать пакеты, когда меня тревожит дверной звонок. Поднимаясь с дивана, роняю пульт и случайно наступаю на него. Каналы быстро переключаются рябью, потом включается фильм для взрослых, где два качка с огромными членами долбят грудастую блонди, стонущую так, словно это ее лучший секс в жизни. Сначала у меня отвисает челюсть, потом смеюсь. Она хотя бы удовольствие получает от властности своих любовников. Пусть и на камеру. Пусть и за деньги.

Поднимаю пульт, чтобы выключить, пока Ильдар не вошел, не дозвонившись, но кнопки, зараза, заблокировались. Даже звук убавить не могу и выключить. Тыкаю — бесполезно.

Зарычав от злости, бросаюсь к кабелю, чтобы выдернуть вилку из розетки, но она где-то за тумбочкой — не подобраться. Тяну — без толку.

Дверной звонок продолжает разрываться.

— Да иду я! — психую, так и не выключив это безобразие.

Подхожу к двери, выглядываю в «глазок». Розы. Букетище белых пионовидных роз.

Вау! Верх оригинальности!

Открываю дверь.

— Ну и кто это передал? — всплескиваю руками.

Цветы опускаются. Мне азартно скалится фейс ненавистного Заура.

— Я сам принес. В качестве извинений, так сказать.

— Мило, — констатирую, захлопывая дверь перед его носом. Не успеваю закрыть, как он подставляет ногу.

До нас доносятся неуместные томные стоны порноактрисы. В глазах Заура загорается нездоровый блеск.

— Ты не одна, что ли? — спрашивает с ноткой больного восторга.

— Ага, шлюху пригласила, — фыркаю, все-таки впуская его в квартиру. — Телек глюканул. Выключить не могу. Поможешь? — прося об этом, через себя переступаю.

Но пусть лучше этот придурок во всем разберется, чем Ильдар. А то я тому бедному парню потом в глаза смотреть не смогу. Еще решит, что среди курьерских доставок резиновый дружок завалялся. Я же после плена только о мастурбации и думаю.

— Ух ты-ы-ы! Групповушка! — причмокивает Заур, входя в квартиру и оставляя цветы на столике. — А ты шалунья. Тоже так хочешь?

— Сплю и грежу, — огрызаюсь, скрестив руки на груди.

Он даже и не подумав выключить телек, приближается ко мне и, облизнувшись, чуть склоняет голову:

— Так может, попробуем?