Глава 4

После этой сцены в ванной мне больше всего хотелось собрать вещи и уехать. Но сюда мы добирались на машине Томаса. Вернуться обратно без него я не могла. А просить его отвезти меня… Господи, да я не была уверена, что снова не спутаю его с братом! Тем не менее, когда он вошел в спальню, где я рыдала, лежа на постели, я сразу поняла, что это – мой жених. Не знаю как, каким-то шестым чувством… – Детка, прости меня… Нужно было предупредить тебя сразу. Я всхлипнула и кивнула. Ответить хоть что-то просто не могла – горло словно сжал тугой обруч… – Рональд – просто идиот. Он часто подшучивал над моими девушками, притворяясь мной. Но врываться в душ, да еще и к моей невесте… До такого брат не опускался никогда. Я снова всхлипнула и посмотрела на него с обидой: – Ты мог хотя бы предупредить, что вы настолько похожи… Томас смущенно засмеялся: – Я просто не знал, как сказать тебе об этом… Тем более, что мы похожи только внешне. Несмотря на обиду, я фыркнула. Да уж… Представить себе Томаса, вот так вваливающегося в душ к незнакомой девушке… Нет, это просто нереально! А мой жених продолжал: – Если ты захочешь уехать – я все пойму… Отвезу тебя вечером обратно в город. Но, пожалуйста, дай Рональду еще один шанс. Он раскаивается. На самом деле, Ронни не такой уж плохой человек… Хоть и ведет себя часто просто как придурок. Я хотела отказаться. Хотела сказать, что хочу домой… И не вечером, прямо сейчас! Но смотрела в голубые глаза жениха и понимала: он действительно любит своего брата… И любит меня. Разве честно заставлять его выбирать между нами? Кивнула: – Хорошо…Но не обещаю, что смогу вот так сразу простить его. Томас с облегчением выдохнул: – Ну что ты! О таком я тебя даже и не прошу! Его губы мягко коснулись моих, и я не могла не ответить на этот поцелуй – как бы ни была на него обижена. На него просто невозможно было долго сердиться! Слава богу, большую часть дня я не видела Рональда. Мы снова встретились только за ужином, и я опять испытала шок. Все-таки, они были невероятно похожи! Только когда они сидели рядом напротив меня, я видела незначительные различия. Волосы Томаса были короче, черты лица немного мягче. И, в отличие от брата, он не хмурился: тот казался, жестким, чем-то недовольным… Словно не он оскорбил меня своим внезапным вторжением! Против собственной воли я вспомнила, как он прикасался ко мне в душе. Я же и тогда почувствовала разницу! Не зря мне показалось, что ласки более грубые, более настойчивые… От воспоминания по коже пошли мурашки. Я вспомнила и кое-что еще… То, что эта грубость понравилась мне. То, что я пожалела, что обычно Томас более осторожен и нежен! Покраснев, я отвела взгляд. Сделала вид, что меня очень интересует содержимое собственной тарелки – пусть на самом деле даже не чувствовала вкуса того, что ем. Но смотреть на это лицо, вспоминать, как его обрамляли влажные волосы, как эти чувственные губы кривились в усмешке, когда я поняла, что передо мной вовсе не мой жених… Стоп, Джулия! Хватит этих воспоминаний! Стараясь, чтоб голос звучал ровно, я проговорила: – Рональд, и чем вы занимаетесь? Он медлил с ответом. Так долго, что я не выдержала и бросила взгляд на его лицо. Поежилась: его глаза снова горели мрачным, жестоким огнем. – Мой брат художник. Томас заметно нервничал. Кажется, он во что бы то ни стало решил нас помирить… Вот только я не заметила, чтобы брат поддержал его решение. Он только лениво усмехнулся, снова заставив меня задрожать. – Неплохой художник. Его картины… – Томми, хватит. Ты же знаешь, что я этого не люблю. Боже, лучше бы он молчал! Тембр его голоса… Он был даже ниже, чем у брата. Бархатный, глубокий, с едва заметной хрипотцой. Опасный, заставляющий все внутри меня просто вибрировать… Я снова уткнулась в тарелку. – А вы, Джулия? Чем занимаетесь вы? Мне пришлось сделать глоток воды, прежде, чем ответить ему. Горло внезапно пересохло так, что я не могла выдавить ни слова. – Я дизайнер. Начинающий. – Но очень перспективный. Мне кажется, вы могли бы найти общий язык. Я подняла взгляд как раз в тот момент, когда Рональд повернулся к брату, но так и не смогла понять, что именно было в его взгляде. Гнев, ярость, боль… Почему? Что такого произошло между ними? Я даже забыла о собственных переживаниях. – Могли бы, братишка. Я тоже так думаю. Сколько ярости было в его словах! А Томас… Томас только покраснел и опустил глаза. Рональд отшвырнул приборы и резко встал: – Простите, но я забыл об одном важном деле. Деле? Какое у него может быть дело здесь, сейчас? Я недоуменно перевела взгляд с захлопнувшейся за Рональдом двери на его брата, но тот молча смотрел в тарелку, сжимая вилку так, что побелели костяшки пальцев. – Что это было? – Не переживай, Джулия. Все будет хорошо. Просто… Просто у нас довольно сложные отношения. После ужина он исчез. Я поняла, что братьям, скорее всего, нужно серьезно поговорить друг с другом, поэтому не стала искать Томаса. Хотела прогуляться, полюбоваться озером, но начавшийся дождь заставил меня вернуться. Пришлось вместо прогулки заняться осмотром коттеджа. Гостиную я уже видела – именно там мы сегодня ужинали. Огромная кухня потрясла меня и простором, и обилием посуды, кухонной техники, инвентаря… Но я никогда сильно не интересовалась готовкой, поэтому задерживаться в ней не стала. Как и в библиотеке, просторной, но довольно мрачной комнате, уставленной высокими полками с книгами. Некоторые из них, судя по потемневшим корешкам, были довольно старыми, я же предпочитала современные романы, и преимущественно – легких жанров. Заглянув в прекрасно оборудованный тренажерный зал и сауну, я поднялась на второй этаж. Там располагались спальни, и та, которую я делила с Томасом, и гостевая, где… Я поспешно оттолкнула от себя воспоминания о руках Рональда, нахально ласкающих мое тело, и прошла мимо этой двери. Тем более, что именно за ней раздавались возбужденные голоса братьев. Они все еще спорили… Следующие несколько комнат меня тоже не заинтересовали, а вот последняя… Последняя комната спальней не была – это стало понятно сразу, едва я переступила порог. Это была мастерская художника. Огромное панорамное окно во всю стену, по сторонам – прислоненные к другим стенам готовые картины. Прямо напротив окна – холст, накрытый белым полотном. Кисти, краски, палитры… Мастерская явно использовалась, причем прямо сейчас. Полюбовавшись великолепным видом на озеро, открывавшимся из окна, я подошла к картинам и с первого взгляда поняла: Томас был прав. Его брат действительно очень талантлив. Картины были просто великолепны… Настолько, что я не смогла удержаться. Подошла к холсту, откинула простыню, чтобы узнать, над чем работает Рональд сейчас… И обомлела. С холста смотрела я. С непослушными каштановыми кудряшками, легкой улыбкой, кокетливой и игривой… В платье, что было на мне в день знакомства с Томасом. – Что ты здесь делаешь? Я вздрогнула, повернувшись к дверям. На пороге стоял Рональд, сжимая кулаки. В глазах – по-прежнему ярость и боль. Я дрожащим пальцем показала на холст: – Что это? Откуда ты знаешь меня? Он усмехнулся: – Может, тебе лучше спросить об этом у моего братца? Когда он вернется, конечно. Я услышала звук отъезжающей машины и подбежала к окну. Черт возьми… Томас и в самом деле поехал куда-то, даже не предупредив об этом меня! Но я не собиралась ждать, мучаясь от неизвестности. Резко обернулась, каким-то шестым чувством поняв, что Рональд подошел и сейчас стоит у меня за плечом: – Что здесь происходит? Почему ты так зол на него? И что тебе, черт возьми, сделала я, если до сегодняшнего дня мы даже не виделись? Я прикусила губу, понимая, что сказала глупость. Он знал меня… Это было очевидно хотя бы по картине. Ладно лицо – в городе мы с Томасом не раз фотографировались. Его брат мог запросто увидеть снимок. Но платье… Тут я его точно не надевала. Так откуда?.. – Ошибаешься, малышка. Мы с тобой знакомы. И даже дольше, чем ты знакома с Томасом. Я попыталась припомнить весь свой отдых, но так и не сообразила, когда мы могли встретиться. Не могла я забыть такое лицо! Нет, тогда на пляже я впервые его увидела. Разве что… Догадка, забрезжившая передо мной, была слишком невероятна, но Рональд ухмыльнулся и кивнул: – Именно. Тогда на пляже ты встретила меня. А потом появился он… И увел тебя! Рональд в ярости ударил кулаком в стену – так, что я испугалась: он проломит ее, несмотря на толщину. А я… Я просто не знала, что сказать. В памяти тут же всплыли незначительные детали, на которые я сначала не обращала внимания. То, как Томас удивился, когда я подошла к нему на второй день знакомства. То, что встречались мы в основном наедине… Он даже на пляже старался выбрать место в стороне от других отдыхающих! Я-то думала, он понимает, что я не люблю, когда вокруг толпа людей… А на самом деле Томас прятал меня от своего брата! Поняла я и еще кое-что. Та внутренняя сила, та властность, которую я почувствовала при первой встрече… Меня покорили именно они. Потом мне не хватало этого. Открылись другие качества, за которые я полюбила своего жениха: нежность, заботливость, внимательность… Но сила и ярость исчезли, и я скучала по ним. Именно поэтому мне нравилось, когда во время секса он порой терял контроль над собой, становился более жестким, чем обычно… Именно поэтому я не могла не чувствовать возбуждения, вспоминая сцену в душе.