Джеймс

По размеру кровать скорее напоминала футбольное поле, но я отметила это лишь краем глаза.

Уложив меня на неё, Джей опустился сверху — не наваливаясь тяжело, но заставляя развести колени шире, чтобы обхватить его бедра.

Он с силой провёл ладонью по моим волосам, отводя их с лица, а потом поцеловал глубоко и откровенно.

Так, что весь окружающий мир куда-то провалился.

Так, будто ему давно хотелось это сделать.

Его язык ласкал мой, и я начинала задыхаться, но не хотела отрываться от него, поглаживала шею сзади.

Когда воздух закончился совсем, я едва ли не судорожно вдохнула его, торопясь продолжить, но на этот раз моими губами завладел Майкл.

Он склонился надо мной сбоку, не оттесняя, Коллинса. Приласкал кончиком языка уголок губ, легонько прикусил верхнюю. Немного отстранился, вынуждая инстинктивно потянуться следом, а потом поцеловал снова. А потом ещё раз, и ещё.

Я схватилась за его плечо, и только тогда он углубил поцелуй, сделал его горячим и требовательным.

Под таким напором я не могла даже толком ему ответить, — лишь принимать и подчиняться.

Джеймс тем временем приподнялся.

Окинув меня взглядом, под которым начало покалывать кожу, он провёл по моему телу раскрытыми ладонями, снимая трусики.

Горячая ладонь Майкла тут же накрыла мою промежность, прижалась так крепко, что я сдавленно охнула, вцепилась в его плечо крепче.

— Лежи смирно, — он тихо и немного пьяно засмеялся.

Его невозможно было ослушаться.

Глаза Джея блестели влажно и нетерпеливо.

Опираясь на кровать одним коленом, он медленно стянул с меня второй чулок, — последнее, что на мне оставалось, — и теперь смотрел на то, как двигается рука Майкла. Смещается ниже, потом обратно.

Я задохнулась снова от того, как это оказалось… головокружительно.

Джеймс наклонился, провёл по моей лодыжке губами до колена, и мышцы на его спине оказались очерчены так красиво.

Толком не успев полюбоваться, я закусила губу, потому что Майк, — теперь уже точно Майк, — начал ласкать меня пальцами.

Мучительно медленными круговыми движениями растирая самое чувствительное местечко, он не спешил касаться ниже, но и не позволял, забыв последний стыд, шире развести колени.

Я попросту не смогла бы это сделать, потому что теперь Джеймс неторопливо и горячо вылизывал мой живот, оставляя на коже влажные дорожки, рождая дрожь в каждой мышце.

Он снова сжал мою грудь, и секунду спустя Майкл накрыл губами второй мой сосок. Тут же немного отстранился, обводя его кончиком языка.

Меня выгнуло на постели, и я застонала в голос, потому что всего этого оказалось слишком много.

— Нравится? — Спирански спросил коротко, горячо и зло.

Его тихий голос прозвучал у самого моего уха, а ладонь Джея легла на внутреннюю сторону моего бедра.

Я не успела ни понять, ни ответить, потому что мгновение спустя его рука заменила руку Майкла. Он двигал ею жёстче и резче. Так, что я застонала снова, хватаясь за Майкла почти беспомощно.

Он снова ласкал мою грудь, — теперь уже неспешно, то легко поглаживая кончиками пальцев, то сжимая так крепко, что у меня прерывалось дыхание. Когда он склонился, чтобы в очередной раз обвести языком сосок, я провела губами по его предплечью, потому что мне хотелось к нему прикасаться.

Все противоречия, все вопросы о внутренней дисциплине я решила оставить на потом, потому что эти двое оказались лучше, чем мне представлялось на стадии планирования. Они в самом деле были сосредоточены только на мне, и эту ласку отчего-то хотелось вернуть. Чтобы после получить ее от них обратно — как в бесконечном круговороте…

Джеймс убрал руку, и я открыла глаза, потому что мне оставалось совсем немного.

Майкл будто и не заметил, опустился ниже, провел ладонью, а потом и губами вниз по моему животу.

Мне оказалось удобно обнять его, погладить вдоль позвоночника кончиками пальцев.

Его я бы тоже назвала красивым, но иначе, не так, как Джеймс. На Спирански налет цивилизации как будто был тоньше, и вопрос о том, когда он превратиться в настоящего зверя, оставался лишь вопросом времени.

Им можно и нужно было любоваться именно так — как прекрасным и диким животным, которое позволяет касаться себя, но в любую минуту может оттяпать руку.

Эта мысль стала последней связной для меня, потому что Джей молча, без спроса и предупреждений, широко развел мои колени, а мгновение спустя я задохнулась, отчаянно хватаясь за плечи Майкла, потому что почувствовала первое касание его языка. Пока совсем легкое, — он только пробовал, проверял мою реакцию.

Очередной мой тихий стон Майк поймал губами в быстром поцелуе.

— Скажи, ты ведь думала, что я первым это сделаю? Ты этого хотела, Тесса?

Менять имя во время операции я считала неоправданным риском, тем более, что оно у меня было не такое уж и редкое. Так глупо было бы проколоться, забыв, на что именно следует отзываться…

С этим никогда не было никаких проблем.

Никогда до этого момента, потому что в его исполнении оно прозвучало убийственно. Принесло ощущение полной беспомощности и открытости… почти что беззащитности.

Джей сжал мое бедро крепче, предупреждая, чтобы я не вздумала даже пытаться свести ноги, и его ласки стали настойчивее.

Он знал, что делал, и пользовался этими навыками на полную катушку.

Так просто было бы потеряться в этом. Забыться и просто наслаждаться, глотая раскаленный воздух, содрогаясь от каждой новой горячей волны, прокатывающейся по телу.

Было бы, если бы не Майкл.

Он ловил каждый мой вздох, кусал мои губы не больно, но так, что я сама тянулась за ним, потому что было мало.

Когда Джеймс сдвинулся ниже, и я замерла, не в силах даже вдохнуть, а он использовал этот момент, чтобы снова приласкать меня пальцами. На этот раз — чуть резче, вырывая очередной стон. Уже почти жалобный.

Когда Джей отстранился я, лишь молча наблюдала за тем, как он раскатывает по члену презерватив. Уверенным привычным жестом. Без бахвальства, но с видом человека, который действительно привык к тому, что изнывающая от нетерпения женщина ждёт его, не думая даже пытаться свести колени.

Перехватив за подбородок, Майкл заставил меня запрокинуть голову и сорвал ещё один поцелуй.

— Давай. Я на вас посмотрю.

— Уверен, что после тебе ещё что-то достанется? — Джеймс сверкнул красивой и по-настоящему приятной улыбкой.

Спирански коротко засмеялся в ответ, выражаю свою полную в том уверенность, а потом откинулся на подушку, заложил руки за голову, готовясь к предстоящему шоу.

Я не успела понять, что думаю по этому поводу, потому что Джей подтянул моё колено выше, и спустя мгновение вошёл в меня одним сильным движением.

Это действительно оказалось идеально.

Его тело, горячее и приятно тяжёлое, ощущалось так приятно.

Он поймал мой взгляд, посмотрел неожиданно, почти неуместно серьёзно, давая к себе привыкнуть, а потом начал двигаться.

И, черт бы его побрал, он действительно умел это делать. Не слишком быстро, не слишком жестко, но и без бестолковой осторожности. Он чутко прислушивался ко мне, сжимал мое бедро крепко, но не оставляя синяков своим захватом.

Очень быстро я забыла обо всем на свете, — почти обо всем, если не считать обжигающего взгляда наблюдающего за нами Майкла.

Ведомая необъяснимым для меня самой желанием впечатлить его и одновременно доставить Джеймсу такое же удовольствие, как он уже доставил мне, я крепко обхватила его ногами и подалась навстречу. Он тихо, но очень выразительно застонал, опустив голову мне на плечо, и замер на мгновение.

А потом начал двигаться снова, ловя общий со мной ритм, и очень скоро мир рассыпался для меня на миллион сверкающих искр.