Майкл

Мое тело звенело.

Посторгазменная дрожь еще не начала отступать, а ощущение полета и восхитительной легкости кружило голову.

Джеймс лежал рядом, такой же оглушенный и довольный. Неспешно, немного рассеянно водил губами по моему плечу.

Майкл поднялся первым.

Он сходил в гостиную и вернулся с бокалом шампанского, протянул его мне.

Пить в самом деле хотелось, и уже ничуть не стесняясь собственной наготы, я приподнялась, чтобы осушить его сразу наполовину.

На губах Спирански блуждала непонятная улыбка.

Он сидел на краю постели, и его член по-прежнему стоял — до того, чтобы разобраться с этим самостоятельно, глядя на нас, он не опустился, и намек был более чем прозрачным. Даже не намек, а требование.

Он молчал, но от очевидности его ожиданий у меня снова вспыхнуло лицо — то ли из-за снова накрывшего волной возбуждения, то ли от недовольства.

Он вел себя, так, будто я была не случайной любовницей на ночь, а принадлежала ему, — им обоим, — безраздельно.

Как будто он мог требовать чего-то.

Такую спесь не мешало сбить, и я устроилась удобнее, обхватила его ладонью у основания. Издевательски медленно провела выше, потом обратно, а потом еще раз и еще.

Отчего-то мне казалось, что ему нравится именно так — чтобы держали крепко, чтобы смотрели на него.

И я смотрела, уже со стороны поражаясь тому, что этот человек ухитрился сделать со мной.

В том, чтобы ласкать член мужчины, с которым проводишь ночь, не было ничего особенного. И все же я тянулась к нему, как загипнотизированная. Сама пропустила момент, когда принялась делать это уже двумя руками. Когда медленно, намеренно распаляя его до предела, обвела головку большим пальцем.

На этот раз замер Джеймс.

Он остался лежать за моей спиной, но я чувствовала кожей его взгляд — заинтересованный, обжигающий.

Как если бы он был настроен ласкать меня этой ночью, но не ожидал такого отклика ни для себя, ни для своего компаньона.

Да что уж там, я и сама не ожидала.

Дыхание Майкла сбилось, стало чаще.

Это значило, что я все делала правильно, но он не был бы собой, если бы сдался этому так просто.

Я даже не удивилась, когда его ладонь скользнула мне под волосы, пальцы сжались на затылке — не причиняя боли, но напоминая, кто тут хозяин положения.

— Сядь на него. Сама.

Это была не просьба и не предложение. Приказ.

«Да пошел ты к черту», — ответила бы я любому другому на его месте.

А ему посмотрела в глаза.

Темные, нехорошие.

Я не думала, что он окажется во мне так сразу, что чувствительность вернется так скоро, но тело отозвалось такой сладкой истомой и характерной дрожью.

Не отводя взгляда и почти не соображая, что делаю, я приподнялась.

Майкл тут же обхватил меня небрежным собственническим жестом, затянул к себе на колени, а после перекинул мои волосы на бок, открывая шею.

Мне оставалось только держаться за его плечи, потому что колени начали предательски дрожать, а его взгляд опустился ниже.

— Почему ты мне не отвечаешь, Тесса? Или ты всегда такая упрямая? Нужно заставить тебя кричать?

— Пошел к черту, — я все-таки выпалила это.

Сказала, глядя Майклу Спирански в лицо, и не просто осталась в живых после этого, а удобнее обхватила его за шею и опустилась на его член.

Дышать стало нечем.

Захлестнувший меня, — нас обоих, — жар выжег весь воздух, и мне осталось только беспомощно поймать его губами.

Майкл улыбнулся. Он дождался, чтобы я снова сфокусировалась на нем, и одарил наглой самодовольной усмешкой, прежде чем сжать мои бедра и буквально насадить на себя.

Еще раз, а потом еще и еще, пока я и правда не вскрикнула.

Добившись чего хотел, он обхватил меня за талию, вынуждая замереть и задыхаться, потому что его член оставался во мне полностью, и давил так сладко, так правильно.

— Ты все-таки умеешь быть послушной, да?

Он погладил меня по голове, но жест вышел немного судорожным, так много говорящим о нём.

Этот человек не только других, но и себя самого любил испытывать на прочность.

— Скажи что-нибудь, Тесса.

Во мне взыграло упрямство.

Так просто было бы отпустить себя окончательно, просто подчиниться ему. Признать себя его добычей.

Вместо этого я облизнула губы и повторила уже тише:

— Иди к чёрту.

Он засмеялся.

Спустя секунду я услышала, что Джей смеется вместе с ним.

Коллинс знал, чем чревата такая строптивость.

Знал лучше, чем я.

Майкл подался вперёд, прикусил мочку моего уха, нежно поцеловал в шею, и одновременно двинулся внутри.

Я вцепилась в него сильнее, обхватила затылок ладонью.

А потом он откинулся назад. Упёрся в матрас ладонями и кивнул мне снизу вверх.

— Давай. Сделай это сама.

В таком положении я фактически лишилась опоры. Так и осталась сидеть на его члене, абсолютно открытая его взгляду.

И он не замедлил воспользоваться этим, осмотрел меня, как будто оценил.

Как если бы прямо сейчас решал, что ещё может сделать со мной, чтобы заставить окончательно обезуметь.

Лицо горело так, что пекло даже под веками, а ведь я никогда не была стыдлива в постели.

Это всегда было… Просто.

Просто одежда мешала получать удовольствие, поэтому её следовало снимать.

Никаких лишних сантиментов, никакой неловкости оттого, что партнёр смотрит.

Сейчас, с ними, — с моими целями, — всё почему-то оказалось по-другому.

Мне казалось, что они оба видят меня насквозь, с каждым новым прикосновением или даже сорванным вздохом узнают обо мне нечто постыдное и тайное. Что-то такое, о чем не знала даже я сама.

Достаточно было просто попросить.

Сказать, что мне так неудобно, что я…

Я не стала додумывать эту мысль.

Вспомнила о том, как стонал Джеймс.

Кто сказал, что от Майкла нельзя было добиться того же?

Всё так же глядя ему в глаза, я двинулась на нём ещё раз, а потом ещё и ещё.

Увидела, как его пальцы сжали простынь.

Низ живота горел, и мне хотелось, чтобы это ощущение стало еще сильнее, но мы с ним были сделаны из одного теста.

Подавшись вперёд, я провела губами по подбородку Спирански, и тут же отстранилась. Приподнялась и тут же снова опустилась на него снова. Потом ещё раз.

На четвёртом движении он резво подался вперёд и стиснул мои бёдра так крепко, что на долю секунды я успела почти пожалеть.

Его глаза блестели.

— Держись.

Это снова был приказ, и его я выполнила беспрекословно. Вцепилась в его плечи и держалась, пока он насаживал меня на себя снова, снова и снова. До тех пор, пока мне не показалось, что я распадаюсь на части от второго оглушительного оргазма.