Часть 19 /Оливия Грин/

Тем временем Его Величество входил во вкус – поднял руки служанки над головой, прижав к стене, и продолжал играть с ее полной грудью. Девушка, уже не в силах, сдерживаться, постанывала, извивалась, подставлялась его рукам, а ноги ее сами расставились пошире.

- Ооо… - стонала она. – Ваше Величество…

- Какая ты податливая, - ухмылялся император, явно наслаждаясь игрой, правила которой с сомнением, но принял. – Может ты и не моя наложница, но ведешь себя достойно…

Оливия еле сдержалась, чтобы не спросить: «достойно кого? Портовой девки?» И не важно, что сейчас ее лапает не какой-нибудь забулдыга, а сам император Эрэнии. Но ведь он вполне мог иначе искать отгадку, задавать вопросы, просиьтиспонить какие-нибудь задания.

Но нет,  Его Величеству подавай эротические игры.

Что ж, она сама это задумала, придется держать лицо. К тому же, Оливия смущалась от собственных ощущений – ей почему-то приятно наблюдать. Точнее, не столько наблюдать, сколько испытывать эти ненормальные вкусовые галлюцинации. Опять этот сладко-персиковый привкус, причем растекается он не от рта, а откуда-то снизу.

Глупость полнейшая и ерунда. И когда она немного обживется в императорском дворце, обязательно сходит к лекарю, а еще – в библиотеку. Ей давно хотелось как следует заняться книгами, ведь в родном доме на это времени у нее почти не оставалось.

- О… Ваше… Величество… - постанывала служанка, потому что император уже опустил руку вниз и успел задрать ей юбки.  Пальцы правителя дразнили девушку где-то глубоко между ног, та извивалась и стонала, тяжело дыша и вскрикивая.

- Как мило, - мурчал император, Оливия слышала в его голосе хриплые нотки.

Совершенно естественно, что от таких забав правитель завелся, возбудился, а привкус сладкого персика стал еще сильнее.

- Да… Ваше… ооо… ааа… Величество…

- Можешь кричать, девочка, - разрешил император, - это ласкает мой слух.

Его рука задвигалась ритмичнее, служанка выгнулась, как дуга лука, голова запрокинулась, грудь колыхнулась, все ее тело содрогнулось так сильно, что она хрипло закричала:

- Дааа!.. Ааа… Аааа…

Потом император медленно отпустил ее руки и поддержал за плечи, потому что охваченная истомой служанка еле стояла на ногах и упала бы, если бы не императорская поддержка.

Девушку качало, она уже даже не обращая внимания на то, что ее грудь оголена, что она только что при всех испытала оргазм, что извивалась в руках правителя. Ее глаза закрывались, она в буквальном смысле валилась с ног.

- Об этой ночи ты будешь рассказывать внукам под большим секретом, - шепотом усмехнулся император Грегор де Кинг.

Потом сделал какой-то знак рукой, и вездесущий дворецкий возник прямо из стены.

- Будь добр, забери эту милую девушку. Дай ей прийти в себя, накорми, дай мошну золотых монет. Она чудесно справилась.

Самолично запахнув ей грудь, император передал сомлевшую девушку в руки дворецкого, и когда те удалились, обернулся к оставшимся.

- Итак, мои милые, - проговорил он с улыбкой, какая может быть только у уверенного и сильного правителя, - теперь здесь лишь пять девушек. Одна из вас Оливия Грин, моя наложница.

Он посмотрел на двух, что слева – одна за прялкой, другая с кувшином в руках. Оливии показалось, в серых глазах императора мелькнули задорные искры. Как же она угадала с этой игрой. Во всяком случае, если все пройдет по плану, она сможет получить его расположение, как сообразительной, находчивой и умной. А это ценные качества.

- У меня появилась идея, - произнес император, и Оливия уже приготовилась к чему-то совершенно развязному. – Хочу, чтоб вы двое друг другу сделали приятно.

Девушки переглянулись. Даже несмотря на маски по обеим видно – они ошарашены и смущены так, что у одной ад кувшин задрожал в руках.

На лице императора де Кинга играла задорная ухмылка, он сложил руки на груди и выжидающе смотрел на девушек. Те медлили.

- Ну, - подбодрил он их. – Смелее. Или вы готовы ослушаться приказа императора?

Девушек откровенно заколотило. Оливия сама ощутила озноб. Она стояла возле окна, сжимая пальцами подоконник, и во все глаза таращилась на происходящее.  В ее силах было сию минуту прекратить это представление, но каким-то внутренним чутьем она ощущала, что сейчас идет не просто игра, а борьба между ее ловкостью и императорской властью. И если второе итак непреложно, то первое еще нудно доказать.

Да, разумеется, если все выйдет из-под контроля, если Его Величество заиграется, ей придется прекратить представление, но пока все терпимо.

Во всяком случае, ей хотелось верить.

Девушки все дрожали, но все же медленно подошли друг к другу. Остановившись одна против другой, они застыли в таких нерешительности и смущении, что Оливия в буквальном смысле ощутила их кожей.

Наверное, обе совершенно невинны, как и первая девушка, которая смутилась от приближения императора. Вторая наверняка уже узнала близость мужчины - ее реакция была довольно смелой на ласки Его Величества. И пусть сама Оливия в фактическом смысле тоже еще девственница, но уже совсем не невинна.

Эти же двое буквально дрожали. Кажется, сама мысль о том, что им придется делать что-то интимное, да еще и на глазах у посторонних, приводила их в ужас.

Оливия снова закусила губу – император великолепный стратег, он знает, куда надавать и когда. Девушек ей травмировать тоже не хотелось, в конце концов, их первый сексуальный опыт должен быть с любимым человеком, с тем, кто будет их уважать и ценить. Этого заслуживает каждая девушка.

Они все стояли, не решаясь шевельнуться, Оливия уже приготовилась прервать представление – не важно, что подумает император, но она не станет ломать психику юных служанок.

Но к ее удивлению сказать ничего не успела – император заговорил сам.

- Вы можете идти, девушки, - произнес он с терпеливой усмешкой. – Ни одна из вас не является императорской наложницей. Вы обе слишком трясетесь от мысли, что вам придется выполнить мою просьбу. А это значит, вы абсолютно и бесповоротно невинны. Вероятно, вы никогда не видели обнаженного мужчину, а, возможно, и женщину. Кроме себя. Моя же наложница, хоть и с характером, но способна выполнить мои приказы, какими бы скандальными они не были.

Обе девушки радом выдохнули, причем так шумно, что Его Величество не сдержал смешка.

- Я не стану наказывать вас за неповиновение, - добавил он. – Девичья скромность девственницы весомый аргумент, чтобы не оголяться перед посторонними, пусть даже перед императором.

Пока Оливия оторопело смотрела в спины убегающим из покоев служанкам и думая, что император не только сильный, властный и сластолюбивый, но еще и справедливый, тот обернулся.

- Итак, - проговорил он, загадочно улыбаясь, - вас осталось всего двое.