Глава 15

– Куда ты меня тащишь? Дед сейчас начнет орать, что снова нас потерял, я уже устал слушать его крики. – Пошли, не бухти, я нашел путь к свободе. Никита заговорщицки подмигнул брату, оглянулся, прошел вдоль забора, который отделял участок от дороги, приоткрыл дверь гаража, но не основного, а чуть меньше. Там было прохладно и пыльно, солнце пробивалось лишь через ворота. – Ну и что это? – Я же говорю: путь к нашей свободе, а еще у меня внутри все скручивает от желания почувствовать скорость. У Макса было схожее желание, ломка, как у наркомана, по адреналину, что наполняет кровь от скорости и ветра, от звука шин и скрежета тормозов при крутых поворотах, уже началась. Спасали лишь милая сладко-ягодная соседка Вероничка и желание вновь почувствовать ее губы на своих, а ее узкое лоно – на своем члене. Ночь была странной, ничего подобного Максим Зорин за свои двадцать шесть лет не ощущал. Девушек было много, разных по внешности и по возрасту, по раскованности и доступности, но вот такой, как Ягодка, не было никогда. Может, это обстоятельства дали такой эффект? Случай с Савельевым, ссылка к деду, его замашки солдафона, мысли о том, что надо готовить байки, тренироваться… И тут эта белокурая нимфа с гладкой кожей, влажными и полными губами и стонами, режущими тишину ночи и нервы. Она так откровенно и красиво кончала, тело дрожало от желания, а Максима накрывало волной какого-то дикого оргазма. Опомнилась, убежала, а они еще долго с Никитой просто молчали, уже сидя на своем балконе, и курили. – Вот, смотри. В центре гаража что-то стояло, накрытое брезентом. Никита с силой дернул его на себя, поднимая пыль, откидывая его на бетонный пол. Под ним стояли два черных мотоцикла, не новые, где-то поцарапанные и пошорканные. – Вот это да! – Да, да! А я о чем говорил, я как увидел их утром, у меня чуть сердце не выпрыгнуло. – Это же наши байки, а дед врал, что сдал их на металлолом. Никита начал рассматривать свой, с красной полосой на бензобаке, Максим подошел к своему. Они были старенькие, больше тридцати лет, но отремонтированные, даже сейчас было видно, что дед их не забросил, начищенные, смазанные, даже с полными баками топлива. Они словно стояли и ждали своих хозяев все то время, что они не появлялись. – Никогда бы он их не сдал, это же раритет, можно сказать, история. – Максим обошел свой, погладил холодный металл и сиденье. – Ну что, ночью погоняем? Только нужно выбраться тихо, чтобы дед с Валерой не устроили панику и поисковую операцию. Возьмем Ягодку, увезем к озеру. Помнишь озеро? Максим посмотрел на брата, глаза горят, он сидит на байке, показывает, как они будут гонять. Тоже, как и он, соскучился по скорости, ветру и дороге. Позвать прокатиться Ягодку – идея хорошая, только вот согласится ли? – Хорошо, вечером, пока дед будет в бане, выкатим их в кусты, хорошо, что ключи на месте. – Круто! Я тогда к Ягодке. Никита бросился на выход, Максим остался. Брату нравится девчонка, он, как молодой дикий зверь, хочет быстрее завалить самочку, выплеснуть с ней свою энергию. Кит, в отличие от Макса, более открытый, но и у него есть тайны в душе, которые он даже ему не говорит. Иногда замыкается, молчит, в такое время к нему лучше не подходить, а пару раз Макс даже видел его агрессивным. Вышел из гаража, закрыл замок, спрятал ключ от него в карман шорт, обошел дом кругом с другой стороны, присматривая место, где можно спрятать байки. Дошел до того места, где ночью они втроем ловили оргазмы, огляделся по сторонам, а потом увидел два силуэта. Кит тискал Ягодку, задирал ей подол, целовал, что-то говорил. Макс подглядывал, и это не вызывало отвращения, он считал девчонку такой же своей, как и Ника. Чертовщина какая-то, ненормальность и извращение, но это тоже возбуждает и рвет нервы от желания. – Никита! Никита, где ты? Дед потерял внука, Кит быстро простился с Ягодкой, перескочив через кусты, оказался на лужайке с улыбкой во весь рот. Максиму тоже пришлось выйти из своего укрытия. – Где вас, мать вашу, носит? Работа стоит, а вы прохлаждаетесь! Николай Иванович оглядел парней, здоровые они, конечно, были, если что – и не справится с такими лосями, дури в них много. – Дед, я понял, почему ты такой нервный, у тебя женщины давно не было. Ну, я надеюсь, в твоем возрасте у тебя все там работает? А то как-то тогда до старости жить не хочется, если аппарат заглох. Зорин побагровел, обсуждать с внуками свою половую жизнь он не собирался, но заметил, как эти коты смотрят на соседку – как на банку со сметаной. Генриховна шкуру с него снимет живьем, если узнает, что соседские внуки попортили ее красавицу. – Ты чего, дед? Плохо, да? – Нормально мне, а вы того… Чтобы и думать не смели! – О чем? – О том самом, о чем Никита сейчас говорит. – Так о твоей половой жизни интересуется. – Макс подошел ближе. Дед как-то странно начал себя вести, задумался, потом вновь взорвался криком. – А давай мы вам свидание устроим! – С кем? – С твоей Любовью. – Никита сказал сладким голосом. – И не моя она! А ну, отставить разговоры! Прекратить отвлекаться от дела, взяли лопаты и пошли рыть ямы для столбов нового забора. Братья вздохнули, переглянулись: если они построят новый забор, что, по сути, было нетрудно, то дорога к Ягодке будет закрыта. Надо как можно дольше затягивать этот момент. – Нет, дед, жрать охота, мы и так рано встали, сил нет. К тому же там наша личная кухарка Валера что-то вкусное приготовил. Вот что бы ты делал без нас? Сам бы есть варил, а так, можно сказать, повезло, что мы приехали. Никита обнял за плечи Николая Ивановича, стал уводить в сторону дома. Макс улыбнулся, посмотрел на дом соседей, было слышно, как там открылись ворота, как завелась машина. Значит, дамы куда-то собрались. Можно пообедать, набраться сил, занять деда и Валеру, чтобы в полночь рвануть из дома на байках. Он сжал ключи от гаража в кармане, а в другом зазвонил телефон. – Алло. – Макс, как дела? – Хорошо. – Как Никита? – Позвони и спроси у него сам. Звонил отец – первый раз за несколько дней, выжидал время, он это умеет. – Я спрашиваю у тебя, потому что ты старший и отвечаешь не только за себя, но и за него. – Отец, не начинай. – Когда у тебя появится своя семья, ты это поймешь. И уже начнешь заботиться не только о себе, но и о других, а еще понимать, что нужно взяться за ум, не рисковать собой ради других. – Говори, что еще хотел. – Савельева вывели из комы, он пришел в сознание, его отец уже сыплет угрозами, но я знаю достаточно, чтобы оградить вас от больших неприятностей. – Дэн сам нашел себе неприятности, мы здесь ни при чем. – Ты снова за свое? Какой же ты упрямый. Чтобы сидели там тихо! И не нервируйте деда! И передай Никите, чтобы позвонил матери. Отец отключился, Максим сжал телефон, выругался – разговоры с ним никогда не заканчивались дружелюбно. О чем вообще он говорил? О какой семье? Максим вообще никогда не думал об этом, и даже если это случится, то это будет в другой его жизни. Но человек, как всегда, только предполагает, а кто-то свыше уже располагает. И будущая ночь изменит многое.