Глава 26

– Вероника, с тобой все в порядке? – Да, все хорошо. Почему ты спросил? – Ты меня не слушаешь, витаешь в своих облаках. Когда я приехал, ты спала, а до этого не отвечала на звонки и сообщения. Я подумал, с тобой что-то случилось. И мне кажется, ты совсем не рада меня видеть. Или это торт совсем не вкусный? – Аркадий, извини, торт очень вкусный, но тетушка говорит, что есть на ночь сладкое вредно для фигуры. Вероника улыбнулась как можно более открыто, на нее смотрели голубые глаза, но не такие, как у Максима и Никиты, совсем не такие. Их взгляды всегда прожигали, заставляли сердце биться чаще, зарождая огонь внутри. Аркадий смотрел внимательно, изучая мимику девушки, понимая, что с ней что-то происходит. С удовольствием разглядывал ее тонкие черты лица, пушистые ресницы, припухшие губы. На ней был тонкий свободный свитер с высоким воротом, волосы заплетены в косу, несколько прядей выбились и красиво обрамляли лицо. Что-то в ней изменилось, она стала другой, сексуальнее, что ли, более желанной. За почти год знакомства Аркадий не переставал желать эту девушку, но Веронику хотелось не просто взять быстро, насытиться и забыть. Хотелось смаковать, растягивать удовольствие, знать, что она только его. Тем самым он мучил сам себя, но от этого желание становилось еще острее, и это ему нравилось. – Ты очень красивая, я тебе говорил об этом? – Аркадий опустил свою ладонь на руку девушки, сжал ее тонкие пальчики. Вероника опустила глаза, замолчала, прислушиваясь к своим ощущениям. Она совсем ничего не чувствовала, было даже как-то неловко, что Аркадий так просто берет ее за руку, так быть не должно. Хотя совсем недавно и другие малознакомые молодые мужчины делали с ней все, что хотели, а она просила еще и не сопротивлялась. И это как бы было нормально. Что вообще с ней происходит? Что с ней не так? Тетушка правильно говорит, Аркадий хороший парень, из приличной семьи, нужно было к нему присмотреться, принять приглашение и сходить в кино или кафе. Но сейчас все изменилось, и Вероника сама не понимала, как быть и что делать. – Так что случилось с тобой, малышка? «Малышка» резануло, Вероника поморщилась, но тут же прогнала от себя дурные мысли. – Со мной все хорошо, а вот квартиру Любы вроде бы ограбили. Она вчера поздно вечером уехала, я не спала всю ночь, волновалась, переживала. Потом утром она вернулась за документами, я снова начала переживать, а после ее отъезда заснула. Да, Вероника действительно заснула, но не после отъезда тетушки, а после секса с Максимом. Она отдалась ему в ванной, как была, мокрая, а он брал, жадно целовал. Практически оторвав от пола, придерживая за ягодицы, насаживал на член, а потом они кончили одновременно. Максим, подхватив на руки, принес ее в комнату, уложил на кровать, накрыл. Сам ушел, а она заснула, проваливаясь в черную бездну, в голове не было ни одной мысли, а в теле плескалось удовольствие. Да, именно оно переполняло Веронику тогда. Из крепкого сна в реальность девушку вернул телефонный звонок. Ответила быстро, это могла быть тетя. Но, оказывается, звонил Аркадий, чтобы сообщить, что он уже едет к ней. Все было так не вовремя, ей хотелось остаться одной, подумать, но и этого делать не давали, вот теперь Аркадий решил приехать, хотя она сама звала. – Любовь Генриховну действительно ограбили? Что она говорит? – Я не знаю, она еще не звонила, а я как-то боюсь ее тревожить. С ней поехал сосед, бывший военный, я думаю, поможет. Дверь веранды была открыта, на крыльце топталась курица, около нее сидел Бублик. Молодые люди пили чай с привезенным Аркадием тортом, освещаемые лишь тусклой лампочкой старинного абажура над столом. Вроде бы ничто не предвещало беды, но Веронику смущало то, что Аркадий приехал вечером, а значит, его придется оставить в доме на ночь, постелить в гостиной. – Я совсем забыла спросить, как твой брат? Надеюсь, он уже пошел на поправку? – С братом, да, все хорошо, он пришел в сознание, жизненно важные органы не задеты, так, пара трещин на ребрах и сотрясение. Младший брат Денис в семье Савельевых был общей головной болью. Наверное, только Аркадий понимал, что нужно учиться, чтоб чего-то достичь. Поэтому и поступил в медицинский университет, конечно, не без протекции отца, но все-таки учился на пластического хирурга. По окончании отец обещал ему частную клинику, а перед этим стажировку в лучшем центре Европы, что немаловажно. У Аркадия были далекоидущие планы, и в них даже входила Вероника, а это уже честь. Молодой человек четко видел свое будущее, в отличие от младшего брата, который прожигал жизнь и зарывался. Со сводными братьями Зориным и Лариным, скорее всего, все вышло именно так: Дэн стал выпендриваться, спорить на деньги, что его тачка самая быстрая, поэтому сейчас и валяется в больнице. Но это все равно не дает им права остаться безнаказанными. – Ты такая красивая, я говорил? – Да, ты говорил. Аркадий сильнее сжал пальцы девушки, придвинулся, он хотел поцеловать ее, так внезапно накатило возбуждение. Но в тот момент, когда Вероника хотела высвободить руку, раздался громкий голос: – Я не понял, что здесь у вас за чаепитие? Это что за козлина, Ягодка? Никита решил зайти через дверь, дед уехал в город с Любой и пока еще не вернулся, Макса носит неизвестно где, а он проспал пять часов, как после марафона. И то, что он увидел, когда пришел к Ягодке, привело в ярость. – Я вопрос задал, кто ты такой и какого хрена здесь делаешь? Никита сжал кулаки, подошел ближе, уперся ими в стол, разглядывая соперника. Рожа показалась знакомой, но вдаваться в воспоминания Кит не стал, а спросил. – Никита, успокойся, это Аркадий, мы учимся в одном университете, он мой хороший знакомый. Никита, прекрати! Никита! Выражение «хороший знакомый» Ларину не понравилось. Даже было неинтересно слушать, что он скажет, этот знакомый, хотя он молчал. Никита резко перегнулся вперед, ухватив «хорошего знакомого», и вполсилы приложил его лицом в тарелку с тортом. – Я тебя спрашиваю, ты кто такой, блядь? – Никита держал за шею Аркадия, а тот не оказывал никакого сопротивления, лишь крепче сжал челюсти, тяжело дыша через нос, раздувая ноздри. – Никита, успокойся, отпусти его! Никита! – Вероника с ужасом смотрела на Никиту и не знала, что делать, а он ее не замечал, лишь со злобой смотрел на Аркадия. – Кит! Что происходит? – Грозный рык Макса остановил неоправданное насилие. Зорин стоял в дверях, кожаная куртка надета на голое тело, в руках мотоциклетный шлем. Он сразу заметил незнакомую дорогую тачку возле дома Вероники, напрягся, но поспешных выводов делать не стал, а вот брат сделал. И сейчас он прижимал какого-то бедолагу мордой в стол. – Захожу, а этот здесь чаи гоняет и лапает Ягодку. – Никита, отпусти его! Отпусти, кому говорю, и выметайся из моего дома! Оба выметайтесь! Реакции не последовало никакой. Мало того что эти наглые парни залезают к ней в окно, делают что хотят, так теперь избивают ее гостей! – Вероника, ты чего? Я ведь просто спросил, кто он такой! Эй, ты кто и что здесь делаешь? Аркадия отпустили, он выпрямился, встал, убрал с лица шоколадный крем, посмотрел на девушку, на братьев. Да, он узнал их, и было чистой неожиданностью встретить их здесь. Вот же обрадуются журналисты, узнав, где прячутся от рук правосудия сынки богатенького папочки. Только вот интересно, что их связывает с Вероникой. Но с этим Аркадий еще разберется.