Глава 23

Вера В утренней пробке малышки капризничают. Не хотят идти в новый сад, просятся ко мне на работу. – Нет и нет! Вы что вчера устроили? Скажите спасибо, что ваши горлышки выдержали атаку мороженым и молочным коктейлем! – говорю девчонкам, глядя в зеркало заднего вида. Они жмутся на сиденье, поправляя ремни безопасности. – Мамочка, ну пожалуйста! А если там будет плохая воспитательница? Мы хотим быть с тобой! – ноет Маруся. – Мама, мороженое уронили не мы, – вздыхает Ариша. – Воспитатели там хорошие. Ведите себя прилично, – твержу одну и ту же фразу, надеясь достучаться до сознания малышек. Возвращаюсь мысленно в события вчерашнего, безумного вечера. Максим поступил просто ужасно. Нарочно он это сделал или нет, но мог бы сказать сразу. Не дожидаться, пока разъяренная помощница депутата поставит меня на счетчик из-за испорченных брюк. В пробке время тянется. Сегодня солнце еще ярче. Жара с самого утра одолела. А я ощущаю устойчивое отторжение от яркого света, льющегося через лобовое в салон. Зеваю, прикрывая рот ладонью, а мои крошки с заднего сиденья смотрят на меня. Телефон приводит меня в чувства, девочки тут же отвлекаются от дорожных «картинок» за окном. Ушки на макушке и все внимание на мой мобильный. – Это дядя Сережа звонит? – спрашивает Маруся, у которой любопытности побольше, чем у сестры. – Мама, он что, твой жених? – вскидывает брови тут же Ариша. – Нет, он мой друг. Я уже вам тысячу раз говорила. Прикладываю палец к губам, прошу девочек вести себя тише. Выглянув в окно и затянув глоток горячего воздуха, поднимаю трубку. – Вера, привет, родная. Ты занята? – мягко, как обычно говорит Сергей. – Привет, Сереж. Я сейчас за рулем. Везу Арину и Марусю в новый садик. – А как же няня? Ты мне вроде говорила, что у вас появилась няня, – также спокойно продолжает, будто пытаясь ретироваться Сережа. – Няню мы вчера уволили благодаря моему брату. – Понятно. Я сегодня приезжаю. Хотел увидеться с тобой. Можем взять девчонок и сходить куда-нибудь. Но сначала я хочу увидеться с тобой. Нам нужно поговорить, Вера. Мягкий тембр успокаивает и навевает грустные воспоминания. Наше общение с Сергеем после того, как я сообщила ему о беременности, сошло на нет по независящим от нас причинам. Сергей мне помогал, нашел жилье и был рядом. Но обманывать по совету мамы и женить обманом его на себе, я не захотела. В один из наших вечеров мне стало плохо прямо в его присутствии. Сережа доктор, сразу понял, что дело не в банальном отравлении или нервах. – Вера, ты беременна? – спросил он прямо. Отношения у нас тогда ограничивались поцелуями. Я призналась, что жду не просто ребенка, а двойняшек от того, с кем у меня была короткая, но яркая и болезненная связь. Я любила Марата, несмотря на то, что между нами все было мимолетно и прошло внезапно. К Сереже чувства были иные. Но я понимала, что к двойне от чужого мужчины он был не готов. И не обязывала его ничем. Спустя два месяца с момента нашего знакомства в больнице, ему предложили поехать в штаты на стажировку. Профессор Макаров, учитель Сережи, вызвал к себе ученика и предложил ему остаться работать. Сережа согласился нехотя. Спустя почти пять лет, он вернулся, но в маленьком Успенске места ему уже было мало. Коллеги неохотно приняли его. С подачи Макарова, Сергей стал работать в столице в весьма солидном медицинском центре. И живет теперь на два дома. Мы с ним сохранили хорошие отношения. Но грань от дружбы к любви – так и осталась стеной между нами. – Сереж, я не знаю, о чем мы можем поговорить, – улыбнулась ему в трубку. – Приезжай, я буду весь день на работе. В кафе у нас очередной завал. Ждем приезда хозяина. Как-то так… Я прерываю рассказ. Собственно, рассказывать мне нечего. Рутина, дом, дети – вот и вся моя жизнь. Надежд Сережи на брак и семью я не оправдала. Он приглашал переехать, но тогда болел мой отец. Бросить маму я не смогла. Но это была скорее официальная причина. Поездка с двумя малышками в чужую страну была для меня тогда нереальным испытанием. Он женился на своей коллеге, но также быстро его брак распался… Сережа говорит, что обязательно приедет в обеденный перерыв. – Вер, я хочу попробовать начать все сначала. Его фраза заставляет всерьез нервничать. Не знаю, готова ли я перейти грань нашей дружбы совсем? – Сереж, давай ты приедешь, и мы поговорим, – останавливаю его. Вереница машин трогается, медленно ползет по кольцевой. А мышки на заднем сиденье притихли и смотрят во все свои большие глаза на меня. – Мама, а дядя Сережа тебя любит? – снова выдает очередной перл Ариша. – Не знаю. Почему вы подслушиваете взрослые разговоры? – хмурю брови и строго смотрю на них. – А где наш папа? – хором спрашивают крохи. Этот вопрос выбивает из колеи. Я готова бросить руль и разрыдаться! Вчера я увидела его и снова сдалась. Всю ночь листала ленту его социальных сетей. Рассматривала фото Марата. Их не много к слову. Он красивый, но далеко не позер. Марат Эминович никогда не любил афишировать свою жизнь. Фактов и сведений о самом личном очень мало в сети. В поисках ответа о цели приезда Шагаева, я пересмотрела то самое интервью с милой корреспондентом. И обомлела. Шагаев вернулся сюда не просто так. Фирма, в которой я раньше работала, теперь серьезно занимается строительством. Элитные высотки в столице, самые дорогие и красивые архитектурные ульи из стекла и бетона – принадлежат ему, отцу моих дочерей. Шагаев-старший оставил бразды правления и передал все сыну, но надолго ли? Зная Эмина, думаю, вряд ли. Его железная рука не оставит богатство и личную империю. В нашем Успенске идет масштабная стройка фирмы «АльянсИнвест», основатель которой Эмин Алимович, мой самый страшный кошмар! – Девочки, мы уже говорили об этом. Папа уехал, он работает далеко, и мы с ним расстались еще до вашего рождения, – наконец говорю малышкам. Крохи заметно грустят на заднем сиденье. Как я могу рассказать им правду? Как могу врать, что папа полярник, космонавт? – У всех есть папы. А у нас – нет, – тяжело вздыхает Арина. Боль засела под ребрами, а теперь будто снова ковырнули. Всячески пытаюсь прогнать их печаль, а сама ревела всю ночь. Поэтому свет солнца слепит и раздражает глаза, покрытые красной паутинкой капилляров от бессонной ночи и слез. – Ты из-за него плакала сегодня ночью? – говорит Маруся жалобно. – Так! А вы почему ночью не спите? Кто в садике сегодня будет капризным и сонным? – краснею моментально. – Мы хотим к тебе на работу! – хнычут стрекозы. – Нет и нет! – опять возвращаюсь к началу нашего разговора. С небольшой кольцевой плавно въезжаем в центр. Всего десять минут, как мы вырвались из пробки, и вот перед нами большой, красивый, новенький сад «Березка». – Желтый садик, бееее, – кривится Ариша, глядя на милый цвет здания. – Это лучший садик в городе. Я еле уговорила воспитательницу, чтобы вас сюда взяли, пока идет ремонт, – говорю двойняшкам. – Ведите себя хорошо! И вечером получите любимое лакомство. Мои конфетные уговоры имеют силу. Вывожу девочек из машины, беру за руки и веду к центральному входу в садик. Передаю Татьяна Анатольевне – новой воспитательнице. – Кто у нас тут кто? – Я – Маруся, а она – Арина, – говорит Маруся. – Так… Как же вас запомнить, – трет лицо Татьяна. – Простите, сегодня много новых деток, пока чуть-чуть сложно разобраться и с ходу запомнить всех прибывших воспитанников. Она говорит это мне, я держу девочек за плечи возле себя. – Они хорошие. А различить их просто – у Маруси бант белый, а у Арины – розовый. Татьяна Анатольевна смотрит и кивает мне. – Идите, не беспокойтесь. У нас сейчас завтрак, потом прогулка. Забирать деток в тоже время, что и в вашем саду. – Хорошо, спасибо вам, Татьяна Анатольевна. Будьте послушными девочками, – обращаюсь к дочкам, треплю их волосы, ласково поглаживая по светлым кудрям. Смотрю на Арину и Марусю, и вижу в их глазах вспыхивающие огоньки. Что-то будет… Спокойно оставляю дочек и еду на работу. Пробку на обратном пути, сигналящих и недовольных водителей пропускаю мимо, не заостряя внимание на них. Думаю обо всем и ни о чем. Разговор с Сергеем меня беспокоит, но больше саднит от того, что Шагаев вернулся. К слову, с Лейлой он развелся почти год назад. И вчера сил моих не хватило, чтобы искать причины его расставания с фиктивной женой. Думаю, за почти шесть лет брака Лейла стала более, чем реальной женой. Подъезжаю к ресторану Версаль в поникшем настроении. Поднимаюсь по ступенькам, до открытия остается чуть меньше часа. На летней террасе меня встречает наша уборщица, Зинаида Петровна. Она затрагивает меня сразу, здоровается и сообщает весьма интригующим голосом: – Вера Александровна, доброе утро! К вам вчера приезжал мужчина такой импозантный! Уже поздно было, вы уехали с дочками. А он вас искал. – Доброе утро, Зинаида Петровна! Может быть, поставщик? Григорий? – Нет! Этого я знаю, он вчера днем здесь маячил. А тот, что был вечером, совсем другой. Высокий, смуглый. На актера похож, такой красивый! И машина такая дорогая! Зинаида мечтательно закрывает глаза, рассказывая о необычном визитере. Кто же это мог быть? Теряюсь в догадках, но не хочу думать, что это он. Подхожу к барной стойке и поправляю машинально стопку книжек меню, нервничая от новости. – Он не представился? – Нет, – пожимает плечами тетя Зина. Трет пол тщательно, скрупулёзно удаляя всю грязь и пыль. Я приказала все вымыть и вычистить после падения вчерашней гости Маргариты. До сих пор ожидаю самого худшего от заносчивой стервы! – Может, приехал депутат Морозов? Его помощница упала здесь вчера, прямо посреди зала. – Этого прохиндея я знаю! Он у нас возле дома висит. Баннер с его рожей точнее, – усмехается Зинаида, старательно натирая пол. – Другой мужчина вас искал! Сказал, что сегодня заедет. График работы вашей спросил. Ухажер ваш, тайный воздыхатель! – Только воздыхателя мне не хватало, – поеживаюсь от внезапного порыва ветра, закрывая плечи руками. Сергей приедет сегодня. Не депутат Морозов. А кто же? – Боже мой, только не он! – поднимаю глаза к небу, умоляю про себя. Пусть это будет не Шагаев. Не хочу флешбэков из прошлого. Все забыто и перечеркнуто между нами. А его отец с его угрозами до сих пор наводит ужас на меня… Ухожу в кабинет, чтобы скорее заняться работой. Первый час провожу, как на иголках. Отвлекаюсь на рабочие моменты, созваниваюсь с поставщиками. Приглашаю вчерашнего ловеласа Гришу за оставшимися у меня на столе документами. После одиннадцати приезжает наша бухгалтер. Проходит ко мне, с важным видом раскладывает дебеты-кредиты передо мной. – Вера, дела у Версаля идут, прямо скажем, отвратительно! У нас задолженность перед поставщиками. Как отдавать будем? Продажи все хуже и хуже! Я упираюсь руками в стол. Объясняю, что делала уже все, чтобы оживить умирающий ресторан! – Я меню перекроила трижды, Елена Сергеевна! Бизнес-ланчи ввела, банкетное меню с такими скидками, что сама скоро буду доплачивать из собственного кармана. Разве, что голая перед гостями не танцевала, чтобы привлечь к нам новых посетителей! – Скоро мы все тут будем голыми танцевать. Долги только растут, а Никита Алексеевич собирается закрыть эту богадельню. Он говорил тебе, что приедет и примет решение? Вздрагиваю. Нет, я не знала, что наш босс едет с конкретными целями. – Елена Сергеевна, я с ног сбилась! Я не знаю, как еще реанимировать кафе Версаль! Трижды его назовите рестораном, но это не ресторан! Место – убогое, мимо нас люди просто проезжают. Заходят, но только кофе навынос покупают и все! Елена разумно говорит о перспективах, затянутых поясах и светлом будущем. Но, черт, когда это все будет?! – Рядом вовсю начинается стройка, ты в курсе? Сейчас какой-то магнат из Москвы разгонит деревенских, домишки их сравняет и все. Тут рядом с нами будет настоящий Эдельвейс, Вера! Поэтому нужно как-то продержаться! А там, глядишь, строители будут приезжать, обедать. Потом – жильцы нового ЖК. – Стройка, которую начал «АльянсИнвест»? – спрашиваю, одним вздохом произнося название фирмы, где я работала. – Угу, – кивает Елена. – Мы столько не протянем! Строительство растянется на годы! – с сомнением выдаю. У меня на столе загорается телефон. Мелодия мобильного отвлекает, а на экране – неизвестный номер. – Алло? – поднимаю, извиняясь перед главбухом. – Вера Александровна, вы только не нервничайте! – слышу дрожащий голос Татьяны Анатольевны, нашей новой воспитательницы из детсада «Березка». Напрягаюсь всеми клетками. Что-то случилось с девочками? Чувствую вибрации в ее голосе и пугаюсь еще больше, когда она говорит: – Ваши дочки сбежали из сада. Мы вышли на прогулку. Арина и Мария открыли калитку и, пока воспитательница занималась другими детками, они без спроса ушли! Мы все обыскали, но их нигде нет! Холодный пот выступает на лбу. – Я сейчас приеду, – от шока выдавливаю и отключаюсь…