Глава 47

Вера Семь долгих лет моя жизнь будто была на паузе, а сейчас все закрутилось в бешеном ритме. К маме Марата мы отправились только через день после нашего переезда. Я не знала подробностей, но в назначенное время поездка не состоялась. Марат вернулся домой поздно и совсем без настроения. – Как прошел день? – спросила его тогда. – Сегодня я поставил точку в своей карьере в фирме “АльянсИнвест”, – проговорил он и тяжело выдохнул. Я обняла Марата, крепко прижалась к нему. Я помню до сих пор, с какими горящими глазами он явился в фирму деспотичного Эмина. Мы всем коллективом словно выдохнули после смены генерального. Мне повезло стать помощницей Шагаева, и я влюбилась в него почти сразу, как в руководителя. А потом, позже, полюбила и как мужчину. – Отец знает, что ты вернулся? – спросила Марата, ища ответ в его синих глубоких глазах. – Он мне не звонил. Я передал дела на удивление быстро. Знаешь, обычно это занимает массу времени и сил, а тут все оказалось легко. Он быстро отпустил меня, прислал нового руководителя для проекта Хаял. Я могу заняться своей фирмой, продолжить курировать постройку бюджетных коттеджей. – Тебя что-то беспокоит? – спросила, целуя его в шею и забираясь рукой под короткие черные волосы. – Я не трус, но просто все как-то слишком… – он не продолжил, просто поджал твердые губы. Марату показалось странным, что отец так легко его отпустил. Но это была только передышка перед финальным ударом Эмина. Сейчас мы едем в машине вместе с Михаилом в сторону выезда из города. Рядом на сиденье смирно сидят две мои маленькие принцессы. Ариша трогает ручкой аккуратную чайную розочку, торчащую из букета. – А бабушке понравится наш букет? – спрашивает Маруся, которая почти лежит на коленях у сестры. Мне так неловко, что моя мать была неласкова с девчонками. Теперь Ариша и Маруся во всех видят свою злую бабушку. И я не хотела бы, чтобы София не любила внучек так откровенно и напоказ, как моя мать. – Мама, а бабуля любит цветы? – говорит Маруся, уже полностью прокатившись через сестру. – Не знаю, но я хочу, чтобы мы ей понравились. Вот, подумала и попросила Михаила привезти нам самый красивый букет, – улыбаясь, тихонько возвращаю девчонок на свои места. Нашему водителю чрезмерное движение в салоне не нравится. Михаил мужчина добрый, но любит порядок во всем. Когда девчонки начинают шуметь и смеяться, щипают друг друга, он подает голос. – Так, куклы! Ну-ка не болтаться по салону, а то достану кресла из багажника и привяжу вас, – рявкает Михаил, страшно хмуря брови. – Нет, мы хотим сидеть с ремешком! В кресле тесно! – отзываются двойняшки. – Девочки, ведите себя хорошо и не трогайте цветы, а то мы не довезем букет бабуле, – улыбаюсь, убирая шаловливые ручки. По дороге думаю, что знаю о моей будущей свекрови не так много. Но считаю, что София сильная женщина. Она осталась одна с сыном, развелась с Эмином Шагаевым в довольно молодом возрасте. Эмин забрал Марата, а вот Дамир рос с матерью. Знаю я также, что бывший муж не баловал Софию и старшего сына деньгами. Зато на своих любовниц средств никогда не жалел. В мыслях смотрю, как мы въезжаем в небольшой поселок. Простые дома, тянущиеся ряды частного сектора и узкие улочки между дворами. – Все, Вера Александровна. Приехали! – командует Михаил. Мы с девочками выходим и останавливаемся около двухэтажного дома. Он не такой большой, как у Шагаева, но выглядит значительно лучше, чем домишки соседей. Сразу же представляю, как София живет здесь одна, в такой глуши. Как по команде, у меня срабатывает мобильный. Мне звонит Марат, но почему его еще здесь нет, не ясно. – Вера, прости, я задержался на работе. Пришлось срочно ехать на стройку. На стройпятне кто-то устроил пожар. Вздрагиваю. Думаю, что неприятности после ухода Марата только начались. Я не паникую, не разгоняю паранойю, но это очевидно, при таком отце. – Эмин? – просто спрашиваю его. – Пока не знаю. Я подъеду к вам через час, прости, что не познакомил тебя, как полагается. Проходите в дом, мама ждет вас. И… Бери Мишу с собой, Вера. Я силюсь прогнать неприятное вязкое чувство страха, которое все сильнее опутывает мою душу. Мы должны научиться жить вопреки воле его отца, дать отпор Эмину и не оглядываться назад, в прошлое… – Мама, смотри! Это бабушка, – шепчет мне Маруся, смущенно улыбаясь. Из дома к нам выходит взрослая женщина. Теперь понимаю, на кого похож Марат. Я всегда думала, что он – копия отца, но нет. У него глаза матери и ее улыбка. – Вот кого ты привез ко мне, Миша! Трех моих красавиц, – всплеснув руками, София раскрывает перед девочками свои объятия. Мои малышки моментально реагируют на улыбку и теплоту. Как цветы, они тянутся к тем, кто их любит. Может, потому, что в нашей семье, у моих родственников, любви для них как раз не хватало. – Добрый день, София Альбертовна, – улыбаюсь своей будущей свекрови. – Здравствуй, Верочка, – с теплотой и той же мягкой улыбкой говорит София. Девочки стоят около нее и протягивают бабуле корзинку с цветами. Она принимает букет и обнимает каждую из малышек, целует в розовые щеки и присаживается около них. – Вы такие красавицы, так похожи на маму, но глазки папины, – произносит она. – Папа говорит, что мы куклы-непоседы, – говорят в один голос. – Папа счастлив, что вы у него есть, – шепчет бабушка. – Пойдемте в дом, а то я распереживалась, держу вас на пороге. Она смущается заметно и прячет слезы умиления, глядя на наших малышек. – Верочка, пойдем! Миша, ты с нами, или на свой пост? – смеется София, видимо, привыкшая, что наш водитель всегда в машине. – Я бы рад, но Марат Эминович сказал, что вы напекли пирогов и будете меня угощать, – говорит в шутку Миша. На самом деле он здесь для охраны, и я не знаю, связан ли пожар с тем, что вчера Марат уволился. **** В доме чисто, уютно и очень комфортно находиться. Девочки сразу же облюбовали два стула с высокими спинками у стола, рядышком с вазой с конфетами. Ариша и Маруся усаживаются сбоку от меня, а София садится напротив. Только Миша ютится в небольшом кресле около окна. Я замечаю, что он смотрит через стекло на улицу, во двор дома. – Верочка, вы устали, наверное, с дороги. Угощайся. Чай или кофе? Я соглашаюсь выпить чая, помогаю двойняшкам налить ароматный напиток в маленькие чашечки. Мы с Софией на удивление очень быстро и легко сходимся. Наше первое знакомство и знакомством трудно назвать. Она будто знает меня всю жизнь, так просто с ней. С моей бывшей свекровью все было иначе. Галина оставила после себя массу неприятных воспоминаний, а вот София другая: добрее, проще. Меня первое впечатление никогда не подводило, вот и теперь, после чаепития, мы с ней спокойно говорим о том, как мы с Маратом познакомились, как расстались по злой воле его отца. Я рассказываю ей о том, что сделал ее муж несколько лет назад. Как я узнала о беременности, о своих малышках, но не решилась признаться Марату, так как он собирался жениться на Лейле. – Эмин всегда был жестким, жестоким, – качает головой. – Как же ты справилась одна, Вера?! Я знаю, насколько это трудно, но Дамир мальчик, и сын всегда мне помогал. А у тебя ведь две крошки, им нужна забота и внимание, – ужасается София. – Я старалась дать им самое лучшее, забыла о себе, личную жизнь не строила, – признаюсь. – Я рада, что Марат приехал в ваш город и нашел вас. – У вас очень хороший сын. Марат заботливый и любящий, – говорю ей о своем любимом. – Я его почти не воспитывала, – вздыхает София. – Видно, проклятые гены его отца не передались моему мальчику. Я хочу, чтобы он был счастлив. Марат всегда страдал из-за того, что мы расстались и их с братом разлучили. – Ваш муж никогда не пытался вернуться? – спросила, так как беседа была очень располагающей. – Эмин не был здесь с тех, пор как ушел. Я его выгнала, представь, – улыбается София. – Он изменял, женщин у него всегда было много, но Эмин не видел в этом ничего постыдного. Прямо сказал: “Ты моя жена и мы будем жить вместе!” После очередной ночи с какой-то девушкой, он пришел домой, сел пить кофе, а я вылила ему в лицо напиток. Не побоялась… София рассказала, что кофе был не слишком горячий, но этого хватило, чтобы отрезвить мужчину. Эмин поклялся никогда больше не возвращаться к жене и сдержал обещание. – Он оставил меня без средств. Я не имела каких-то запасов, он всегда запрещал, ограничивал, хотел, чтобы я только от него зависела. Эмин хотел отнять наших сыновей после развода, но Дамир ему прямо сказал, что не уйдет. Марат был мал, он всегда тянулся к отцу. Я слушаю рассказ Софии и все больше ужасаюсь тому, с кем ей пришлось жить. Все то время, пока мы разговариваем в гостиной, девочки отвлекают Михаила от его дозорной службы, играют с ним и смеются. Потом малышки прибежали к нам, плюхнулись на диван и окружили бабулю. София обнимает их, поглаживая по светлым волосам, будто с детства знает Аришу и Марусю и воспитывала внучек. – Вера Александровна! Вызовите полицию срочно и спрячьтесь! – вдруг огорошивает нас Миша. Его слова становятся настоящим шоком, так как мы очень мило беседовали, совсем не ожидая, что в дом к Софии кто-то нагрянет. Я не понимала в чем дело, но предположения были самые конкретные. Неужели, сам Эмин посмел явиться сюда сам или прислал своих отморозков? – Быстрее! – с металлом в голосе произносит Михаил. – Есть второй выход в доме? – Нет! Миша, кто там? – спрашивает София, явно понимая, что он увидел кого-то у ворот. И этот кто-то уже совсем близко к входной двери. – Эмин Алимович и с ним еще двое. Быстро, прячьтесь! – кричит Михаил, доставая блестящий пистолет из поясной кобуры. Малышки заметно дрожат, услышав, о чем говорят взрослые, чувствуют опасность. Ариша и Маруся хлопают глазками, не понимая, что происходит. Телефон остается в кухне, и туда мне не попасть никак. Надеюсь на Мишу, но мужчин явно больше, и как он справится, я даже не знаю. – Мамочка, мама! Мы боимся! – шепчут наперебой, прячась за бабушку. – Марат вчера уволился из его фирмы. У вас есть подвал? Где нам можно спрятаться? – спрашиваю ее. – Вера, идите сюда, – говорит мне София, увлекая за собой в дальнюю комнату. – Вера! Иди-ка сюда! – повторяет за ней знакомый хрипловатый и уверенный мужской голос. – Живо! Иначе я за себя не ручаюсь….