Глава 30

Чем я занимаюсь? Приближаю и отдаляю фото, на котором моя жена целуется с другим, чтобы найти хоть какую-то зацепку.

Мазохист. Но сейчас эти кадры не причиняют той боли, как раньше. После вчерашнего разговора с Владой стало легче.

И теперь я полностью сомневаюсь в том, что вижу собственными глазами.

Моя жена кое в чём права. Если она любила того урода и хотела забеременеть от него, почему оставила моих детей?

Точно моих.

Тимофей ещё вчера принёс мне результаты теста ДНК. Положительные. Больше никаких сомнений. Да и не было их. Почему? Сам не знаю.

Слышал своими ушами рассказы того пацана, из которого выбивал дурь, что Влада хотела семью и ребёнка именно с ним. Увидев девочек, я должен был решить, что они от него.

Но и мысли такой не возникло. Только встретились, и меня словно стрелой насквозь пробило, развеяв все дурные мысли.

Хотя нет, ошибаюсь. После вчерашнего их стало ещё больше. Но все они летят в сторону моего отца. Знаю, что ужасно думать так про родного человека, но Влада вчера упоминала его. Обвиняла. Уже в который раз. И я не могу игнорировать это.

Нужно всё разузнать. Замешан ли он во вторжении в квартиру, где раньше жила Влада, или в истории с этими фотографиями?

Говорить с ним бесполезно. Выйдет сухим из воды.

Поэтому принимаю решение никому не сообщать.

Закрываю фотографии, которые лежат в недрах моего телефона. Зачем до сих пор их храню? Сам не знаю. Наверное, как напоминание, что пора перестать любить Владу. Но не сработало.

На секунду зависаю.

Вчера она сказала, что любит меня.

На эмоциях? Просто так, чтобы я ей поверил? Крик души? Не знаю, но сердце забивается сильнее от одних только отголосков её фразы, зацикленной в голове.

Стараюсь взять себя в руки, звоню давнему знакомому и сослуживцу. Оба крутились в одном болоте, пока я не ушёл в политику, а он в бизнес. И сейчас имеет свою IT-компанию, которая мне нужна.

– Север, – слышу свое имя в динамике, что пробуждает меня от мыслей, в которые я опять провалился в ожидании. – Ты совсем с ума сошёл? Из медового месяца звонить. Женой надо наслаждаться.

Усмехаюсь.

Да я с бы с радостью, но моя жена – колючка. Вряд ли дастся так просто.

– Успею, – думаю опять о Владиславе. Хотя для всех моя супруга – другая женщина. Нужно будет сообщить прессе, что эта информация уже не актуальна. Посыплется много вопросов, но это не мои проблемы. Пусть подчинённые разбираются.

Правда, в афишировании нашего статуса есть проблемы.

Первая, как бы это ни звучало, но мать моих детей наверняка придёт в ярость. В её представлении мы женаты временно, пока она меняет фамилию.

Вторая – риск нарушить их безопасность. Поэтому пока стоит подождать с громкими заявлениями.

– Ты мне как политик звонишь, или личное? – спрашивает друг.

– Личное. Твои компьютерные гении могут узнать – настоящие фотографии или нет?

– Расплывчато. Тебе просто нужно проверить их подлинность? Замешаны ли там нейросеть, фотошоп или другие махинации?

– Не совсем. Если подтвердится, что фальшивка, то кто их сделал, между кем передавались. Я дам тебе имя человека, что прислал мне их. Нужно поднять все его переписки, звонки.

– Это противозаконно, тебе ли не знать? Или ты меня посадить решил таким способом? – смеётся на том конце линии.

– Будешь и дальше так шутить – точно ФСБ нагрянет и всех повяжет, – меня раздражают его намёки. Мы через огонь и воду прошли, а он такого обо мне мнения. – Но нет, всё будет нормально, я тебя прикрою, если попадешься. Просьба личная, защита государственная.

– Неплохо.

– Только есть проблема. Фотографиям четыре года.

– Это уже не твоя забота. Скидывай всю информацию, что есть. Постараюсь сделать все, что смогу.

– Буду должен.

– Конечно, должен. По тёмной тропинке заставляешь ходить.

Я смеюсь. Отчасти так и есть, но уверен, что он мне поможет.

Ещё немного поговорив о жизни, кидаю другу сообщение с датами и именами. И заказываю распечатку звонков с номера отца. Хочу узнать, причастен ли он к тому случаю с квартирой.

Надо бы немного поработать и отправиться домой, к девочкам. Сегодня вынужденно уехал, хотя планировал провести время вместе с ними. Они все уши прожужжали мне про дельфинарий…

Только погружаюсь в дела, как отвлекаюсь на внезапно появившийся видео-звонок.

Влада?

На экране всплывает её номер. Да ещё и видео? Не туда нажала?

С недоверием отвечаю, но тут же не могу сдержать улыбки, когда в кадре появляются два моих сокровища, с интересом разглядывающие телефон. Любопытные глазки распахиваются в мгновение ока, а губки расплываются в улыбках.

– Папа! – кричит Дашенька. И восхищенно посматривает на сестру, будто та настоящая колдунья. – Ти его пизвала!

Машенька, открыв ротик, прикладывает ручку в груди.

– Я фея, – говорит в своей детской манере, но довольно чётко. И тут же машет крохотной ладошкой: – Па, пивет!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍