Встреча вторая. Глава 15

Злата

– Ой! – пошатываюсь на высоких каблуках и едва не подворачиваю ногу. Вовремя упираюсь рукой в тумбочку, за секунду до падения.

После беременности и декрета мне приходится заново учиться ходить на шпильках и носить красивую, стильную, но жутко неудобную одежду. Кроссовки и джинсы стали за два года привычнее и роднее.

Но должность мечты требует жертв. Да, именно! Туманов, сам того не ведая, исполнил мое давнее желание: с первого курса я хотела работать в его рекламном агентстве, так как это невероятно престижно. Особенно для провинциалки вроде меня.

Возможно, я бы получила это место еще тогда, более двух лет назад. На собеседовании, до которого не дошла.

Вспыхиваю и краснею, не вовремя вспоминая роковую ночь. Слава богу, что этот Никитенко больше не работает в медиахолдинге. Я до дыр зачитала список сотрудников, чтобы убедиться на все сто процентов. Еще и босса переспросила. Ошибки быть не может! Хотя подчиняться жене Туманова почему-то не очень хочется. Надеюсь, босс сдержит слово и лично будет курировать меня. С ним… привычнее и спокойнее. За то время, что мы общаемся в телефонном режиме, я сильно прикипела к нему, с полуслова понимаю. Но отношусь как к начальнику, не более того!

Смотрю через зеркало на свое предательски зардевшееся лицо. Бью себя ладонями по щекам, приводя в чувства. Поморщившись, поправляю узкую юбку-карандаш, которая постоянно задирается, и тянусь к лодыжке, которую чуть не повредила, потираю ее.

– Ноги переломаешь на этих ходулях, – причитает бабушка, выходя за мной в коридор и обращая на себя все мое внимание. – Батюшки, ты работать идешь или на подиум? – качает головой, неодобряюще глядя на мою обувь.

– Так надо, ба, – возвращаюсь к зеркалу, застегиваю верхние пуговицы блузки, наглухо скрывая зону декольте. Незачем выставлять прелести напоказ. Я и так дико стесняюсь непривычно пышной груди.

– Для кого нарядилась? – не отстает бабушка, продолжает подначивать и язвить.

Я люблю ее, но порой она бывает невыносима. Впрочем, обычное поведение моей несносной бабули. Однако сегодня я чересчур волнуюсь, чтобы отражать ее «шпильки».

– Этот костюм – копия одного известного бренда одежды. Классика, которая не выходит из моды, сдержанный деловой стиль. То, что нужно для офиса, просто… я покупала его до беременности, – вздыхаю.

Опускаю взгляд и провожу ладонями по раздавшимся бедрам. Я не ожидала, что юбка окажется мне впритык, а темно-шоколадная ткань так плотно облепит попу. Фигура изменилась после родов. И хоть талия по-прежнему тонкая, весы показывают мало килограммов, а бабуля постоянно норовит меня накормить, однако округлости заметно выделяются.

Не права я была, когда утверждала боссу, что недоброжелатели косточками моими подавятся. Похоже, им найдется, чем поживиться. Но я без боя не сдамся! Наверное…

Сильнее нервничаю, теряя жалкие крупицы веры в себя.

– Уснули рыжики? – оглянувшись на бабушку, спешу перевести тему.

Она кивает, а потом по-доброму улыбается. Обнимает меня за плечи, чмокает в висок.

– Беги уже, красавица. Докажи всем, что рыжие всегда своего добиваются, – крепче в руках сжимает.

– Ба, удушишь, – смеюсь я и, выкрутившись, целую ее в щеку. – Все, помчалась. Если что вдруг случится, звони, – напоминаю строго.

– Тьху на тебя, – отмахивается. – Беду накличешь, – и буквально выталкивает меня в подъезд. Еще и дверь за спиной захлопывает.

А где-то через час я покидаю такси и оказываюсь у высокого здания медиахолдинга. Сердце выбивает ребра, легкие плотно сжимаются, образуя вакуум, мысли разлетаются, как осколки разбитой вазы.

Становится еще хуже, когда я задираю голову и неосознанно ищу окна той самой служебной квартиры. От переживаний едва не теряю сознание, но собираю волю в кулак. Вбираю морозный воздух полной грудью.

Его здесь больше нет! Мой позор никогда не раскроется!

Убедив себя, что все под контролем, я переступаю порог своего будущего места работы. На этот раз я уникальный шанс не упущу! Выгрызу, если придется.

***

Хмыкаю недоуменно, когда беспрепятственно попадаю внутрь. Никто пропуск с меня не требует, не уточняет, к кому я. Охрана не преграждает мне путь, а кто-то из пробегающих мимо сотрудников даже здоровается. Какая теплая, дружеская атмосфера у Туманова в холдинге, если постороннего человека так принимают.

– А мне уже здесь нравится, – усмехаюсь сама себе.

Но настроение резко падает ниже плинтуса, когда я приближаюсь к лифту. Тому самому, на котором спускалась, сбегая в то утро от незнакомца.

– Его здесь нет, – напоминаю себе, но жар в солнечном сплетении не угасает.

Дрожащими пальцами едва попадаю по нужным кнопкам. Дико боюсь ошибиться и отправить себя на этаж со злополучной квартирой. И от этой мысли паникую еще сильнее. Каким-то чудом справившись с механизмом, опираюсь спиной о дальнюю стенку лифта. Некоторое время смотрю на свое отражение в зеркальной поверхности напротив, а потом зажмуриваюсь.

– Успокойся, черт возьми, – шиплю тихо. – Нет его! Никогда ты его больше не встретишь!

А хотелось бы?..

От странной идеи, которая будто не мне принадлежит, а моей темной стороне, я широко распахиваю глаза. Вылетаю из лифта, стоит лишь створкам раздвинуться. И вливаюсь в бурлящий поток народа.

В коридоре многолюдно. Наверное, я совершила ошибку, выбрав послеобеденное время для первого визита и знакомства с боссом. Сейчас не до меня будет. С другой стороны, приведу мысли в порядок и подожду Туманова, пока все вокруг суетятся. В толпе проще всего затеряться и почувствовать себя одинокой.

Прыскаю смехом: затеряться? При моей огненной внешности? Миссия обречена на провал.

– Ириш, ты в зал совещаний? – за спиной доносится женский шепот. – Спаси, иначе твой меня прибьет. Передай ему это.

Едва успеваю обернуться, как мне в руки падает внушительных размеров, тяжелая папка. Опускаю голову, растерянно смотрю на неожиданную ношу. Это мое первое задание? Вот так сразу? Лихорадочно выдыхаю, сдувая рыжие пряди, что упали на лицо. Но непослушные волосы лишь взлетают на секунду, щекочут кожу – и возвращаются обратно в хаотичном порядке.

– Я же помогала Максиму все подготовить к встрече, но случайно забыла вложить эскизы, которые та выскочка за ним доделывала, и…

Не понимаю, о чем она говорит. Может, ошиблась?

Медленно поднимаю взгляд, мимолетом изучаю стройную фигуру, облаченную в строгое офисное платье. Невольно отмечаю, что одежда дизайнерская и это… оригинал. Не по себе становится, потому что чувствую себя бедной родственницей. В медиахолдинге Туманова обычная секретарша может позволить себе больше, чем я за все свои двадцать лет. Подавляю в себе губительные зачатки зависти, на миг улетаю мыслями домой.

Пусть! Зато мои рыжики ни в чем не нуждаются, а в будущем, возможно, гордиться будут своей мамой. Когда они вырастут, у меня будет диплом и престижная должность. Мои цели важнее, чем какие-то тряпки, пусть даже брендовые.

Резким движением головы откидываю волосы на спину, открывая лицо. Вздергиваю подбородок, показывая смелость и невозмутимость, хотя в душе все клокочет от волнения. Встречаюсь взглядом с ухоженной брюнеткой, которая почему-то смотрит на меня так, будто привидение увидела.

– Кому передать? – уточняю с улыбкой, но вдруг осознаю, что она меня чужим именем назвала.

– Хм, надо же… – сглотнув, ошеломленно выдает секретарша, сканирует меня с ног до головы, задерживается на лице, пристально изучая детали. Сомневается еще буквально доли секунды, а потом резко вырывает у меня папку. – Обозналась, – нервно усмехается. – А вы из какого отдела?

– Злата Пылаева, – представляюсь, стараясь стойко выдержать зоркий, изучающий взгляд.

Серые глаза сужаются, тонкие пальцы судорожно теребят края папки, а в мозгу девушки явно идет какой-то сложный мыслительный процесс.

– Я приглашена на должность ведущего дизайнера, – выпаливаю с нотками гордости и надменности. – Марк Альбертович должен был предупредить вас, – иду в наступление.

Точно знаю, что если буду мямлить и трястись, то и дня здесь не продержусь. Коллектив охотно сжирает слабых. Так что бояться и переживать продолжу за пределами медиахолдинга. Дома, в обнимку с рыжиками. А сейчас показываю зубки, делая вид, что мило улыбаюсь. И секретарша дублирует мою мимику.

– Да, я вспомнила, – соглашается с наигранной любезностью, хотя могу поспорить, что у нее зубы скрипнули от недовольства. – Но у Марка Альбертовича сейчас важная встреча. Ирина Игоревна тоже занята. Вам придется подождать в приемной, – указывает рукой на нужную дверь. – Я папку отнесу, кое-какие дела закончу и к вам вернусь. Заполним необходимые документы, – насильно уголки губ себе вверх тянет. Но выходит криво и неестественно.

– Без проблем, я подожду, – киваю я, едва сдерживая нервный смешок.

Мы будто две начинающие актрисы, которые плохо отыгрывают свои роли. При этом делают вид, что изначально так и планировалось.

Секретарша вместе со мной доходит до двери, следит, пока я не войду, и только потом отрывает от меня прожигающий взгляд и удаляется по своим делам. Шумно вздыхаю, без интереса осматривая кабинет. Строгий, безликий, типичный для приемной. Ничего необычного или выдающегося.

Прикрываю дверь не до конца, оставляя щель, чтобы слышать шаги в коридоре и не пропустить момента, когда явится босс. А сама опускаюсь на один из стульев у стены. Ерзаю раздраженно, на часы поглядываю. Считаю каждую минуту. Но время как назло течет невероятно долго.

Подскакиваю на ноги, пересекаю приемную – и останавливаюсь перед окном. От мучительного ожидания живот сводит судорогой, легкие парализует, а тело охватывает огнем. Несмотря на холодное время года, в кабинете невероятно жарко и душно. Проблемы с отоплением? Или со мной? Скидываю укороченный пиджак, расстегиваю верхние пуговички блузки, но это не спасает.

Хочу открыть одно из окон, но едва не хнычу от бессилия, когда понимаю, что они здесь глухие. Ни одной ручки! Чтобы истерзанные боссом работники с верхних этажей не сиганули в отчаянии? Хихикаю, но тут же хмурюсь, смахивая испарину со лба. Сейчас весь макияж потечет.

Машу на себя руками, а взглядом нахожу кондиционер. Мне необходима прохлада! И глоток свежего воздуха! Срочно! Я в шаге о того, чтобы рухнуть в обморок прямо в приемной босса. И провалить очередное собеседование.

Если быть точной, второе в медиахолдинге…

Боже, ну зачем я вспомнила сейчас об ЭТОМ?

Не обнаружив пульт, решаю включить охлаждение вручную. Вот только рост не позволяет мне дотянуться до кондиционера, который под самым потолком прикреплен.

Двигаю стул, забираюсь на него, становлюсь на носочки, но все равно не могу достать до кнопки. Оглянувшись, словно преступник, я слегка задираю проклятую узкую юбку – и одной ногой упираюсь в полку стоящего рядом шкафа. И тем самым компенсирую недостающие сантиметры.

Главное, чтобы никто не застал меня здесь в такой странной позе. Долго объяснять придется, какие отношения меня связывают с мебелью.

Жму кнопку и подставляю лицо желанной порции воздуха. Но чувствую запах сырости, чихаю – и пытаюсь отрегулировать жалюзийную решетку, чтобы перенаправить поток вверх. Некоторое время сражаюсь с непослушной техникой, можно сказать, голыми руками – и выхожу победителем.

Как раз собираюсь спуститься, как чувствую на бедре обжигающе-горячую ладонь. И замираю, затаив дыхание.

– Рыжуля, в твоем положении не следует по шкафам лазать, – звучит хриплый голос, который еще и срывается под конец фразы. И эти нотки пронзают меня насквозь.

Тело покрывается мурашками. Настолько частыми и заметными, что, кажется, даже мужчина позади меня ощущает их сквозь тонкую капроновую ткань чулок. Кожа пылает под его ладонью, которую он не спешит убирать. Наоборот, скользит ею выше, к кружевной кромке.

Возгораюсь сильнее. Не только от дикого смущения, но и от… внезапно вспыхнувшего странного чувства. Я не испытывала ничего подобного после той единственной ночи. И вот опять.

– Спускайся, – тихий приказ добивает меня.

Вторая рука ложится на попу, придерживая меня таким образом.

Пора прекратить это безобразие. Дергаюсь, фыркаю возмущенно и пытаюсь развернуться, но шпильки подводят меня. Стул покачивается подо мной, точка опоры уходит из-под ног, а я теряю равновесие.

С обреченным «ой» я зажмуриваюсь – и лечу в пустоту.

Но приземление оказывается на удивление мягким и… приятным. Не спешу открывать глаза. Стыдно до коликов в животе. А еще как-то… знакомо.

Крышесносная близость, тяжелое дыхание, одуряюще-вкусный мужской запах, который обволакивает и покоряет, заставляя бабочек порхать внутри.

Моя ладонь покоится на каменной, мускулистой груди. Аккурат на уровне сердца. И оно бьется, как сумасшедшее. В унисон с моим.

Тук. Тук… Бам!

Прикусываю язык, чувствуя металлический привкус во рту, и запрокидываю голову, медленно разлепляя глаза. Часто хлопаю ресницами, пытаясь прогнать галлюцинацию. Но ничего не получается.

Впиваюсь взглядом в знакомые черты идеального мужского лица.

Не совсем точно я на портрете их изобразила, ошиблась в некоторых штрихах…

– Ой, – осознаю, наконец, в ЧЬИХ я объятиях. И чье дыхание опаляет сейчас мои губы.

Но как? Он уволен! Не было его в списке!

Чуть отклоняюсь, продолжая всматриваться в спасителя. Упираюсь рукой в его торс, но оттолкнуть не хватает сил и смелости. И… желания.

Потому что помню это тепло. Эти руки. И этот голос.

– Мы знакомы, – чуть слышно рокочет он, то ли спрашивая, то ли утверждая, а потом вдруг вбирает носом воздух возле моего виска. Вдыхает глубоко, будто насытится ароматом пытается.

Мне сложно понять, почему он нюхает меня. И зачем продолжает сжимать в сильных руках, не опуская на пол. И о чем многозначительно молчит.

Я могу думать в этот момент лишь об одном. Озарение пугает и в то же время волнует меня. Неожиданная встреча ломает барьеры, что я выстраивала минувшие два года. Единственная мысль на повторе крутится в моем воспаленном мозгу и все никак не может найти себе пристанище, потому что я категорически не хочу ее принимать!

Но разве можно отвергать очевидное?

Это. Точно. ОН!

Я пропала…