Глава 20. Люда

Подготовка к главному празднику не просто идет полным ходом, а несется на всех парах.

Кажется, я никогда прежде с такой космической скоростью не накрывала стол. Пюре, запеченная рыба в духовке, три вида салата, всевозможные нарезки, бутерброды и канапе. Благо, хоть кекс смогла приготовить до того, как ставить рыбу. Иначе бы остались без горячего.

Мы с Сережей действуем как хорошо слаженная команда, помогаем друг другу, при необходимости перехватываем инициативу, и только благодаря нашему единству успеваем накрыть шикарный новогодний стол.

– Подарки! – шепчу в тихом ужасе.

– Что с ними? – тут же спрашивает.

– Мы подарки дома забыли, – озвучиваю самое ужасное, что только можно придумать. – Бли-и-ин, – произношу, едва не плача от досады.

Вот же я растяпа! Ну как так можно было?

Ведь специально все рядом сложила. Упаковала, подписала…

Ах, какой кошмар!

– Ничего страшного, – Сережа спешит меня успокоить, но своими словами делает только хуже.

– Ты серьезно сейчас? – вспыхиваю. Не пряча своих эмоций, смотрю на него.

Мне горько и больно за детвору. Обидно до жути!

Мальчишки расстроятся…

Ой-ой-ой.

– Неужели ты думаешь, что если мальчики утром проснутся и под елкой не увидят долгожданный подарок от Деда Мороза, то они не станут горевать? – шиплю разъяренно. – Или если мы им ничего не подарим, то тоже будут счастливо прыгать и скакать?

Сказать, что я зла ничего не сказать. А Карпатов своими дурацкими вопросами еще хуже, блин, делает.

Бесит меня!

– Люд, – говорит снисходительно.

– Молчи! – шикаю. – Я покусаю тебя сейчас! – рычу на него, предупреждая.

Нужно срочно придумать, как выкрутиться с подарками. Я не хочу испортить праздник своим сыновьям.

Они весь год старались, хорошо себя вели, слушались даже. Особенно после того, как про Деда Мороза напомнишь.

И вот наступает долгожданный новый год и…

Тишина.

Нет. Не дело без подарков сыновей оставлять! Но и не поехать в город за ними сейчас, банально не успею вернуться.

Карпатов же стоит напротив и молчит, чем буквально выводит меня из себя. Нет бы предложил хоть что-нибудь дельное.

– Ну вот чего ты молчишь? – взрываюсь в итоге. Смотрю на него и от негодования аж пыхчу.

– Сама ведь сказала, – подкалывает меня, чем только сильнее заводит.

– Ах, ты… – от переизбытка чувств ртом жадно хватаю воздух. – Гад! – выдаю на эмоциях.

– Не переживай. Я всем подарки купил, – ошарашивает меня новостью.

Я столько всего ему хочу высказать… Столько! Открываю рот, чтобы озвучить заготовленную тираду, как мне не дают ни малейшего шанса начать говорить, моментально затыкают.

Теряюсь.

А вот Карпатов нисколечко!

Он просто берет и самым наглым образом целует меня.

Только стоит нашим губам соприкоснуться, как в груди тут же взрываются фейерверки, голова идет кругом и вся злость моментально рассыпается, превращаясь в прах.

Поцелуй такой сладкий… Близость Сережи такая манящая… Ахаю.

Я превращаюсь в податливый теплый воск в его руках.

В поцелуе мы продолжаем каждый отстаивать свою правду, но чем он сильнее углубляется, тем сильнее я поддаюсь.

Сопротивляться давлению Карпатова невозможно. Он действует так, как считает правильным.

Так, как будет лучше не только для него самого, но и для всей семьи.

– Дети! – наигранно возмущенно шикает Елена Степановна. Мы в тот же миг прекращаем целоваться и отрываемся друг от друга.

Оказывается, прервать поцелуй становится невероятно сложно.

– Мальчики могут зайти в любой момент, а вы, – принимается нас строжить.

Но в голосе женщины нет ни малейшего намека на раздражение или злость. Напротив, только счастье.

– Мам, ну мы ж не маленькие дети, – Сережа, приобнимая, прижимает меня к себе, прячу пылающее лицо у него на груди.

Ведем себя словно подростки.

– Зато мальчики у вас маленькие еще для подобных сцен, – напоминает. – Дождитесь ночи и делайте в своей спальне все, что хотите, – краем глаза замечаю, как она покачивает головой. – Думать надо перед тем, как сделаешь, а не после! – обращается к Сереже. – Ты же мужчина.

– Мам, все, прекрати, – беззлобно отмахивается от нее.

– Ну вы даете, – голос Елены Степановны удаляется.

– Люд? – Сережа бережно касается моего подбородка пальцами и слегка нажимает, заставляет поднять голову и посмотреть себе в глаза.

Мои щеки горят. Его взгляд пылает.

– Все в порядке? – с тревогой смотрит на меня.

– Да, – сдержанно киваю. – Сереж, твоя мама права, – озвучиваю суровую реальность. – Нам не стоит так целоваться при детях. Они еще слишком малы для подобных сцен.

– Хм, – задумчиво хмурится. – Но обнимать-то тебя можно? – спрашивает через несколько бесконечно долгих минут.

– Нужно, – отвечаю расслабленно, выдыхаю.

– Мам, пап, – словно почувствовав, что про них говорим, на кухню залетают мальчики. – Мы кушать хотим, – заявляют с самым невинным выражением лица, на которое только способны.

– Держите, – Сережа протягивает взятые из ящика вилки. – Раскладывайте.

Мальчишки переглядываются и срываются с места. Снова бегут наперегонки.

Ярик успевает первым.

– Дай мне! Я тоже хочу! – начинает канючить Святик. – Это не честно!

– Я первый! Все честно! – говорит Ярослав.

Опять они ссорятся… Ах, да что ж это такое-то?

Никак не могу перебороть соревновательный дух у своих сыновей. Они не команда, а самые настоящие соперники.

Обидно.

– Стоп! – жестко отрезает Сергей. Мальчишки тут же замирают и прекращают вырывать вилки. – Разве так ведут себя настоящие мужчины? – Сережа строго смотрит детям в глаза.

– Нет, – тихо отвечают они. Надувшись, опускают головы.

– Вы разбойники или помощники? М? – Карпатов не отступает от своего.

– Помощники, – отвечает Яр.

– А ты? – Сережа обращается к Святу. – Помощник или разбойник?

– Помощник, – бубнит тот.

– Так и ведите себя, как помощники, – с легким нажимом требует от детей. – Вы братья! Вы команда! И если один не успел, то другой всегда должен с ним поделиться. Понятно?

Мальчики поднимают глаза на отца. Кивают.

– Вот и славно, – сменив гнев на милость, произносит Сергей. – Ярик, отдай Святу три вилки и бегите раскладывать на столе.

– Хорошо, – соглашается сын.

– Как разложите, возвращайтесь обратно, – кричу вслед убежавшим мальчишкам. – Я вам тарелки дам!

– Хорошо! – кричит в ответ счастливый Святик. – Сейчас прибежим!

Хлопок. Удар. И звук разлетающихся металлических вилок по полу.

Кто-то из мальчишек упал…

Сережа смачно ругается и тут же срывается с места.