Глава 01

— Расписание у меня полностью забито, — терпеливо объясняю сыну.

— Но сейчас же праздники, — Арсений обиженно поджимает губы.

— Праздники для лодырей, — отклоняю телефонный звонок, кладу телефон на приборную панель. Дорога, что идет через лес, плохо расчищена, нужно быть аккуратным.

— К сожалению, я не смог найти для тебя полноценную круглосуточную няню, но на базе отдыха есть что-то вроде детского сада.

— Детского сада? — сын поднимает бровь.

Арсений в подобном заведении не был никогда. Его обучением занимались строго высококвалифицированные няни и репетиторы.

— Да, — хмурюсь. — Я предупредил персонал, что к тебе потребуется особое отношение.

— Мне не нужно особое отношение, — сын складывает руки на груди.

Посмотрите вы на него, какой самостоятельный стал. Только самостоятельность эту он проявляется не там, где нужно.

— Китайский и остальные занятия будут проходить онлайн.

— Ну вот, — Арсения хмыкает и отворачивается к окну.

— Я видел твои отметки. Меня они не устраивают, — смотрю на сына строго. — Успеваемость упала на двадцать процентов!

— Мне надоел китайский, — буркает Арсений, — и английский. И математика! И статистика!

— Что за бунт? — я закатываю глаза.

Вообще-то, через месяц у него должно добавиться «Банковское дело» и «Теория ведения бизнеса». Нам нужно повышать планку, а не понижать ее.

— А можно мне побыть немножко нормальным ребенком? — Арсений смотрит на меня с надеждой. — Хотя бы на праздники…

Со вздохом качаю головой. Что за непонятное настроение у сына — он и так ребенок. С него спрос минимальный. Вот у меня в детстве все иначе было, гораздо строже. Подъем в шесть тридцать, сбалансированный белковый завтрак, спорт, репетиторы, сон строго в восемь вечера. Для меня десерт раз в неделю наградой был!

И посмотрите, кем я стал. Своя компания, одна из крупнейших застройщиков в стране. Все старания моих родителей окупились.

Мы подъезжаем к огромным кованым воротам, за которыми скрывается база отдыха. Я нажимаю на красную кнопку и сообщаю о своем прибытии. Охранник тут же открывает для нас ворота. Я морщусь — прямо перед главным корпусом, справа, находится высоченная горка, на которой катаются дети на плюшках. Рядом небольшой каток.

— Ух ты! — Арсений приклеивается к окошку ладонями и носом. — Я тоже хочу!

— Вот еще не хватало! — отмахиваюсь. — Кататься на плюшках опасно, можно все себе переломать. Да и на коньках тоже. Арсений, займись лучше настоящим делом, подтяни китайский. Я тебя умоляю.

Останавливаю машину на парковке у главного корпуса, выхожу и вдыхаю кислород полной грудью. Давно я не был так далеко от города. Уже отвык.

Сын спрыгивает со своего сиденья в снег, игнорируя перчатки, оставшиеся в салоне. Он лепит снежок голыми руками! И это при том, что всего месяц назад мы вылечили его от ангины. Сколько я денег вбухал во врачей и обследование, чтобы точно с сыном все было в порядке! И вот, пожалуйста, очередная неблагодарность — голыми руками играется в снегу.

Так и хочется сказать — весь в мать!

Женился ведь вроде на нормальной девушке из хорошей семьи. Ну да, была на вид вся из себя одухотворенной, как будто не от мира сего, но образование отличное, манеры и внешность безукоризненные. Родители уверяли, что она будет идеальной женой.

И что в итоге?

После родов мою фею накрыли депрессия и переосмысление смыслов. Она съехала на Бали вместе с ребенком, где приобщилась к учению какого-то местному гуру, перестала есть мясо и обработанные продукты, выбросила телефон, начала ходить босой. Я с трудом забрал сына из антисанитарных условий, в которых она его содержала. Как вспомню, так вздрогну — мать носила его на спине замотанным в какую-то грязную тряпку и пела песни.

Трэш.

Теперь я несколько раз в год тайно обследую сына у психолога, чтобы убедиться, что проблем с головой от матери он не унаследовал.

— Надень перчатки! Или ты снова хочешь на больничную койку? — смотрю на сына строго.

Тот закатывает глаза прямо как я. Бросает снежок куда-то в сторону.

Я удовлетворенно киваю и уже собираюсь развернуться к главному корпусу, где мне нужно заполнить документы и взять ключи от нашего домика, как в лицо мне прилетает снежок. Он попадает прямо в лоб и разбивается колючими брызгами.

Твою мать!

— Вот это я даю! В десяточку! — доносится тонкий восхищенный голосок неизвестно откуда.

Меня буквально скручивает от бешенства. Какой-то малолетний говнюк угодил мне снегом в лицо, да еще и смеет издеваться? Он хоть знает, на кого посмел замахнуться?!

Стираю ладонью размокшую кашу с лица, оглядываюсь по сторонам в поисках нахала.

За машиной мелькает светлая макушка без шапки. Парнишка встречается со мной взглядом и понимает, что раскрыт. Медленно распрямляется с совершенно невинным видом.

— Я нечаянно, честно. Извините, дяденька! — заявляет нагло.

— Нечаянно? — сиплю сквозь зубы.

— У нас тут снежный бой. Пацан, — подмигивает он моему сыну, — пошли с нами! У нас как раз в команде не хватает одного бойца!

— Пап, — сын сжимает в руках перчатки и смотрит на меня своими глазищами, в которых плещется надежда. — Можно мне?..

— Конечно же, нет! — захлопываю с силой дверь машины. — Ты не будешь связываться с этой шпаной!

— Ну пап… — Арсений со вздохом опускает голову.

Пацан со светлой головой насмешливо хмыкает и убегает в сторону горки. Узнаю, кто его родители, и хорошенько потолкую с ними о правильном воспитании. Что это вообще такое — бросить снежок взрослому человеку в лицо? Не просто человеку, а уважаемому бизнесмену. Да я весь этот курорт могу купить не моргнув глазом.

Вдохнув и выдохнув для успокоения, широким шагом направляюсь к главному корпусу. Навстречу мне вылетает молоденькая администратор. Запыхавшись, начинает рассыпаться в приветственных речах.

Только первое впечатление уже испорчено, этого не исправить. Забираю у нее ключ от своего коттеджа и заказываю обед.

— У нас забронировано место в саду. Через два часа у меня встреча, так что оно понадобится уже сейчас.

— Без проблем, у нас очень хорошие воспитатели.

— Что-то я не уверен, — морщусь, вспоминая снежок. — У вас очень много детей… слишком, — недовольно замечаю. Неужели наша элита так активно плодится? Несерьезно. Как они между кучей детей капиталы свои делить будут? Я вот у родителей один, и этого более чем достаточно.

— Праздники, — вежливо улыбается девушка. — Часть детей это семьи персонала.

— Надеюсь, они находятся в отдельной группе от детей гостей? — хватаю Арса за руку.

— Нет, подобное у нас не предусмотрено, — ее улыбка становится более натянутой, — это же дети. Им только веселее вместе. Плюс точно будут детки, подходящие по возрасту для Арсения.

Что?

— Света, группа на улице? — за спиной раздается запыхавшийся женский голос. Сердце стопорится. Я давно его не слышал, но узнал сразу же.

Аля… Алина...

У мужчины в жизни бывает лишь одна женщина — та самая, роковая. Которая забралась тебе в душу, разворотила там все и свалила в закат. И даже спустя семь лет стоит услышать ее голос, как в груди неприятно ноет старая рана.

— Да, кажется, они на горке, — приветливо улыбается администратор.

— Опять без шапки выскочил, представляешь! И что мне с ним делать?

Медленно оборачиваюсь, натыкаясь взглядом на Алю практически вплотную. Ее глаза расширяются от ужаса, лицо бледнеет.

Ну вот и встретились… А я надеялся, что этого никогда не случится.

— Тимур? Что ты здесь делаешь? — звучит тревожно. Аля оглядывается по сторонам.

А я жадно осматриваю ее с ног до головы. Все такая же тоненькая и привлекательная. Время ни на грамм ее не испортило. Глаза голубые, прозрачные, словно озера. Хоть ты бери и тони в них. Волосы светлые, длинные. Кончики пальцев покалывает, потому что помню, какие они шелковистые на ощупь.

Аромат духов все тот же — жасмин. Простой, без примесей. Она никогда не любила парфюмерные композиции.

Отрава, а не женщина… Подлая предательница!

— Отдохнуть приехал, — выговариваю сквозь зубы. Все же даже спустя семь лет злость за ее позорный побег не отпустила, — с сыном. А что, нельзя?

— С сыном? — она растерянно переводит взгляд ниже.

— Мам! Ну где моя шапка? Меня с площадки отправили! — воздух разрезает возмущенный детский голос. — А мои сейчас бой продуют! Нас и так мало!

В холл влетает расстроенный мальчуган — тот самый — и прямиком к Але направляется.

С виду они с Арсом одного возраста. Вот, значит, почему она сбежала и даже не удосужилась объясниться, — к любовнику своему торопилась. Взгляд падает на ее руку. Кольца нет…