Глава 34. «…Дышать, любить, существовать…»

Аурелия

23 мая 11:33

Последние несколько дней дома что-то происходило. Я не понимала, что именно, так как мне не у кого было спросить. Мама держалась на расстоянии от меня, потому что не могла принять мои чувства к Демьяну. А другим женщинам в доме я не доверяла. Один раз мое доверие подорвали. Я не могла допустить повтора.

По обрывкам разговоров, подслушанных мной, я поняла, что Демьян не воспринял министров всерьез. Он явился к ним не полностью одетым. Это взбесило многих, но порадовало меня. А еще я отчетливо слышала слово «волк», брошенное папой при разговоре с Ларионом. Если Власов появился с Амароком, он точно обескуражил всех. Однако я надеялась, что его не видела ни одна женщина. Все-таки он мой мужчина. Даже если мы не вместе.

— Я приготовлю сегодня пирог.

Я вошла на кухню, чтобы чего-нибудь выпить, и увидела маму. Она разговаривала с Сиси и Моникой, разглядывая меню. Порой у неё возникало желание приготовить что-нибудь. Но происходило это не просто так.

— Папа снова накосячил? — Я отрыла холодильник и достала оттуда газировку. Обернувшись, я поймала на себе три пары удивленных глаз. — Что?

— Ты изменилась, — строго произнесла мама. — Не в лучшую сторону. — Она отложила меню и провела руками по красному фартуку, надетому поверх элегантного белого платья. Оно идеально сидело на её утонченной фигуре. Русые волосы, от которых отдавало золотом, были собраны в строгий пучок на макушке. На шее висела подвеска в виде капли, подаренная ей папой. С ней она не расставалась, будто это самый дорогой подарок от него. На ногах красовались бежевые туфли на среднем каблуке и с острым носиком. Выглядела она как настоящая леди этого дома. Впрочем, всех женщин в клане Дьяковых учили одеваться именно так.

— Не то, чтобы я не рада этому. — Я сделала глоток газировки, оторвав от неё свой взгляд.

— Аурелия, папа не оценит этого.

— Меня это не волнует, мам, — пренебрежительно бросила я.

— Ты не можешь так говорить. — Она встала в позу строгой матери.

— Его ведь не волную я и мои желания. Я могу говорить что угодно. Можешь передать ему. И еще скажи, что ему не видать место Префекта. Мужчина, не сумевший стать хорошим для своей семьи, не сможет стать таковым для народа. И образование ему не поможет. Тут нужна планка повыше. Намного выше, чем он думает.

Сиси и Моника опешили после моих слов. Они смотрели на меня, выпучив глаза. Обычно я не позволяла себе такое говорить. Но это только цветочки, потому что характер требовал большего.

— Ты…как ты можешь такое говорить? — Мама недоумевала.

— Разве я не права? — фыркнула я.

— Нет. Конечно, нет. Твой папа смог бы стать прекрасным Префектом.

— Ты серьезно в это веришь?

— А ты что, сомневаешься в этом? — послышался голос моего кузена, неожиданно появившегося в кухне.

Ларион скрестился руки на груди и пристально посмотрел на меня. Он ждал моей ошибки, и я не могла не доставить ему такого удовольствия.

— Да, — язвительно ответила я. — Мой отец хороший бизнесмен, но министр из него никчемный. Про Префекта я вовсе молчу. А ты даже в собаки не годишься. — Я ехидно улыбнулась.

— Да ты… — Он шагнул в мою сторону, придя в ярость после моих слов. Мама тут же встала передо мной, строго взглянув на него.

— Ларион, выйди из кухни. Ты нам мешаешь, — строго произнесла она.

— Вы позволяете ей такой говорить о своем отце, — раздражительно бросил он. — Если кто-нибудь услышит её слова, то люди перестанут уважать нашу семью.

— Никто не услышит. Слова, сказанные в этом доме, здесь и остаются. — Мама вздернула подбородок. — Должно быть, у тебя есть дела. Иди, займись ими.

— Обязательно займусь. И еще передам дяде, какого мнения о нем его собственная дочь. Ему будет интересно услышать все, что она говорила.

— Сплетница, — хихикнула я. — Тебе бы пол сменить.

— Не испытывай моего терпения! — Он гневно зыркнул на меня. — И вообще. Лучше иди к себе и оденься поприличнее. Скоро придет твой жених. Он наверняка соскучился по тебе.

Довольная ухмылка на лице Лариона взбесила меня. Я сжала в руке стеклянную бутылку, борясь с желанием запихать её ему в глотку.

— Я не встречусь с ним, — процедила я. — И замуж за него не выйду. Я уже говорила об этом.

— Ты думаешь, что твои слова имеют значение? — Он ухмыльнулся.

К сожалению, он был прав. Слова женщин в этом доме никогда не слышали. Но если даже так, то я собиралась орать во всеуслышание.

Я вышла из кухни, толкнув в сторону надоедливого кузена. Оказавшись в холле, я взглянула на второй этаж, где находился кабинет папы.

— Папа! — во все горло крикнула я, желая, чтобы он вышел ко мне. — Нам надо поговорить!

— Аурелия. — Мама выбежала из кухни, испугавшись моего тона. Она боялась моего характера и пыталась держать его в узде двадцать два года. Но порой его всплеск приводил к вулкану.

— Папа! — вновь крикнула я.

Он наконец-то показался на лестничной площадке. Его грозный взгляд сразу нашел в меня.

— Что случилось? — холодно спросил он.

— Я сказала, что не выйду замуж за Огнева, — твердо произнесла я. — Пусть Влад сюда не приходит.

Папа перевел взгляд на маму. Упрек в его газах говорил о том, что он обвиняет ее в моей невоспитанности. Он никогда не упускал шанса указать ей на ее ошибки. Даже если она их не делала.

— Оливия, что происходит? — равнодушно спросил он.

— Алексей… — Мама взволнованно пыталась объяснить причину моего поведения.

— На меня смотри! — крикнула я. — Я с тобой разговариваю, а не она. Или ты боишься говорить с собственной дочерью?

Папа резко взглянул на меня. Когда он злился, его шея начинала краснеть. И сейчас происходило то же самое.

— Как только Влад сюда придет, я обязательно дам ему знать, что мне не нужен этот брак. Я не желаю выходить замуж. Не хочу рядом мужчину, который смотрится в зеркало чаще меня, — спокойно сказала я.

— Твоя истерика ничего не изменит, Аурелия. — Папа провел ладонью по своей щетине. — Ты Дьякова и должна подчиняться правилам этого дома.

— Я не стану этого делать! Я не выйду замуж!

— Выйдешь! — Он ударил руками по поручню.

— Нет. — Не знаю, откуда я взяла столько смелости. Меня просто вело желание разрушить все правила.

— Не вынуждай меня тебя заставлять, — пригрозил он.

— Заставь! — с вызовом в голосе произнесла я.

Папа глубокого вздохнул и сцепил руки в замок за спиной. Он взглянул на Лариона, который озадачено наблюдал за мной. Даже он удивился происходящему.

— Ларион, передай охране, чтобы заперли её в комнате, — пренебрежительно бросил папа.