Глава 35. «…Желаем жить. желаем биться…»

Демьян (11 лет)

Тяжелый скрип открывающейся двери резко ударил по барабанным перепонкам. Он вызывал отвращение во всем теле. Меня постоянно передергивало от этого звука. Но этот скрип так же означал, что мне принесли еду. Мой желудок даже начинал урчать ему в ответ.

Я лежал на холодном бетоне, укутанный в мешок от картошки, который здесь нашел. Меня заперли в погребе за то, что я плюнул в лицо отцу. Но мне пришлось это сделать, потому что он ударил близнецов. У обоих была разбита губа.

Мой плевок стал последней каплей для отца. Весь год после ухода мамы я воевал с ним из-за братьев. Он запрещал нас все и наказывал за любую провинность. Это становилось невыносимым. Я уже не мог сдерживать себя.

Мой взгляд упал на бойца, толкнувшего в погреб парнишку. В темноте мне не удалось нормально разглядеть его. Он казался очень хилым. Я и сам стал таким, потому что меня редко кормили.

Парня закинули в соседнюю камеру, где раньше хранили крупы, и заперли. Я дождался, пока боец уйдет, после чего подполз к решетке, разделявшей нас. Мне удалось рассмотреть нового заключенного. Его рыжие волосы сразу бросались в глаза. Светлая кожа была покрыта веснушками. Несколько синяков на лице сильно выделялись. В особенности под глазом. Серая спортивная форма была порвана в коленях и в плечах.

— Эй! — позвал я его, желая убедиться, что он жив. — Эй!

Парнишка никак не отреагировал. Он лежал без сознания, поэтому я стал дожидаться его пробуждения. Но я не понимал, зачем его сюда приволокли. Мне было интересно, не видел ли он моих братьев. Я часто спрашивал о них. Но на все свои вопросы получал один ответ «неважно».

Прошло не мало времени, прежде чем я услышал пыхтение, доносившееся от рыжеволосого. Он открыл свои глаза, и я поразился, увидев их необычный карий цвет. Они напоминали мед.

— Эй, — вновь позвал я его.

Парнишка быстро нашел меня взглядом. Он выглядел встревоженным и напуганным.

— Где я? — тут же спросил он, сев на холодном бетоне.

— Ты в погребе замка Власовых. — Я обхватил ладонями железные решетки, разделявшие нас. — Почему ты здесь?

— Я не знаю. Я…просто гулял рядом. Мне хотелось посмотреть на замок. Меня увидели люди в масках и…дальше я ничего не помню.

— Это бойцы СУ. Возможно, они решили, что ты здесь что-то выискиваешь. — Я разочарованно вздохнул и, опустив решетку, прислонился спиной к стене. — Если ты ничего не помнишь, значит, не видел моих братьев.

— Твоих братьев? — Он нахмурился. — Их тоже здесь держат?

— Они должны были наверху. Просто я хотел убедиться, что с ними всё в порядке. — Я с сожалением взглянул на него.

— А почему ты здесь, а твои братья наверху?

— Отец наказал меня, — стыдливо признался я.

— А кто твой отец? — с неподдельным интересом спросил парнишка.

— Игнат Власов. Он владеет этим замком.

— Зачем ему наказывать тебя? — Он удивленно вскинул брови. — Разве отец может быть таким?

— Мой — да. — Я запрокинул голову назад и посмотрел в пустоту, в которой мог пропадать часами.

— Кстати, меня зовут Самаэль, — представился парнишка. — Самаэль Актава.

— Демьян, — сухо бросил я.

— Долго ты здесь находишься?

— Кажется, три недели. — Я не мог точно посчитать. Но по разговорам поваров, в которых проскальзывали дни недели, считал дни.

— Это…очень долго. Твой отец что, монстр?

— Он хуже монстра.

Игнат Власов никогда не был хорошим отцом. Он всегда держался на расстоянии и редко говорил со мной и моими братьями. Мы не особо интересовали его и свыклись с этим. Холод, который от него исходил, стал для нас привычным. Нам говорили, что он наш папа и любит нас. Однако любовь там даже не пахло.

— Как ты думаешь, твой отец выпустит меня отсюда? — с надеждой в голосе спросил Самаэль. — Мои родители будут беспокоиться обо мне. Они не знают, что я ушел из пекарни, чтобы посмотреть на замок.

Я не знал, что ответить ему. В душе я чувствовал, что его приволокли сюда не просто так. Но мне не хотелось забирать у него надежду.

— Должны выпустить, — ответил я. — А что ты делал в пекарне?

— Мои родители пекари. Мы переехали в Умбру две недели назад, и они сразу открыли свою пекарню.

— А где вы жили раньше?

— В Вакне. Там хорошо. Было. — Самаэль прижал колени к груди и обхватил их руками.

— Почему было?

— Сейчас там не безопасно. Папа сказал, что там много преступности, и поэтому мы переехали сюда с моей сестренкой Ариэль. Она совсем маленькая. Ей только три месяца. — Он улыбнулся, вспомнив о своей сестре.

— У неё очень красивое имя, — шепотом произнес я, улыбнувшись ему в ответ.

Мне безумно захотелось, чтобы Самаэль вернулся к своим родителям и сестре. Он не должен был попадать в это темное место. Его жизнь казалась слишком светлой для этого проклятого замка.