Глава 74. «…Что одержимость — это крах…»
Демьян
26 августа 12:39
— Алексей уже устранил троих министров. — Кода напряженно смотрит на меня. Весть о смерти очередного министра сильно встревожила его. — Еще одного убил ты. Но Огнев и так был не на нашей стороне. Итого четверо. Осталось семь человек, не считая его самого. Двое из них уже на стороне Дьякова. Если он переманит или убьет еще двоих, то начнутся выборы. Тебе надо что-то с этим сделать.
— И что ты предлагаешь? — Я сжимаю челюсть и отрываю взгляд от мобильно. Прошло десять минут, как я написал сообщение Релли. Она все еще не ответила мне. В последние несколько дней она странно себя ведет, и мне это не нравится. Моя жена избегает меня. Почему? Я что-то сделал не так? Обидел её?
— Убрать Алексея.
Я вздыхаю и откидываюсь на спинку кресла. Мой пристальный взгляд направлен на Коду. Его идея меня вполне устраивает. Мне не составит труда убрать Дьякова. Но как на это отреагирует Аурелия?
Я прикрываю глаза и вспоминаю тот день, когда пришел украсть её. Релли обернулась, прежде чем покинуть особняк. Она посмотрела на отца такими глазами…В них присутствовали обида и боль, вызванные любовью к нему. Она любит его. Если я убью Алексея, это разобьет ей сердце. Хочу ли я разбивать сердце своей женщине? Однозначно нет.
— Это не вариант, — выдыхаю я. — Я решу эту проблему иначе. Пусть будут разосланы приглашения на свадьбу. В этот день я сделаю свой ход.
— Какой ход?
***
Аурелия
Я взволнованно расхаживаю по столовой и жду Юсейру. В последние дни меня ужасно тошнит. Особенно с утра. Я подозреваю, что беременна. Если это действительно так, то…как отреагирует Демьян? Как отреагируют остальные? Я так и не поговорила с ним о том, что мы не предохранись. Он ведь взрослый человек и понимал, к чему это могло привести. Мы оба понимали. Но я хотела забеременеть. А о его желаниях нам еще предстояло поговорить.
— Малышка, ты в порядке?
Я вздрагиваю, услышав голос Исаака. Он входит в столовую и держит в руках ноутбук. Его пристальный взгляд бегает по мне.
— Да, — шепчу я, а на глаза наворачиваются слезы. Не знаю почему, начинаю дрожать.
— Что-то случилось? — Он ставит ноутбук на стол и подходит ко мне. — Почему ты плачешь?
— Ничего. Не знаю, — всхлипываю я.
Исаак растерянно смотрит на меня и неожиданно обнимает. Я начинаю реветь в голос.
— Тише. Все хорошо. — Он гладит меня по волосам. — Позвать Демьяна?
— Нет. Я сама к ней пойду.
— Тебя никто не обидел? Если обидел, ты только скажи. Я расчленю этого суицидника.
Я выпускаю смешок сквозь слезы и обнимаю его в ответ.
— Нет. Суицидников в замке пока нет.
— Что очень хорошо. — Он отстраняется и внимательно смотрит на меня. — Хочешь на мотоцикле покататься?
Кажется, о мотоцикле придется забыть на время. Беременной на нем не покатаешься. Но это пока не точно.
— Возможно, вечером. — Я вытираю слезы и замечаю Юсейру. Она идет ко мне с пакетом тестов, которые я попросила её купить. — Я пойду. У меня появились дела.
Я оставляю Исаака и бегу к ней. Мое сердцебиение учащается от волнения.
— Взяла десять штук, — шепчет она.
— Благодарю, — с улыбкой говорю я.
— Что-то еще нужно?
— Пока нет. Никому не говори о тестах. Я пока не уверена.
— Я все поняла.
Мы слегка киваем друг другу, и я поднимаюсь в спальню. Дрожащими руками достаю тесты и ставлю их на кровать. Вновь плачу, осознавая, что могу быть не беременна. Но я очень хочу ребеночка.
Не плачь, пока не знаешь точного ответа, Аурелия.
Я открываю все тесты и скрываюсь в ванной. Слезы не изменят реальности. А какая она, я пока не знаю.
Сделав несколько тестов, я ставлю их на раковину и смотрю. На них появляется одна бордовая полоска и…вторая. Она сразу появляется на всех тестах. Настолько яркая, что моментально бросается в глаза. Я зажимаю рот ладонью и реву от счастья. Ребенок. У нас будет ребенок.
У меня не получается устоять на месте. Я на ватных ногах бегу в кабинет Демьяна, чтобы рассказать об этом. Хочу увидеть его реакцию. Будет ли он так же счастлив, как и я?
Я подхожу к открытой двери кабинета и делаю глубокий вздох, готовясь войти. Меня останавливает голос Коды.
— Убить Алексея куда проще, — ровным тоном говорит он.
Я застываю, накрыв ладонью грудную клетку. Мысль о смерти папы болезненно отзывается в груди. Он продолжает вставлять палки в колеса Демьяну. Но…я надеялась, что он изменится. Не хочу, чтобы мой муж становился убийцей моего папы.
— Нет, — раздраженно бросает Демьян. — Эта тема больше не будет подниматься.
Роди ему десять мальчиков, Аурелия. Такие мужчины не должны вымереть.
Я приоткрываю дверь кабинета и просовываю голову в небольшой проем.
— Демьян, — шепчу я.
Он отрывает взгляд от бумаг на столе и поднимает голову. Увидев меня, он щурится.
— Что? — так же тихо спрашивает он.
— У тебя есть минутка? — Я вхожу в кабинет и взволнованно смотрю на него.
Демьян дает знак Коде, чтобы нас оставили наедине. Начальник СУ хмурится и выходит. Он совсем меня не любит и даже не скрывает этого. Хотя он никого не любит. Кроме дочери, конечно.
Я подхожу к мужу, как только за Кодой закрывается дверь. Он берет меня за руку и сажает на свое колено.
— Есть и пять минут. И сутки. И вся жизнь, Релли. — Демьян оставляет поцелуй на тыльной стороне моей ладони. — Что случилось? Почему у моей жены красные глаза? Ты плакала?
Я обнимаю его за шею и касаюсь губами колючей щеки. Надо побрить его. Давно не видела его без бороды. Он красивый и с ней, и без неё. Удивительно, когда мужчине могут подходить оба варианта.
Аурелия, хватит пялиться на него. Ты забыла, зачем пришла?
— Я беременна, — еле слышно сообщаю я.
Демьян замирает на несколько секунд и напрягается. В его глазах исчезают какие-либо эмоции. Вместе с ним напрягаюсь и я. Кажется, мое сердце перестает биться. Я не слышу ничего, кроме тяжелой, густой тишины.
— Беременна? — переспрашивает он хриплым голосом.
Я киваю и жду, что он обрадуется. Но вместо этого его глаза наполняются слезами. В них проскальзывает боль. Теплая ладонь опускается на мой живот. Его губы дрожат.
Демьян внезапно прижимает меня к себе и крепко обнимает. Он зарывается лицом в моих волосах, вдыхая их аромат, и всхлипывает. Ему тяжело дается эта новость.
— Нам придется купить еще один мотоцикл, — шепчет он. — Детский.
Я выпускаю смешок сквозь слезы и глажу его по голове.
— И шлем, — добавляю я.
— И шлем. — Демьян отстраняется и прижимается лбом к моему. — Шлем точно нужен.
Мы улыбаемся друг другу и слышим шум из коридора. До нас доносится громкий и возмущенный голос Алана.
— Ты должен был сказать брату! — кричит он, прежде чем распахнуть дверь.
Алан врывается в кабинет с остальными. Их взгляды задерживаются на нас.
— Ты забыл постучаться! — возмущается Рагнар, стукнув его по голове. — Исаак сказал, что Аурелия плакала. Мы думали, что-то случилось, — объясняет он.
— Случилось, — улыбаюсь я.
— Ты беременна? — ровным тоном спрашивает Валериан.
— Что?! — Близнецы и Рагнар одновременно поворачивают головы в его сторону.
— Как ты узнал? — удивляюсь я.
— Ты начала переставлять блюда с резким запахом подальше от себя. Я прочитал в нескольких книгах, что чувствительность к запахам может быть признаком беременности.
— Даже я этого не заметила.
— Ты реально беременна? — спрашивает Исаак.
— Она реально беременна, — прочистив горло, отвечает Демьян. Он проводит ладонью по лицу, стирая следы слез.
— И кто это? Девочка или мальчик? — интересуется Алан.
— Мне кажется еще рано, чтобы узнавать пол, — немного подумав, говорю я.
— А когда ты родишь?
— Этого я тоже не знаю.
— Тарзанку можно снимать. — Валериан доходит до дивана и садится. — Ей нельзя ездить на мотоцикле.
— Сегодня же избавляюсь от нее, — строго произносит Рагнар.
— Почему вы не спускаетесь на обед?! — Максим врывается в кабинет и грозно смотрит на всех. — Я столько сообщений написал!
— Аурелия беременна. — Исаак бросает эти слова, будто обороняется ими от злого повара.
— Правда? — Рыков смотрит на меня и широко улыбается.
— Да, — улыбаюсь я в ответ.
— Это же шикарная новость! Пожарю стейки по этому поводу!
Я зажимаю рот ладонью, как только эти слова слетают с его губ. Быстро вскакиваю на ноги и бегу в ближайшую уборную.
Привет токсикозу!