Глава 13

13.1

Праздник был запланирован на субботу, потому что в этот день родители Яны уезжали на дачу. С одной стороны, мне было жутко интересно узнать, как проходят такие массовые сходки, с другой, немного страшно, вдруг мама не отпустит. Однако второй пункт отпал быстро, родительница с радостью дала согласие.

Я попросила Лильку помочь с прической и одолжила заодно у нее леопардовое шерстяное платье, которое она недавно прикупила. Сестра сначала отнекивалась, но потом сдалась, когда узнала, что у меня первый так сказать выход в свет. Платье на мне смотрелось, конечно, не так отпадно, как на Лильке, но в целом тоже неплохо.

— Слушай, а ничего, — одобрительно кивнула сестра, рассматривая мой образ. Одежда обтягивала фигуру, особенно подчеркивала осиную талию и скромную грудь, которая едва достигала второго размера.

— Да вроде пойдет, не слишком странно? — Неуверенно уточнила я, поглядывая на открытые колени.

— Самое то! Жди первый поцелуй и первые домагашки, — усмехнулась Лилька, а я смутилась. Какие еще домагашки, о чем она. Никому не позволю себя трогать, пусть любуются издалека.

Волосы мне уложили в пышную косу, а пару передних локонов Лиля накрутила, чтобы как она выразилась, создать эффект «растрепанных волос». Пришлось к общей картинке добавить светло-коричневых теней, легкие персиковые румяна и морковную помаду, которую сестра недавно прикупила.

— Красотка! — Заключила она, любуюсь образом, смотревшим на нас обоих в зеркале.

— Только чтоб к семи была дома, — заглянула мама к нам в комнату, строго наказывая. За окном уже смеркалось, и свинцовые тучи медленными шагами пробирались в город. По прогнозу обещали к ночи снег. Но меня это не останавливало. Хотелось, чтобы все вокруг увидели, какая Арина Стрельцова может быть красивая. Не только старшеклассницам это дано.

К четырем часам ко мне пришли Ната и Танька. Обе были при боевом макияже и с укладками. Мама только молча покачала головой. Филимонова, к моему удивлению, была в платье. Оно кстати неплохо смотрелось, если учесть, что бедра у подруги в некоторых местах были кругловатыми. Русые волосы она распустила, ресницы накрасила тушью, и губы в этот раз были не такими яркими. Ната же была в джинсах с блесками, а поверх одела серый джемпер с широким вырезам, открывающим зону декольте. Волосы она чуть накрутила, брови подрисовала темным карандашом, но в целом макияж почти отсутствовал. В отличие от нас, она ограничилась лишь блеском для губ и румянами.

На прощание мама еще раз напомнила мне, что будет ждать дома пораньше, но тут влезла Лилька и мы с девочками упорхнули за дверь. Пока шли в незнакомую квартиру, делились мыслями о том, кого пригласила Яна, какая будет еда, и нормально ли, что в качестве подарка, мы дарим деньги в конверте. Вообще я хотела подарить игрушку, но Танька настояла на ином выборе. Ей все казалось, что Миранчук слишком взрослая для наших детских презентов, а на духи и дорогую косметику карманных сбережений просто бы не хватило. Поэтому мы скинулись и решили, будь что будет.

Жила Яна в двух кварталах от моего дома, всего-то пятнадцать минут пешком. Двор, где находился ее дом, был обычным, таким же, как мой или Кирилла. В центре детская площадка с ободранными лавками, машины на обочинах и пару бабушек возле подъездов, контролирующих порядок на территории.

— Ох, музычку аж тут слышно, — радостно воскликнула Танька, когда мы поднимались на второй этаж. На лестничной площадке толпились пару незнакомых ребят и, судя по всему, они тоже пришли на день рождения. Ребята курили и о чем-то громко болтали, а иногда смеялись.

— Здрасти, — скромно поздоровалась Ната с незнакомцами, пытаясь пропихнуться внутрь квартиры. Я же лишь молча кивнула.

— Вот это народу, — воскликнула Танька, стягивая с себя пальто. Мы с Натой тоже последовали ее примеру: сняли верхнюю одежду и повесели на крючки в шкафу. Стоило бы разуться, но пол мне показался грязным, народ явно не задумывался о чистоте, бегал туда-сюда: то на площадку, то обратно в квартиру. В воздухе витал запах алкоголя, сигарет и пота. Приглушенный свет, хохот, и разные голоса, мне почему-то стало некомфортно. Я как-то иначе себе представляла посиделки на день рождения.

Мы с девочками вошли в комнату и обнаружили там человек двадцать, из которых десять были с нашего класса. Кто-то сидел на диване, задрав ноги, кто-то на полу на мягких подушках, а некоторые откровенно не стеснялись, залезли на подоконник или комод. Комната была квадратной и очень большой, поэтому можно было и посидеть, и потанцевать. Возле подоконника стоял прямоугольный стол, накрытый клеёнкой, а на нем лежали разного рода закуски и стояли бутылки с выпивкой. Сначала мне показалось, что бутылок немного, но позже я заметила целую коробку под столом с разными названиями.

— О, приветик, — раздался за нашими спинами голос именинницы. На ней было короткое однотонное расклешенное розовое платье.

— С днем рождения, — как по команде сказали мы и протянули конверт. Миранчук одарила нас обаятельной улыбкой, и потянулась к каждой, чтобы чмокнуть. За все восемь лет таких жестов от нее не наблюдалось, хотя возможно, это всего лишь скромная благодарность.

— Приветик, красавица, — поздоровался какой-то высокий парень то ли с нами, то ли с Яной.

— Какие люди и без охраны, — шутливо протянула она, а затем незнакомец приобнял одноклассницу за талию. Жест показался мне каким-то уж больно интимным, и я отвернулась.

— Пойдем, и подруг своих бери, выпьем за твое здоровье, принцесса, — радостно произнес парень. Яна не стала ему отказывать, более того, схватила за руку Таньку и потащила за собой следом к столу.

Нам выдали по картонному стаканчику и спросили, что будем пить: вино, пиво или водку. Филимонова выбрала вино, Ната тоже, а я попросила сок.

— Э, нет, красотка, — покачал головой незнакомец, который только что обнимал Янку. — Так дело не пойдет. Это ж днюха, надо выпить за здоровье именинницы.

— Я правда… мне лучше сок.

— А по внешнему виду не скажешь, что ты такая недотрога у нас, — усмехнулся парень. Янка тоже хмыкнула, но ничего не сказала.

— Арин, ты чего, — шепнула Танька мне на ухо. — Выпей, развеешься хоть. А то хмурая такая, как туча ходишь.

— Тань, — недовольно выдохнула я, раздражаясь, что меня заставляют делать против воли и желания.

— Арина значит, — улыбнулся внезапно парень и протянул мне руку. — А меня Женя зовут. Будем знакомы.

— Очень приятно, — кивнула головой я, но отвечать на жест не стала, уж больно Яна косилась в мою сторону.

— Ну, за тебя, Ян, — крикнула Филимонова и в момент осушила полный стакан с вином. Глаза мои полезли на лоб от удивления, как она так быстро справилась с дозой алкоголя. Ната сделала пару глотков, а вот парень по имени Женя выпил рюмку водки. Он еще немного постоял возле нас, а затем ушел вместе с Яной в другую комнату.

Люди продолжали прибывать, включая наших одноклассников. И я уже в тот момент понимала, что как только увижу Кирилла, как только покажусь ему в этом своем красивом образе, сразу же уйду. Такие тусовки были не по мне, да и количество пьяных росло в геометрической прогрессии.

Пока я глазами искала Соболева, Танька осушила еще один стакан и они с Натой пошли танцевать в центр комнаты под ритмичную музыку. К ним пристроился Лысенко, который весь прошлый год дразнил Филимонову, и они уже зажигали втроем. Меня тоже звали, но я отказалась. Боялась, что пропущу Кирилла и поэтому раздражалась. Даже сейчас он умудрялся бесить меня. Вроде и нет его, ничего не делает, но тот факт, что я должна стоять здесь, подобно статуе свободы, и тухнуть в гордом одиночестве, безумно раздражал.

Через пол часа ко мне подплыл тот самый Женя, который настаивал на выпивке. В одной руке он держал бутылку с пивом, а в другой сигарету. Глаза его бегали загадочным образом в разные стороны и полыхали, как два задорных огонька. Парень нагло рассматривал меня, и в ту секунду, когда его взгляд замер в области груди, я поежилась. Мне захотелось одеться, а лучше уйти. Или убежать.

— Чего такая хмурая, красавица? — Промурлыкал Женя, наконец, отрывая глаза от моей груди.

— А ты чего такой веселый?

— Так днюха же, чтоб нет! Красавица, — подошел он еще ближе и как-то совсем по-свойски закинул руку на мое плечо, притягивая к себе. Запах табака и алкоголя тут же ударил в нос, хотя в комнате итак прилично пахло.

— Давай выпьем, потанцуем.

— Яна расстроиться, если увидит нас так, — выдавила из себя я улыбку и скинула навязчивую руку парня.

— Да прям, — отмахнулся он.

— Не могу я так с именинницей поступить, прости, — старалась как можно мягче отказаться от настойчивых предложений. Женя пьян, да и судя по глазам, очень пьян. Мне даже страшно было находиться рядом. Какие-то дурные мысли в голову полезли, и я в очередной раз прокляла Кирилла. Если бы не он, если бы не эта Ксюша, ноги бы моей здесь не было. А ведь уже столько времени прошло, а его нет, и не известно будет ли вообще.

— Красивая ты, Аринка, — едва не пропел мне в ухо Женя, опять протягивая руки к плечам. Первый комплимент в моей жизни и то от какого-то пьяного, едва знакомого человека. А ведь я надеялась, что эти слова скажет кое-кто другой. Зря. Однозначно зря.

— Ой, там мои пришли, пойду, поздороваюсь, — рефлекторно кинула я и тут же направилась к входным дверям. К счастью, у входа на самом деле, было скопление людей, и парень, не задумываясь меня отпустил. Он переключил свое внимание на кого-то другого, а я поняла, что это отличный шанс свалить домой.

Схватила куртку с крючка, накинула на себя, и выскочила на лестничную площадку. Людей становилось больше, а места протиснуться меньше. Однако мне это не помешало вырваться на улицу.

13.2

Свежий воздух ударил по щекам, и я подумала, что наконец-то могу вдохнуть кислород. Вытащила наушники из кармана куртки, включила музыку, и побрела в сторону дома. На часах было только шесть, мама будет рада моему раннему появлению.

Я проходила мимо незнакомых дворов, замечала, как в квартирах загорается свет, как кошки перебегают дорогу, а собаки обнюхивают землю в поисках еды. Было довольно прохладно, и ни одной звездочки на зимнем декабрьском небе.

Только когда свернула в сторону своего района, заметила знакомую фигуру. Остановилась, протерла глаза несколько раз. Ну, точно Соболев, его ни с кем не спутать. Он вошел в заброшенное двухэтажное здание. То самое, куда я с детства заходить боюсь и вообще обхожу стороной. Мне всегда мерещилось, что там живут приведения, но в реальности там околачивались алкаши или бродячие собаки.

Идти за Кириллом мне, конечно, же, не стоило. Это была абсолютно нелогичная идея. Безрассудная, так скажем. Спервая я прошла мимо заброшки, почти дошла до своего подъезда, но потом резко развернулась и направилась обратно. Мне было любопытно, и в то же время страшно. Зачем он туда пошел. Что ему там делать. Я три раза останавливалась по пути. Разворачивалась, но потом меняла решение. А вдруг он в очередной раз решил спасать кошку или собаку. Тогда ему нужна помощь. И хотя я чертовски злилась на него, отказаться от возможности узнать, чем Соболев занят, не смогла.

Возле здания было темно. Тут фонари вообще работают так себе. И это был еще один повод отказаться от глупой затеи. Меня не было как минимум десять минут. Кирилл мог уже уйти. Но разве девушку это остановит? Вот и меня не смогло.

Я на дрожащих ногах вошла внутрь, вытаскивая телефон из кармана. Включила фонарик, выключила музыку, чтобы слышать все шорохи. Мне было страшно, как будто вот-вот из-за стены выскочит монстр или маньяк с бензопилой. По спине пробежал мороз, а затем выступили капельки пота. Стены вокруг были расписаны граффити, под ногами мусор: банки, стекла, куски от штукатурки, разбитые камни. Местами пахло мочой, а где-то воняло фекалиями. Я закрыла рот ладошкой, сделала еще пару шагов вглубь и поняла, не хочу я искать этот психа. Если он настолько не в себе, что пришел в темное время суток в этот убитый особняк, то у него точно не все дома. У меня еще есть голова на плечах, поэтому всего лишь два шага, и я уберусь прочь.

Шаг.

Второй.

Третий.

Четвертый.

На пятом шаге я остановилась. Нет. Не потому, что решила идти обратно. Тело замерло, оцепенело просто. Состояние ужаса, переплетенное с тревогой, сковало руки и ноги. И вот теперь мне на самом деле стало страшно.