Глава 19

Глава 19

Когда я вернулась в комнату, Фелия и Бристиа собирали вещи. Причём делали они это в таком гробовом молчании, что мне становилось не по себе.

— Письмо отправила, — впервые за весь вечер нарушила тишину сокурсница и со вздохом направилась в купальню, не дожидаясь от меня ответа.

Понимая, что у меня совершенно нет сил на примирение соседок, я открыла дверцы шкафа, подумывая, что из вещей мне может пригодиться.

— Как твоя практика с блоком? — удивила меня вопросом Бристиа.

Сжимая в руках светло-зелёное тёплое платье, повернулась к подруге и вымучено улыбнулась:

— Если честно, то даже ещё не пробовала.

— Я так и знала, — хмыкнула рыжеволосая, падая на кровать. — В таком случае я поеду с вами, если ты согласишься на ментальные бои во время каникул.

— Что такое «ментальные бои»? — уточнила я, укладывая наряд в чехол. Говорить о том, что она уже и так собрала вещи, я не стала.

— Ты тренируешь заклинание защиты, а я усиливаю особенность своей искры ритуалом и пытаюсь пробить твой блок, — как-то жёстко усмехнулась она. — С недавних пор не только искра света развивается. Магия улучшается, не стоит на месте.

— Насколько это безопасно? — я решила на всякий случай уточнить и наткнулась на ледяной взгляд, ставший ответом. — Ты гарантируешь, что после таких выходных мы обе сможем нормально сдать экзамены?

— Кто знает, — повела плечами Бристиа. — Но если ты не научишься защищаться, а я вытягивать скрытые мысли, то долго ни одна из нас тут не продержится. Как минимум практика после первого курса всех отсеет.

Вздохнув, я села на кровать, провела пальцами по гладкой ткани чехла, который мне подарила мама, и вскинула подбородок, встречаясь взглядом с подругой:

— Стало быть, это такая взаимовыручка?

— Что-то наподобие того, — усмехнулась графская дочка. — Так что?

— Согласна.

Когда Фелия вернулась из купальни, мы гадали, что же такого запланировала наша соседка, и громко смеялись с предположений.

— Ну уж нет, в бордель на голых мужиков я смотреть не пойду, — возмутилась Бристиа под хлопок открывающейся двери. — Мне папенька голову оторвёт, если узнает, по каким местам его дочурку носит.

— Не переживай, — едко бросила Фелия, походя к своему шкафу, — в бордель пойдём без тебя.

— А вот теперь я начинаю задумываться об ошибочном выборе, — задумчиво протянула рыжеволосая и заливисто рассмеялась.

* * *

Утренние косые лучи солнца лениво скользили по серой брусчатке. Бристиа зевала и отчаянно тёрла глаза, а Фелия широко улыбалась и крутила головой.

— Как же я соскучилась, — в очередной раз протянула девушка.

Мы уже устали отвечать ей на эти заявления и молча рассматривали одну из богатейших улиц столицы.

Мимо проезжали позолоченные кареты. Одетые по последней моде кучера поглядывали в нашу сторону, надеясь на заказ, но Фелия настояла на пешей прогулке и теперь рассказывала нам о величайшем городе королевства, Формэреде, все, что знала.

— Это здание Великой Ложи, — указала она рукой в сторону трехэтажного особняка с тонкими башенками и зеркальными узкими окнами. — Поговаривают, что внутри оно не меньше Академии Двух Богов. Но слухи, знаете ли…

Бристиа уже откровенно зевала, но перебивать подругу не спешила.

— А там Палата Магии, — указала в сторону чёрной башни чародейка. — Там я проходила испытание Сердцем Стихий и узнала, что владею искрой. А вот там, на горизонте, виднеется замок. Видите? Это зимняя резиденция королевской семьи. Они, кстати, уже должны были вернуться, а значит, что скоро начнётся период балов. Ох, как бы я хотела получить приглашение, — щебетала Фелия, а я чувствовала, как начинает болеть голова.

Единственным, чего хотелось мне, — так это тишины и уюта. Пусть бы потрескивал камин в углу полутёмной комнаты и дарил тепло, которого мне сейчас катастрофически не хватало. Все же приближалась зима, ветра становились суровее и холоднее, а солнце практически не согревало землю.

Те немногочисленные деревья, которые росли вдоль широкой дороги, ещё сохранили свои листья, но окрасили их в жёлтые и красные оттенки.

— Почти пришли, — обнадёжила нас Фелия, указывая на виднеющееся в конце дороги двухэтажное здание из светло-голубого камня.

— Это и есть твоя хвалёная гостиница? — устало вздохнула чародейка с факультета Защитников.

— Да, — широко улыбнулась девушка.

У лестницы словно истукан стоял высокий худощавый лакей в тёмно-синем сюртуке. Золотые заклёпки на наряде ослепительно блестели в солнечных лучах, а вот взгляд слуги был холоден и цепок.

— Светлых путей, — стерев с лица улыбку, бросила ему Фелия.

На удивление, лакей согнулся в поклоне:

— Добро пожаловать, госпожа.

— Распорядись о покоях на верхнем этаже, — добавила она, ставя ножку на первую из ступеней.

— Но… — было заикнулся мужчина.

— Не входит в твои обязанности? — холодно усмехнулась чародейка, удостаивая его взглядом. — Я ведь могу сделать так, чтобы у тебя вообще не было обязанностей.

— Прошу прощения, — склоняясь ещё ниже, пролепетал слуга, — все сделаю.

— Так-то лучше, — кивнула Фелия, разрешая мужчине пройти вперёд и придержать для нас двери.

— Ну ты и стерва, — прошептала Бристиа, когда мы оказались в просторном светлом холле, а лакей бежал по лестницам на верхний этаж.

— Я дочь хозяйки, — усмехнулась чародейка, опускаясь на мягкий обитый белой замшей диванчик. — Хочу вам показать то, насколько прекрасна столица для вельмож и богачей.

Сев рядом с подругой, я вспомнила слова мамы. Она говорила, что всю жизнь мечтала побывать в столице, потанцевать на балах, насладиться великолепием жизни. Но судьба распорядилась совершенно иначе, и сейчас я себя чувствовала виноватой. Не я, а она должна сидеть на этом месте и наслаждаться жизнью.

— Все готово, госпожа Фелия, — слегка запыхавшимся голосом оповестил девушку лакей, спускаясь по широким белоснежным ступеням.

Мимо мужчины пробежала служанка с охапкой свежего накрахмаленного постельного белья. Несмотря на ношу, она отвесила дочери хозяйки учтивый поклон, чем заслужила одобрительную улыбку.

— Вас провести? — поинтересовался мужчина, поправляя сюртук.

— Можешь быть свободен, — подарила ему лёгкую улыбку колдунья. — Если мне потребуется твоя помощь, я сообщу.

— Рад служить, — поклонился он и направился к выходу из гостиницы.

— Ну что же, — Фелия повернулась к нам с Бристией лицом, — самое время почувствовать себя королевскими особами. Идёмте.

Радость подруги передалась и мне. Тяжёлые мысли и воспоминания на время спрятались в тёмном углу, но я знала, что это ненадолго.

— Сейчас я покажу вам наши покои, разместитесь и отдохните. Я пока хочу наведаться к матушке. А вот уже вечером вы с вами начнём знакомство со столицей. Обещаю, вам понравится.

Дочь графа ответила ей лишь тяжёлым вздохом.

Комнаты, выделенные нам троим, оказались поистине огромны. Если бы я не знала, что мы находимся в одной из лучших гостиниц города Формэред, то решила бы, что порталом меня закинуло в королевскую резиденцию. Гостиная, казалось, сияла от солнечных лучей, ведь вместо стены до самого потолка тянулось прозрачное сплошное окно, занавески отсутствовали, а я поймала себя на мысли, что очень хочу насладиться отсюда видом на ночной город.

Из мебели в гостиной находился большой светлый стол и несколько глубоких кресел, а в углу потрескивал поленьями белый камин. Под потолком висела округлая люстра, свечи в ней не горели.

— Там спальня, там купальня, там гардеробная, — указывая на двери, проговорила Фелия. — Если вам не хочется самим разбирать вещи, то можете позвать слугу, — девушка махнула рукой в сторону большого колокольчика, лежащего на столе. — На этом вроде бы все. Отдохните до вечера.

Оставив свою сумку в одном из кресел, чародейка помахала нам ручкой и выбежала за дверь.

— Будь моя воля, я бы тоже к маме наведалась, — вздохнула Бристиа, опускаясь в кресло. — Но, если я сунусь в родовой замок раньше того, как смогу назваться великим магом, меня мой папенька выдаст замуж за то время, пока я буду говорить «светлых путей».

— Все настолько плохо? — хмыкнула я, снимая туфли и забираясь с ногами в кресло напротив. — Мне казалось, что с твоим характером выдать тебя замуж на так-то просто.

— Это ты просто с моим папенькой не знакома, — повела плечами чародейка. — Ну что, пора приступать к нашему первому ментальному бою.

— А как же понежиться в мягких постелях и принять горячую ванну? — постаралась я отодвинуть тренировку подальше, все же отдыхать хотелось больше.

— Успеется.

Понимая, что первый бой я уже проиграла, откинула все мысли и прошептала:

— Цессабе.

Прошло мгновение. Другое. Мне показалось, что в уши кто-то вставил затычки, мысли отзывались с каким-то странным эхом.

— Сработало, — вслух удивилась я, поднимая взгляд на Бристию.

— Да, — кивнула она, — сработало. Хорошо, ты молодец. Теперь попробуй удержать этот блок.

Спросить о методах удержания защиты я просто не успела. В следующее мгновение почувствовала, как магические нити, исходящие от чародейки, аккуратно касаются моей головы, словно пытаются найти брешь. Вначале эти прикосновения были лёгкими, непринуждёнными, а потом магия тьмы все настойчивее пыталась проникнуть в мои мысли, вытащить самое сокровенное, узнать тайны. Чувства эти были не самыми приятными.

Зачерпнув силы из внутреннего резерва, я постаралась сосредоточиться только на защите и повторила заклинание ментального блока.

Чувство вмешательства исчезло, а Бристиа выругалась.

— Снимай, а то весь резерв потратишь, — буркнула она, откидываясь на высокую спинку светлого кресла и прикрывая глаза.

— Цессабе дефек, — проговорила я заклинание деактивации.

— Я удивлена, — призналась девушка, — ты так легко и непринуждённо отразила моё вмешательство, что многие послы и шпионы тебе бы позавидовали. Продолжим завтра, я потратила почти половину резерва.

— Так много, — ахнула я.

— Усилить пассивную способность искры не так просто. Этому никто не обучает. Каждый ищет свой путь.

— Тогда отдыхай, — я встала на ноги и потянулась, — нам сегодня ещё предстоит экскурсия по самым лучшим местам столицы.

Бристиа ответила мне протяжным вздохом.

А вот Фелия вернулась ближе к обеду, но вместо того, чтобы вызвать слуг и потребовать для нас несколько изысканных блюд, заставила надеть свои самые лучшие наряды и потащила за собой на улицу. Дочь графа даже не сильно противилась, видимо, и впрямь потратила слишком много сил на ментальное сражение, а вот я, к удивлению, усталости не чувствовала.

После короткого чёрного ученического платья тяжёлая тёплая юбка тянула к земле и непривычно сковывала движения. Кутаясь в тёплую короткую накидку, я наслаждалась дуновением прохладного свежего ветра и с интересом крутила головой, пытаясь все рассмотреть и запомнить.

Фелия вела нас по широкому каменному мосту, который был переброшен через одну из рек, протекающих в сторону северного моря.

— Первым делом я хочу показать вам самый лучший ресторан, славящийся прекрасными блюдами из рыб и овощей. А какая там выпечка, словами передать не могу.

Учитывая, что мы с Бристией ни позавтракать, ни пообедать не успели, от одних этих рассказов у меня рот наполнился слюной, а желудок скрутило спазмом от голода.

Теперь уже мы с колдуньей подталкивали и поторапливали Фелию, которая подшучивала над нами, но грани дозволенного не переступала. Потому даже Бристиа в скором времени начала улыбаться и беззлобно отвечать на колкости со стороны подруги.

Ресторан, в который вела нас соседка, находился в самом центре городского парка. От двухэтажного тёмно-красного здания расходились в разные стороны тропинки-ниточки, устланные плоскими чёрными камешками. По ним прогуливались разодетые парочки, наслаждаясь последними днями тепла.

— Пора хорошо провести время, — улыбнулась Фелия, поднимаясь по широким тёмным ступеням и толкая массивную деревянную дверь.

На первом этаже играла тихая музыка, хотя музыкантов я не заметила, горели свечи и факелы, разгоняя полумрак, а за небольшими круглыми столиками тихо переговаривались посетители.

— На троих, — попросила чародейка, останавливаясь возле высокой блестящей стойки.

Лакей развернул свиток, сверился с ним и уточнил:

— Только на втором этаже. Устроит?

— Да, благодарю.

— Пройдёмте.

Лестница обнаружилась за поворотом и спиралью поднималась вверх. Придерживая длинные юбки, мы с Бристией последовали вслед за слугой и чародейкой, которая вновь надела маску пренебрежения и холодности.

Второй этаж оказался светлее первого. Отвешенные шторы пропускали достаточное количество солнечного света, а под потолком висели не активированные магические шары, которые ближе к ночи должны были разгореться мягким светом.

Лакей указал на один из столиков возле окна.

— Нам три фирменных блюда и три лучших десерта, — опередила его вопрос Фелия, опускаясь на стул с выгнутыми тонкими ножками.

— Что предпочитаете пить? — услужливо уточнил мужчина, чьё лицо не выражало абсолютно никаких эмоций.

— Игристое вино, — не задумываясь, отозвалась девушка, разглаживая складки на тяжёлой светло-голубой юбке. А когда слуга уже спускался по лестнице, добавила, обращаясь к нам: — Надеюсь, вы не против?

— Видел бы папенька, чем я тут занимаюсь, — усмехнулась Бристиа. — Он запрещал мне все, кроме воды и сока.

— Значит, не против, — усмехнулась девушка, поправляя закрученные в локоны каштановые волосы.

— Все хотела спросить, — открыла я рот, — на чьё золото мы гуляем?

— На моё, — широко улыбнулась Фелия, — маменька держит несколько заведений в столице, я частенько ей с этим помогаю, потому запас денег у меня всегда имеется.

— Стало быть, мы твои должницы, — нахмурилась графская дочка.

— Нет, — покачала головой чародейка, — я делаю это из-за собственной прихоти.

Произнести слова благодарности я не успела: нам уже несли заказ. Решив, что сказать «спасибо» я всегда успею, положила на колени накрахмаленную салфетку, вышитую шелковыми алыми нитями.

На скатерти появилось три овальных блюда с запечённой рыбой и овощами. В высокие бокалы из тонкого стекла лакей налил шипучий бледно-жёлтый напиток и, забрав кувшин, отошёл от нашего стола ровно настолько, чтобы ненароком не подслушать разговор. Надо сказать, что на втором этаже людей было немного, и таким образом все наши тайны, рассказанные друг другу, никто лишний узнать не мог.

— Выпьем же за то, что смогли посетить это место, — подняла бокал Фелия.

С мелодичным звоном столкнулись бортики, зашипел от негодования напиток, а Бристиа улыбнулась, расслабляясь в нашей компании.

Я поднесла бокал ко рту, но перед тем как пить вдохнула лёгкий аромат, напоминающий мне начало лета. Пахло фруктами и розами. Решив, что это вино ничем не должно отличаться от тех, что я пила за свою жизнь, сделала глоток.

Ох, как же я ошибалась.

Уже минут через двадцать, когда опустели тарелки, а нам принесли десерт, язык начал заплетаться, хоть выпила я всего три неполных бокала. Раскрасневшаяся Бристиа рассказывала о том, какой неудачей закончилась их совместная поездка с отцом на охоту, а Фелия подхихикивала над историей и то и дело отпивала из своего фужера.

— А потом он попытался нагнать оленя, скрывшегося в кустах, ведь терять добычу не хотелось, — сквозь выступившие от смеха слезы, продолжала рассказывать графская дочка, — да забыл, что лук мне передал. Так и ускакал с одним колчаном и парочкой слуг.

Я не разделяла их веселья: видимо, выпила не так много, но и улыбку с лица стереть не могла. А потом нам принесли три огромных вазочки с ледяным десертом. В такую погоду не помешало бы чего погорячее, но менять заказ было уже поздно.

Зачерпнув ложкой угощение, отправила его в рот и зажмурилась от наслаждения. Лёгкие сливки растеклись по языку, раскрывая приторно-сладкий привкус клубники и слегка кисловатый крыжовника. Где-то на этом моменте наши разговоры и затихли, никто не хотел отвлекаться от угощения.

Как доела, даже не заметила.

— А вот теперь можно продолжить наше веселье, — подхихикивая, решила Фелия, вставая из-за стола.

Спорить с ней не было никакого желания.

Расплатившись за обед, чародейка потащила нас в сторону торгового квартала, приговаривая что-то о самом необходимом в гардеробе для женщины. Каким же было моё удивление, когда мы остановились перед лавкой с нижним бельём.

Если я ещё сопротивлялась, приговаривая, что и без кружевных чулок проживу, то Бристиа наоборот стала на сторону Фелии. Описать моё удивление приличными словами было невозможно, потому, захлопнув рот, мне ничего не оставалось, как последовать за подругами внутрь. Нас тут же окружили молодые девушки с расспросами, чего бы мы хотели, и так преданно заглядывали в глаза, что и я вскоре сдалась.

Надо ли говорить, что нагребли мы покупок столько, что пришлось нанимать грузчика, который все эти покупки тащил нам до гостиницы? А Фелия что-то бормотала о том, что не прочь заказать к нам в комнаты ещё вина. Спорить с ней не было сил, и я лишь молча переставляла ноги, понимая, что завтра головушка поутру будет болеть. Радовало только то, что мы не успели ввязаться ни в какие сомнительные приключения, а значит — я не смогла полностью опозорить имя рода Селинер. Хотя… Я ведь теперь чародейка. Какое имя рода? Теперь репутация только моя, только Шерил Селинер, и никто не посмеет писать жалобы на имя Ваорлиона как главы рода. Если бы не Алира, я и вовсе отказалась бы от семьи, а теперь… Честно говоря, статус одиночки не прельщал, но магия пересиливала, и я знала, что даже сама смогу выжить. Смогу, если добуду себе вторую искру.

За этими грустными мыслями я и не заметила, как мы подошли к гостинице. Фелия окончательно расслабилась и напевала себе под нос мелодию, которая играла в ресторане на первом этаже, Бристиа куталась в короткий плащ и озиралась по сторонам, а я мечтала о тёплой мягкой кровати. Но, судя по всему, чародейка, устроившая нам весёлый день, так просто заканчивать его не собиралась.

«Как же я была права», — думала я спустя пятнадцать минут, когда мы втроём оказались в теплом бассейне, а на столике в купальне стояло несколько кувшинов с вином.

— Хорошо, — потягиваясь и опираясь о холодный бортик, пробормотала Фелия.

Бристиа, нисколечко не смущаясь наготы, прошла к столу, плеснула напитка в опустевшую чашу и опустилась в плетёное кресло, занимающее практически все свободное место между бассейном и стеной.

— Это оказалось лучше, чем я думала, — призналась она, блаженно прикрывая глаза. — Спасибо.

Мы вместе с Фелией недоверчиво покосились на колдунью и синхронно пожали плечами.

— Теперь я хотя бы понимаю значение того слова, которое воспевает моя любимая баллада, — продолжала рассуждать она, так и не открыв глаза.

— Какого слова? — поинтересовалась я, протягивая руку за кубком, который оставила стоять у края бассейна.

— Дружба, — повела плечами Бристиа. — Надеюсь, что вы не против, если я назову вас своими друзьями.

— Ну и дура же ты! — в сердцах выругалась Фелия, ударяя рукой по воде.

Я аж подпрыгнула, ударяясь спиной о бортик, а чародейка тем временем продолжила возмущаться:

— Ты только это поняла? Дура!

— Сама дура, — обиженно надула губы рыжая и демонстративно отвернулась.

— А я-то чего? — фыркнула чародейка. — Это не я тут замечаю очевидные вещи в последний момент.

Язык у неё немного заплетался, но злость, видимо, прояснила разум.

— У меня никогда не было друзей, — обиженно отозвалась Бристиа.

— И что? У меня тоже!

Прикрыв глаза, я постаралась отрешиться от действительности. Вмешиваться в этот спор не хотелось, тем более я понимала, что все это не серьёзно, а значит, и лезть не стоит. А вот спать хотелось сильно, тёплая вода убаюкивала.

— Я всё детство провела в борделе! Какие там друзья?

Меня словно по голове чем-то ударили. Я распахнула глаза и повернулась к Фелии. Бристиа выглядела ещё больше удивлённой, чем я, но смогла из себя выдавить:

— Что ты сказала?

Чародейка прикрыла глаза, пригладила мокрой рукой золотисто-каштановые волосы и шумно выдохнула:

— Да, я провела все детство в борделе. Моя мама по определённым обстоятельствам стала куртизанкой. Нас спасло только то, что она продала свою искру. На вырученные деньги маменька смогла покрыть долги и выкупить публичный дом, в котором когда-то работала.

Речь казалась бессвязной, но я понимала, насколько тяжело ей сейчас об этом рассказывать. Не удивлюсь, если она специально спровоцировала Бристию для того, чтобы выговориться.

— Расскажешь? — попросила я, понимая, что ей это сейчас необходимо.

— Да нечего толком рассказывать, — расслабившись, отозвалась Фелия и отвела взгляд. — Насколько я поняла, мама была любовницей короля. Фавориткой. Когда королева возилась с новорождённым сыном, а король понял, что идеальным соединением там и не пахнет, то пошёл к магам за советом, он надеялся получить достойного наследника без особых усилий. Но что-то пошло не так и у фаворитки родилась девочка, да и к тому же с одной стихией земли. А кому нужна дочка с одной искрой? Ясное дело, нас выперли, как только это обнаружилось, кинув лишь горсть монет на первое время.

— Так ты королевских кровей, — ахнула Бристиа.

— Вот только попробуй мне в ноги в следующий раз упасть, — скривилась чародейка, — я с тобой разговаривать перестану.

— Ты точно мне сейчас угрожала? — хохотнула колдунья, спускаясь к нам в бассейн.

— Подожди-подожди, — взмахнула я руками, разбрызгивая воду. — Ты сказала, что у принца не идеальное соединение, но нам же на лекции сказали, что вся королевская семья славится самыми сильными магам. А значит, что там просто обязаны быть идеальные союзы стихий.

Фелия вздрогнула, будто сболтнула лишнего, посмотрела вначале на меня, потом на Бристию и прошептала:

— Только пусть это останется между нами, договорились?

И лишь получив от нас клятву о том, что эта информация не достигнет лишних ушей, продолжила:

— Это я слышала от мамы и верю её словам. Но если кто-то лишний узнает об этом, то ей не сносить головы. Наследный принц родился со стихиями земли и огня. Перенял пламя от матери, а твердь от отца. Но это было не престижно, потому одну из искр заменили в Палате Магии. И, естественно, никто об этом знать не должен был, это ведь такой позор для идеальной королевской семьи.

— Так себе тайна, — пробормотала Бристиа, проводя ладонью по воде. — Но я обещаю, что никому ничего не расскажу. Ты можешь быть спокойна.

— Спасибо, — тихо ответила ей Фелия и потянулась за кубком. — Что-то я перепила сегодня, раз так язык развязало.

— Я знаю отличный способ протрезветь, — хитро усмехнулась я, опуская руку под воду.

— Какой? — первой заинтересовалась графская дочь.

Чувствуя, как вода вокруг пальцев холодеет, улыбнулась ещё шире и, зачерпнув жидкость, брызнула колдунье в лицо.

Визгнув, она не осталась в долгу, окатив меня тёплой водой с пеной. Спустя мгновение к нам присоединилась и Фелия, заливисто хохоча.