Глава 28

По стенам и потолку ползали медленные тени. Судорожно сглотнув, я тряхнула головой в попытке отогнать наваждение.

— Выключи, пожалуйста, фонарик, — шепотом попросила.

Бен нахмурился, но выполнил просьбу.

Мой взгляд метался по помещению, прощупывал в темноте каждую деталь, а тёмная магия подбиралась всё ближе. Она ползла по стенам густой, похожей на смолу, массой, меняющей по мере движения форму.

Я чувствовала её приближение, но дело превыше всего. Тем более, что Бен уже начал напрягаться.

— Что происходит? — поинтересовался он.

Я, не успев подумать, обернулась. Брови патрульного взлетели на лоб.

— У тебя глаза светятся, — его голос прозвучал буднично, будто он сообщал мне о приближении дождя.

— Так всегда бывает, — отстранённо отозвалась я и направилась к стеклянной двери, ведущей в спальню.

— Всегда? — переспросил он, не отставая от меня.

Когда Бен подходил ближе, тьма перед ним боязливо расступалась. Решив, что мне померещилось, я замерла и позволила скользкой тени подобраться ближе. Она обвивала ноги, и в тот миг, когда я была готова завопить и отпрыгнуть, Бен шагнул в мою сторону.

Тьма пошла рябью прочь от меня, отползла к стене, сжавшись перед патрульным. Странно, я впервые сталкивалось с чем-то подобным. Я посмотрела на Бена. Он лишь повёл бровью и неспешно прошёл мимо. Так, спокойно, Эшли! Тебе… показалось.

С этой мыслью я шагнула следом и оказалась в угловой комнате с огромной кроватью и спальным гарнитуром из ольхи.

— Ага. Когда чувствую темную магию. Этот дом заклеймён смертью.

Я рассматривала на ходу дверные ручки, поверхности стола и прикроватных тумб, обои и створки шкафа…. Бен не успевал следить за моими движениями, пребывая в глубокой задумчивости.

— Понятно, — понимающе кивнув, саркастически отметил он. — И, судя по твоему энтузиазму, тебе это нравится.

В воздухе витал запах гари, на шторах внизу остались следы копоти.

— Мне нравится распутывать загадочные дела, а убийства — редкость в мире магов. Поэтому я отношусь к данному расследованию особенно чутко, — я осмотрела ручки комода и заметила чёткие отпечатки на чуть выдвинутом верхнем ящике, и поспешила заглянуть в него.

Аккуратная стопка белья, а сверху — вмятина, будто там долгое время лежал некий предмет. По привычке потянувшись к ящику, я замерла и покосилась на Шермана. Склонив голову к плечу, он озирался по сторонам, но его взгляд постоянно возвращался ко мне.

Опустив руку, я решила ничего не трогать и оставить, как есть. Бен не позволил бы мне шарить в вещах на месте преступления. Подумает ещё, что я ненормальная, или уже подумал, и осудить его сложно. Не каждая девушка, далеко не каждая, и тем более умственно здоровая, заберётся в дом, где недавно кого-то отправили в мир иной, и будет копошиться в барахле убитого. Думаю, мне поздно волноваться о том, как я выгляжу в его глазах.

— Отсюда что-то взяли.

Повернувшись, чтобы уйти из комнаты, я встала, как вкопанная. На стене около дверного проема темнели вмятины и сколы от магических бросков, а по краям — следы копоти. Здесь орудовал рагмарр, как и в доме Саммер. По той же схеме.

— Что?

— Судя по отпечатку, книгу или блокнот, — сглотнув, отозвалась я.

— Не эту? — Шерман что-то поднял с пола. Повертев в руках, хмыкнул и протянул мне небольшую книгу в старом тряпичном переплёте.

Я осторожно взяла её и отогнула обложку. Частью себя уже знала, что увижу — надпись в верхнем левом углу. «Центральная библиотека. Ячейка № 453». Бен с интересом наблюдал за мной, скрестив руки на груди. Пролистав страницы, я обнаружила мятый клочок бумаги, на котором уже знакомым почерком было выведено лишь два слова: «Калеб Маноу».

— Тебе надо было идти в следователи, — усмехнулся Шерман.

Не думая о том, что передо мной стоит служитель закона, я схватила клочок бумаги и спрятала в карман плаща. За вечер обнаружила две идентичные записки! Пища для моего пытливого ума.

— Жандармерия не любит магов, поэтому у меня нет шансов, — как ни в чём не бывало, сказала я, пожав плечами, и положила книгу в ящик комода.

Мельком осмотрев ванную комнату, я быстрым шагом вернулась в гостиную. Бен, раздражённо всплеснув руками, двинулся следом.

Я запрокинула голову.

— Неужели ты этого не видишь?

Шерман проследил за моим взглядом. Повисла пауза. Боясь её нарушить, я задержала дыхание. Сердце встревожено билось в груди, и его оглушительный стук был неуместен в этой комнате, в этом доме.

Тонкие длинные пальцы тьмы тянулись ко мне, она уже совсем близко подползла и неспешно обвивала ноги, чтобы затянуть в западню. Ещё чуть-чуть, и я завизжала бы, что есть силы.

— А что я должен там видеть? — спросил Бен и, оторвав взгляд от потолка, посмотрел на меня. — Чёрт, ты вся белая! Эшли? Как ты себя чувствуешь?

— Смерть, — облизав губы, прошептала я, — там повсюду смерть.

Замолчав, я опустила голову и повернулась к нему лицом. Что я увидела? Удивление, лёгкую тревогу, интерес, но только не страх. Бен не спешил уносить ноги от ополоумевшей ведьмы с горящими глазами.

Пожалуй, для меня это было самым важным открытием за сегодняшнюю ночь. Второе не менее важное по значимости — в доме Кеннета хранилось нечто необходимое убийце. И убийцей я называла не рагмарра, а его работодателя. Удар тёмной магии, похожий на ледяной хлыст, вернул меня в гостиную, и я ахнула. Но голос прозвучал ровно:

— Нам надо уходить. Скорее.

Мы буквально выбежали на улицу. Не чуя почвы под ногами, я неслась к воротам и свободно вздохнула, только когда оказалась по другую сторону от них. Припав к забору, подставила лицо ветру и прикрыла глаза.

Шерман наблюдал за мной с настороженным интересом.

— И часто ты так развлекаешься?

Очнувшись, я открыла глаза и медленно повернулась к нему лицом. Он выглядел по-прежнему невозмутимо. Похоже, Бена ничем не проймёшь.

— Случается.

— Надеюсь, в жилище портного по имени Калеб ты не забиралась⁈ — прищурившись, протянул он.

— Хм… — я задумалась. — Буквально пару часов назад. Похоже, в городе орудует рагмарр–серийник.

Шерман перекривился. Одарив его лучезарной улыбкой, я застенчиво потупила глазки и похлопала ресничками. Думала пошаркать ножкой, но вряд ли его проняло бы, да и у меня с лица всё ещё не спал ужас. Вздохнув, я приняла прежний, вымученный вид.

— И от кого мы бежали? — почесав кончик носа, спросил он.

— От тёмной магии, жаждущей человеческой плоти, — зловеще ответила я, предчувствуя его следующую мысль.

— Она питается живыми людьми? — пряча улыбку, он склонил голову и посмотрел на меня исподлобья.

Я устало усмехнулась.

— Не совсем. Она стремится прилипнуть к живому и преследовать его, высасывать по капле, как проклятие.

— И как от неё избавиться? — уже серьёзнее поинтересовался Шерман.

Я вздохнула и отлипла от забора. Спрятав руки в карманы плаща, не спеша направилась к дороге. Он не отставал.

— При помощи магии, но я не обладаю знаниями, достаточными для ритуала исцеления. Она как пролитая из чаши вода — сила тёмного мага, оставленная на месте злодеяния. След его преступления. Я называю её тьмой, и она неодушевлённая.

— Какие маги способны оставить такой след?

— Рагмарры.

Шерман изменился в лице, что-то промелькнуло у него в глазах. Но миг спустя он вновь был беспристрастен. Я заметила тень удивления, но не придала значения. Ведь все удивлялись и пугались, когда слышали о тёмных.

Мы приблизились к патрульной карете. Бен остановился и повернулся ко мне.

— Выходит, ты чувствуешь рагмарров?

— Опять не так, — я улыбнулась и остановилась напротив Шермана. — Чувствую след их магии.

— Это же… — он наморщил лоб, не отводя от меня взгляда. — Здорово! Почему бы тебе не попробовать помогать следователям в расследованиях?

Ничего не ответив, я внимательно посмотрела на него. Прищурившись, он улыбнулся в ответ и обошёл карету.

— Садись. Подвезу до дома.

— И всё? — изумилась я.

Бен сделал вид, будто задумался.

— А что? Я должен, наверно, отметить, что ты тронутая⁈ Нормальные девушки так не ведут себя?

— Вроде того.

Он пожал плечами.

— Твоё пристрастие не пугает меня, — и выражение его лица вновь стало отрешённым. Он бросил мимолетный взгляд мимо, будто что-то привлекло его внимание. И голос прозвучал глухо и задумчиво: — А теперь садись в карету, пока нас не заметили бдительные соседи и не вызвали жандармов.

— Ты же сам из жандармерии, — проблеяла я, усаживаясь на пассажирское сиденье.

— В темноте все кошки серые.