Глава 60

Чтобы попасть в лес Грейтхем, пришлось свернуть на центральный проспект, сделать огромный крюк, а потом выехать на набережную.

Северная часть города — район Вижн — исключительно для людей с толстым кошельком. Здесь дома эксклюзивной архитектуры и ландшафтным дизайном, дорогие кареты в каретниках и бассейны с перспективой. С одной стороны — живописный парк, а с другой — чистейшее озеро.

Чтобы попасть в Вижн, нужно пересечь город и миновать мост, извивающийся змеей над озером Олха. Съехав с моста, попадаешь в другой мир — мир роскоши и показухи. Соседи старались перещеголять друг друга, удивить диковинной находкой в интерьере, гардеробе или каретнике.

От изобилия цветов в клумбах и отделке зданий разбегались глаза, но я не хотела бы здесь поселиться. Искусственная жизнь, фальшивые соседи и друзья — я лучше в скромном домике моей мамы в компании сестёр скоротаю вечность.

Как меня сюда занесло? Хотела объехать затор в центре Мортелля и проскочила поворот на набережную. Лобовое стекло кареты переливалось всеми цветами радуги, отражая свет фонарей.

Сонная тишина, тёмные окна, и только я медленно и бесшумно катила между потрясающе красивыми домами, погруженными в дрёму. Лорелея молчала и рассматривала пейзаж с открытым от восторга ртом.

Непроизвольно отвлекаясь на мерцание фонарей и гирлянд, я проехала одну улицу, затем свернула налево и оказалась на другой, ещё более красочной и вычурной, но вскоре мне надоело глазеть по сторонам.

Всматриваясь в ночную мглу, я начинала нервничать — нигде не было дорожного указателя, по которому я смогла бы сориентироваться на местности и уехать восвояси. Мысленно осыпая проклятиями себя, любимую, за торопливость, проехала всю улицу и остановилась на перекрёстке.

Дорога разбегалась чёрными лентами в четыре стороны, и они оказались погруженными в кромешную темень. Слабый свет от фонарей и фары не могли разогнать её — над дорогой раскинули ветви акации и плакучие ивы. Слева показалось что-то белое, и вскоре я различила очертания грузовой кареты.

— Что это? — спросила Лорелея, но я шикнула на неё.

Белая потрепанная карета под ветвями деревьев около дома, больше похожего на замок — мне сразу показалось это подозрительным. Заглушив двигатели и погасив фары, я притихла у высокого кованого забора.

— В городе орудует банда мошенников. Похоже, мы стали свидетелями ограбления.

Двое крепких мужчин выносили из дома огромную картину в чехле. На пороге стояли расписная ваза прошлых столетий, на скорую руку обмотанная в простыню, зеркало и два бронзовых канделябра.

Сомневаюсь, что владельцы дома затеяли переезд среди ночи.

Помнится, Майло рассказывал о карете, разъезжающей по городу. Мошенники, торгующие поддельными сигнализационными устройствами, обчищали дома экономных до абсурда граждан.

Кто именно стоял за грабежами, он ещё не успел выяснить, но — необычайное везение! — так сошлись звёзды, что сегодня я смогу помочь ему в этом непростом деле.

Сползая с сидения, я достала потрясла браслет связи и поднесла к губам.

— Доброй ночи, Лукас, — шёпотом поздоровалась, когда он ответил заспанным голосом. — Я понимаю, что сейчас три часа ночи, но дело не терпит отлагательств.

— Что случилось, Эшли? — с ноткой тревоги спросил он. — И почему ты шепчешь?

— Так получилось, что я стала случайным свидетелем ограбления в районе Вижн, — я намеренно не упомянула Лорелею, чтобы избавить её от внимания жандармерии. Она косилась на меня, когда следила за грабителями, но молчала. — Не спрашивай, каким ветром меня занесло сюда — к делу это не относится.

— Хорошо, не буду, — безропотно отозвался он.

— Кто в вашем отделе ведет расследование грабежей? Речь идёт о поддельных магических сигнализационных системах.

— Не может быть, — похоже, Лукас вскочил с постели — его голос прозвучал неожиданно бодро. — Ты что-то узнала?

— Один мой знакомый занимается починкой волшебных безделушек. В последнее время он часто сталкивался с подобными системами, и они навели его на мысль разобраться, кто их продаёт. Так же, как и я, мой знакомый взялся расследовать дело самостоятельно и выяснил кое-что, — говорила я не без сарказма и иронии, но спросонья Лукас не заметил в моих словах подвоха.

— Что именно?

— По городу колесит белая карета. На ней же похитители производят установку систем. Вычислить его сложно лишь по причине частых переездов с места на место. И ты даже представить себе не можешь, Лукас. Я сейчас имею счастье наблюдать за выносом дорогостоящих предметов интерьера из шикарного коттеджа в Вижн.

Повисла пауза, в ходе которой я внимательно вслушивалась в тяжёлое дыхание Лукаса. Собравшись с мыслями, он вздохнул:

— Назови адрес, Эшли. Я сейчас же пришлю людей и приеду лично. В управлении настоящий завал с этими ограблениями, а мы ещё не разобрались с убийствами магов, поэтому вынуждены выезжать на все вызовы.

Хмыкнув, я задумчиво закусила губу. Следователи в тупике — расследование убийств магов не продвигается, и они бросаются на любую работу, как голодные псы за костью. Это печально, разве нет?

— Кстати, — осторожно произнести не вышло — в интонации вновь промелькнула насмешка, — вы что-нибудь выяснили по делу Саммер?

— Ты действительно хочешь знать, или решила уколоть? — его голос сквозил подозрением.

Я обиженно надула губки, но он, разумеется, не видел этого.

— Считаешь, я на такое способна?

— Я теперь не представляю, на что способна девушка, которую, казалось, я отлично знаю. Ты обманула меня, а потом ещё и бросила около управления жандармерии! Что, по-твоему, я думаю и чувствую?

— Я не обманывала тебя, — холодно возразила я. — Это ты усомнился во мне. Не хочу быть рядом с человеком, который мне не доверяет и принимает за чистую монету каждое слово своего напарника. — Вздохнув, добавила: — пока мы выясняем отношения, грабители погрузят весь дом целиком в карету и увезут к чертям собачьим!

— Да, ты права, — спохватился Лукас. — Уже выезжаю.

— И скажи своим людям, чтобы ехали без сигнальных огней и с выключенными фарами.

— Ты не дождёшься меня?

— Извини, Лукас. Я очень тороплюсь.

Я сбросила вызов и спрятала браслет под рукавом плаща. Ни малейшего желания нет разбирать завершившиеся отношения по косточкам и мусолить их до рассвета.

Возможно, я поступила с ним излишне холодно и грубо, оборвала связь, не разобравшись, но моё сердце принадлежало другому мужчине, хотя и без взаимности.

— Вы расстались?

От неожиданности я вздрогнула и повернулась к Лорелее. Она говорила с сожалением, но не хотела смущать меня. Я растерялась сначала, но секунду спустя взяла себя в руки.

— Да. Отношения с Лукасом изжили себя. Никаких сильных чувств, кроме симпатии, которую вряд ли можно назвать «сильным чувством», я не испытывала к нему, Лорелея.

Я замолчала, не договорив. Не испытывала чувств…. Поэтому и ранила, не задумываясь, человека, влюблённого в меня. Якобы влюблённого — вероятно, он тоже не до конца был со мною искренен.

Любящее сердце никогда не поверит словам посторонних людей. Или на мужчин эта теория не распространяется?

Лорелея понимающе кивнула. Вздохнула, улыбаясь, и протянула мне руку. Я вложила в неё свою ладонь, улыбнувшись в ответ. Она всегда знала, что мне нужен другой, хотя относилась к Лукасу более, чем положительно.

Выглянув поверх рычагов, я с облегчением выдохнула: грабителям приглянулось что-то ещё, и они возвратились забрать это «что-то». Надеюсь, Лукас успеет — в конце концов, я сделала всё, что было в моих силах, и могу со спокойной душой ехать по своим делам. Хм…. Только как мне это сделать тихо и незаметно? Конечно, при помощи магии.

Перед нами раскинулся мрачный лес. Деревья здесь были настолько древними и высокими, что верхушками, казалось, задевали и щекотали луну. Дремучая зелень — переплетающиеся ветвями ели и дубы, вязы и сосны, образовывали густую крону.

Она накрывала лес лохматой изумрудной шапкой. Ветер играл на коже, трепал мои волосы, но деревьев не касался — ощущалась защитная магия, сквозь которую вряд ли будет легко пробиться. Но мы рискнём.

Первой шагнула вперёд Лорелея. Обернувшись, она едва заметно улыбнулась и направилась к лесу. Здесь не было слышно ночных птиц, не раздавались песни сверчков, и не шелестела листва — безмолвная тьма, от которой по коже побежали мурашки.

Лорелея походила на маленькую девочку в белом платьице, беззащитную и слабую. Хотелось догнать её, поймать за руку и не дать войти в тёмную таинственность. Но я же знала, кем она являлась на самом деле и не стала останавливать.

Разведя руками ветви, русалка заглянула во мрак леса. Магическая броня не оттолкнула её, хотя должна была. Направившись следом, я подняла глаза вверх и окинула высоченные деревья взглядом.

— Защитная магия, — едва слышно отметила Лорелея. — Ты её чувствуешь? Она повсюду, но по какой-то причине пропускает нас.

— Нас впустят, — согласилась я, — но не выпустят. Мы пытаемся пробраться в капкан.

Лорелея шагнула в лес и обернулась.

— Ты передумала? Ведь с самого начала было известно, куда нас несёт.

— А по мне заметно, что я передумала?

Лапы елей угрожающе нависали над тропинкой. Я пригнулась и вошла в зелёный омут, полный тайн и магии. За стеной растительности, огораживающей лес с внешней стороны, оказалось не так уж и темно.

Под ногами мерцала изумрудная трава, осыпанная бисером росы, мелкие голубые цветы, похожие на разбросанные драгоценные камушки. Я аккуратно ступала по траве, стараясь не наступать на них.

Когда ветви за спиной Лорелеи опустились, лес погрузился в сказку.

— За нами сплетаются ветви, — предупредила русалка, осматриваясь. Она выглядела невозмутимой, даже… умиротворённой, словно частенько бывала здесь, захаживала по грибы, и знала каждый пень и корягу.

— Я слышу, как шелестят листья, —кивнула я, но оглядываться не стала.

Деревья закрывали обратный путь, и я не хотела этого видеть. В воздухе витала магия, по коже скользили мурашки. Волшебство внушало страх путнику и сбивало с толку, но мы знали, с чем имеем дело.

Не обращая внимания на сосание под ложечкой, я двинулась дальше. Темнота была плотной, но серебристое сияние травы разгоняло её, освещая тропинку.

Лёгкий ветерок чуть шевелил густые кроны, будто невидимый великан гладил пальцами деревья. Нагибал их и перебирал листья. От этого движения у меня напрягались плечи.

Будто сама ночь была живой. По земле сочилась сила, стелилась мглой и поднималась по стволам деревьев, как масло по фитилю лампы. Кора завораживающе засияла золотом, и захотелось коснуться её. Я видела только это чудесное свечение и тянулась к нему.

Мир сузился, мрак охватил меня, обернул мягким пледом. Ещё шаг, и я смогу ощутить тепло чар….

— Эшли, — окликнула меня русалка. Я обернулась, магия разбилась и просыпалась искрящейся пыльцой на траву. — Не сходи с тропинки.

Закатив глаза, я шагнула по узкой тропе, петляющей между кустами, усеянными росой.

— Похоже на сказку, — усмехнулась я, стряхивая с себя золотую пыль. — На мрачную, полную неприятных неожиданностей и отвратительных монстров, сказку.

— Так и есть, — прошептала Лорелея.

— А?

— Я про монстров.

Я посмотрела на русалку. Изогнув бровь, она осторожно указала пальцем на старый дуб, ствол которого был настолько широким, что мы бы вдвоём не смогли бы охватить его руками.

Кудрявые ветви отбрасывали причудливые тени, но когда я присмотрелась, то заметила движение. Ветра не было, поэтому стало ясно, что вовсе это не тени. За нами наблюдали фантомы — сторожи леса.

— Мы их не трогаем, и они нас не тронут, — произнесла я и сглотнула.

— Ты уверена? — с сомнением протянула Лорелея.

— Нет. Я предполагаю. Давай двигаться дальше. Думаю, дом Вивиан уже близко, — я посмотрела вдаль на искорку жёлтого света, которой мог оказаться уличный фонарь.

Русалка с опаской покосилась на подвижные тени за деревом. Пожав плечами, я зашагала по тропинке. Из-за дерева послышалось глухое рычание. Я замерла и посмотрела через плечо на русалку.

Её белокурые волосы свесились и загородили лицо. Опустив руки вдоль тела и глядя под ноги, она подняла ладони вверх. Звук, похожий на рык крупного хищного животного, стал громче и внушительнее.

В груди зажгло, когда фантом рванул на нас, и я выставила ладонь ему навстречу. Лорелея сделала то же самое, взметнув копной золотистых волос в зелёном полумраке. Мелькнула тень, искрометно пронеслась под деревом, чёрной дымкой закружилась вокруг ствола, обвила его, будто змея, и накрыла нас облаком.

В тот же миг ладони Лорелеи засияли, и сквозь них пролилась магия — голубой сверкающий вихрь, похожий на водоворот морской воды, рассеял дымку, разогнал бестелесную черноту.

Испуганный вскрик разнёсся по лесу, разорвал тишину и умчался ввысь, исчезнув в густоте листвы. Ничто живое такой звук издавать не может. Он пробежал по другим фантомам, как огонь по сухим ветвям. Лес ожил — тьма ожила.

Не успел он унестись прочь, как из-за другого дерева появился другой. Мне он напомнил огромного чёрного волка, пронзающего мрак блеском алых глаз. Издав тихий гортанный вой, нематериальный зверь пригнулся перед прыжком и рванул на меня.

Взмах руки — сила ударила тень прямо в воздухе. Испуганный фантом кубарем упал на траву и заскулил. Он пополз ко мне наказанным псом и притих у самых ног.

Я пронзила его грудь магией, но не насквозь. Жёлто-белый сгусток энергии подсвечивал изнутри сотканное из ночи тело, словно пламя свечи в ладонях. Захотелось наклониться и погладить пса по холке, но от него веяло потусторонним холодом.

В сознании мелькнуло жуткое видение — фантом бросился вперёд, оскалив клыки. Я прерывисто выдохнула и шагнула прочь. Ещё мгновение, и сгусток света стал разгораться. Фантом плавился, как воск, сгорал на глазах, и вдруг магия поглотила его.

Яркая вспышка — и на землю медленно осел чёрный пепел.

— Как? — ошарашено вымолвила Лорелея. Её ладони по-прежнему сияли и были выставлены вперёд.

Я пожала плечами, потому что не доверяла своему голосу. Удивлённо поглядела сначала на оставшуюся от фантома горстку пыли, а потом на свои руки. Я действительно не понимала, как смогла одолеть порождение ночи.

Впервые сразилась со стражем леса, и сразу такой успех! Но всем известно, что их может одолеть колдун иной стихии. Я всегда считала себя потомком лесных магов, а теперь уже начинала сомневаться….

— Я не знаю, — не договорив, я застыла на месте. Краем глаза, уловив движение слева, посмотрела исподлобья сквозь занавес свесившихся волос и обомлела — нас окружали десятки пар алых глаз.

— Лорелея, мы должны прорваться к дому, — тихо сказала я, опуская руки и направляя их ладонями к стае фантомов. — Они не материальны, но, если настигнут, разорвут нас по-настоящему.

— Я поняла, — отозвалась она, разворачиваясь лицом к выходу из леса. — Я прикрою наши спины.

Русалка развела руками, озарив часть леса голубым светом. Фантомы, подобравшиеся сзади, заскулив, разбежались и нырнули в темноту. Лорелея справится, теперь очередь за мной.

Развернувшись лицом к тропинке, уводящей в лесную чащу, я направилась к свету фонаря, очень быстро, почти бегом. Отстреливаясь от преследующих нас фантомов, мелькающих между деревьев вдоль дороги, смотрела лишь перед собой.

Те, что осмелились встать на пути, обращались в пепел, не успев атаковать. Мы продвигались всё глубже в лес, и казалось, фантомы отступали, их становилось заметно меньше.

Путь был почти свободен, когда мы приблизились к той части леса, где росло особенно много старых, массивных деревьев. Выдался миг, чтобы перевести дух. Остановившись, я покрутила головой: зелень листвы и хвои, ветви, опущенные почти до земли, и густая тьма.

Ощущение беспокойства не покидало меня, хотя вокруг не было ни души. Я опустила руки и повернулась к Лорелее. Думала взбодрить её и порадовать победой над защитниками леса Вивиан, но вид русалки насторожил.

Она смотрела на меня большими голубыми глазами. Её кожа белела в темноте и казалась алебастровой в этот миг. Выражение лица, с которым она медленно подняла голову и посмотрела вверх, заставило моё сердце вздрогнуть и неистово забиться.

Я проследила за её взглядом и…. Наверное, моё лицо тоже побледнело от ужаса — беззвучно взмахивая крыльями, над нами кружили огромные вороны. Чернее ночи и крупнее настоящих воронов, гораздо крупнее, с горящими огнём глазами. Не меньше сотни птиц.

Судя по неподвижным теням, нависающим над верхушками деревьев и сидящим на ветвях, это ещё не вся армия.

— Что-то мне подсказывает, — громким шёпотом сказала я, — вспышками не отделаться и бегством не спастись. Не теперь.

Лорелея медленно опустила голову и, посмотрев на меня глазами, полными ужаса, коротко кивнула.

— Но мы же попробуем? — натянуто улыбнувшись, я приготовилась обороняться от новой напасти и по неосторожности шагнула в сторону, задев ногой пучок травы.

Лёгкий шелест, звон капель росы, настолько неуловимый, что обычный человек и не услышал бы. Но у фантомов, к несчастью, невероятный слух. Стая понеслась вниз, обрушилась на нас. Меня и Лорелею накрыло тьмой, которая постоянно двигалась, обвивала и задевала ледяными, жёсткими, царапающими кожу, перьями.

Как будто упало ночное небо — я ничего не видела, как ни пыталась рассмотреть. Лорелея пропала из виду, в ушах стоял свист крыльев, рассекающих воздух, и моё собственное дыхание.

Я искала глазами русалку, но фантомы настолько близко летали, что приходилось жмуриться. Я боялась, что они выклюют мне глаза. Алые огни мелькали повсюду и так быстро, что кружилась голова. Не знаю, как мне удалось устоять на ногах.

Целую вечность тени огромных птиц атаковали нас, но не причиняли особого вреда. Ждали, когда мы свалимся от бессилия? И стоило подумать, как щеку обожгло резкой острой болью — я ахнула. Но тут же проглотила вскрик — фантомы резали меня острыми, как бритва, перьями.

Я успела только закрыть руками лицо, как десяток сотканных из ночи птиц окружили меня, пролетая настолько близко, что кожу холодило. Звук разрезаемой ткани, неуловимыми взмахами крыльев, сначала уколы боли и обжигающее тепло, стекающее по коже.

Уже через минуту я перестала что-либо чувствовать. Тело зудело от порезов, в ушах звенело, и хотелось кричать, просить их остановиться. Но я не могла проронить и слова, разве что подумать и взмахнуть рукой.

Отняв одну руку от лица, я развернула её ладонью вверх, и магия озарила тьму. Золотистое мерцание извивалось, кружилось, пока не сплелось в шар. Он поплыл по воздуху, медленно и плавно, замер над моей головой. Неожиданно вспыхнув, взорвался искрами энергии, и вся стая взмыла вверх.

От вихря силы, пронёсшегося по поляне, я покачнулась и чуть не свалилась на траву. Глаза на миг выхватили из темноты силуэт Лорелеи — она стояла так далеко, что от страха за неё сдавило горло.

Вокруг русалки расплескалось лазурное море. Оно омывало подбирающихся фантомов, волнами сбивало их в воздухе. Магия топила их один за другим, но прилетали новые и бросались на Лорелею.

Я попыталась окликнуть русалку, но гул, донёсшийся откуда-то сверху, заставил резко поднять голову. Стая фантомов кружила над лесом, а те, что сидели на ветвях, поднимались ввысь, сливаясь с ними в водоворот сплошной тьмы. Сомнений не было: через мгновение она рухнет на нас и поглотит.

— Бен, — прошептала я, обречённо наблюдая за приближением фантомов.

Направив руку вверх, поставила магический блок, который должен был остановить или хотя бы немного ослабить, но они разнесли его вдребезги.

Сила, рванувшая из меня, обожгла их, над головой вспыхнули перья. С дикими криками фантомы слились в плотное чёрное облако, испещрённое алыми бусинами глаз. И я снова прошептала:

— Бен…. Где ты? Ты сейчас мне очень нужен.

А про себя подумала, как же глупо надеяться на чудо. Он не мог слышать меня, не мог чувствовать, что я влипла и вот-вот погибну. А если не погибну, то упаду от бессилия — фантомы поглощали энергию жертвы, высасывали её.

Именно поэтому им не помешала моя магия. Они напитались ею. Если бы я и Лорелея не колдовали, не оборонялись бы от них, то и им нечем было бы насыщаться. Но тогда бы фантомы нас загрызли ещё при входе в лес. Замкнутый круг получается.

Сердце дрожало, но не от страха. Я думала о Бене в эту ужасную минуту, которая истекала, сочилась песком сквозь пальцы, как наши хрупкие жизни. В последний миг я думала о нём.

Не о пребывающей в ужасе, перед неизбежной гибелью Лорелее. Не о Мишель или Монике, и даже не о Джоше. Мне хотелось ещё раз его увидеть и прикоснуться, хотя бы потому, что я никогда этого прежде не делала.

Я так и не узнала, какая на ощупь у Бена кожа, каковы на вкус губы, и насколько мягкие волосы…. Сколько времени упущено, сколько потеряно….

С губ сорвался прерывистый вздох, и я словно протрезвела. В груди жгло от холода, будто я проглотила льдинку, и она медленно скатывалась по горлу. Кулон замерцал розовым светом. Сердце взволнованно забилось, участилось дыхание. Меня охватила тревога. Неужели?!.