Глава 8

Таверна «Сирена» представляла собой старинную постройку с деревянными ставнями, маленькими окошками и высокими потолками. Обветшалые серые стены, высокая дверь и резной штурвал над входом.

Толкнув скрипучую тяжёлую дверь, я попала в обитель пьянства, но определённо не дешёвого, как могло показаться со стороны. В деталях интерьера сквозил морской стиль, словно в каюте дорогого корабля с ламинированными полами и обшитыми деревом стенами.

Стулья с высокими спинками тянулись вдоль круглой барной стойки, мягкие бежевые диванчики окружали низкие квадратные столики, а над ними свисали светильники-жемчужины. Барная стойка, похожая на риф, окружённый водопадом — игра света и немного магии.

Посетителей в этот час оказалось немного. За стойкой вальяжно расхаживал крупный мужчина с не сходящей с лица широкой улыбкой — хозяин таверны, Джереми, собственной персоной. По совместительству бармен. Не то, чтобы у заведения дела шли плохо. Напротив, Джереми любил общаться со своими клиентами, слушать их истории.

По залу сновали проворные разносчицы в зелёных кружевных передниках, переливающихся, точно рыбья чешуя. И одна девушка выделялась сильнее других. Белокурые, волнистые волосы ниже талии, глаза цвета морской волны, и невероятно нежные, тонкие черты лица.

От её улыбки даже я боялась ослепнуть. На вид девушке не дать больше двадцати трёх, но истинный возраст русалки сложно представить. Сто-сто пятьдесят…. Годы не имеют значения, когда так потрясающе выглядишь.

Мне недавно исполнилось двадцать три, и на этот возраст я буду выглядеть еще много-много лет. Маги не стареют, как смертные.

Грациозно оправив волосы, Лорелея блеснула жемчужной улыбкой. Сопровождаемая восхищёнными взглядами посетителей, направилась в мою сторону. Я заняла столик в тени, куда свет тусклых мерцающих ламп почти не проникал.

Завсегдатаи жались к бару, но были и те, кто жаждал уединения или просто подкрепиться. Аромат от горячей пищи шёл такой, что желудок жалобно свернулся.

Несмотря на то, что Лорелея достаточно много времени проводила в окружении морских волков, она продолжала оставаться милой, утончённой девушкой. Внешне. Иногда, всё же, пребывание в сомнительной компании сказывалось и проявлялось потоком брани и своеобразного юмора. Не хуже, чем у заправского матроса. Довольно странный коктейль получался…. Красавица, выражающая эмоции крепким словцом, от которого даже я, привыкшая к причудам подруги, краснела до корней волос.

У Лорелеи авантюрный характер. Сколько раз мы бросались в сомнительные приключения и оказывались на волоске…. Нет, не от гибели. Нам чудом удавалось избежать проблем с жандармерией. Будь то проникновение в дом, в котором, по словам соседей, обитали призраки, или слежка за подозрительными типами, сболтнувшими лишнего у барной стойки…

Ещё один персонаж являлся неотъемлемой частью антуража таверны. Странник. Он старался оставаться незамеченным, но привлекал моё внимание скрытностью. Его столик в дальнем углу зала никто не занимал — с наступлением вечера мужчина в чёрном плаще с капюшоном прикуривал сигару, растворяясь в местной обстановке.

Пуская кольца дыма, казалось, не замечал происходящего вокруг. Каждый раз я украдкой рассматривала его, надеясь уловить момент и увидеть лицо. Но тщетно. Его образ окутан тайной, под капюшоном — кромешный мрак. Обычных людей он отталкивал, но только не меня.

Не раз я пыталась понять, кто передо мной. Пробовала на вкус его ауру, прислушивалась к ощущениям…. Ни капли магии, ни намёка на потустороннюю сущность, будто я сижу напротив платяного шкафа.

Отвечать вопросом на вопрос — его излюбленная забава. Он раздражал, доводил до кипения, но мне была нужна информация.

Вот и сегодня я следила за мужчиной в капюшоне, но обзор загородила Лорелея. Она иногда обижалась, думая, что я прихожу в таверну под предлогом встречи с ней, но истинной целью моего визита являлся именно он. К чему лукавить, иногда я так и поступала, но только чтобы потешить самолюбие Странника. А еще — в надежде, что однажды раскушу его.

Лорелея скользнула мимо, обходя меня. Настолько близко, что лицо защекотала магия, прохладная и свежая, пахнущая морем. Её золотые локоны коснулись моих плеч. Я обернулась, почувствовав, что она улыбается. И улыбнулась в ответ, посмотрев в сияющие лазурью глаза.

— Я успела соскучиться, Эшли Хейлтон, — строго проговорила она, хотя улыбка с губ не сходила. Остановившись напротив, русалка спрятала блокнот для заказов в карман передника.

— Мы не виделись два дня, — подыграла ей я, изогнув бровь, и сложила руки на столе. — За такой короткий срок в мире не произошло ничего интересного для нас.

— Вот я и говорю, — хмыкнула она, — что успела соскучиться.

— Ты становишься кровожадной, Лорелея, — я с укором склонила голову набок.

Она надула обиженно губки и возвела взгляд к потолку.

— Я устала и хочу развеяться. Мне надоели пресные будни с подносом в руках. Каждый вечер одна и та же картина, одни и те же лица. Упившиеся матросы своими грязными мозолистыми щупальцами норовят залезть под передник. Надоело, — она состроила брезгливую мину. — Душа жаждет острых ощущений, чтобы хоть немного приглушить желание убивать их и с упоением скармливать планктону.

— Очень интересно, — усмехнулась я. — Даже не знаю, чем тебе помочь. Похоже, ты зависима от адреналина, дорогая. Посмотрю, что смогу сделать.

— Поговаривают, что в Мортелль вернулись рагмарры, — протянула Лорелея, глядя в потолок. Улыбка с моих губ медленно сползла.

— Это Странник тебе сказал? У жандармерии нет доказательств…

— Какая разница? Мы их найдём и разоблачим, скормим рыбам, и в городе воцарится спокойствие! — тихо, но с чувством произнесла Лорелея.

Её лицо озарило сумасшедшее воодушевление, и мне стало немного не по себе, на мгновение. Если бы она заговорщически подмигнула и потёрла ладошки, я бы забила тревогу, но этого не произошло. Пока.

— Они же убили Бишоу!

— Они? — с сомнением переспросила я.

Всю жизнь я искала встречи с рагмаррами — из профессионального и личного интереса. И, конечно, желая узнать правду о гибели родителей. Но довольствовалась исключительно слухами. Их никто не видел, а кто видел — уже умер. Они работали группами или в одиночку, по чётко отработанной схеме. Но делать выводы, анализируя одно-единственное убийство, я бы не спешила.

Русалка важно кивнула, но вдруг округлила глаза и тряхнула головой:

— Я не имела в виду, что их было несколько! Образно выразилась — они, рагмарры. В любом случае, мы должны вмешаться и всё разнюхать. Неужели ты боишься? — громким шёпотом произнесла Лорелея и поджала губы.

— Я? — иронично вскинув брови, внимательно посмотрела на русалку. — Всего-навсего не хочу опять во что-то вляпаться.

— Поверь мне, Эшли. В городе появился рагмарр. Один или десяток — неважно, мурену им в зад!

Наморщив носик, я зажмурилась. Всего на миг, делая вид, что не разобрала последних её слов. Нет, я не неженка, но слышать из уст Лорелеи подобные ругательства как-то странно и неудобно, словно я сама брякнула что-то похабное.

— Откуда ты так просвещена…. А, — я понимающе кивнула и, сложив перед собой руки, посмотрела на мужчину в капюшоне. — Странник.

— Да, — нехотя ответила она. — Он всё знает, всё видит. Я доверяю ему.

— Ну, конечно, — я побарабанила пальцами по столу, покосившись на Лорелею. Она возмущённо вытянула губы. — А вдруг он обыкновенный бездомный, скрывающий лицо под капюшоном, чтобы обвести вокруг пальца наивную девушку? Всю ночь сидит здесь, ничего не заказывает, а утром его и след простыл.

— Нет, Эшли, — возразила русалка, неожиданно потупив взгляд. — Он хороший. Не ты ли бегаешь к нему за советами?

Я медленно подалась вперёд.

— За советами, да. И полученную информацию предпочитаю проверять. Ты, наверно, знаешь, кто он на самом деле, раз веришь каждому слову? — выпалив, я тяжёло вздохнула и откинулась на спинку стула. — Прости.

Подруга села напротив меня за столик и посмотрела внимательно в глаза.

— Я мало, кому доверяю. Иначе бы не прожила столько, — вздохнув, она покосилась на Странника. — Он ни разу не обманул. Разве это не повод поверить ему снова?

— Возможно, ты права, — согласилась я и погладила русалку по тыльной стороне ладони. — Ты не принесёшь мне чашечку кофе?

— С удовольствием! — Лорелея вскочила с места и унеслась на кухню.

Я же поднялась из-за стола и направилась в самый тёмный и укромный уголок зала. Опустилась на стул напротив Странника и едва не закашлялась от табачного дыма, висящего неподвижным облаком над столиком.

Сложив перед собой руки, уставилась в темноту под капюшоном. Может, он настолько уродлив, что одним своим видом способен повергнуть в ужас? Вряд ли дело в комплексах. Тут что-то иное.

— Чего ты хочешь, Эшли? — спросил Странник бархатным, низким голосом, когда ему надоело моё пристальное внимание.

По коже побежали мурашки.

— Это правда, что в город пожаловали охотники за головами? Это они убили Бишоу?

— Кто тебе это сказал? — выпустив облако дыма, загадочно произнёс он.

— Не важно, кто сказал. Так это правда?

— А что такое — правда?

Не выдержав, я хлопнула ладонью по столу. Он тихо рассмеялся.

— Я знаю, что они в Мортелле. Привела их цель, не приходится сомневаться. Но какая именно, и когда они уберутся из города — не могу ответить.

— В городе произошло убийство мага. Возможно, они уже выполнили задание и уберутся восвояси⁈

— А ты хочешь, чтобы они покинули город? — вдумчиво спросил Странник. — Что, если их прислала Верховная Ведьма?

Одно только словосочетание «Верховная Ведьма» заставило задержать дыхание — это же правительница магов!

Никто не видел её. Волшебный народ довольствовался слухами, приходя в трепет от одного упоминания о ней. Она всё видела, всё слышала, но никому не показывалась.

Вероятно, я должна была прийти в ужас после слов Странника, но я не боялась её. Линетт говорила, что правительнице приходилось прибегнуть к помощи охотников. Их способности крайне полезны, когда нужно наказать мага, преступившего закон волшебного мира.

Мы не можем убивать. Кара за совершение высшего злодеяния ужасна — маг теряет человеческий облик, лишаясь способностей. Безумная форма жизни, ограниченная как физически, так и духовно. «Утерявших облик» казнили рагмарры по велению Верховной Ведьмы. Более никому не под силу справиться с ними.

Когда-то и у рагмарров был свой правитель. При нём тёмные не были столь безжалостными. Где бы он ни был, теперь они были предоставлены самим себе и за звонкую монету охотно убивали.

— Зачем ей это⁈ — не унималась я. — В чём Бишоу провинился? Она же не может приказать убить только потому, что ей так заблагорассудилось⁈

Затушив в пепельнице сигару, Странник скрестил руки на груди. Я чувствовала, как он смотрит на меня. Ненавижу, когда меня видят, а я нет!

— Ты оставила мой вопрос без ответа, Эшли, — напомнил он, а я нахмурилась. — Если рагмарры уберутся из города, тебе станет легче? Ты ведь не угомонишься, пока не вывернешь расследование наизнанку и не убедишься в своей правоте. Зачем тебе всё это?

— Хочу найти применение своим способностям. Вдруг удастся с рагмаррами пообщаться?

— Не лезь к охотникам, они не станут отвечать на твои вопросы, — отрезал Странник ледяным тоном.

Он будто чувствовал, что я лгу. Видел меня насквозь, и от этого рядом с ним становилось не по себе. В глубине души желание отыскать виновного в смерти родителей всегда двигало мной. Глупо отрицать.

— Жить надоело? Они могущественнее тебя, и в одиночку с ними не справиться. — Он достал очередную сигару из кармана плаща рукой в перчатке. Прикурив, выпустил кольцо дыма к потолку. — Мой тебе совет, Эшли: смирись. Ты напрасно связываешь каждое появление этих тварей, каждое убийство, совершенное ими, со смертью своих родных. Тем более, столько лет уже прошло.

Я сглотнула ком в горле.

— К твоему сведению, я давно оставила эту безумную затею. Теперь мною движет желание помочь жандармерии и, конечно же, научный интерес.

Разумеется, я лгала! Не из профессионального любопытства я искала встречи с тёмными. Запретное всегда манит. И мне хотелось взглянуть на них, ощутить, как в их присутствии замирает сердце и стынет кровь.

Вздохнув, я склонила голову к плечу.

— Со мной всё ясно, а вот ты откуда столько знаешь?

— А что я знаю? — он безразлично пожал плечами. — Я собираю информацию, анализировать её в мои привычки не входит.

— Но ты мне помогаешь, — тихо возразила я.

— С какой стати мне помогать тебе?

— Прекрати! — в сердцах воскликнула я и, сжав кулаки, вскочила со стула.

Тёплый, колеблющийся поток магии потёк над столом к Страннику. Он ощутил его и замер, не успев поднести новую сигару к губам. Дождавшись, когда магия коснётся его, тихо усмехнулся и прикурил, тут же пустив белое облако дыма.

Его небрежность пристыдила меня, но я не сжалась и не опустила головы, а спокойно села обратно за стол. Оправив плащ, как ни в чём не бывало, сложила руки перед собой.

— Раньше ты не говорил так.

— Когда — раньше?

Я пожала плечами.

— Ладно, — примирительно произнёс он. — Признаю, ты всегда мне нравилась, а точнее твоё рвение спасти человечество. И я не видел ничего предосудительного в том, чтобы дать несколько наводок, способствующих продвижению твоего расследования.

— Откуда ты всё узнаешь? Есть надежный источник?

— Умею слушать, смотреть, наблюдать, — Странник неопределённо двинул плечами. — Ничего сложного и незаконного. И мне дорога моя шкура, знаешь ли, а ты себя не жалеешь. С тобой опасно иметь дело, Эшли. Ты вечно ищешь проблем. В этом тебе нет равных.

— Ты не помогаешь жандармам, насколько мне известно. В таверне постоянно сидишь в одиночестве, посетители обходят стороной подозрительного мужчину в чёрном капюшоне. Признайся, кроме меня тебе так же не с кем перекинуться словечком? Кто станет слушать человека, лица которого не видит, чью информацию невозможно проверить? Мне действительно нет равных — такую сумасшедшую стоит поискать.

Запрокинув голову, Странник тихо рассмеялся, и то был мягкий, похожий на мех, коснувшийся кожи, звук.

— Пожалуй, я соглашусь с тобой, Эшли. А теперь иди, — он выглянул мне за спину. — Твой кофе готов.

На миг удивление овладело мною, и я открыла рот, чтобы спросить, откуда он знает, что я заказала. Но, вспомнив, с кем имею дело, молча поднялась со стула.