Глава 13
— Мия, беги к себе, разбери вещи, — негромко, но решительно проговорила зайка.
Маленькое создание в куртке и шапке цвета изумруда вскинуло рыжую кудрявую голову и посмотрело на мать.
Мать, мать её!
— А что это значит? — с чистейшим любопытством выдала она — в уголке верхней губы стала заметна маленькая родинка.
В ушах до сих пор стоял звон, но этот голос-колокольчик заставил еще и пошатнуться, и Иэн на ватных ногах отступил назад. Этого добивалась стоящая напротив спокойная, уверенная в себе дрянь?
— Ничего, солнышко. Иди, — всё так же тихо и веско повторила она. — Рюкзак, вещи. Я проверю.
— Ну ма-а-ам!
— Бегом.
Узкие плечики опустились. Рыжая картинно вздохнула, крутанулась на пятках и поплелась к лестнице. Но что за волосы, боже! Перед глазами Иэна чётко встал образ маленького мальчика с волосами цвета меди и с веснушками на горбатом носу. С возрастом он потемнел и перешел в светлый каштан, но это случилось лет после десяти, не раньше…
— Можно я возьму чипсы? — девчонка вдруг обернулась и пошелестела пакетом.
Мысленный образ рассеялся.
Мать на неё не посмотрела, серые глаза сузились и уставились Иэну в лицо.
— Забирай.
— Классно! — рыжая снова повернулась к лестнице, схватилась за перила и помчалась вверх.
Её шаги с грохотом разнеслись по холлу, чуть притихли наверху за счёт ковра, и совсем заглохли где-то в хозяйском крыле. Гостиница снова погрузилась в тишину. Только сейчас зайка повернула голову и на несколько мгновений остановила взгляд на потолке. Замерла. Будто прислушалась. Мгновение. Два. Три… Говорить она не собирается?
Иэн открыл рот, чтобы снова задать свой простой-простой вопрос. Но не успел. Зайка пулей сорвалась с места, сомкнула пальцы на его свитере на груди и с силой, какой не должно быть у тощей девицы, потащила в левый коридор. Ватные ноги сами понесли за тонкой фигурой. Где-то на периферии сознания мелькнула мысль, что она впервые не шарахнулась от него, и это вообще первый раз, когда она до него дотронулась, но мысль эта сразу же исчезла.
Они домчались до кабинета, зайка распахнула дверь, втянула Иэна в комнату и только теперь пальцы разжались. Свитер так и остался смятым на груди, девица схватилась за край дверного полотна и захлопнула дверь с силой сквозняка. «Бам» дало по ушам, под потолком качнулась люстра. Джемма Хант круто развернулась на пятках и в грудь Иэна ткнулся тонкий пальчик.
— Да ты совсем охренел?! — прошипела она.
Зло и ядовито. Так это она здесь злится? Правда?! Иэн смахнул с себя её палец, перехватил руку за запястье и отвёл в сторону. Разум начал проясняться.
— Ну так когда?! — выплюнул он. — Или дай угадаю, ты не собиралась!
Джемма отступила назад и вырвала руку из захвата.
— Разуй глаза! Ей шесть!
Шесть… Шесть… Но цифра в мозгу не задержалась.
— И что?!
— Считай на пальцах, Ройс! — она округлила глаза и развела руки в стороны. — Я устроилась к Престону в двадцать один, и Мии тогда уже был год!
Аргумент дал в висок и как-то прихлопнул. Плечи сами опустились. Иэн уставился в серые, не моргающие глаза и попятился назад, пока не уперся в стол. Двадцать один, двадцать, девятнадцать… Залететь надо было в девятнадцать? Это действительно слишком далеко от свадьбы, которая состоялась в двадцать два, но…
Он рванул руки вверх и растёр лицо ладонями.
— Но она же рыжая! — руки безвольно повисли вдоль тела.
Брови Джеммы взметнулись на лоб.
— И что?
— Посмотри на меня, — он ткнул пальцем в свою голову. — На ресницы, на волосы. На бороду! Я выгораю до меди на солнце!
Её взгляд на секунду послушно задержался на его волосах. Хороший аргумент? Но вот она устало выдохнула и воздела глаза к потолку.
— Боже… Это не очевидно, знаешь ли, — она потёрла лоб ладонью. — Не верю, что мы вообще это обсуждаем.
Ах, она не верит…
— Это всё, что ты можешь сказать? — рявкнул Иэн. Кажется, он становится похожим на истеричку. — Ты притащила в дом ребенка, не думая о том, как это выглядит?!
— Нет, потому что я даже в бреду не могла предположить, что ты воспримешь всё так! — отрезала она. — Мия моя дочь. Только моя, ясно? Её фамилия Хант, — она ткнула в себя пальцем. — Поэтому засунь свои выводы в свою же саркастичную задницу и живи спокойно! Никто не потревожит тебя лишней роднёй!
Она круто развернулась на носках, подлетела к двери, и рванула за ручку. Иэн остался стоять и ошарашенно смотреть ей в спину.
— Тогда кто отец? — выронил он.
Джемма замерла, занеся ногу за порог. Её спина выпрямилась в звенящую струну, она вцепилась пальцами в дверь и обернулась через плечо.
— Выводы уже засунул? — шикнула она, и глаза снова яростно сузились. — Молодец! А теперь подтолкни к ним еще и любопытство, потому что — внимание! — это не твоё дело. А сейчас мне нужно готовить ужин моему ребенку. Удачного вечера.
И она хлопнула дверью. Звон снова покачнувшейся люстры — всё, что после неё осталось. Иэн уставился в закрытую дверь. Не только ноги стали ватными, но и всё тело, и он тяжело опустился на крышку стола. Руки вяло упали на колени. Кажется, из него только что выбили весь дух, даже не применив при этом силу.
Почти не применив.
Она ведь, как бешеная фурия, втащила его в кабинет! Впервые зайка по-настоящему вышла из себя. Неожиданно, надо сказать, хотя вопрос он задал вполне закономерный. Агрессивные шаги затихли, Иэн рвано выдохнул и сильно растёр ладонями затылок и шею.
Возможно, он повёл себя, как кретин. Возможно! Но как еще он должен был отреагировать? Эта новость заслуживает первого места по степени обалденности. Пожалуй, она даже перепрыгнула новость о свадьбе. Или просто последняя потеряла налет новизны, и чувства притупились? Иэн перестал таращиться на дверь, перевел взгляд на грязные чашки, неясно как оказавшиеся на столе. По их стенкам стекали кофейные разводы, а самой гущи стало на порядок меньше того, сколько он обычно заваривает.
Ч-ч-чёрт…
Кажется, он закапал ковёр в холле. Стоило и в самом деле лучше держать себя в руках, хотя бы при девочке. Но чёрт, где эта интриганка держала ребенка раньше? Почему не предупредила заранее? Всей этой сцены можно было избежать, если бы зайка не была такой идиоткой! При всём желании Иэн не смог бы догадаться, что девочка не от Престона… Дети так выглядят в шесть лет? Откуда ему знать? Он вообще не разбирается в детях! Их точный возраст совершенно невозможно угадать, если только на них нет подгузника!
Острое желание курить сдавило лёгкие. Иэн резко сунул руку в карман и вырвал из него пачку. Мятую и плоскую. Он поднял сплюснутую крышку и заглянул внутрь, но только чтобы убедиться, что там ничего не осталось.
— Ч-ч-чёрт! — он резко швырнул пачку на стол.
Снова растёр шею, сдернул с головы очки и бросил туда же.
Если бы рыжая была дочерью Престона, это объяснило бы вообще всё. Старый хрен вполне мог окрутить девятнадцатилетнюю девочку и бросить, а потом вспомнить о совести и жениться. Это было бы логично. Но если эта версия отменяется, тогда вся ситуация становится еще более идиотской. Престон женился на девушке с ребенком, поселил у себя, растил неясно чью дочь и оставил ей половину дома.
Класс! Объем драмы перевалил за отметку «индийский фильм»!
Если только Джемма не соврала насчет отцовства…
Могла ли она соврать в таком вопросе? Какой в этом смысл? И если соврала, то выходит, что у Иэна действительно есть сестра. Маленький, рыжий, сероглазый эльф.
Осознание окончательно докатилось до мозга, горло сжало невидимой рукой. Иэн с трудом сглотнул. Сорвавшись с места, он снова схватил грязные чашки и размашисто вышел из кабинета. Пронёсся по коридору, выбежал в холл. Дебильный дом. Чтобы сделать себе кофе, нужно пересечь футбольное поле. Вырастить здесь одного ребенка было недостаточно и потребовалось испортить жизнь еще одному?
Он вошел в бар, миновал столы с перевернутыми стульями. Старые половицы несколько раз скрипнули там же, где скрипели и десять, и пятнадцать лет назад. На подходе к кухне Иэн замедлил шаг. Глубоко вдохнул, тихо протяжно выдохнул. Чтобы прояснить некоторые моменты, нужно взять себя в руки. Похоже, пришло время хоть что-то узнать о девушке, на которой женился Престон. Как бы сильно она ни бесила.
Он тихо заглянул в приоткрытую дверь и остановился на пороге. Джемма Хант обнаружилась стоящей у рабочей зоны спиной ко входу. В её руках быстро, как у профессионального повара, мелькал нож, выстукивая по доске ритм, а на плите шелестела сковорода. Иэн перехватил чашки второй рукой, чтобы они не звякнули. Не хватало еще спугнуть… Взгляд прошёл по коротким волосам, не скрывающим тонкую шею, по узким плечам, спине, водолазка на которой практически обрисовывала позвонки, ремню на талии и вниз по джинсам, обтягивающим стройные ноги.
Как в этой девочке вообще поместился ребенок?!
Если бы не несколько плавных изгибов, это была бы фигура угловатого подростка. Но изгибы смогли компенсировать всё…
— Пришел развлекаться? — ворвался в мысли резкий голос.
Иэн вздрогнул. От неожиданности, конечно. Как она поняла?
— У тебя где-то спрятан третий глаз?
Вести себя тихо стало бесполезно. Он шагнул в комнату и двинулся к раковине. Джемма не обернулась.
— Я научилась чувствовать твоё присутствие нервами, — продолжая стучать ножом по доске, бросила она.
Потрясающе.
— М-м-м, как звучит, — Иэн остановился рядом с ней плечом к плечу.
Таково расположение рабочей зоны, ничего личного. Но теперь стал виден курносый профиль с плотно сжатыми губами. Чашки переместились на дно раковины, Иэн открыл кран и плеснул в них воды. Но тут же привалился боком к столешнице, а взгляд переместился на руки, бешено крошащие в опилки стебель сельдерея.
У кого-то здесь тоже не всё в порядке с нервишками. Это радует. Транквилизаторы они будут пить дружной компанией.
— Чего тебе надо, Ройс? — нож в последний раз стукнул по доске, и Джемма круто повернулась.
Нож из рук не выпустила. Опасная зайка.
Иэн скрестил руки на груди и прищурился.
— Я вдруг понял, что ты не дала ни одного внятного объяснения и красиво слилась.
— Ну надо же! — Джемма лихо уперла в изгиб бедра кулак с зажатым острым предметом. — Теперь тебе всё-таки понадобились объяснения? — едко выронила она. — Так вот тебе новость: я не обязана ничего объяснять. Ты мой нахальный, язвительный сосед по общаге, только и всего.
— Соседи оповещают друг друга заранее, даже когда собираются взять просто щенка. А у тебя ребенок! — собственный голос затрещал, готовый вот-вот надломиться. — Где она жила всю эту неделю? — Иэн выгнул брови и мотнул головой в сторону «чёрной» лестницы.
Хочет, не хочет, а на вопросы отвечать придется. Это дело уже касается не только двоих. Точнее так было с самого начала, но его никто не поставил в известность.
Джемма, однако, только закатила глаза, развернулась к плите, снова махнула ножом и принялась помешивать в сковороде неясное месиво. Ножом. Из сковороды поднялся пар, пахнущий чем-то мясным и пряным, и Иэн невольно потянул носом запах. В животе всё завязалось в узел. После заказанной утром пиццы прошло слишком много часов, а больше кроме кофе в желудок ничего за сегодня не попало… Джемма закончила манипуляцию, молча взяла крышку, накрыла сковороду…
— У моих родителей, — наконец выронила она. — Я была слишком занята, а Мия слишком живая и подвижная для дома, где готовятся к поминкам, — она снова повернулась к нему. Серые глаза прямо заглянули в его синие. — А потом появился ты.
О, ну это, конечно, шикарный аргумент! Кажется, лицо начало вытягиваться в ошарашенную маску.
— Поэтому нужно было её прятать? — обалдело выпалил он. — А может, ты ничего не говорила как раз потому, что она от Престона?
Он не успел договорить. Джемма вдруг замахнулась, отшвырнула нож на столешницу, и металл с громким лязганьем проехал по покрытию. Она рванула руку вверх, зажала пальцами переносицу и затихла. Иэн метнул взгляд к губам, чуть прикрытым запястьем: они беззвучно зашевелились, выдавая что-то вроде «один, два, три»…
Она… считает? Вот так, в открытую?
Но вот счет оборвался на пяти, рука упала. Джемма распахнула глаза.
— Слушай, Ройс, — она снова прямо и бескомпромиссно заглянула в его лицо. — Ты упрямый мул, это я уже поняла, и можешь сколько угодно упражняться в остроумии на мне. Плевать, я могу выдержать абсолютно всё. Но если ты хоть полунамёком обидишь Мию, — она замахнулась и уже знакомо всадила палец в его грудную клетку, — я откушу тебе башку.
Этот пальчик и в первый раз здорово напряг, но сейчас еще и нажал на невидимую точку, пуская по венам разряд. Иэн сделал резкий шаг назад.
— Значит, по-твоему, я убогий мудак, который может мстить через ребенка? — глухо выронил он.
— Я понятия не имею, кто ты, когда закрываешь рот и перестаёшь метать в меня дротики, — она спрятала пальчик в кулак и опустила руку. Но взгляд не отвела. — Так же, как и ты не знаешь, кто я. Но тебе и не нужно знать, ты классный художник и сам себе всё нарисовал.
Только теперь она отвернулась. Подобрав нож, взяла еще одну палку сельдерея, уложила на доску и принялась кромсать. Молча, чётко, быстро. Разговор окончен.
— Вот, значит, как…
На языке появился привкус горечи. Иэн крутанулся к раковине, в два рывка ополоснул чашки, бросил их на сушку и быстро вышел вон.
Внутри начало разрастаться странное чувство опустошенности. Откуда бы ему взяться? Он снова промчался через бар, холл, коридор и вошел в кабинет. От быстрого шага сбилось дыхание, а желание курить уже подожгло лёгкие, но откуда опустошенность? Иэн схватил со стола ключ от внедорожника.
Сигареты и очередная пицца — это всё, что сейчас нужно. И важно.