Глава 16

Лика

Репетитора по языку Дамир, как и обещал, нашёл. Это была приятная женщина лет пятидесяти. С ней было приятно не только изучать новый для меня язык, но и просто поболтать о жизни, книгах, музыке и прочих мелочах.

Я настояла, чтоб занятия проходили не дома. Ведь помимо изучения языка мне хотелось и выбираться из четырёх стен. Хотя Дамир и приглашал меня регулярно то в ресторан, то в кино, то в театр, то просто погулять. Но хотелось ещё и ещё. И вот уже почти два месяца я езжу к репетитору.

Сдвиги в изучении уже имеются. Я стала лучше понимать окружающих меня людей, корявенько, но могу изъясниться. Никогда бы не подумала, что так быстро втянусь. Как-то легко всё давалось и с интересом.

Сейчас мы с Ингой (так зовут моего репетитора) сидели и пили чай, закончив на сегодня с занятием. С минуты на минуту должен был подъехать Дамир, чтоб забрать меня домой. И это хорошо, потому что чувствовала я себя не важно. То ли давление упало, то ли ещё что-то, но штормило меня знатно. Потому Инга и заварила мне сладкий чай, чтоб я немного пришла в себя.

— Ой, кажется Дамир Владимирович подъехал. — сказала Инга выглядывая в окно.

— Отлично. — встала из-за стола и отнеся кружку из под допитого чая в раковину, пошла в прихожую. — Спасибо большое за чай. И за сегодняшнее занятие, само собой, тоже.

— Ой, да брось, деточка. Ты чувствуешь себя сейчас как? Полегче стало?

— Да, уже лучше. Сладкий чай с шоколадкой творит чудеса. — я была искренне благодарна этой доброй и позитивной женщине.

— Ну, дай, Бог. Ты отдыхай по-больше.

— Да куда уж больше? И так почти ничего не делаю. — по-доброму отмахнулась от напутствий.

Я ведь и правда практически ничем не занята. Только занятия с репетитором, ну, иногда готовлю ужин и завтрак. Читаю, делаю гимнастику и навожу лёгкую уборку в комнате. Вот и все мои занятия. Не густо.

Нас прервал звонок в дверь. Инга заторопилась по-скорее открыть дверь Дамиру. Поздоровавшись он прошёл внутрь.

— Готова? — спросил оставляя лёгкий приветственный поцелуй на губах.

— Да, поехали. — подхватила сумочку и телефон и пошла на выход. — Спасибо, Инга, до среды!

— Всего хорошего. Ты всё же побереги себя, Лика, не шутки это. — да блин, вот за чем она сказала это при Дамире? Сейчас ведь кипишь поднимет. Выдавив из себя беззаботную улыбку, согласно кивнула.

— А в чём дело? — Дамир серьёзно посмотрел на меня и после перевёл не менее серьёзный взгляд на Ингу.

— Лике сегодня нехорошо стало. Давление, наверное, упало. Вы уж за ней приглядывайте- совсем с ног девочка валится.

— Не сомневайтесь, пригляжу. Спасибо. — взяв меня за руку повёл к машине. То, как резко изменилось его настроение, ощущалось кожей. Словно мороз пробежал от того, как от него фонило.

Молча сели в машину и тронулись с места. Только спустя десять минут я поняла, что едем мы вовсе не домой.

— Мы разве не домой? — с опаской покосилась на серьёзного Дамира.

— Домой. Но сначала заедем к твоему врачу. — осталось только обреченно вздохнуть.

— Дамир, со мной всё в порядке. Просто упало давление- такое бывает. Для чего столько паники? Тем более сейчас мне уже значительно лучше! Не нужно меня, как ребёнка не смышлёного при каждом чихе везти к врачу.

— Нет, Лика. Мы когда-то говорили на эту тему. И всё, что касается твоего здоровья и состояния, для меня первостепенно. Поэтому домой мы поедем только после посещения врача.

Поняв, что спорить бесполезно, согласно кивнула. Хоть была и не рада подобной перспективе.

До клиники ехали в гробовом молчании. В клинику входили так же молча. Желания общаться совершенно не было. Иногда Дамир своим упрямством доводил меня до ручки. Мне сейчас хотелось домой. Посмотреть фильм, поужинать спокойно вместе, а не вот это всё. Но я прекрасно знала, что бесполезно его переубеждать «ведь это моё здоровье».

В клинике нас оформили в один момент и практически сразу пригласили в кабинет. Я уже давно привыкла, что в любые двери Дамир входит, как к себе домой, и встречают его везде, как самого желанного гостя.

Монотонно отвечая на вопросы врача мечтала по-скорее отсюда уехать. Но не тут-то было. По настоянию Дамира мне провели целую диспансеризацию. Я сдала уйму анализов и вытерпела ненужные осмотры. На какой-то чёрт меня ещё и на УЗИ отправили.

И вот после всех этих пыток мы сидели в кабинете и ждали вердикта. Я спокойная, как удав, потому, что была уверена, что всё в порядке. А Дамир сидел с таким лицом, будто от слов врача сейчас решается судьба всего человечества, как минимум. Я даже хотела пошутить на эту тему, но поняла, что он сейчас точно этого не поймёт.

— Ну что ж. Ваше состояние, милая леди, вполне объяснимо. Я мог бы сказать, что в этом нет ничего страшного и критичного, но в Вашем случае не могу давать таких однозначных прогнозов.

— Можно без таких предисловий? Я хочу конкретики. — Дамир уже заводился. Разве что пар из ушей не валил.

— Конечно. Я, правда, до сих пор не могу объяснить, как это произошло. Ведь шанс был минимальным сам по себе плюс ещё и инъекция, но получилось то, что получилось. И сейчас мы имеем беременность в сроке семи недель. — доктор стянул очки и устало потёр глаза.

Я сидела, как пыльным мешком по голове огретая. Не могла поверить своим ушам и такому чуду. Захотелось заплакать от неверия. Иначе как чудом это назвать было нельзя. Сейчас меня меньше всего волновал вопрос, как это получилось. Главным для меня было то, что нужно сделать, чтоб с беременностью всё было хорошо.

— Что нужно, чтоб избавиться от этого? — на мгновение я подумала, что ослышалась или что это всё дурной сон. Но нет, я не спала и Дамир действительно это сказал.

— Что? — перевела на него ошарашенный взгляд своих широко распахнутых глаз.

Игнорируя мой вопрос он продолжал испытующе смотреть на врача.

— Для проведения аборта необходимо сдать ещё кое-какие анализы помимо тех, что вы сдали сейчас. И я в любом случае советовал бы вам всё хорошо обдумать. Случай не стандартный и рискованный, но, под тщательным наблюдением, я думаю, можно попытаться выносить ребёнка. — врач посмотрел на меня с какой-то жалостью и сочувствием.

— Тогда приступайте к анализам сейчас. — сказал Дамир таким голосом, словно сейчас решалась судьба не его ребёнка, а какой-то незначительный бытовой вопрос.

— Нет. — прохрипела, выдавив из себя единственное слово. До сих пор не веря в происходящее. Мой Дамир. Моя поддержка и опора. Сейчас просто убивал меня своей реакцией.

— Давайте я выйду ненадолго и вы переговорите между собой? — осторожно поинтересовался врач.

— Берите необходимые анализы. Говорить абсолютно не о чем!

— Нет! — своим криком чуть не сорвала горло. — Не будет никаких анализов! Немедленно отвези меня домой!!!

Дамир буравил меня тяжелым взглядом. Челюсти сжаты так, что желваки ходили ходуном. В глазах твёрдая уверенность в своих словах и желаниях.

Не такой я реакции ожидала. Не о таком мечтала. Не знаю о чём именно, но точно не об этом. Для меня возможность забеременеть сродни чуду. И это счастье я хотела разделить с ним. С тем человеком, который сейчас беспощадно настаивает на аборте.

Резко подскочив с места вылетела в дверь громко ей хлопнув. Хрен ему, а не аборт! Обняв себя руками за плечи твёрдой поступью шла в направлении машины. Каждый шаг обрывал слёзы с ресниц, из-за которых всё передо мной плыло. Утерев рукавом кофты мокрые щёки остановилась у машины. Дамир шёл следом. Сняв блокировку с машины открыл мне дверь, в которую я быстро юркнула.

Ехать с ним в одной машине было настоящим испытанием. Я не то, что разговаривать с ним не хотела. Я видеть и знать его не желала, после всего того, что увидела и услышала. Беззвучно глотая слёзы отрешенно смотрела в окно. Было только одно желание- собрать чемодан и вылететь к себе домой. Туда, где мне всегда было хорошо. Там, где меня поймут и не передадут.

Подъехав к дому Дамира вышла из машины и не дожидаясь его пошла внутрь. Дамир, как моя тень, шёл по пятам. Прошла в спальню и, миновав пространство, заперлась в ванной.

Мне нужно было каким-то образом взять себя в руки и прекратить лить слёзы. Нужно предпринять ещё одну попытку до него достучаться и, если мои доводы ничего не изменят, тогда правильным будет только одно решение. Я улечу. Как бы больно не было, улечу. С ним рядом сейчас в разы больнее.

Умыв лицо прохладной водой сделала несколько глубоких вдохов и открыла дверь. Дамир сидел в кресле напротив постели. Села на кровать и предприняла ещё одну попытку до него донести свою позицию.

— Дамир, ты понимаешь, что так нельзя?

— Можно, Лика. Если от этого зависит твоё здоровье, состояние в целом и твоя жизнь, то можно всё. — он точно так же, как и я сидел в подавленном состоянии. Только сейчас мне было на это плевать.

— Ты даже не пытаешься понять, на сколько это для меня важно!

— Я прекрасно понимаю твои чувства. Но это все эмоции. Пройдёт время и станет легче. Аборт — это единственное правильное решение в твоей ситуации.

— Нет! Ничего ты не понимаешь! Мне говорили, что я вообще вряд ли забеременеть смогу! А у меня получилось. Понимаешь?! У нас получилось!

— А ты понимаешь, чем это всё может обернуться для тебя? Понимаешь, как опасно? Ты не хуже меня знаешь о последствиях! Проблемы со здоровьем — это минимум того, что может быть!

— Проблемы со здоровьем у меня и так есть и будут. От этого я уже никуда не денусь. Ты сам говорил, что я тебе любая нужна! Так и будь со мной с любой! Или не будь вовсе…

— А если ты не выживешь и я тебя потеряю? Ты обо мне подумала? Что мне тогда делать? Как мне, нахрен, с этим жить дальше? КАК, МАТЬ ТВОЮ???

— Я лучше буду прикована к инвалидному креслу, буду с дополнительными проблемами со здоровьем, кривая и косая, но с ребёнком. Со своим родным ребёнком! Чем относительно здоровая, но так и не ощутив радости материнства. Или более несовершенная я тебе не нужна? Так?

— Не говори глупостей. Ты прекрасно знаешь, что я люблю тебя любую. И ты для меня — самое прекрасное, что есть в этом грёбанном мире. Но мы говорим о разном. Ты только о здоровье, а я о твоей жизни! У тебя все органы зашиты и перешиты! Все кости были раздроблены и только-только срослись! Тебя по частям собрали! Ты это понимаешь? Это огромные риски.

— Врач сказал, что варианты есть! Но ты даже слушать его не стал!

— Я не собираюсь полагаться на мизерные шансы и сомнительные варианты!

— Я хочу оставить после себя хоть что-то! Даже если со мной что-то случится, то я оставлю после себя наше с тобой продолжение! Это не менее важно, чем я сама! — голос срывался от слёз и подступающей истерики.

— Но я не смогу полюбить ребёнка, который, возможно, отнимет тебя у меня! Даже своего ребёнка! Я буду смотреть на него и думать, что он виноват в исполнении моего самого страшного кошмара. Этого ты хочешь?! — заорав так, что стёкла в окнах задрожали, подскочил с кресла.

Никогда не видела его таким. Дамир принялся ходить по комнате. Он нервничал. Сильно нервничал. Об этом говорил весь его дёрганый вид. Руки то и дело запускал в волосы или убирал в карманы брюк. Метался в пространстве, словно не понимал, куда себя деть.

— Нет, не этого! Но если ты любишь меня, то полюбишь и его! Понял? И даже не смей говорить мне «нет»! — наступала на него, как тигрица, защищающая своё потомство. Проговаривая каждое слово била пальцем ему в грудь. Только там такая броня, что не пробить.

Пусть маленькая жизнь внутри меня совсем ещё крошка, но она есть! И это самое ценное, что у меня есть. Как бы я не любила Дамира, сделать то, чего он хочет, я не смогу. Под страхом смерти не смогу.

— А чего ты, блядь, хочешь?! — он уже не контролировал себя. И если бы не я, наверное, разнёс бы всю комнату.

— Чего я хочу? Сказать тебе чего? Я скажу! Я хочу, чтоб ты сказал мне, как когда-то, что все будет хорошо и что ты сделаешь для этого всё возможное и невозможное! Мне тоже страшно! Очень. И сейчас, когда мне так нужна твоя поддержка, ты не можешь мне её дать. Так для чего мы тогда нужны друг другу, если не можем быть плечом и опорой!? — под конец моей речи крик сменился на опустошённый и тихий голос. У меня не осталось никаких сил. Хотелось рухнуть прямо тут.

Дамир долго сверлил меня не понятным и не читаемым взглядом, а после просто развернулся и вышел из комнаты. Молча, так ничего и не сказав.

Сползла на пол и, обхватив себя за колени, принялась раскачиваться в стороны, тихо подвывая и поскуливая.

Я всегда мечтала о Семье. О любящем мужчине, о детях. Чтоб дом полная чаша, в котором будет царить уют и Любовь. И сейчас, когда произошло невероятное и я беременна — ни за что от этого не откажусь. Пусть я буду одна и без Дамира. Но попытаю удачу и рискну. Раз это произошло неведомо каким чудом, значит так должно было случиться.

От части, конечно, я могу понять его чувства и эмоции, но не могу понять, а вернее принять, его категоричность. Он даже не хочет дать шанс. Вдруг всё обойдётся? Вдруг всё получится? Ведь шанс есть.

Наверное, мы с ним оба в какой-то степени эгоисты. Он эгоистично хочет быть со мной, боясь потерять и ему плевать на методы и решения, благодаря которым я буду жива и здорова. А я эгоистично не готова его слушать, придерживаясь желания родить, даже если это станет последним, что я сделаю. У каждого своя правда и своё видение будущего. Хотя, я в этом будущем не факт, что буду. Сейчас как никогда хотелось поддержки и ободряющих слов утешения.

Утерев слёзы достала телефон из кармана джинсов. Не думая о времени набрала Катю. Она ответила почти сразу, но по голосу я поняла, что она уже спала.

— Привет, Лик. Ты чего так поздно? Случилось чего?

— Случилось. — не сдержавшись снова шмыгнула носом, пытаясь остановить рвущиеся наружу слёзы.

— Так, отставить слёзы и спокойно мне всё объясни. — сонность из её голоса моментально пропала.

И я рассказала, всё «от» и «до». О поездке в клинику. О шокирующей новости. О реакции Дамира. О неудавшейся попытке его переубедить. Катя внимательно слушала и не перебивала, пока я без остановки выплёскивала всё, что копилось на душе.

— Лик, ну ты же сама понимаешь, как это рискованно? — осторожно поинтересовалась подруга после моего длинного монолога.

— Понимаю, конечно. Но я хочу рискнуть. И мне сейчас так плохо от того, что у меня нет поддержки.

— Поддержка у тебя есть и всегда будет. Я тебе на что? И твой папа!!! Я уверена, что он сможет тебя понять. — тут я не разделяла уверенности Кати. Боюсь, что папа тоже не радужно воспримет эту новость по тем же причинам, что и Дамир. — Я думаю Дамир тебя так любит, что со временем поймёт. Просто ему тоже нужно время.

— Я хочу вернуться домой. — сказала Кате о своих планах.

— Уверена? — спросила меня с сомнением.

— Уверена, Кать. Тут я не останусь. Это не реально. — ответила даже не задумываясь.

— Тогда скажи, когда у тебя прилёт, мы тебя встретим. Хорошо?

— Хорошо.

— Я тоже очень за тебя переживаю. И отчасти могу понять Дамира. Он просто очень сильно тебя любит и боится потерять. Всё остальное для него не важно. Главное для него — это ты.

— Но я теперь не одна. И для меня важно именно это. Может это мой единственный шанс, а он хочет меня его лишить.

В какой-то момент даже закралась мысль, что Дамир может что-то подсыпать мне в еду или напиток, чтоб решить проблему. Но я отогнала от себя эти мысли. Не может он так поступить. Как бы он не был против, подлостью и обманом он руководствоваться не станет.

— Я понимаю, Ликуш. Мы что-нибудь придумаем. Найдём для тебя самого лучшего специалиста. Если нужно, то не одного. Рассмотрим все варианты. Тем более сама говоришь, что вам сказали, что под чутким наблюдением всё может обойтись. Ты главное не падай духом. Всё будет хорошо. — голос подруги так же, как и мой, дрожал от слёз.

Я была готова всю беременность пролежать в больнице не вставая. Всё, что угодно, лишь бы получилось.

Когда закончила разговаривать с Катюшкой было уже очень поздно. Дамира до сих пор не было. А мне было попросту плевать где он и что делает сейчас. Единственное, на что хватило сил — это на сбор вещей. Тут я не останусь, я решила точно. Запихнув всё самое нужное и важное в чемодан, обессилено села на край постели. Пора домой. Туда, где мне будет хорошо, но в то же время неимоверно больно.

Что ж, я попыталась поговорить, объяснить. Значит не судьба. Билеты оплатила ещё до того, как начала собирать вещи. Завтра в час дня у меня вылет. Главное каким-то образом продержаться эту ночь и дождаться утра. Находиться здесь не хотелось ни одной лишней минуты.

Так и не дождавшись его возвращения в спальню, свернувшись калачиком легла на кровать прямо в одежде, накинув на себя покрывало. Наверное, и к лучшему, что он не пришёл. Видеть его я сейчас не могла и, тем более, не дай Бог, продолжать разговор. Всё к лучшему.