Глава 34

Изображение было четким, а я застыла, прибавила громкость звука динамиков и вслушивалась в каждое слово, произнесенное Ником.

Видео было записано в кабинете брата. Ник сидел, глядя в камеру, словно решал, с чего начинать.

— Сашка… — заговорил он, осекся, выдохнул, взъерошил волосы пятерней. — Нет, не так. Сашенька!

Никон улыбнулся, словно обволакивал меня положительными флюидами добра и искреннего счастья.

— Если мой телефон у тебя, значит, мне немного не хватило времени, чтобы закончить то, что я начал уже давно, — возобновил брат свою речь. — Скорее всего, тебе сказали, что я мошенник и вор. Это правда, Саш. Я провернул крупную махинацию, обокрал Давыдовых, оставил отца только с его сбережениями. И поверь, Саш, их у него немного. Последние годы он жил на дивиденды от твоего фонда. Так что, Сашка, вот такой у тебя брат. Вор и обманщик.

Ник криво усмехнулся. А я ждала продолжения его исповеди. Знала, что впереди самое интересное.

— Некоторое время назад я наткнулся на ошибки в отчетах. Начал разбираться и выяснил, что твой отец выводит крупные суммы на подставные счета. Я бы и не заметил, Саш, если бы не знал, что он потрошит не имущество компании, а твое наследство. Все, что перешло к тебе после смерти твоей мамы. А потом я начал копаться в прошлом, Саш, — Ник смотрел в камеру, а я чувствовала, будто он находится сейчас рядом со мной, не сводит глаз с меня.

Шмыгнула носом, смахнула слезы ладонью. По совершенно необъяснимым причинам стало вдруг тоскливо на душе.

— Санька, я бы отдал все, что у меня есть, только бы мои подозрения оказались неверны, — выдохнул Ник. — Саш, у меня пока мало доказательств, но есть громадная вероятность, что смерть твоей мамы неслучайна. Более того, она была подстроена твоим отцом. Я узнал, что твоя мама собиралась развестись с твоим отцом. Но Давыдов не отпускал ее, потому что все деньги и имущество принадлежало ей. Сам Давыдов до женитьбы на твоей маме не имел ничего. Да, он приумножил состояние твоего деда. Но не более. Всегда все принадлежало только твоей маме. А после смерти отец стал всем распоряжаться. Но сейчас, когда тебе исполнилось двадцать лет, ты должна возглавить фонд. И тогда Давыдов вновь останется ни с чем. Саш, я постарался сохранить твое наследство. Никто кроме тебя не сможет получить эти деньги. И поэтому я тебя очень прошу, не вмешиваться. Я со всем разберусь. Все улажу. Обещаю, Саш.

Никон улыбнулся, но его взгляд был твердым, словно отдавал приказ.

— Сань, это очень важно, понимаешь? — продолжил Ник. — Если отец узнает, что ты все еще владеешь всем, то, боюсь, он не остановится. Ведь ты его дочь, а значит, в случае чего, именно он будет твоим единственным наследником. А я не смогу, если с тобой ….

Никон замолчал, провел ладонью по лицу, точно набрасывал на себя невидимые сети стальной выдержки и самообладания. Но в то же время, не скрывал от меня своих эмоций. Показывал мне себя настоящего.

— Сань, ты все для меня, понимаешь? — хрипло пробормотал мой мужчина. — Давно уже, Сашка. Так люблю тебя, что больно, когда не вижу. Думать не могу, что будет, если я облажаюсь. Если не успею. Или не смогу защитить. Солнышко! Я тебя очень прошу, улетай. У Макса есть билеты и связи. Лева тоже поможет, ему можно доверять. Заграницей ты переждешь, сколько нужно. А я приеду к тебе, когда все решу. Хорошо?

Я фыркнула в ответ. Но, разумеется, Ник меня не слышал.

— Саш, есть еще кое-что, — Ник сцепил зубы, а я видела, как ему тяжело озвучить свою следующую мысль, — только не кричи, по крайней мере, матом. Так вот, если вдруг все закрутится, тебе нужно кое-что сделать. Это не сложно, дело нескольких минут. Саша, тебе нужно вступить в брак, чтобы законный супруг владел половиной твоего имущества. Составить завещание — тоже не забудь. Так твой отец подумает, прежде, чем принимать опрометчивые решения. Ведь четверть это меньше, чем весь пирог, да? Короче, ты должна знать, что я не в восторге от этой идеи, но если вдруг придется выходить замуж, то твой этот Михаил вполне сгодится. Ему доверяет Лев. Похрену, что мне хочется ему разбить физиономию, но ради дела, Саш, стоит рассмотреть и такой вариант.

Голос Ника изменился. Мой мужчина говорил сухо и отрывисто. И я прекрасно видела, как сильно он сжал кулаки, до побелевших костяшек.

— Дурачок! — прошептала я, улыбаясь.

— Сашка, только не вздумай с ним спать! — почти прорычал Ник, а я с трудом сдержала нервный смешок. — Сашенька, я все еще верю, что в твоем отце остались человеческие чувства. Я попытаюсь с ним договориться. В конце концов, я знаю его. Да и он считал меня сыном долгие годы. Но, малыш, если вдруг не выйдет…. Родная, я хочу, чтобы у тебя все получилось. Чтобы ты улыбалась каждый день. Ты даже не представляешь, какая у тебя красивая улыбка. Заразительная! Я реально дурею от твоего смеха, еще с тех пор, как ты была мелкой. И всегда тебя хотел, Саш. Да, надеялся, что все изменится. Даже вон, жениться собирался. И Машку выбрал только потому, что она твоя полная противоположность.

— Вот только не нужно сейчас про свою Машку! — прошипела я грозно.

— И все равно тебя любил и люблю, Кассандра, — Ник подался вперед, словно знал, что я буду жадно хватать взглядом каждый его жест, жадно вслушиваться в каждое слово, жадно и невероятно сильно стремиться к нему. — И буду любить, Саш. Даже если ты возненавидишь меня. Что не исключено, ведь я вор, Сань, и есть огромная вероятность, что придется ответить за все свои проступки.

Я видела, как Ник собирался еще что-то сказать, однако четко разобрала ругань, доносившуюся из приемной. А потом Ник поднялся из-за стола, в последний раз взглянул в камеру своего сотового и остановил запись.

Я обессиленно привалилась к спинке сиденья. В голове творился беспорядок. За окном проносились автомобили. Поняла, что мы направляемся в сторону аэропорта.

— Ну уж нет! — рявкнула я, нажала на кнопку, опуская стеклянную перегородку и жестко скомандовала: — Мы никуда не летим, Максим Егорович!

— Сочувствую, Кассандра Юрьевна, но придется, — хмуро проговорил мужчина.

Я прищурилась, лихорадочно размышляя над тем, что делать и как выйти из всей этой ситуации без потерь.

Помог телефонный звонок от абонента. Я всего секунду раздумывала, можно ли доверять тому человеку, но любопытство взяло верх. Ведь неспроста эта женщина звонит мне.

— Саша, мне срочно нужно увидеться с тобой! — без лишних приветствий проговорила мачеха. — Это касается жизни Никона!

Так и потянуло дерзко поинтересоваться, где были материнские инстинкты у этой женщины, когда мой отец велел охранникам избить ее сына.

— Хорошо, Вероника, — согласилась я и немного удивилась, когда услышала, что мачеха ждет меня в квартире моего дядьки.

— Планы меняются, Максим Егорович! — жестко скомандовала я, видела, что мужчина удивленно взглянул на меня и даже сбросил скорость. — Едем к Леве домой.

— Осинину? — на всякий случай уточнил он.

— Вы знаете другого Льва, Максим? — усмехнулась я.

Самугов хмыкнул, но свернул в нужную сторону. А я принялась копаться в своей памяти и лихорадочно выискивать все, что хоть когда-то слышала, или читала о смерти матери. Мне казалось, что сейчас именно эта информация поможет вытащить Ника из лап моего отца, да и самой остаться невредимой.

***