26 глава

Если бы только знатные леди Ромерона умели испепелять одним взглядом, от Кейт уже остались бы только пылающие головешки. По крайней мере она сама была в этом твердо уверена, не без участия фантазии, разыгравшейся буйным цветом, разумеется.

– Добрый вечер, – улыбнулась супругам одна из гостий с видом невинного ангела и хищным оскалом светской львицы. – Миледи Кейтлин, сжальтесь над дамами, скучающими в этот вечер без кавалеров. Разрешите пригласить вашего мужа на танец. Вы еще успеете насладиться обществом господина Агилара, если еще не сделали этого, – при этом леди хитро улыбнулась, бросая многозначительные взгляды на Кейт.

– Вам стоит спрашивать его самого, миледи Марисса, он мой супруг, а не собственность, – собрав все свои силы, холодно ответила маркиза.

– Только с вашего позволения, дорогая, – Макс поднес хрупкую руку Кейт к губам, но вызвал в ней самой лишь глухое раздражение в ответ.

Она молча кивнула, с сожалением понимая, что любой другой ответ будет неприемлем. Хотелось бы ей, чтобы он отказал назойливой поклоннице? Безусловно. Но кем она станет в его глазах? В конце концов, он не пес, чтобы держать его подле себя на цепи.

Смотреть на удаляющиеся спины этой парочки было невыносимо тяжело, а уж видеть, как леди Марисса вешается на Макса и прижимается к нему во время танца было выше ее сил. Но даже в дальней беседке парка Кейтлин не могла найти покоя. Плавная мелодия разносилась на все имение с помощью магии, заставляя представлять танцующих даже вдали от танцпола.

Да и не думать о нем у маркизы выходило из рук вон плохо. Будто бы за то короткое время, что они провели в тесной близости друг к другу, даже запах его въелся в ее кожу. Кейтлин жалела, что не позволила Максу себя поцеловать, поставив его тем самым в неловкое положение. Но она бы жалела гораздо больше, если бы по ее вине с ним что-либо случилось.

***

На следующее утро граф Дерек Уоррен встал только к полудню, с гудящей от боли головой. Вечерний прием в купе с горячительными напитками не прошли даром для его здоровья. Возраст уже был не тот, хоть сам граф упорно не соглашался с этим фактом.

Но даже неважное самочувствие не стало помехой для приподнятого настроения: он был доволен, заключив еще несколько сделок на поставку родонита. Кто бы мог подумать еще пару лет назад, что его земли начнут приносить такую прибыль. Он даже не помышлял о добыче столь ценного минерала, который славился своими бесценными магическими свойствами.

Старый граф только радовался, что не пожалел средств на разработку месторождений, несмотря на то что рынок фактически уже принадлежал двум семьям. И пусть на его территориях добытая руда была весьма посредственного качества: мелкая, с примесями других пород, портящих свойства родонита, деньги наконец-то ответили Уорренам взаимной любовью. И гибель монополистов стала большим подспорьем в этом деле.

Сейчас на их территориях добыча полностью остановилась в ожидании претендентов на наследство и, если таких не найдется, то земли через тридцать лет отойдут короне. Дерек размышлял, что возможно два влиятельных рода сами поссорились и уничтожили друг друга. Это было лучше, чем бояться неизвестного серийного убийцу, а после, когда королевские ищейки нашли подозреваемого, граф Уоррен и вовсе успокоился.

Граф сидел за своим столом и писал письмо с указаниями для своего поверенного. Он решил нанять еще рабочих и добывать в два раза больше магического минера. Его не волновало, что ресурсы быстро истощаются и не восполняются, а после добычи раскуроченные земли еще долго не смогут засеять. Он думал об аппетитных формах Жанетты, которой пообещал домик в фешенебельном районе, да еще и Мариэтта, юнная баронесса Борже, вчера была весьма мила.

Дерек почувствовал, что по подбородку стекает что-то теплое, он провел пальцами по лицу и замер. На его руке была кровь.