Глава 12

Снова выглянула соседка.

– Быстрее, заходи! – прошипела Маша и втянула подругу внутрь.

Она забрала телефон и конфеты, чтобы Катерина могла раздеться.

– Что происходит? – спросила та.

– Ничего, потом расскажу. Извини, что так встретила.

– У тебя кто-то дома? – уловила Катерина посторонние голоса.

– Да.

– А где мои тапки?

– Заняты. Извини, – смутилась хозяйка дома.

Они прошли на кухню. Маша принесла из комнаты стул.

– Кофе или чай?

– Кофе, – ответила Катерина и зевнула, деликатно прикрыв рот рукой, не выспалась, видать. – Привет, мальчики.

«Мальчики» переглянулись. Самозваная сестра тоже удивленно смотрела на это столпотворение. Очевидно, не ожидала, что будет столько народа.

– Наверное, мы все-таки не вовремя, – быстрее всех сообразил Тимур, который держал нос по ветру. – Мы пойдем?

– Ага, идите, – безнадежно махнула рукой Маша. – До свидания.

Алаферов что-то прошипел на ухо Золотову, и они свалили. Только на столе стались конфеты. Маша с облегчением вздохнула, закрыв за ними дверь, вернулась на кухню, собрала со стола грязные чашки и принялась варить новую порцию кофе. Закончила. Поставила перед девушками полные чашки. Потом уселась напротив «сестры» и сказала:

– Итак. Что привело вас сюда?

– Я… Наверное, я зря приехала, – ответила та, смутившись не на шутку. – Глупая затея. Я думала… Извините, я пойду.

– Нет уж, объясните, – настаивала Маша. – А то я потом все время буду про это думать.

– Просто я хотела пожить у вас немного, если вы разрешите, конечно. Но… У вас тут никаких условий… Я бы не посмела вас стеснить.

Маша разозлилась. Да, условий нет. Однокомнатная, что поделать? Но когда этим вот так тычут в лицо! Полстраны так живет, между прочим. Стыдиться нечего.

– Значит, пожить, – повторила вдруг Катя. – А почему? Вы кто вообще такая?

– Сестра Марии. Наверное, – ответила гостья.

– Наверное? – снова переспросила Катерина.

– Это как? – тоже удивилась Маша.

– Я видела свидетельство о рождении у мамы. Вот. Я взяла с собой.

Девушка протянула ей зеленую книжечку. Тогда выдавали именно такие. Точно! У Маши был дубликат, она помнила. Вот, значит, у кого оригинал. Не потерялся, как думала тетя. Сомнений нет, это ее сводная сестра по матери. Единоутробная, правильнее сказать.

Она пока ничего не чувствовала по этому поводу. Мать всегда была для нее чистой абстракцией. В детстве Машка мечтала о сестричке, но тетя ее разочаровала, так и не «купив» ей в магазине подружку для игр. И на этом все.

– Хорошо. Я вам верю, – сказала она. – Теперь скажите, почему вы хотели остановиться у меня. Почему не в гостинице, например? Или не в хостеле?

– Да-да, пусть скажет, – влезла Катерина, которая до этого помалкивала, поглощая трюфели. – Вы же явно не бедствуете.

Она-то сразу оценила, как выглядит новая знакомая.

– У меня заблокированы все карточки, – грустно улыбнулась Ира. – Я успела купить билет и узнать ваш адрес. И все. Родители перекрыли кислород. Я даже чемодан не успела собрать, пришлось ехать так.

– Ох! Ну и ну.

Вот почему она тут с утра пораньше. Наверняка сегодня в шесть утра прилетела. Потом ждала первый рейсовый автобус. По времени подходит. Маша поняла, что девчонке правда некуда идти.

– Не переживайте, – продолжила та. – Я позвоню, и мне тут же оплатят номер в гостинице и обратный билет. Не о чем волноваться. Просто… Просто я хотела вас увидеть и… не знаю.

Старшая сестра тоже не знала.

– Тебя, – сказала она ворчливо. – Давай на «ты».

Выкать молодой девчонке она не хотела.

– Вот это да! Настоящая Санта-Барбара, – удивилась Катя. – Кто бы мог подумать.

– Оставайся ночевать, – вдруг предложила Маша. – Звони своим. Пусть денег вышлют. Сегодня походим, погуляем. Я скоро на работу, потом собираюсь на фитнес, пойдешь со мной?

Девушка обрадовано закивала.

– Маша! – бдительная подруга предостерегающе нахмурилась.

– Да ничего не случится.

– Пусть хотя бы паспорт покажет.

Паспорт оказался в порядке.

***

Ну, вот.

«Сбылась мечта идиота».

У Маши теперь есть самая настоящая сестра, но что с ней делать? Непонятно. Для начала покормить. Пока та ела, стараясь не показывать, насколько голодна, Маша рассказывала Катерине, что было ночью.

– Что, прямо так? Приставал? – взвилась подруга. – Вот сволочь! – И тут же спросила с любопытством: – А как именно?

Маша не стала уточнять при посторонних, но зато рассказала, как надавала Золотову по морде. Катерина одобрила. Кровожадная какая!

Насчет фитнеса сегодня все отлично срасталось. Катя заранее поменялась сменами с Анжелой Викентьевной и устроила себе сегодня выходной. Пойдет выспится. Оказывается, она еще не ложилась. А потом встанет и пойдет с девчонками на стретчинг и в «качалку».

– Ой, я же опаздываю! – спохватилась Маша, глянув на часы. – Ужас какой. Полчаса всего осталось. Вызывай такси. Я пока глаза нарисую.

***

Сестра напросилась с ней. Маша в глубине души была этому рада.

Все равно человек почти незнакомый, ключи от квартиры она бы не рискнула дать. Брать нечего, но… кошка… но… документы всякие, мало ли что? За кошку, пожалуй, переживала больше. Вдруг новоявленная родственница проглядит, и Шеба выскочит на площадку? Так уже бывало, но, к счастью, хозяйка ее быстро нашла.

Катя укатила домой на том же самом такси.

А девчонки пошли в фитнес-центр. Там на гардеробе было тихо-мирно. После того, как прошли утренние посетители, наступило затишье. Маша поставила чайник греться и достала чашки.

– Вот, значит, как… – Ира осеклась.

– Ну, говори, говори. Не томи, – усмехнулась Маша и поймала себя на мысли, что ведет себя в точности как Катька.

Та тоже смеялась, когда общие знакомые терялись, узнав о ее новой профессии.

– Я не знала. Правда.

Девчонка не знала, куда себя девать от смущения. Молодая совсем, пороху еще в жизни не нюхала. Видно, что девочка домашняя, спокойная. У них с Машей, судя по паспорту, разница в десять лет. Наверное, только-только заканчивает школу. Спросила – так и есть.

Значит, мать устроила свою личную жизнь и родила наконец желанного ребенка. О брошенной дочери, которую нагуляла в молодости, женщина старалась не вспоминать и скрывала ее существование от младшей. Непонятно только, зачем хранила свидетельство о рождении. Некая сентиментальность?

– Хочешь фитнес-батончик? Или так будем пить?

– С батончиком.

Маша вышла ненадолго, купила в фитнес-баре вкусняшек и вернулась к сестре. Разговорились. Ира сдала экзамены и готовилась поступать в МГИМО. Или в МГУ, как получится. Документы подаст и будет ждать.

– Надо же! – почти не удивилась Маша. – Сложно, наверное, будет учиться.

И дорого. Наверняка.

– Почему?

– Туда поступить просто нереально. Учиться и подавно.

Ну, положим, у этой семьи есть связи. Туда абы кто не идет учиться. Но все равно не чета обычному вузу, будут больше требовать.

– А… ты нигде не училась? – осторожно поинтересовалась сестра.

Маша фыркнула. Конечно, так можно было подумать, исходя из того, чем она сейчас занималась.

– Нет, отчего же? – ответила она. – Закончила иняз.

– Ой, я тоже сначала хотела. Но просто лингвистика меня не увлекает, – нашла общую тему Ира.

Глаза ее горели энтузиазмом. Должно быть, это семейное, решила Маша. Тетя рассказывала, что матери хорошо давались в школе иностранные языки. По всем предметам были тройки, и только по английскому «отлично».

– Ты какие языки изучала? – спросила сестра.

– Английский и «в нагрузку» норвежский.

– Норвежский? Как интересно! – воскликнула Ирина. – А я учила в школе вторым языком испанский.

– Завидую белой завистью.

Маша и рада бы, да только никто не преподавал. Если учить, то самостоятельно. Пожалуй, это мысль! Сейчас стало больше свободного времени, можно изучать на выходных или брать самоучитель на работу. Вот закончит с дипломными и…

Чаю попили, и снова повалили клиенты. Фитнес-леди шли обратно одеваться.

– Ой, а можно я? – вдруг спросила ее сестра.

– Ну, давай, – почему-то разрешила старшая сестра.

Мария уселась, включила ноутбук и стала набирать текст, поглядывая, как девчонка носится с шубами. Вроде, справляется, хотя с непривычки запыхалась. Чего бегает, спрашивается? Никто не торопит, не подгоняет. Заметалась. А, вот оно что! Перепутала номерки, шестой и девятый. Разобралась сама, не дура.

Потом был квест под названием «впихнуть невпихуемое». Ира трамбовала в ведро использованные бахилы, а они не поддавались, сбегали и начинали летать по холлу. Маша, поглядев в окошко на этот бесплатный цирк, не выдержала и побежала на подмогу.

Снова пошли посетители. Младшая сестра продолжила принимать и выдавать одежду. Наконец закончила, вернулась на место и села молча, вся задумчивая.

– А что ты пишешь? – вдруг спросила она, наблюдая, как печатает Маша.

– Дипломную работу.

– Ты же сказала, что давно закончила, – удивилась девушка.

– Не себе, – рассмеялась старшая такой наивности. – За деньги пишу, на заказ.

– Надо же!

Задумчивость усилилась. Маше вскоре надоели эти молчаливые вздохи и ерзанье, она сохранила файл и спросила напрямую:

– Хочешь понять, как это?

Она уже догадалась, что девчонка не просто так хотела помочь ей.

– Да, – услышала она в ответ.

– И как?

– Ну… терпимо. Не знаю даже. Я раньше такого никогда не делала, – честно ответила Ира. – Даже когда была волонтером.

М-да… «Терпимо». Маше казалось, что все просто прекрасно, особенно в сравнении с тем, что было на старом месте. Все относительно.

«У кого-то щи пустые, а у других жемчуг мелкий».

– А что за волонтеры? – ради интереса уточнила она.

– Мы там помогали бездомным, кормили их супом с машины, выдавали одежду из пожертвований.

Пожалуй, этим и ограничивалось знакомство девушки с реальным миром.

– Зачем ты этим занималась?

– Так принято, – ответила Ирина, словно это все объясняло.

Вот, значит, как живут богатые девочки. Хорошо учатся, поступают в престижный вуз, изредка, чтобы подправить карму, кормят бездомных и с чувством выполненного долга живут дальше в своем отдельно взятом мирке.

Мать всегда грезила Москвой. Тетя рассказывала об этом. Скупые отрывочные фразы многое объясняли. Говорят, Москва – отдельное государство в государстве. И прослойка людей, к которой, очевидно, принадлежал отец Иры, тоже существовала отдельно, сама по себе, редко пересекаясь с простыми смертными.

Снова пошли посетители, и пришлось прерваться. Ира честно старалась, но скоро выдохлась, и старшая сестра ее заменила. Так, меняясь, они скоротали время до конца смены. Слава Богу, сокращенный режим!

– Я взяла для тебя футболку и треники, – поставила ее перед фактом Маша. – Будет, наверное, великовато. И чешки.

– Это ничего! Спасибо.

Пришла Анжела Викентьевна, чтобы сменить Машу на гардеробе. Она удивленно воззрилась на Иру.

– Добрый день, Машенька, – сказала она.

– Здравствуйте!

– Это кто у вас в гостях?

– Моя сестра, – ответила Мария и поразилась, как легко это слетело у нее с языка. – Ирина. Ира, это моя коллега, Анжела Викентьевна.

– Очень приятно, – поприветствовала девушка.

– Да, весьма, весьма похожи, – поправила очки дама. – Какая милая девочка.

– Ну, мы пойдем?

– Ступайте.

И девчонки пошли в холл. Там уже стояла Катерина. Она разделась. Опоздав на пару минут, подошла Инна.

– Ой, добиралась на такси, – пожаловалась она. – Кругом «пробки».

– А муж? – удивилась Маша.

Вот те раз. Любимая жена, чапай на фитнес самоходом.

– Муж не мог сегодня.

– Наелся груш! – рассмеялась Катерина.

– Да ладно, правда не мог.

– Ты аккуратнее, – сказала Маша, хотя сначала не хотела вмешиваться. – Может, он просто не хочет, чтобы ты тут бывала?

Она еще в прошлый раз обратила внимание, какой он подозрительный. Вдруг ему не понравились новые знакомые жены? Все может быть.

– Да не в этом дело. Ну чего вы все, как сговорились?! – рассердилась Инна. – Брат тоже все утро нервы лечит.

– Егор? – удивилась Маша.

– Запомнила, да? – улыбнулась Инна.

– Я вчера с ним познакомилась.

– Да-да, мы вчера с Максом ездили в ресторан, Егора тоже взяли, – вклинилась Катерина. – И Машу.

– И как? – с затаенной надеждой спросила Инна.

Никак. Ни о чем.

– Довольно приятный молодой человек, – ответила Маша вслух, но по тону можно было все понять.

– Ясно. А это кто? – сообразила Инна, что молодая девушка тоже с ними.

– Сестра моя.

На сей раз слова дались еще легче, будто так и надо. Ира взглянула удивленно, но ничего не сказала. Маша, сообразив, что у девчонки нет денег, оплатила разовое посещение.

Вся дружная девичья компания пошла на верхний этаж. И опять Маша завидовала белой завистью. Оказывается, Ира давно занималась хатха-йогой, так что легко гнулась и тянулась во всех направлениях. Чудо! Вся группа на нее поглядывала. Тренер, довольная, что ей попался такой благодатный материал, с удовольствием занималась с ней.

Потом пошли в раздевалку. Инна похвасталась, что делала дома дыхательные упражнения, и пресс уже лучше. И что малыш внезапно стал отказываться от груди, и пришлось вводить прикорм. Она с Катериной по понятным причинам осталась в раздевалке, а сестры пошли в сауну.

Грелись и болтали. Ира рассказала, как пошла на йогу в первый раз, хотя хотела на танцы, и увлеклась не на шутку. Маша слушала и вникала. Ей в таком возрасте было не до йоги. Поступить бы да выучиться. Потом они вышли, ополоснулись и переоделись. Пора в качалку, хотя энтузиазм уже сошел на нет. Хочется просто лежать и ни о чем не думать.

Все-таки не выспалась она сегодня. Это факт. А все «вражина» виноват!

– Может, не надо? – тоскливо спросила Катерина, озвучив ее мысли.

– Надо, Катя, надо, – ответила девушка. – Ты как хочешь, а я пойду. Парная работа.

Она не могла подвести Инну, которой обещала помочь. Катя поохала, поахала, но присоединилась, и они пошли. Подруга подбивала Машку на посещение солярия. Та упорно сопротивлялась. Ира с интересом осматривалась в тренажерном зале.

Мужики, которые тут занимались, с интересом поглядывали на стайку молодых девчонок.

Они приступили к тренировке. А что? Отлично получается. Два на два. Девушки уселись на маты и стали тянуться. Маша с Инной, а Катерина с Ирой. Потом перешли на скамейки. Все было прекрасно, пока пыхтящая от натуги Маша не услышала над головой мужской голос:

– Привет! Это вы?

***

А? Что? «Вражина»!

Маша без сил повалилась на коврик, потом уселась и сказала:

– Добрый день.

И мысленно пожелала ему провалиться сквозь землю. Почему он каждый раз застает ее в непотребном виде? Какой-то вселенский закон подлости. Она думала, Золотов лежит дома, болеет и страдает. Но мужчина, вопреки ожиданиям, как ни в чем не бывало пошел в качалку.

– Тоже решили позаниматься? – одобрительно улыбнулся он.

Действительно одобрял, как ни странно. Ей не повредит. Взгляд его пробежался по девчонкам, которые тоже прервались, удивленно глядя на него. Все его узнали, но не поняли, что он здесь забыл.

– Разве вам сегодня можно заниматься? – после долгой паузы спросила Маша.

– Выспался и решил походить немного на «эллипсе».

– Ни разу не пробовала, – сказала она для поддержания беседы.

И подумала: скорей бы уж он свалил. Но Иван, услышав ее слова, воодушевился и начал расписывать, какой это отличный тренажер. Ему бы менеджерам по продажам в спорттоварах работать, а не директором.

– Хотите попробовать? – вдруг предложил он.

Маша онемела. Как бы повежливее отказаться?

– Иди давай, – вдруг легко толкнула ее в спину Катерина и подмигнула. – Потом расскажешь.

Предательница! Интересно, зачем ей это понадобилось – подставлять подругу.

– Ну, Катя! – зашипела она.

– Что Катя? – фыркнула подруга. – Я пока Инне помогу, давай, а то я вижу, ты устала уже.

Маша, чтобы не раздувать на пустом месте скандал, стала подниматься. Золотов протянул ей руку, совсем как в первую встречу. Ситуация повторялась. Она хотела сказать, не надо, но промолчала. И…

– У, вражина, – едва слышно проворчала она под нос и взяла мужчину за руку.

– Что? – переспросил он, рывком подняв ее на ноги.

– Ничего. Говорю, спасибо.

Иван подозрительно покосился на нее, но ничего не сказал. Ему явно послышалось что-то другое. Но он тоже решил не обострять отношения. Сейчас покажет девушке «эллипс». Заодно убедится, а не померещилось ли ему тогда ночью.

Он показал Маше, как становиться, выставлять правильные настройки и как шагать «в гору». Пока учил, все поглядывал ей в глубокий вырез футболки, которая как бы невзначай скатилась на одно плечо. Да, он не ошибся тогда. Все у нее свое. То-то друг сразу сделал стойку. Он еще в бане, видать, оценил пышные прелести этой милой селянки. Иван тогда был без очков, так что фишку не просек. Только вчера, с запозданием.

Пожалуй, он бы с ней закрутил, однако это значило сменить качалку, если что-то пойдет не так. Если надо решать, тренер или баба, Золотов выбирал первого.

«Мы не рабы, рабы не мы».

Но он точно раб привычки.

***

Маша думала, что погорячилась. Вроде, Золотов не такой уж гадкий тип, как показалось. Решил, наверное, загладить свою вину.

– Иван!

– Что? – откликнулся он, вышагивая на соседнем тренажере.

– Мы как роботы, да? – ей стало смешно.

Идет, переваливаясь, как на робо-лапах. Еще рукоятки подключила, как он советовал, чтобы руки тоже двигались.

– Робот Джокс, ага, – машинально ответил он.

– Нет, мне с людьми внутри не нравится, – улыбнулась Маша. – Лучше как погрузчик у Рипли.

И вообще быть как Рипли, такой же подтянутой и боевой, чтобы все монстры тебя боялись. Золотов, когда услышал сказанное, поперхнулся и чуть не сбился с заданного ритма. Потом продолжил, размышляя, что это только что было. Девушка. Девушка, которая любит фантастику. Она, похоже, смотрит те же фильмы, что и он.

– Вы сколько частей смотрели? – спросил он.

– Все. Даже ересь с кроссовером чужого и хищника, – ответила она и вдруг неожиданно для самой себя добавила: – Давай на «ты».

А то они как два дурака, выкают друг другу, и она ощущает себя совсем старой. Что особенно странно, когда говорят на такие темы. Душа-то молода, несмотря на то, что годы идут. Пора переходить на серьезное, а она все смотрит «сказки», как говорила ее тетя, считая такие фильмы баловством. У нее целая полка заставлена дисками. «Вражина», оказывается, те же фильмы смотрит, что и она. Кто бы мог подумать!

– Идет, – довольно легко согласился он. – На «ты».

Вот, значит, как. Не конфетами едиными… Он почему-то раньше думал, что таким девушкам больше по душе фильмы-мелодрамы про любовь. А погляди-ка! Ошибся.

Это странно. Он редко ошибался в анализе ситуации. Практически никогда.

В ее личном деле об этом ничего не было. Хобби – фильмы, чтение. Без конкретизации, что именно она предпочитает. Вообще анкета была удовлетворительной, он бы ее взял. Не на секретаря. Все-таки это лицо фирмы, она не годилась. Так, на подхвате. Подай-принеси. Придумал бы. У них не было жесткого штатного расписания.

Хотя, кого он обманывает? Не взял бы. Новое лицо – весь привычный распорядок насмарку. Опять привыкать, подстраиваться. Ничего хорошего.

– Ну, как? – спросил он. – Нравится?

Девушка, похоже, вошла во вкус.

– Да, только тяжеловато.

– Сбавьте уклон.

– Сбавь, – усмехнулась и поправила она.

И сбавила. Потом на убывание поставила и стала постепенно заканчивать, как он учил. Резко прерываться нельзя, вредно. Это правило она хорошо усвоила. Золотов, поглядев на девушку, тоже сбросил скорость, и закончили они почти одновременно. Маша еще немного постояла на ступеньках, попыталась слезть и чуть не рухнула, когда с непривычки свело икроножные мышцы.

– Ой-ой-ой!

Иван, который уже спешился, вовремя ее подхватил.

– Осторожнее.

Они оказались в опасной близости друг от друга. Маша вдруг болезненно ощутила, как тверда его грудь, как напрягся пресс, и какие у него сильные руки. Девушка уставилась в темно-серые глаза напротив и смущенно отпрянула. Мужчина не удерживал. Но отпускал он ее с некоторым сожалением. Она была вся такая свежая, уютная, приятная, какая-то неиспорченная, что ли? Чем-то его цепляла. Не было в ней озлобленности и жесткости, несмотря на то, как она жила.

– Спасибо, – серьезно сказала Маша. – Ну, я пойду?

– Идите, – разрешил он.

– Иди, – поправила она. – Хочу и иду!

И пошла прочь, пока он не успел ответить. Золотов только поправил очки, удивленно глядя ей вслед.

Мария про себя костерила его последними словами. Тоже мне, нашелся царь и бог. Дозволяет простой смертной удалиться. Как-то у него это привычно прозвучало, вот что значит работать на руководящей должности. Она этого нахлебалась – во! За нее достаточно решали, подзывали и отсылали, чтобы это встало поперек горла.

Она остановилась на полпути, не доходя до девчонок. И чего, спрашивается, она вдруг вспылила? Своих тараканов надо держать в узде, чтобы они чужих не трогали, как говорится.

Ладно. Проехали. Подумает об этом завтра.

Дзен!