Глава 35

Дамир Караганов встретил бывшего компаньона отца в аэропорту в три часа ночи. Это был последний праздничный рейс.

– Добрый вечер, Иван Петрович, – поприветствовал он импозантного седовласого мужчину в черном пальто, который только что прошел контроль.

Интересный мужик, хоть ему и давно за пятьдесят. Высокий, жилистый и сухощавый. Взгляд пронзительный и оценивающий. Карие глаза смотрят в душу, проверяя, кто перед ним. Стоило большого труда не отвести взгляд и так же крепко пожать в ответ руку.

– Добрый, – наконец улыбнулся гость. – Значит, это ты Дамир. Вырос мальчишка.

Он хлопнул Караганова по плечу, и тот еле стерпел. Дамиру ужасно не понравилось такое запанибратство. Только ради отца промолчал, а иначе был разговор был другим. Впрочем, зная, что имеет дело с бывшим криминальным авторитетом, он в любом случае был осторожен.

Прохорова он смутно помнил с детства. Когда тот уехал, Дамиру было девять лет. Мужик был вхож в их дом на правах близкого друга.

Вместе с Прохоровым прибыли телохранители – мужчины в черном, одежда которых подозрительно оттопыривалась в разных местах. Вероятно, именно это послужило причиной задержки на контроле, когда вскрывали багаж и утрясали разрешения.

Прохоров теперь большая шишка в столице. Караганов-старший выкупил долю бизнеса у компаньона, и расстались они мирно, что в те времена было большой редкостью. Теперь снова появились общие дела. Отец обещал ввести наследника в курс дела, когда они приватно переговорят с гостем. Дамира мучило любопытство, какой интерес у отца в столице.

– Мы уже взяли напрокат два автомобиля, как вы просили, – сообщил он Прохорову.

– Отлично, – переглянулся гость с одним из бодигардов.

Парни разделились. Один поехал с принципалом, а второй – на другой машине с личным водителем Караганова-старшего. К чему такие предосторожности, Дамир не знал, но невольно напрягся. Однако до города доехали благополучно.

Через час уже были на месте.

***

Артур Караганов лично встречал гостя во дворе своего таун-хауса. Зарина и тетки подъехали и тоже высыпали во двор. Дядья уже готовились: жарили на мангале мясо и накрывали на стол под навесом.

– Рад тебя видеть, – улыбнулся Па. – Старый черт!

Он крепко, до хруста обнял бывшего компаньона. Артур словно помолодел на десять лет. Если бы не тросточка в руках, никто бы не дал ему семьдесят.

– Проходи в дом. В ногах правды нет, – сказал он. – Нас потом позовут. Всю ночь гуляем, выходной же.

– Много народа, – нахмурился старший телохранитель, но хозяин только молча повел бровью, и охранник заткнулся.

В этом доме безопасно. Тут только свои. И охрана тоже есть.

Он обернулся, ощутив посторонний взгляд. В холле стояла дочь Караганова, Зарина. Она была бледна как полотно и кусала губы.

Время как будто было над нею не властно. Все такая же красивая, смуглая, восточная красота. Голова повязана кружевным платком, который женщина не успела снять. Она комкала в руках полотенце, словно не зная, куда его деть. Гость решил, что Зарина только что явилась с кухни вместе со стайкой родственниц, где они сообща колдовали над угощением.

Он знал, что девчонка выскочила замуж сразу после его отъезда, и что у Артура подрастает единственный внук.

– Привет, – как бы нехотя улыбнулся мужчина.

***

Получив новый ключ от управдома, они наконец попали в квартиру Золотова.

– Дорогая дверь? – тихо уточнила девушка у Тимура.

– Не дороже денег, – ответил он, чтобы не шокировать ее стоимостью антивандальной, противопожарной двери с блокировкой шума и тремя замками.

Он увидел, как Маша зажалась. Девушка выглядела расстроенной. Дверь смотрелась очень солидно, и она примерно прикинула, сколько это может стоить. Да еще и установка на праздники.

– Наверное, весь гонорар уйдет, – вздохнула она.

Дзен. Вселенское равновесие. Где-то прибыло, где-то убыло.

Вывод из всего этого какой? Не надо делать добрые дела, если тебя о них не просят. Наверное.

Но ведь она не может иначе, или это уже будет не Маша Круглова, а кто-то другой.

– Вань, это тебе, – положил Тимур пакет, полученный от девушки, на письменный стол рядом с ноутбуком. – Все равно я в этой тарабарщине ничего не понимаю. Почитаешь, когда тебе станет лучше.

– О’кей, – кивнул Иван, наконец-то найдя очки, и посмотрел на Машу. – Это перевод?

– Да.

– Отлично.

Значит, спасибо она не услышит. Ладно. Проехали. Дзен. Едем дальше в светлое будущее.

– Э…

– Что?

– А деньги когда? – стесняясь, все же уточнила она. – Иван, вы сказали, что вычтете из гонорара, ну, я бы хотела знать, хватит ли, чтобы покрыть убытки и… Ну…

Алаферов, глядя на это, тихо закипал. Его злило поведение Золотова. Даже стыдно стало, что у него такой друг. Его, блин, спасают, а он кочевряжится. Какая еще женщина стала бы ради него это делать? Любая другая забила бы и пошла развлекаться. И неважно, что он в это время загибается в квартире.

– Маша, забудь, – сказал он.

Девушка обернулась.

– Все оплачивает фирма, – улыбнулся брат.

– Э, Тимур! – воскликнул Золотов.

– Короче, все уже оплачено, – не слушая его и не давая наговорить глупостей, перебил его Алаферов. – Маш, идем. Вань, завтра на работе поговорим.

И он многозначительно нахмурился.

***

Когда спускались, позвонил Золотов.

– Тимур, а где Китс?

– Игуана? – татарин хлопнул себя по лбу. – У меня дома. Я забрал, чтобы не сбежала. Потом верну.

Маша осторожно поинтересовалась:

– А игуана не подерется с твоим котом?

– Не должна, – улыбнулся Тимур. – Я уже брал на передержку.

Пока они ехали, позвонила Катерина Камышина и предложила Маше встретиться в «Черчилле».

– Папа предлагает там отметить, – сказала она. – Пускают без пригласительных. Ты идешь?

Машка хотела отказаться, так она устала и намаялась за день, но вдруг неожиданно для самой себя ответила:

– Иду.

Посмотрев на Тимура, который вел машину и внимательно прислушивался к их разговору, она добавила:

– Со мной друг. Можно? Тимур. Ты его знаешь.

***

Они все же заехали домой, где Маша быстро переоделась в уже знакомое новогоднее алое платье, и Тимур вмиг домчал ее до «Черчилля». Благо от дома девушки до ресторана была всего одна остановка.

– Ты точно идешь? – уточнила она для порядка. – Ты же не выспался вроде.

– Ты тоже, – усмехнулся татарин и подставил ей локоть.

Мария подхватила его под руку и вошла в ресторан, где уже ждала Катерина с отцом. Убедившись, что оставляет девчонок в надежных руках, он ушел, обещая вернуться в два часа ночи или когда девушки устанут развлекаться.

– Ой, красивая какая! – восхитилась Мария, разглядывая платье подруги из черного бархата с пайетками, взбитые в небрежном беспорядке волосы, остроносые туфли-лодочки и кукольный макияж в стиле пин-ап. – На фото будет класс.

– Ты тоже молодец, так держать! – в свою очередь похвалила ее подруга.

– Как в малиннике, – сказал татарин, оглядев девчонок, и подставил вторую руку, за которую тут же уцепилась Машина подруга. – Что будем кушать? – уточнил он.

– Пойдем. Там два резервных стола, один, стало быть, наш, – сказала Катерина. – Папа уже договорился и оплатил бронь. Надо сделать минимальный заказ на десять тысяч с человека. Но не менее пятидесяти тысяч со столика за вечер, плюс за бронь.

– Десять! – испуганно ахнула Маша.

– Один раз в год можно, – успокоила ее подруга. – Ты здесь не была, что ли? Ну вот, для общего развития. Будет что вспомнить.

– Короче, я все понял, – сказал Тимур, жестом подзывая официанта, когда они устроились за столом, быстро отсчитал и сунул ему несколько пятитысячных купюр. – Так, вот тебе тридцать штук. Неси меню. Если будет больше, мы доплатим.

Маша еще сильнее запереживала, что же теперь будет, и не разорит ли она окончательно брата, но Катерина пнула ее за столом. Девушка открыла рот и тут же закрыла.

– Дают – бери, бьют – беги.

– Катя! – панически прошептала Маша.

– Наслаждайся, балда.

Глаза Катерины горели каким-то нездоровым азартом. Ой, что-то будет… Маша уже мысленно смирилась и решила принимать все как есть. Имеет она право раз в жизни… В конце-то концов! Тем более что новоявленный родственник оплачивает этот новогодний загул.

Им принесли красиво отпечатанные книжечки с меню, и Катерина тут же начала листать свою.

***

Дамир, когда закончились формальности и приветствия, под утро оставил отцовский дом. Проснувшись после обеда, он немного позанимался в домашнем спортзале, принял душ и выпил кофе.

Размышляя, не поехать ли на работу, где сейчас абсолютно пусто, и никто не помешает ему разбирать бумаги, он вдруг вспомнил про вчерашнюю встречу.

– Хм…

Набирая номер блондинки, он размышлял, как ее раскрутить на откровенность насчет университетской подруги.

– Привет. Это Дамир. Ты вчера в ресторане оставила свой телефон, – сказал он. – Как твоя нога? Не подвернула? Растяжения нет? Ну и отлично. Хочу пригласить тебя в ресторан. Если у тебя, конечно, на сегодняшний вечер нет никаких планов.

У него всегда была бронь на столик в «Черчилле».

***

Ирина Зотова закончила разговор по телефону и с победным кличем запрыгала на кровати. Огромный сексодром занимал четверть изостудии, которую она снимала.

– А-а… Блин, – услышала она подозрительный треск под собой.

Спрыгнув с постели, она приподняла матрас и убедилась, что две ламели сломаны. Ладно, плевать. Вызовет мастера или попросит нового любовника применить мужскую силу, пока она будет сидеть рядом и восхищенно взирать на его трицепсы и бицепсы. Мужики от этого млеют. Но это позже.

Сразу нельзя вешаться на мужчину, посчитает дешевкой. Но и динамить до бесконечности тоже нежелательно. Надо определить точку невозврата для конкретного мужчины, когда он, распаленный и доведенный до предела, готов на все. Главное, чтобы ему это не осточертело. Перегибать палку нельзя.

Та-ак, что тут у нас? На переносных плечиках красовалось с десяток стильных платьев, которые Зотова купила в европейских и столичных стоковых магазинах или с рук.

Надо выглядеть дорого. Шикарно, обольстительно, классно. Так, чтобы у мужика даже вопросов не возникало, зачем такой женщине нужна еще одна норковая шубка, колечко с бриллиантами, брендовая сумочка, салон красоты или абонемент в фитнес-клуб.

Она собиралась. Кружевное белье, колготки-паутинки, золотистое платьице, украшенное настоящими страусиными перьями, вшитыми в подол и рукава, невесомые ботильоны, удлиняющие и без того стройные длинные ноги, цепочка, пара колечек, хайлайтер на безупречной золотистой коже, нежный блеск для губ, тушь и легкая укладка волос...

Все как бы небрежно и естественно. Локоны словно сами собой струятся по спине. Мужчинам нравится зарываться в них лицом и перебирать их руками, пока они в постели.

Дорогой парфюм. Она задумалась, курит Караганов или нет. Надо что-то ядреное, пшиков пять, мужики от этого млеют. Зотова щедро полила себя «сладкой жизнью» и, довольная собой, покрутилась перед зеркалом.

***

Дамир подъехал к дому на Полярных Зорях и посмотрел наверх, где виднелись панорамные окна изостудий. Занятно. Неужели блондиночка рисует? Точнее, пишет картины. Он не ожидал от такой пустышки чего-то серьезного. Очевидно, первое впечатление обманчиво.

– Алло, – снова набрал он Зотову, объехав дом через арку и припарковав свой «рэндж ровер» во дворе. – Как к тебе подняться?

***

– Привет, – изобразив скромницу и хорошую девочку, сказала блондинка. – Проходи, не стесняйся. Можешь не разуваться, тут студия.

В одном помещении было все. Огромная постель, наполовину прикрытая мольбертом с какой-то мазней, стойка с одеждой, напольное зеркало в полный рост, санузел за перегородкой, какие-то ведра с цветами – увядшими и еще свежими, – а также трельяж с косметикой.

– Так ты и живешь тут? – осведомился Караганов, немного осмотревшись.

– Да, а что? – томно улыбнулась Зотова, хотя только в декабре наконец-то съехала от соседки с другой съемной квартиры, даже еще не все вещи забрала. – Я же творческий человек.

Дамир усмехнулся. Творческий. По ней и не скажешь. Руки чистые, без малейших следов краски под ногтями. Просто девочка из богемы, которой нечем заняться, и которая играет в художницу. Получила зачем-то корочки филолога и занята шопингом и хождением по ресторанам.

Выглядит, к слову, она прекрасно. С новой знакомой не стыдно пойти в люди, решил мужчина.

– Итак, Дамир, – томно протянула женщина. – Куда мы собираемся?

– В «Черчилль», – ответил он. – Ты готова?

– Минуточку.

Она снова подошла к зеркалу, снова брызнула парфюм на волосы и вернулась к нему. Караганов чуть не задохнулся и с трудом подавил желание спросить, что за отравой она поливается. Причем дело, как он предположил, было не в качестве, а в количестве. Этот аромат был ему знаком.

– Идем, Дами-ир, – сладко пропела блондинка, глядя на него снизу вверх. – Я вся в нетерпении.

***

– Кстати, мир тесен. Откуда ты знаешь Камышину? – как бы невзначай спросил он, пока ехали, хотя знал ответ.

– О! – удивилась блондинка, сидящая рядом. – Вы знакомы?

– Через родственника.

Зотова сразу насторожилась. Проклятый Алаферов! Только бы новый ухажер не узнал, что между ними было. Тогда прости-прощай сладкая жизнь с бизнесменом. Взяв себя в руки, женщина переспросила:

– Через Тимура?

– Да.

– Ой, мы вместе ездили на турбазу, – защебетала с улыбкой блондинка. – Я с Катей в одной комнате останавливалась.

Отлично. Пусть знает, что она поехала за город не с мужиком, а с подругами. Облико морале, все дела. Пусть думает, что она хорошая девочка. Тем сильнее будет сюрприз в постели. Хотя… Нет, не все сразу. Лучше пусть мужик считает, что это он ее всему научил, и что он такой неотразимый, что она готова на все.

Дамир не стал дальше расспрашивать, чтобы не возникли подозрения. Тем более что они уже приехали. Город-то маленький, а центр тем более. Объехать можно за полчаса вдоль и поперек.

Он припарковался и помог отстегнуться спутнице, задержав дыхание. Аромат духов был просто невыносим. Детка не знает меры.

– Прошу, – открыл он ей дверь, обойдя машину с другой стороны, и Зотова грациозно выпорхнула наружу, хотя это было непросто с такой машиной.

– Ах! – воскликнула она, когда мужчина подхватил ее. – Какой ты си-ильный, Дамир.

Он только поморщился от такой грубой и неприкрытой лести, но ничего не сказал. Что ж. Может, на пару ночей эта красотка сгодится. Если будет молчать, – сделал мысленно он поправку. Пока она не открывает рот, все прекрасно.

А уж как заткнуть рот женщине, он придумает. Будь то романтический ужин или продолжение в постели.

Красивая пара, привлекающая внимание окружающих и персонала, вошла внутрь заведения.

***

– Так! – прокричала на ухо Машке подруга. – Тебе надо попудрить носик.

– В смысле?! – так же громко прокричала в ответ девушка.

– Ты не накрашена совсем, – ответила Катерина. – Идем. Тимур тут без нас все организует.

Они выстояли небольшую очередь и вошли в туалет, где Катя быстро нанесла на лицо подруги легкий макияж.

– Ну вот, теперь порядок. Вдруг встретишь мужчину мечты? – удовлетворенно улыбнулась она, глядя на результат своих трудов.

Машины глаза выглядели еще больше, а ресницы в два раза длиннее. Алая помада шла ее светлой коже. Скулы будто стали выше, а щеки запали.

– Ой, ты просто волшебница, – заворожено уставилась на себя в зеркало Маша. – Научишь потом?

– Да чему тут учить. Чем меньше, тем лучше. И качественная косметика, не экономь на себе.

Камышина снова подумала, как легко раздавать советы. А сама-то… Сапожник без сапог. Девушка со скидкой с распродажи. Но это теперь в прошлом. Нынешний новый год – водораздел между прошлым и будущим.

– Ты чего, Кать? – тронула ее руку Машка, догадавшись, почему та расстраивается. – Опять думаешь про своего, да?

– Он уже не мой, – широко улыбнулась подруга. – Да и я свободная женщина. Все, Маш. Гуляем!

В двери начали настойчиво стучать, и пришлось освободить место. Тимур их уже заждался за накрытым столиком.